"Цукаса-кун, погрей их об меня.."

***

      парни пришли с мороза в теплую квартирку, где их ждал комфорт и уют. Руи сразу принялся снимать с себя надоедливый шарф с пуховиком, а после и такие же раздражающие штаны с тесными ботинками. Цукаса же, когда он разулся и сложил пальто и шапку по своим местам, сразу пошел на кухню с тяжелыми пакетами, чтобы выложить продукты.       Руи-кун пришел в спальню, где всё также горел приглушенный свет лампы, и стал в одиночестве переодеваться в домашнюю одежду, что состояла из легкой белой майки с фиолетовыми шортами и теплыми носочками, где были изображены зайчики с утконосами, прыгающие в черном космосе.       утомленно выдохнув после такой прогулки, янтарные глаза глянули на тянущие бинты на руках, что сильно мешали его движениям. так хотелось сейчас разрезать ножницами крепкий узел и распустить эту сдавливающую ткань, ощущая на поврежденной коже прохладный воздух с витающим в нем ароматом медикаментов без всякой щиплющей боли..       "надо пойти к Цукасе-куну.." — подумал про себя Камиширо, отвлекшись от своей идеи.       зайдя на кухню к блондину, Руи увидел, как на столе ровно лежат шоколадки и мармеладки, а сам парень достаёт из шуршащего пакета оставшиеся продукты в холодильник.       — ух, вроде всё.. — Тенма закрыл со шлепком дверцу, из-за которой дул холод, — Руи-кун, иди мой руки, а я пойду пока переоденусь, а потом мы вкусно покушаем! — радостно обратился он к другу, что робко стоял в проёме.       — да, хорошо.. — промямлил тот в ответ, смотря как Цукаса проходит мимо него, направляясь в комнату.       Руи послушался. в ванной он не спеша сполоснул с мылом свои ладони после улицы. Цукаса-кун был полностью прав, что руки обязательно нужно мыть после прогулок. да и блондин сам по себе был очень чистым человеком, следящим за своей внешностью и гигиеной, поэтому в тумбочке, что стояла позади, можно найти весь дорогой косметический ассортимент: крема, маски для лица, немного румян и тональника, лосьоны, что пахли как яблочный сад, фен, выпрямитель для укладки волос.. так перечислять можно долго. среди этих вещей можно было также обнаружить маникюрный наборчик, где лежали маленькие ножницы, пилочки для ногтей, всякие инструменты для кутикул, пинцеты..       "ножницы...." — эхом кто-то подсказывал в голове Руи, что именно на эту вещь стоит обратить внимание.       в очередной раз парень замер и стал разглядывать покрасневшие бинты на предплечьях, которые он дрожа держал перед собой. он слегка покрутил запястьями и та же теснота дала о себе знать. в мысли сразу вспомнилась та идея — достать ножницы и срезать всё.       Руи, простояв так минуту в размышлениях, неуверенно решился на это. его всё время доставало это натирание, что сильно жгло руки во время действий, а сейчас он избавится от проблемы, даже узнав, из-за чего Цукаса так постарался плотно завернуть предплечья.       достав наборчик, юноша сделал с характерным "резь" надрез ножничками рядом с узлом, который и держал пласт бинта на руке, чтобы тот не развязывался и не падал. Руи ухватился за один отрезанный край и начал разматывать бинт, спеша окручивая им вокруг руки против часовой стрелки. он хотел пропустить этот этап поскорее, потому что интуиция начинала нагнетать плохое предчувствие, из-за которой незаметно поднималась тревожность.       давление на кожу стало заметно спадать, но вместе с этим белоснежная ткань сменялась на промокшую коричнево-бордовой жидкостью. что-то идет не так, ведь Руи никак не ожидал такое большое количество крови на его руке.       в нос ударил резкий запах железа, который обычно исходит от кровавых ран. сердце панически забилось сильнее, почувствовав аромат смерти, а волнение накрыло сознание Руи. желание дальше разматывать руку испарилось, ведь дальше — хуже.       