Дело №9: Влюбленный убийца. Глава 28. Вечная молодость
17 января 2026 г., 20:21
Когда маска была снята, все увидели мужчину, который выглядел на те же тридцать с небольшим лет, что и Сюй Тянь на старой фотографии. В его чертах, в сдержанной, но уверенной манере держаться было что-то… от Ло Тяня. Спокойствие, опыт и молчаливая сила.
Бай Юйтан перевёл взгляд с пленника на Чжань Чжао:
— Ты звонил Чжан Ин?
— Да, — кивнул Чжань Чжао, убирая телефон. Он обратился к Сюй Тяню. — Чжан Ин сказала, что её месть — ради тебя. Это правда?
Сюй Тянь встретил его взгляд. Голос его звучал хрипло от долгого молчания:
— Вы из полиции?
Не дожидаясь ответа, он сам, с удивительной лёгкостью, освободился от оставшихся пут, вышел из клетки и, не теряя ни секунды, спросил:
— Где Мяомяо?
Чжань Чжао приподнял бровь:
— Чжан Ин — это Чжан Мяомяо?
Сюй Тянь коротко кивнул.
— Точного местонахождения мы не знаем, но она в безопасности. Ваша дочь сейчас под опекой Чжао Цзюэ, о ней хорошо заботятся, — заверил его Чжань Чжао.
Сюй Тянь закрыл глаза и тихо, с облегчением выдохнул.
— Тогда… вы поедете с нами? — спросил Чжань Чжао.
Сюй Тянь посмотрел на него, потом на Бай Юйтана, и снова кивнул, на этот раз более определённо:
— Мяомяо просила меня остаться с вами, если вы меня найдёте.
Отдав распоряжение задержать всех причастных к перевозке, Чжань Чжао и Бай Юйтан усадили Сюй Тяня в свою машину. Ло Тяню было поручено сопровождать его. Сидя рядом с этим человеком, который выглядел не старше его самого, Ло Тянь не мог отделаться от странного ощущения. «Почему он не стареет? Он выглядит так… молодо.»
Чжань Чжао, сидя на переднем сиденье, обернулся к Сюй Тяню:
— Мы уже ездили навестить вашу мать.
Сюй Тянь встрепенулся:
— С ней всё в порядке?
— Да, — успокоил его Чжань Чжао. — Ваш друг хорошо о ней заботится.
На лице Сюй Тяня мелькнула тень вины и грусти.
— Вы не можете навестить её из-за… своей внешности? — осторожно предположил Чжань Чжао.
Сюй Тянь горько усмехнулся:
— Представьте: вашей матери за семьдесят, а её сын, которому должно быть за пятьдесят, выглядит на двадцать. Как ей это объяснить?
— На двадцать? — Бай Юйтан нахмурился и посмотрел на Чжань Чжао. — Но он выглядит на тридцать… — Он не закончил фразу. Его глаза вдруг расширились от осознания, и он резко повернулся к Сюй Тяню.
Чжань Чжао лишь молча кивнул, подтверждая его догадку.
Наблюдая за их безмолвным диалогом взглядами, Сюй Тянь не мог сдержать лёгкой улыбки:
— Вы оба очень проницательны.
— Вы о чём? — Ло Тянь, всё ещё не понимая, вопросительно посмотрел на Чжань Чжао.
Тот нахмурился:
— Те видео, что прислал Чжао Цзюэ.
Ло Тянь на мгновение застыл, а затем его глаза широко раскрылись от внезапного прозрения. «Сначала человек не стареет… а потом за короткий срок резко стареет и умирает…»
— С тобой то же самое? — прямо спросил Чжань Чжао.
Сюй Тянь долго молчал, глядя в окно на мелькающие огни города, прежде чем кивнуть:
— Первые лет десять… я почти не менялся, даже казалось, молодею. А в последний год начал стареть стремительно, будто за месяц проживал несколько лет… Я слышал, что это происходит скачкообразно. Интересно… сколько у меня осталось времени?
