Грей

Система Кита – система Эридана Маленький элегантный скутер аккуратно отделился от планеты и взмыл вертикально вверх. Дифида III медленно уходила куда-то вниз. Джек и Джон молча смотрели в иллюминатор, глядя, как удаляется от них сине-зеленый шар, на поверхности которого они оставили безголовое тело кройтонской шпионки. Неудачная операция по поимке лазутчицы заставила двоих экс-агентов быстро свернуть свой импровизированный опорный пункт и поспешно удалиться, не дожидаясь неприятностей со стороны Ордена Мэйко. Проблемы могли быть нешуточные. Дамочка, которая теперь валялась без головы на дне ближайшего к космопорту ущелья, была послушницей одной из самых мощных общин, поставлявших высококлассных куртизанок галактической аристократии. И ссориться с этой общиной было весьма опасно. Джон с трудом оторвал взгляд от ярко освещенной планеты, и повернулся к Джеку, который теперь с преувеличенной сосредоточенностью возился с рычагами и кнопками пульта управления. Казалось, он еще не пришел в себя после того, что произошло на космодроме. И дело было даже не в физической слабости и страшной боли во всем теле после безумного забега наперегонки с монстром. Похоже, что Джек всерьез расстроился из-за своего просчета, чуть не стоившего им корабля. За все то недолгое время, что понадобилось напарникам, чтобы упаковать вещи и аппаратуру, отмыть Харта от крови и грязи и стартовать, они почти не разговаривали. Даже теперь, когда Дифида III осталась далеко за бортом их скутера, Джек старался не смотреть в лицо другу, возможно, опасаясь того, что эмоции снова захлестнут его. – Куда теперь? – спросил он нарочито ровным голосом, внимательно разглядывая индикаторы контроля работы реактора, программатор пищевого синтезатора и другие столь же важные для прокладывания курса приборы. Джон усмехнулся себе под нос и приблизился к напарнику. Одна его рука легла на плечо измученного капитана, а пальцы другой выбили быструю дробь на клавиатуре компьютера. – Навестим парочку друзей по переписке с Эпсилон Эридана, пока эти бойцы не сообразили, что с их мадам что-то случилось. И на этот раз проделаем все очень аккуратно. Думаю, можно использовать твой любимый трихлорметан. На Грея он отлично подействовал и с ними сработает. Вперед, командир! Джек закусил губу и яростно защелкал переключателями, задавая курс. Было очевидно, что напряжение, которое он так тщательно сдерживал все это время, уже достигло опасной отметки. Для Харта же видеть Джека в смятении было еще хуже, чем отбиваться от его придирок. Он осторожно погладил друга по щеке. – Ты был великолепен, – тихо сказал Джон своему внезапно застывшему партнеру, – Загнал ее прямо ко мне в лапы. Мы не могли бы сработать лучше, даже если бы заранее все спланировали. – Я был тупоголовым придурком, как ты и говорил! – ощетинился Джек, замотав головой в раздражении. – Самодовольным ослом! Если бы я действовал один, она бы ускользнула на нашем собственном корабле. – Но ты не был один, – возразил Джон, – Ты же знаешь, что всегда можешь на меня положиться, – и, подумав немного, ехидно добавил, – в некоторых вопросах. Как ты там говорил? Секс, выпивка, наркотики и убийство. Все для тебя, любимый, выбирай. – Иногда ты бываешь просто невыносимым, – Джек нетерпеливо отмахнулся от шутки Джона. – Но сейчас я честно признаю – на этот раз твое упрямство нас просто спасло, а я – настоящий идиот. Харт шутливо поклонился и, заметив, что Джек начинает снова впадать в опасное состояние, быстро сказал, – Взгляни на это с другой стороны. Если бы на посту оказался я, «в непосредственный контакт» мы с ней вступили бы гораздо раньше, думаю, скорее всего, прямо рядом с ашрамом, и точно бы всех перебудили. Никто же не мог ожидать, что в голове у нее установлен механизм самоликвидации. – Мы должны были это предвидеть, – Джек все еще не желал успокаиваться. – Надо было лучше изучить информацию с кройтонского кристалла… Какие мы к чертям собачьим профессионалы, если не смогли взять одну бабенку, которая уже почти была у нас в руках? Джон прекрасно понимал, что ярость Джека направлена вовсе не на него, но все равно, с этим надо было срочно что-то делать. Если капитан Харкнесс начинал заниматься самобичеванием, окружающим желательно было