Камиширо почти осознал всю серьезность своих повреждений с этим щипающим кровавым предплечьем. здесь не было трёх мелких повреждений. здесь было всё в крови из-за десятков порезов, но поступающие слёзы вновь не давали ничего разглядеть конкретно, поэтому парень мог видеть лишь свою расплывающуюся бордовую конечность.       он вспомнил. он вспомнил жгучую боль во всей коже. он вспомнил, как горячие капли стукались о кафельный пол. почему настолько важная вещь вылетела из его головы, и он, как идиот, начал вновь вскрывать заживляющую рану, отлепляя от кожи пропитанный кровью бинт?       — это я сделал?.. — прошептали дрожащие губы Камиширо в тихой комнате, отказываясь это как-либо принимать.       суженные янтарные зрачки со страхом пытались осматривать кровавое месиво на руке, которое он сам и устроил. это зрелище пробирало каждую косточку холодом, осознавая, что Тенму-куну пришлось видеть, как его близкий человек причинил себе настолько кошмарные повреждения.       темно-красные длинные полосы усеивали повсюду кожу с размазанной красной жидкостью. эти следы были везде. алая горячая кровь начала вновь выделяться, увидев райский свет над собой, будто выход среди этой давящей темноты.       соприкоснувшись с кислородом, в ранах начала происходить химическая реакция, что чувствовалась очень больно, заставляя сожалеть Руи о содеянном, напоминая о том, какой он глупец. походу, это уже вправду было настоящим грешным преступлением.       — боже.. я.. — Руи паниковал, — что делать.. нужно что-то делать.. Цу.. Цукаса увидит.. он будет расстроен...       заматывать обратно грязный бинт было бесполезно и очень брезгливо, лучше уж сменить на новый и чистый, который не запачкался и еще свежо пахнет кабинетом медсестры.       глаза метались по полкам шкафчика и тумбочки, голова кружилась из-за волнения, которое наводило сознание:              "кого-то убили! кровь! беги! тебя тоже убьют!";       а в ушах начало звенеть, нагоняя мрак. ему нужно было срочной найти надежное укрытие. но почему бы просто не найти бинт и не сделать вид, что он решил поменять повязку? стыдно. Цукаса-кун явно испугается и поругает его, осудив эти действия. почему?       — я идиот, я идиот... почему я-?.. зачем?.. кхм, успокойся, надо успо-оиться.. — холодные слёзы беспомощности начали безотказно литься по щекам, показывая жалкое существование Руи и его глупый разбитый разум в этот момент.       дверь проскрипела сзади, заставивши почувствовать сильное дежавю. Камиширо-кун будто уже был в такой гнилой ситуации. когда-то его уже заставили врасплох с селфхармом во время истерики. когда-то он уже чувствовал эту смерть.       — ой, Руи-кун, что ты здесь делаешь? — недоумевающий голос Цукасы прорывался сквозь оглушающий звон.       Камиширо робко обернулся, желая убедиться, что это был именно Цукаса-кун и никто иной. он неосознанно хотел увидеть что-то прелестное и теплое перед тем, как ему станет еще хуже от вида крови и своей расчлененной руки, которую он сам лично расхуярил.       — Цукаса.. я.. — он, почти что не слышимо, пытался подать голос, но к сожалению, было уже поздно, и время вышло.       "голова кружится... темнеет... я падаю.. Цукаса!.." — мгла начала поглощать Руи куда-то в глубь бездны, от чего все конечности перестали чувствоваться, словно его засасывало в черную дыру, после которой следовал оглушающий взрыв в мозгу и томная боль, а там уже медленно настала мертвая тишина, давая привыкнуть к одиночеству, где не было ритма своего сердца, и даже Цукасы с его согревающими объятиями. в один миг всё перестало существовать для Руи.                   "где я?"       "помогите?"                         "холодно.."       "я не хочу, чтобы всё повторялось..."             "Цукаса-кун, где же ты.."       никого нет. Цукасы тоже. всё растворилось во тьме. всё закончилось. больше никакие проблемы не смогут потревожить Камиширо Руи. больше не будет никакого одиночества. больше не будет ощущаться тепло.