Я - Кристина

Я решила проводить мою Алёну. Всю дорогу от метро до её дома, а это два километра, я всё думал, как ей признаться. Нужен подходящий момент и чтоб она не решила, что я над ней издеваюсь. — Я даже не знаю, — мы остановились у её дома. Так быстро прошли это расстояние, я даже не заметила. — Мы и не знакомы толком, хотя… мне кажется, что я давно тебя знаю. Я даже радуюсь, что она перешла на «ты». — Не обижайся, но ты обнимала меня так же, как это всегда делал Антон, — и она снова заплакала, а я захотел взять её на руки и уложить на кровать, закутав в одеяло. — И вот опять. — Я улыбнулась, а она только сильней прижалась ко мне. — Прям как мой Антон. — Пошли, — говорю и, взяв у неё ключи, завожу Алёну в подъезд, а после и на четвёртый этаж. Я прекрасно помню номер её квартиры. Алёна так расстроена, что даже не обращает на это внимание. Я же проводил её до комнаты и уложил на кровать. — Кристина, — прошептала Алёна, и я наклонилась к ней. — Я же не сказала свою квартиру. — Просто угадала, — надо было сказать! Но она в таком состоянии, вдруг ей ещё плохо станет? И я села на кровать и просто взяла её за руку, крепко сжав. — Кристина, — Алёна шмыгнула носом и внимательно посмотрела на меня. — Правда, не обижайся, но ты даже пахнешь, как он. Я только вздыхаю. — Я очень сильно по нему скучаю, — она села и обняла меня, уткнувшись носом мне в шею. — Тут всё пахнет им. Даже моя подушка и одеяло. А когда я иду в магазин, то даже упаковка его любимых чипсов пахнет им. Глажу её по спину и борюсь со страстным желанием её поцеловать. Как же хочется. Сердце ещё так быстро колотится, что… Я всё же не выдержал, схватила Алёну за голову и впился ей в губы таким крепким поцелуем, что сама аж удивилась. Алёне же, по-видимому было так плохо и так плохо без меня, что она тут же стала мне отвечать. А я не придумал ничего лучше, как углубить поцелуй. Руки, как всегда, проникли к ней под футболку и сжали грудь. Чувствую, как Алёна задрожала, а после разорвала поцелуй. — Это всё неправильно и даже страшно! — Она отстранилась от меня в ужасе. — Я не знаю как, но ты целуешься точно так же, как и Антон. Может, этот момент настал? — Алёна, — смотрю ей прямо в глаза и вижу боль и отчаяние. — Я и есть твой Антон. Это очень странно звучит, но выслушай меня. И я всё ей рассказал. Она плакала и смотрела на меня. — Антон? — Киваю. — Этого не может быть. Ты девушка. — Я знаю. — Но ты же… да как же… Кристина, я не… — Называй меня Антоном. — Ты издеваешься? Такого не может быть. — Давай я тогда скажу тебе то, что знаю только я. У тебя родинка на попе. Повисло неловкое молчание. — У половины людей там родинки, — сдержанно сказала Алёна. — Ты обожаешь куни. — Его многие любят, — она скрестила руки на груди и уже, похоже, была на грани, меня выгнать. — Ты обожаешь шоколадный попкорн. Однажды, когда тебе было четыре года, качелями тебе выбило все передние молочные зубы. Помнишь, как мы познакомились? Я подошёл к тебе, чтоб познакомиться, а ты брызнула мне в лицо перцовым баллончиком. — Ну, тогда в округе какой-то маньяк бегал, и я думала, что это ты, — и тут она осознала. — Боже! Это и правда ты, Антон. Она кинулась мне на шею. Как же было приятно её обнимать, особенно зная, что она обнимает не Кристину, а Антона. — Как такое произошло? — И снова слёзы. — Я думала, ты попал на небеса. — Я сам ничего не понимаю, — тянусь к ней, чтоб поцеловать, но Алёна отодвигается. — Прости, Антон, — она поджимает губы. — Это, наверное, прозвучит слишком грубо по отношению к тебе. Мы не можем быть вместе по понятным нам самим причинам. — Но это же я. — Антон, я бы поняла ещё, если бы ты оказался в теле парня, но никак не девушки. Ты же… — Ты думаешь, что у нас не может быть секса? — Дело не в этом, — покачала она головой. — Дело в том, что ты девушка. Антон, я люблю тебя и всегда буду любить. Ты навеки в моём сердце. — Так, такая её речь мне не нравится, звучит так, словно она собралась со мной расстаться. — Но ты девушка. В моём окружении такое не примут. И что я скажу? Скажу, что ты мой парень? Так меня в психушку тогда положат. — Можешь скрывать наши отношения. — И надолго нас так хватит? Антон, ты девушка. Тяжело вздыхаю. — Но может, хотя бы попытаемся? — Антон. — Ладно, — встаю. — Прости. Я тогда пошла. То есть пошёл. Я пошла на выход, Алёна следом. — Прости меня, — сказала она у двери. — Мне правда очень жаль. — Давай хотя бы последний раз поцелуемся? Она замялась, но всё же нерешительно кивнула. Мы стояли несколько секунд, глядя друг на друга, и Алёна решилась первая. Она шагнула ко мне и, обняв за плечи, поцеловала в губы. Я же, не выдержав, тут же сжала её ягодицы руками. Этот поцелуй был прощальным. Мы прощались навсегда, чтоб больше никогда не увидеться. Как же это было больно. После поцелуя мы ещё стояли и обнимались. Она плакала, и я тоже. Пытаюсь в голове представить вокзал и что я навсегда от неё уезжаю, а не то, что буду жить в одном городе, но только в чужом мне теле. — Я очень сильно тебя люблю, — говорю. — И всегда буду любить. Крепко-крепко. — Я тоже тебя люблю. — Прощай, — говорю и, улыбнувшись, выхожу из её квартиры. Мне остаётся только надеяться, что моё сознание навсегда станет сознанием Кристины. Я стану полноценной девушкой и, возможно, когда-нибудь полюблю. Возможно, у меня будет своя семья. Но Алёна уже никогда не станет частью моей жизни. Вся в слезах, я брела к себе домой и пыталась раз и навсегда попрощаться с приятными воспоминаниями об Алёне. — Я всегда буду тебя любить, — прошептала я сквозь слёзы.