"Цукаса-кун, погрей их об меня.."

      — Цукаса-кун. Цукаса-кун! — истеричная речь начала будить блондина, который беспамятно погрузился в глубокий сон.       его плечи трясли, а через щелку, образовавшуюся между мокрыми веками, он увидел перед собой в приглушенном свете силуэт с фиолетовыми волосами, откуда сбоку выпадала одна длинная прядь, окрашенная в небесно-голубой.       — м.. что та..такое, Руи-кун?.. — спросонья спросил парень, протирая глаза от сна, вспоминая то, что он заснул в тот момент, когда на нём лежал Камиширо, который пытался прийти в себя, ощущая успокаивающее присутствие Цукасы.       проморгав пару раз, теперь Тенма мог разглядеть, что Руи сильно паниковал и плакал. янтарные глаза напротив, словно со страхом приближающейся смерти смотрели на друга, который мало что понимал сейчас.       — Цукаса-кун!.. — с дрожью повторял Руи, — т-ты здесь..       — Руи-кун…что случилось, ты плачешь? — блондин недоумевал и не мог понять чужую причину слёз, он же вроде бы просто заснул.       — я.. я там.. хнык. ты мне не ответил! я тебя спросил, а твоего голоса я.. я не услышал! я испугался, что т-тебя нет! — парня подпирали эмоции, что без труда рвали его в пыль разбитое моральное состояние, поэтому каждое разочарование он будет переживать очень тяжело.       Руи-кун вжался в Цукасу, приложив к его груди свою голову и скомкав в ладони ткань футболки блондина, словно он пытался изо всех сил удержать последнюю причину жить этими болезненными руками, что продолжали ныть от кровоточащих порезов под бинтами. мысли о том, как этот человек, что сейчас был единственный с ним, мог исчезнуть, приносили невыносимые страдания.       — Руи, ты что.. я всегда здесь, разве ты не видишь яркий свет звезды, что находится рядом с тобой? — Тенма-кун прочувствовал, насколько парень разбит, ведь даже от такой мелочи тот смог разрыдаться, как маленький беззащитный ребенок.       в ответ послышалось лишь молчание с отчаянными всхлипами, словно тот не смог услышать звонкий голос поддержки.       они до сих пор лежали вместе на кровати под тусклым светом настольной лампы, что ради них нагревает себя и освещает пространство вокруг, не давая потеряться в темноте. осознание времени уже давно потерялось в этом апатичном и тревожном состоянии, но кажется, что время было где-то 2 ночи.       — Руи-кун, всё хорошо, поверь мне. — Цукаса не терял уверенность и пытался подбодрить друга.       — правда? — наивно тот спрашивал.       — совершенно точно! — смело отвечал Тенма, поглаживая фиолетовые волосы, передавая такими прикосновениями свои моральные силы Руи. тишина. тот даже шмыгать перестал. это значит, что Цукаса смог его успокоить? он справился?       прошло пару мгновений без слов. они вновь безмолвно сочувствовали друг другу, слушая их тяжелое дыхание. Цукаса продолжал ласкать эти фиолетовые волосы своей рукой, держа для Камиширо чувство его присутствия, которое тому так было это необходимо. он не винил парня за то, что тот испугался такой глупой вещи, вновь поймав себя на мысли одиночества и накрутив себя до истерики. Цукаса по своей воле хотел продолжать оставаться с ним, но из-за своей утомленности он незаметно заснул даже для Руи.       — всё хорошо? — решил парень поинтересоваться, дабы не держать мертвую тишину, что немного давила на мозг.       — я не знаю. — Руи был полностью запутан в своих мыслях. — наверно, я проголодался.       — можем за продуктами сходить прогуляться в магази… — Цукаса решил предложить Камиширо свою идею, но вдруг его перебили.       — у, прогуляться? вместе? — Руи приподнялся и наивно смотрел на Цукасу, почти что не веря его словам. в этот момент его янтарные глаза будто стали на секунду живыми.       — ээ… да. рядом есть круглосуточный магазин… ну, можем туда пойти и... купить вкусняшек, — Тенма будто сам искал подвох в его предложении погулять до магазина и обратно.       — Цукаса-кун, давай собираться! — Руи слез с блондина и встал на пол, решаясь пойти одеваться, нисколько не смущаясь глубокой ночи и сильной утомленности.       сейчас будто все позитивные эмоции смогли наполнить пустое сознание Камиширо, всего-то услышав идею от Цукасы прогуляться. парни давно не выходили на прогулки, уделяя внимание их отношениям, ведь все силы уходили на большое количество домашнего задания. кажется, Руи совсем забыл, что такое «длительное времяпровождение с близким человеком».