— Ли Хао и его люди сделали с тобой это?
Сюй Тянь покачал головой:
— Его настоящее имя Ли Юаньхао.
Чжань Чжао и Бай Юйтан переглянулись, на их лицах отразилось недоумение:
— Ли Юаньхао? Никогда о таком не слышали.
— Ли Юаньхао мёртв, — тихо сказал Сюй Тянь. — У него было много секретов, в которые я не полностью посвящён. Знаю лишь, что они тесно связаны с происхождением Мяомяо.
— С её происхождением? — Чжань Чжао на секунду задумался, а затем спросил: — Чжан Мяомяо имеет отношение к роду Батори?
Сюй Тянь с лёгким удивлением посмотрел на него, затем кивнул:
— Кажется, вы уже многое выяснили.
— О… — Чжань Чжао провёл рукой по подбородку. — Теперь понятно, зачем Ли Хао показал мне ту картину. Он проверял, знаком ли я с историей Батори.
Бай Юйтан нахмурился:
— Не беспокойся, я уже отдал приказ взять его под стражу. Пока мы здесь, наши люди должны были уже…
— Он хочет скрыться, — неожиданно прервал его Сюй Тянь.
Чжань Чжао и Бай Юйтан синхронно повернулись к нему.
— Откуда ты знаешь?
— Он крайне хитёр, — пояснил Сюй Тянь. — Может казаться беспомощным и робким, но это лишь маска. За ней скрывается опасное прошлое.
Бай Юйтан тут же достал телефон и набрал номер группы, отвечавшей за задержание. Как он и опасался, связь не устанавливалась.
— Чёрт, — пробормотал он, набирая номер дежурного.
Вскоре поступил ответ: офицеры, оставленные для наблюдения за Ли Хао, были найдены без сознания — следы электрошокеров. Сам Ли Хао исчез.
Бай Юйтан стиснул зубы:
— Ускользнул. Не ожидал, что он окажется настолько ловким. Думал, он просто очередной бизнесмен.
Чжань Чжао успокаивающе положил руку ему на плечо:
— Не торопись. Рано или поздно мы его найдём.
Машина тем временем подъехала к зданию полиции. Едва они открыли двери, как увидели, что у входа их ждёт женщина в строгом чёрном костюме.
— А-Тянь! — крикнула Чжан Ин — или Чжан Мяомяо — и бросилась к Сюй Тяню, обнимая его. На её лице смешались изумление, радость и огромное облегчение. Чжань Чжао и Бай Юйтан были слегка озадачены: их встреча выглядела так, будто они не виделись годы. Неужели Сюй Тянь находился в заключении так долго?
В этот момент неподалёку плавно остановился чёрный «Бентли». Бай Юйтан скептически приподнял бровь, глядя на машину, и тихо процедил Чжань Чжао:
— Ну конечно… Леонард же не мог выбрать марку поскромнее.
Дверь «Бентли» открылась, и из неё вышел Чжао Цзюэ. Он помахал рукой в сторону Сюй Тяня:
— Быстрее, садись!
Сюй Тянь обменялся с Чжан Ин долгим, полным понимания взглядом, затем, неохотно отпустив её руку, направился к машине.
— Эй, подожди! — Бай Юйтан и Чжань Чжао одновременно сделали шаг вперёд, пытаясь остановить его. Ситуация развивалась слишком стремительно.
Чжан Ин мягко, но твёрдо преградила им путь:
— Отпустите его. Сейчас решается, можно ли ещё что-то сделать для него. Каждая минута на счету. Я останусь здесь и отвечу на все ваши вопросы. Я никуда не денусь.
Полицейские переглянулись, ожидая решения начальства. Бай Юйтан нахмурился и взглянул на Чжань Чжао. Тот после короткой паузы кивнул. Бай Юйтан сделал знак рукой, и люди расступились, пропуская Сюй Тяня. Тот сел в «Бентли», дверь захлопнулась, и машина бесшумно растворилась в ночи.