немедленно начинать искать укрытие, поскольку рикошетом задевало всех. А здесь из окружающих под рукой только он, Джон, и шанс найти безопасную норку на таком маленьком корабле равняется нулю. Только поэтому, а вовсе не из-за того, что он уже час как мечтал унять свое невыносимое возбуждение после схватки, Харт крутанул вращающееся кресло пилота, разворачивая раскрасневшегося от злости Джека к себе лицом, и одновременно нажимая ярко-оранжевую кнопку автопилота. *** Пару парсеков до Эпсилон Эридана они преодолели всего за час, включая время, потраченное на разгон двигателей до рабочей мощности и гиперпрыжок. Выскочив из подпространства сразу за полосой астероидов, опоясывающей систему, корабль едва не врезался в крупный кусок скалы, пронесшийся всего в километре от корпуса скутера. Автопилот так резко уложил руль вправо, что расслабленных Джека и Джона непременно бы унесло на противоположный конец кабины, не догадайся они пристегнуть кроватные ремни перед прыжком. Джек громко выругался, вскочил и, застегивая на ходу рубашку, понесся к пульту управления. Джон, которого сейчас мало интересовали тонкости собственного туалета, с удовольствием наблюдал за озабоченным лицом своего любовника, лихо громыхающего пальцами по кнопкам, тумблерам и регуляторам. – С тобой все время, как на минном поле, – пробурчал Харкнесс, перехватывая довольный взгляд Джона. Тот удовлетворенно хохотнул и принялся натягивать серую майку и застегивать брюки. Эпсилон IV, куда они направлялись, уже маячил впереди, демонстрируя двум экс-агентам свою мутно-коричневую негостеприимную поверхность. Бортовой коммуникатор, установленный когда-то Хартом для удобства возле самой кровати, издал мелодичный сигнал и мигнул, выдавая входящее сообщение. Красная звездочка, красовавшаяся рядом с сообщением, говорила о том, что содержание письма было крайне важным. Джон ляпнул рукой по экрану и прочел вслух: «Объекты самоликвидировались при попытке задержания. Срочно прибудьте на Эпсилон IV для координации действий. Инспектор МакИчерн». – Джеек! – заорал Харт во все горло. – Срочно разворачивай корыто. Нам нужно убираться отсюда, как можно скорее. – Джон, тебе не кажется, что это слишком? Я понимаю, что расследование затеял ты, что ты не любишь СБ и хочешь сам снять сливки. Но, по-моему, дело вышло из-под контроля. Ты не можешь и дальше продолжать вести его в одиночку. – И поэтому ты навел федералов на контакт с Эпсилона? – Я просто попросил их присмотреть за теми двумя парнями, пока мы разбираемся с их девицей, – Джон раздраженно закатил глаза, махнул рукой и, оттерев Джека плечом от пульта, принялся лихорадочно задавать новые координаты. Джек с любопытством взглянул в экран и обомлел. – Земля?! Что ты задумал, Джон? Земля, Солнечная система, 51 – 21 век – Да, я наследил, признаю! Но это было три года назад. Откуда я мог знать тогда, что мальчик, которого я вытащил из-под горы трупов, окажется монстром? – тыльной стороной ладони Джон вытирал разбитые в кровь губы. Джек сидел у противоположной стены кабины, приводя в порядок дыхание после чувствительного удара в солнечное сплетение. Корабль напарников уже час болтался на орбите Земли, ожидая пока боевые товарищи выяснят между собой непростые отношения. – Ты постоянно врешь мне, Джон! Как я могу тебе верить, если ты постоянно мне врешь?! – Я не вру. Я недоговариваю, а это разные вещи, согласись. И потом, я не думал, что федералам удастся раскопать так много о моих перемещениях трехлетней давности. Мне казалось, я все подчистил... – Вот именно, что "не думал"! Думать это не по твоей части! Ты мог мне хотя бы сказать, что в СБ узнали о Грее. – И что бы это изменило? Они сейчас просто в панике. Еще бы, эти кройтонские лазутчики – реальная угроза всей Федерации. Так что эсбэшникам начхать на любые сантименты. Им нужен живой подопытный кролик для изучения. У нас была договоренность: я привожу им лазутчика – они позволяют нам самим разобраться с Греем. – Ты забыл еще о пятидесяти тысячах кредитов премии, которую они тебе посулили. – Ничего я не забыл, – огрызнулся Джон. – И не вижу в этом ничего плохого. Тем более, если принять во внимание альтернативу – десять лет на исправительном астероиде за государственную измену. Джек внимательно