***

      они вышли на улицу из подъезда на пустой двор. если посмотреть в небо, то кроме черной пустоты над собой ничего не увидишь. множество снежинок образовывали повсюду полуметровые сугробы. всё красиво блестело, отражая оранжевый свет от ночных фонарей. в лицо сразу дул легкий морозный ветерок, обжигая кожу и заставляя её краснеть. лишь по одному вздоху с закрытыми глазами можно почувствовать, что сейчас царствует зима повсюду.       идя по одинокой и тихой улице, словно эхом в холодном воздухе доносился хруст, и возникало сравнение, что шагаешь не по утоптанному снегу, а по дробленному стеклу.       изо рта и носа выдыхался густой пар, показывая насколько холодно бывает ночью.       парни вышли из двора на покрытый белым снегом тротуар и начали идти к ближайшему перекрестку.       Руи был окутан в пуховик, замотан шарфом и одет в шапку в виде черного котика, у которой торчали маленькие черные ушки с розовыми треугольниками, имитируя ушную раковину. жаль, что эту милую шапочку скрывал капюшон пуховика с множеством пуха, что почти ограничивал видимость по бокам и немного лез в глаза. Камиширо выглядел почти как высокий пингвинёнок с янтарными глазками, который шоркал его теплыми штанами что-то в роде «фить-фить-фить», переставляя тяжелые ботинки.       — Руи-кун, тебе не холодно? — спросил Цукаса, когда сам был одет в стильное пальто без карманов и завернут в красный клетчатый шарф.       — мне тепло, не волнуйся. — промямлил парень в ткань, что обхватывала его шею, также проходя ниже носа, туго закрывая ему рот.       — вот и славно! я действительно постарался тебя укутать, чтобы ты не простудился! — Цукаса был горд тем, что он одевал Камиширо, как пятилетнего ребенка.       — да, но правда я и сам мог это сделать. не стоило так стараться… Цукаса-кун, может мне тебя стоило одеть? ты даже шапку не взял.       — нет, все отлично, я не замерзну! наверное. пошли быстрее к магазину, там и согреемся! — блондин схватил Руи за руку, что была в красной варежке, и резко побежал вперед, потянув за собой друга.       они побежали под громкий хруст снега, сильно запыхаясь. у Руи воздуха не хватало, он замедлялся из-за недостатка сил, а впереди блондин всё тянет и тянет его за руку, что отдавала щипающей болью. всё тело начинало словно ломать, а в груди легкие горели и отдавали кровью. сейчас хотелось просто упасть в мягкий сугроб и отдышаться, потому что ноги кое-как держали туловище.       — ЦУКАСА-А-А, СТО-ОЙ, ПРОШУ! ых... — Камиширо уже не мог продолжать бег, поэтому он сильно возмутился, пытаясь затормозить парня, оттягивая его назад.       Тенма-кун послушался и остановился, согнувшись в спине, и пытался отдышаться, вдыхая холодный обжигающий воздух.       — я.. блин...х… замёрз. ух… — с выдохами говорил блондин, неловко смотря на Руи, что тоже пытался перевести дыхание.       — да ты...х.. как так можно. — недовольными глазами тот посмотрел на Цукасу.       — но у меня только... ух, руки замёрзли, — немного отдышавшись, Тенма выпрямился и стал тереть свои ладошки друг о друга, пытаясь выработать хоть какое-то тепло.       Руи наблюдал, как его друг пытался тщетно согреться, даже не имея теплые карманы в одежде, что хотя бы могли спасти от ветра. это зрелище вызывало какую-то тягу помочь ему. помочь так, чтобы согрелись не только руки, но и сердце внутри Цукасы.       — Цукаса-кун, погрей их об меня. — неожиданная идея пришла от Руи, что специально игнорировал тот факт, что можно просто отдать свои варежки.       — что? — блондин немного не понял, что друг имел ввиду.       — у меня шея горячая, — Руи оголил свои теплые ладони, а после взял холодные запястья Цукасы, перед этим подойдя к парню ближе.       — у, что ты хочешь сделать? а! — его руки засунули под шарф, а после оледеневшие пальцы обожглись об нежную кожу, обхватывая почти всю шею.       Руи тихо ахнул от прикосновения к эрогенной зоне, от которого побежали мурашки по коже. этот холод был терпим, хотя, даже приятен. ладони Цукасы начали постепенно нагреваться в этом тепле под шарфом и капюшоном, создавая тепловое равновесие с шеей.       