Чжан Ин ещё мгновение смотрела вслед удаляющимся огням, затем глубоко вздохнула и повернулась к зданию полиции:
— Пойдёмте. Вы можете задавать свои вопросы.
Они поднялись в офис S.C.I. Чжан Ин пригласили присесть, но её взгляд сразу же привлёк портрет Пэрис, который близнецы выиграли на аукционе и который теперь стоял прислонённым к стене. Она медленно подошла, взяла картину в руки и стала внимательно её разглядывать.
В это время львёнок, дремавший на диване, спрыгнул на пол, подошёл к Чжань Чжао и, игриво уцепившись за его брюки, стал тянуть. Бай Юйтан взглянул на Цзян Пина, тот показал на пустую бутылочку — малыша уже покормили.
Чжань Чжао поднял львёнка, устроился с ним на большом диване в гостиной. Чжан Ин, закончив рассматривать картину, обернулась к Бай Юйтану:
— Где будем беседовать? Здесь или в комнате для допросов?
Бай Юйтан на секунду задумался:
— Вы являетесь подозреваемой по делу об убийствах «Красных губ». Формально беседа должна проходить в комнате для допросов.
Чжан Ин кивнула без тени возражения:
— Я готова. Пойдемте.
Чжань Чжао передал львёнка Бай Чи, и они с Бай Юйтаном проводили Чжан Ин в допросную.
За односторонним зеркалом собралась почти вся команда S.C.I. Даже Гунсунь и Ма Синь, услышав, что Чжан Ин наконец даст показания, поспешили присоединиться.
Войдя в комнату, Чжан Ин спросила:
— Наручники нужны?
Бай Юйтан покачал головой:
— С чего вы хотели бы начать?
— Это зависит от вас, — ответила Чжан Ин. — С того момента, как я встретила Сюй Тяня несколько десятилетий назад? Или с самого начала — с истории о «Семье чудовищ», которая началась сотни лет назад?
Чжань Чжао обменялся взглядом с Бай Юйтаном, тот пожал плечами, давая понять, что выбор за ним. Чжань Чжао повернулся к Чжан Ин:
— Начните с самого начала. Мы хотим услышать полную картину.
Чжан Ин вдруг улыбнулась, и в её улыбке было что-то отдалённо знакомое Чжань Чжао — та же ирония, что бывала у Чжао Цзюэ.
— Сначала найдите мне писателя. Желательно, известного.
Чжань Чжао с недоумением нахмурился:
— Зачем?
— Эта история очень длинная и… драматичная, — пояснила Чжан Ин. — Я думаю, из неё мог бы получиться отличный роман. Бестселлер.
Чжань Чжао на мгновение опешил, а затем до него дошло. Уголки его губ дрогнули:
— Вы хотите… очистить имя своих предков? Вернуть роду Батори доброе имя?
Чжан Ин мягко улыбнулась.
— Отлично, — сказал Чжань Чжао. — Я умею писать. И у меня уже есть опыт публикации.
Чжан Ин одобрительно кивнула:
— Если доктор Чжань возьмётся за перо, получится очень увлекательно.
Пока она говорила, Бай Юйтан активировал записывающее устройство на столе и официальным тоном попросил:
— Можете начинать.
— Мои предки, род Батори… были дворянами ранней Венгерской империи. Печально известная графиня Батори, которую мы знаем по учебникам истории, тоже была из этого рода.
Чжань Чжао и Бай Юйтан синхронно приподняли брови — так и есть!
— Я видела её портреты и читала семейные хроники, которые вели мои родители… — Чжан Ин говорила медленно, подбирая слова. — Она была неординарной женщиной, со многими… достоинствами. Не могу сказать, что она была святая, но она определённо не была вампиром. Она была властной, страстной, верила в любовь, в искусство… и в медицину.