посмотрел на приятеля. – Извини, я не знал. – Знал, не знал, это теперь не имеет особого значения. Я уже попал в переплет. Теперь меня будут ловить по всем системам. Пока они, правда, считают, что я прячу твоего брата где-то недалеко от Веги, и не догадываются о том, что он на Земле 21 века. Но, Джек, там работают отнюдь не дураки. Два и два сложить как-нибудь сумеют. И думаю, очень скоро. – Был, – с трудом произнес Харкнесс и, заметив недоуменный взгляд Джона, добавил. – Был на Земле 21 века. Он, скорее всего, взорвался вместе со мной и хабом. Все кончено, Джон, он мертв! – Тебе на этой твоей Земле за две тысячи лет окончательно мозги отшибло. Ничего еще не кончено. Даже если он и взорвался в июле 2009, то в июне, мае, апреле и марте был вполне жив в своей криокамере. И что, скажи на милость, помешает СБ забраться в хаб и унести его вместе с футляром, так сказать, в праздничной упаковке? Лицо Джека перекосилось. – Ты соображаешь, что говоришь? Кто из официальных работников Министерства безопасности согласится нарушить конвенцию Протокола по путешествиям во времени? Это же подсудное дело. – Угу, – промычал Джон. – Даже не знаю, как назвать эту твою веру в принципы и правила, наивностью или глупостью. Нам нужно срочно отправляться в твой хаб и вытаскивать Грея. Тогда у меня будут развязаны руки и появится шанс отвертеться от претензий Министерства, – сказав это, Харт направился к пульту, открыл специальную консоль, хитро замаскированную под декоративной панелью, и принялся готовить скутер к пространственно-временному переходу. – Заводи 18 апреля 2009, 23-31, – мрачно буркнул Харкнесс, становясь рядом. Джон промолчал, только слегка приподнял левую бровь и послушно ввел временные координаты. *** В ярко-желтом сиянии корабль материализовался на окраине Кардифа, на мгновение завис над поверхностью и мягко опустился на землю. Напарники молча смотрели в иллюминатор на огни ночного города. По лицу Джека было видно, что он изо всех сил борется с нахлынувшими воспоминаниями, в основном неприятными и болезненными. Прошло минут пять, прежде чем он смог справиться с собой. Но зато, преодолев первый шок, капитан Харкнесс стал собранным и деловитым. – Я помню этот вечер, – сказал он, закатывая рукав и набирая на своем браслете какую-то комбинацию цифр. – Гвен ушла домой, а мы с Янто рванули разбираться, что на этот раз выплюнул рифт. У нас будет минут двадцать, на все – потом нужно уходить, если мы не хотим устроить временной парадокс. Пошли, – он решительно нажал кнопку ввода. Проход открылся, и Джек быстро шагнул вперед, словно сжигая за собой все мосты. Подвал кардифского Торчвуда был пуст. Даже камеры для уивелов стояли свободными. Похоже, сегодня им таки улыбнется удача, подумал Джон, тихо продвигаясь вслед за решительным Харкнессом. Прозекторская сияла чистотой – было видно, что ею уже некоторое время никто не пользовался. Джек подошел к криокамере, в которую месяц назад по местному времени уложил своего брата, и набрал код. – Понадобится пять минут на размораживание, – бросил он Джону. – Ты пока поищи сингулярный скальпель. Он был где-то здесь, среди вещей Оуэна. Мы не убирали его в хранилище. – Ты хочешь воспользоваться им прямо тут? А успеем? – с сомнением произнес Джон, одновременно начиная рыскать по шкафам. – Если поторопишься, то успеем, – уверенно выдал Джек, и Джон поверил ему моментально и безоговорочно. – Тогда, простите, обитатели Торчвуда, – заявил он и заметался по прозекторской, выгребая с полок вещи и не особо заботясь об аккуратности. Джек напряженно вглядывался в показания приборов на контейнере. 20… 25… 30 градусов по Цельсию. Быстро, очень быстро. Может быть даже слишком быстро, но медлить нельзя. 