Цукаса взглянул куда-то вниз, пытаясь не светиться своей смущающей улыбкой. было видно, что парень приятно смутился, понимая то, что Руи тоже заботиться о нём, давая таким образом согреваться, ведь блондин прекрасно знал, что у того шея является очень чувствительным местом. так они стояли где-то минуту, дожидаясь, когда он согреется.       Руи-кун наблюдал за Цукасой, замечая как постепенно меняется его смущающее лицо до улыбки, которая значит то, что его златовласый друг рад такому действию со стороны Руи. это не могло не вызывать ответной радости. в этой заботливой атмосфере они смогли установить зрительный контакт, находясь так близко к лицам, что Цукаса мог чувствовать дыхание партнера. хотелось залезть под куртку к Руи и наслаждаться вечно его теплу, прижавшись к его груди. их будто притягивало, поэтому между красными носами постепенно уменьшалось расстояние. глаза действовали как магнит, так и говоря им обоим "подойди ближе, ближе к его горячим губам."       резко в затылок Тенмы ударил завывающий ветер, который носил с собой мелкие снежинки, что словно металлическая пыль блестела и царапала сухую кожу. поток ветра будто с собой унес все прекрасные чувства, вновь напомнив об этом колком холоде.       — м-м, Цукаса-кун, у тебя сейчас голова замерзнет, уже все уши алые. — сказал Руи, почувствовав этот неприятный мороз, — может, как раз-таки возьмешь мою шапку?       — кхм! шапку с ушками я не собираюсь надевать! мне она ни к чему! — засмущался парень.       — фу-фу, а я считаю, что тебе она очень пойдет! — Руи отпустил запястья Цукасы, оставляя того самостоятельно греться, и спустил свой капюшон, а после легким движением снял шапку, распушив свои фиолетовые волосы.       — Руи-кун, нет! — Тенма чуть уклонился от рук Камиширо, что пытались поймать его голову в шапку. он не желал уходить от источника тепла и вновь чувствовать обдувание ледяного ветра на ладонях, но тем временем его насильно заставляют одеть то, что он никаким образом не хочет.       — да. ты всё равно не уйдешь, фу-фу! — он понимал, что у Цукасы нет особого выбора.       — угх, ладно. — недовольно смирился парень и наклонил голову чуть вперед, чтобы тому было удобнее воплощать задуманное.       по волосам начало что-то скользить, а потом по ушам мягко хлопнула ткань. прохладные пальцы Руи начали поправлять шапочку по бокам, сзади и спереди, чтобы она сидела ровно на голове, и Цукаса не выглядел как пьяный кот с похмельем, у которого уши разошлись в разные стороны. темно-розовые прядки аккуратно вылезали на красное лицо парня, и они прекрасно сочетались с черным цветом шапки.       Цукаса нахмуренно смотрел на Камиширо и даже сам не заметил, как погрузился в свои мысли, пока чужие руки наводили порядок на голове. его очень привлекали эти фиолетовые волосы, что мягко колыхались от ветра, который сеял на них белые звездочки, постепенно покрывая мелким снегом. а эти янтарные глаза, что сейчас с интересом воплощают задуманное, так и горели радостью, которая заставляла Руи улыбаться. а ведь, буквально пару часов назад на этом бледном, но красном от холода лице не было ни единых признаков жизни и счастья.       неужели Цукаса и вправду может заставить кого-то так сиять, как настоящая звезда?       или…       неужели Цукаса для Руи является самой яркой звездочкой в этой глубокой тьме?       — Цукаса-кун, ты такой милый! — радостно возразил парень, начав тискать друга за алые щеки.       — а-аА! Руи! перестань! — блондин зажмурился от неприятных ощущений на своем лице, не в состоянии как-то удержать чужие руки.       — фу-фу, как скажешь. — Руи убрал пальцы с щек, — пошли?       — да, идем! а то нас здесь заметёт! — блондин наконец вынул свои теплые ручки из-под шарфа Камиширо, быстренько поправив его, и быстрым шагом отправился дальше по тротуару, чтобы дойти до светофора и перейти дорогу на соседнюю улицу, на которой уже будет располагаться нужный им магазин.       Руи незамедлительно тоже поспешил за Цукасой, одевая капюшон обратно на свою голову, чтобы не замерзнуть.