— Медицину? — невольно переспросили оба.
— Да, — твёрдо кивнула Чжан Ин. — Возможно, люди нашего рода — Батори — стареют очень медленно и живут долго именно из-за каких-то врождённых, генетических особенностей.
За зеркалом взгляды присутствующих устремились на Гунсуня. Тот пожал плечами:
— У человека действительно могут быть уникальные генетические особенности, которые сложно объяснить с точки зрения обычной медицины.
— Она была очень красива и… панически боялась стареть, — продолжила Чжан Ин. — Поэтому она искала врачей по всему свету, штудировала древние манускрипты, перепробовала почти все известные тогда методы и рецепты — лишь бы остановить время и сохранить молодость.
Чжань Чжао и Бай Юйтан понимающе переглянулись. Страх перед старостью… проблема, актуальная во все времена, и не только для женщин, если уж на то пошло.
— Но она не была эгоистичной или порочной, — настаивала Чжан Ин. — Она делилась своими находками, своими «секретами красоты» со многими.
— Такое поведение, должно быть, сильно разозлило кое-кого… например, церковь, — предположил Чжань Чжао.
Чжан Ин горько улыбнулась:
— В те времена считалось, что только Бог может даровать здоровье, молодость и бессмертие, а не какая-то «медицина».
Бай Юйтан кивнул. Теперь было ясно, почему на неё началась охота.
— К тому же она была невероятно богата и по-прежнему прекрасна, — тихо добавила Чжан Ин. — В итоге её приговорили к пожизненному заточению на чердаке, где она и умерла.
— А ваша линия семьи? — осторожно спросил Чжань Чжао.
— В то время у рода Батори было много ветвей. Моим прямым предком, вероятно, была кузина графини. Та, видимо, поделилась с ней своими «секретами». Или, может, мой предок в юности перепробовала слишком много тех снадобий… — Чжан Ин замолчала на мгновение. — Так или иначе, дети, которых она рожала впоследствии, проявляли всё меньше признаков старения, отличались крепким здоровьем. А когда они вырастали… у некоторых и вовсе начинался обратный процесс. Трудно представить, но некоторые члены семьи, перешагнув 20 или 30 лет, просто… переставали стареть, оставаясь навсегда молодыми.
Чжань Чжао и Бай Юйтан невольно нахмурились — это и вправду было трудно представить.
За односторонним зеркалом все взгляды обратились к Гунсуню. Тот, привычно потирая подбородок, ответил с научной отстранённостью:
— Случаи аномального старения, или его отсутствия, в медицине действительно описаны. Взять ту же прогерию. Дети с таким диагнозом в шесть-семь лет выглядят и имеют организм семидесятилетних стариков. Но эта болезнь — скорее проклятие. Тело перестаёт расти, но и интеллект, и функции не развиваются… это всё равно что навсегда остаться ребёнком. — Он сделал паузу. — А вот если человек останавливается в развитии, уже достигнув физического и ментального расцвета… в самом прекрасном возрасте… это, пожалуй, даже «выгоднее», чем быть вампиром.
Все невольно кивнули. Звучит вполне логично.
— Но таких случаев — капля в море, — добавила Ма Синь. — Вероятность стремится к нулю.
— По сути, это тоже мутация, патологическое состояние, — продолжил Гунсунь. — Вечная молодость, вечная жизнь противоречат фундаментальным законам, тому же сохранению энергии. Наши органы изнашиваются. Они не могут работать вечно. Так что абсолютного бессмертия не существует. Люди этого рода просто… стареют значительно медленнее. И если судить по времени смерти самой графини Батори, её жизнь была не намного длиннее обычной человеческой. То есть это именно замедленное старение, а не его остановка.
Он снова потер подбородок, и в его глазах загорелся профессиональный интерес:
— Но тогда зачем вся эта история с «вампирами»? В чём был смысл?