36… 37... Крышка криокамеры отъехала вниз. – Нашел, держи! – возбужденно подпрыгнул Джон, и сунул ему в руки прибор. – Смотри, не сожги ему мозг. Джек как-то странно глянул на друга и принялся настраивать скальпель. Он осторожно, почти невесомыми прикосновениями смещал ручку регулятора, пока не ощутил легкой вибрации – прибор зафиксировал цель. Веки Грея дрогнули, отмечая движение глаз. Он просыпался – нельзя было терять ни минуты. Капитан нажал на кнопку. Вибрация скальпеля стала сильнее, вокруг головы Грея появилось и тут же рассеялось слабое голубоватое свечение. – Джееек, – раздался слабый до боли знакомый голос. На Джека Харкнесса предано смотрели огромные ясные глаза его младшего брата. Рука Грея была очень горячей – последствие слишком быстрого выхода из криобиоза. – У него жар, – сказал Джон, ощупав лоб парня, затем взглянул на часы. – Очнись, Джек, нужно побыстрее уходить отсюда. Джек резко дернул головой, прогоняя навалившееся на мозг оцепенение, подхватил брата на руки и двинул в подвал. Джон шел сзади, прикрывая тылы. Уже заходя за угол, он услышал характерный негромкий хлопок – открылся временной проход, раздался топот нескольких пар армейских ботинок, звон разбитого стекла и одновременный громкий женский голос: «Ни с места! Руки вверх! Какого черта вы здесь делаете?» «Гвен», усмехнулся про себя Харт. Он не завидовал ребятам из СБ, попавшим под раздачу этой решительной и целеустремленной особы. У нее была тяжелая рука и жесткий характер. Дожидаться чем закончится стычка, Джон не стал, бросился вслед за уже уходившим в пространственно-временной коридор Джеком. *** – Смотри, вот он! – закричал молодой человек в безупречном костюме, выскакивая из черного джипа и глядя, как скутер бывших агентов времени растворяется в ярком оранжевом свете. – Какой большой... Это настоящий космический корабль, да? – Малый скутер класса "А". Быстрый и маневренный, без тяжелого вооружения. Используется при секретных операциях спецназом, – ответил мужчина в шинели, задумчиво глядя в пространство, туда, где минуту назад находился летательный аппарат, которому здесь было совершенно не место. – Хотел бы я знать, что ему тут понадобилось, – тихо пробормотал он себе под нос. Размышления человека в шинели прервал тихий, но отчетливый стон. Он оглянулся в поисках источника звука и заметил недалеко от джипа перепуганного насмерть пьянчужку. Зрелище космического корабля для него было явно слишком сильным впечатлением. Мужчина в шинели многозначительно взглянул на своего спутника, тот вздохнул и молча полез в карман костюма за ретконом. Спика V, система Девы Встречу с инспектором МакИчерном Джон назначил на Спике V, где знал каждый дом, каждую улицу, переулок, бар, как свои пять пальцев еще со времен обучения в Школе агентов времени. После закрытия Агентства школу перепрофилировали, и теперь она занималась подготовкой телохранителей, работавших с элитой Галактической Федерации. Все-таки правительство умело считать деньги, а не использовать штат преподавателей-суперпрофессионалов было неоправданным расточительством людских ресурсов. Джон сидел в любимом баре, имевшем, по его воспоминаниям, как минимум четыре выхода, один из которых был известен только завсегдатаям. Перед Хартом уже стояла пара пустых рюмок, еще пять, выстроенных в ряд, отбрасывали на стол разноцветные блики. Он затруднился бы сказать, что налито в каждую из них. Привычка брать всего по рюмке крепко засела в нем. Конечно, пить перед важным свиданием с представителем СБ было крайне неразумно, но разумные доводы Джона никогда особо не волновали. Его мир всегда заботился о нем, позаботится и сейчас. Откуда-то из-за спины донеслось легкое покашливание. Джон обернулся и увидел очень молодого человека, в новенькой темно-синей форме офицера Службы безопасности Галактической Федерации. – Капитан Джон Харт, я полагаю, – произнес офицер и протянул Джону руку, – Я офицер-инспектор Тобиас МакИчерн, – Харт с головы до ног внимательно осмотрел своего собеседника и не подал руки, хотя и сделал приглашающий жест. – Садитесь, – сказал он, демонстративно вынимая ультразувковой сканер и обшаривая им своего визави. Бармен за стойкой удивленно раскрыл глаза, но тут же отвернулся. В этом заведении было не принято задавать лишних вопросов. – Я пришел один, как вы и просили. И без «жучков», можете не волноваться. – Проверить не помешает, а с вас не убудет, офицер-инспектор, – голос Джона звучал издевательски-вежливо. – Как капитан Харкнесс и его брат? – С чего бы вдруг такая забота о бедном Джеке? Интересуетесь состоянием лабораторной крысы? – Послушайте, мы же не звери, что бы вы там себе ни думали, – с обидой произнес юноша. – Все наши действия продиктованы исключительно заботой о безопасности Федерации и ее жителей. – Сколько тебе лет, мальчик? – грубо прервал его излияния Харт. – Двадцать шесть, – ошарашено ответил парень и вдруг покраснел. – Наверное, вы, молодой человек, обладаете какими-то особыми скрытыми достоинствами, раз сумели в таком возрасте занять место офицера-инспектора СБ, – Джон указал на его новенькие нашивки и ехидно усмехнулся. Лицо молодого человека стало пунцовым до самых корней его светлых волос. – Мои скрытые достоинства вас совершенно не касаются, – губы его задрожали. – Вы, кажется, хотели заключить с нами сделку? Так давайте не будем отвлекаться. Джон нарочито медленно вынул из кармана кройтонский инфокристалл. В полумраке бара он таинственно замерцал, гипнотизируя обоих собеседников. – Знаешь, что это такое? – спросил Джон. МакИчерн судорожно сглотнул и вцепился пальцами в край стола. – Вижу по лицу, знаешь. Здесь практически вся информация о проекте наших кройтонских противников: найденные ими стратегические точки, слабые места во всех системах Федерации, количество агентов, список государственных учреждений и служб, для которых готовились специальные глубоко законсервированные кроты, – Тобиас МакИчерн сидел неподвижно, как зачарованный, вглядываясь вглубь вещицы, поблескивающей в руках бывшего агента времени. – И все это я отдаю вам в обмен на гарантии безопасности для меня, Джека и его брата Грея… Плюс обещанные пятьдесят тысяч кредитов – добавил он сощурившись. – В конце концов, средства все равно уже выделены. Не возвращать же их в казну, честное слово. Молодой инспектор чуть не задохнулся от такой наглости, но тут Джон опять пошевелил рукой и кристалл призывно заиграл гранями. – А где гарантия, что вы не обманете меня? Вдруг это вовсе не инфокристалл, а обычная пустышка, а вы возьмете деньги и оставите меня ни с чем. В этом деле от вас нам пока что достались только три обезглавленных трупа и пустой криоконтейнер. – Неужели ты считаешь меня абсолютно беспринципным? Ты, правда, всерьез думаешь, что я способен подвергнуть смертельному риску жизни людей во всей Федерации? – Лично я вовсе не считаю вас беспринципным. Мне просто кажется, что ваши принципы настолько гибки, что всегда совпадают только с личными интересами Джона Харта. Джон совершенно искренне засмеялся, этот молодой инспектор вызывал у него симпатию. – А тебе бы хотелось, чтобы они совпадали с интересами Тобиаса МакИчерна, да? Бледное лицо офицера снова зарделось. – Может быть, это было бы не так и плохо, – пробормотал он и покраснел еще больше. Затем решительным жестом вынул из кармана портативный терминал и набор походных драфтов для расчета с информаторами. Пока молодой человек проводил все необходимые процедуры, Джон внимательно вглядывался в его сосредоточенное лицо. Наконец, подумав, он произнес, – Выдай, пожалуй, два драфта по двадцать пять тысяч. МакИчерн удивился, но спорить не стал. Спустя минуту, изобразив кучу головоломных кренделей пальцами, он выложил на стол два одинаковых квадратика из белого нанопластика – драфты по двадцать пять тысяч межгалактических кредитов, принимающиеся в любой точке пространства и времени. Харт взял один из них, небрежно повертел в руках и сунул себе в карман. Затем пододвинул к инспектору инфокристалл, который тут же исчез в узкой ладони офицера. – Ладно, мне пора, – Джон поднялся и медленно подтолкнул второй драфт к молодому человеку. – Держи, Тобиас МакИчерн, заработал, – тот нервно облизал губы и заерзал на стуле. – Тоби, сэр, – тихо произнес он, пристально глядя в глаза Харту. До Джона не сразу дошла вся глубина сказанного. А когда он сообразил, то громко и от души расхохотался. – У вас, действительно, масса скрытых достоинств, офицер-инспектор. – Куда вы теперь, сэр? Опять пасти своего бессмертного друга? – А вот это тебя вообще не должно волновать, парень. Я нужен ему, а он больше, чем нужен мне, и точка. – Но ведь это не может продолжаться вечно? – А что может? – спросил Джон, потрепав своего собеседника по гладко выбритой щеке. – Месяцев через шесть свяжись со мной, Тоби, возможно, появится дело, – бросил Джон через плечо, даже не оглянувшись. Закусив губу и нервно теребя кусочек нанопластика, молодой Тобиас МакИчерн внимательно смотрел, как удаляется от него и пропадает в дверях темно-красный доломан.