Цена за молчание

      Догорал день, только зачинался или был в самом разгаре — было совершенно неважно в этом абсолютно черном мире с белоснежной луной, никогда не меняющей своего положения, и бесконечными барханами, из которых, словно скрученные костлявые руки, грозящиеся утащить любого путника прямиком в ад, торчали верхушки кварцевых деревьев Леса Меносов.       Любой достаточно смелый или глупый дух, выбравшийся сюда, рисковал нарваться на более сильного пустого или даже целую стаю и лишиться своей жалкой полужизни, наполненной бесконечным голодом и болью. Волновало ли этого жалкого адьюкаса, еле влачащего свои лапы по этой бесконечной пустыне, не обращающего внимания на то, что волчий хвост тащится по песку? Хотя, возможно, именно этот хвост и помогает ему уничтожать с барханов продолговатые следы шаркающих лап, тем самым спасая его от нежелательных знакомств, любое из которых может стать для него последним, и продлевая его существование.       Ветры переносили песок, уничтожая любые следы, которые могли оставить здешние обитатели, уничтожая саму возможность того, что кто-то о них вспомнит в будущем, узнает о том, что они жили, сражались и умирали на бескрайних просторах этой беспощадной всепожирающей пустыни.

***

      Длинные тощие лапы вязли в песке, куцой хвост безвольно тащился по песку вслед за хозяином, костистая продолговатая морда которого лишь изредка поднималась от лицезрения своих лап в сторону никогда не меняющегося пустого горизонта.       Разум мутился, хотелось встретить хоть кого-то, хоть кого-то! Лишь бы не плестись в одиночестве по этим бескрайним пескам, лишь бы был шанс поговорить… Или съесть. Голод, безусловно, давал о себе знать. Одиночество и голод. Хотя последнее не доставляло столько неудобств, а может быть и доставляло, однако, пустому, смахивающему внешне на волка в костяном доспехе, не очень-то хотелось об этом размышлять. Встретить кого-то в этой пустыне было большой удачей, и переполняющее чувство собственной незаполненности не давало адекватно среагировать и рассудить, кто перед тобой: потенциальный друг или еда. Даже если попытаться заранее все продумать — исход предрешен: это будет ужин на двоих при луне. Только проигравший уйдет с него внутри победителя. Какие еще варианты могут быть, если ты пуст?       Сквозь пятна света в глазах казалось, что на горизонте пески шевелятся, постепенно вздуваются в бессмысленные формы и разрастаются. Однако, сфокусировав наконец давно не видевший ничего кроме бескрайних песков взгляд, адьюкас понял, что ему навстречу движется небольшая компания пустых. Они были слабее, и даже напади они всем скопом, ничего бы у них не вышло. Волк уже достаточно долго бродил среду этих песков, чтобы быть готовым к встрече с такими бандами и уметь заранее оценить их силы. Не было смысла драться. Это была бы бойня. Бессмысленно это начинать. Скорее всего, они почуят его и просто уйдут. Или…       "…они не собираются нападать?" Эта внезапная мысль взбудоражила и заставила адьюкаса более энергично передвигать лапами. Куцой хвост дернулся вверх, прекратив подметать песок, и через пару мгновений адьюкас уже несся навстречу своим товарищам. Он хотел думать, что бежит навстречу товарищам. «Он сильнее. Они не нападут. Они же не глупцы! В этот раз точно получится!»       Чувство голода затерялось среди внезапно вспыхнувших эмоций. Он не будет больше одинок. Белый песок взметался лапами в насыщенный реацу воздух. Волк несся вперед, чувствуя, что за спиной распахиваются крылья, прогоняющие старое тоскливое существование прочь.

***

      Четверо адьюкасов заметили стремительно приближающегося противника и приготовились к обороне. Он был один. Его дело заведомо пропащее. Однако никто из пустых не хотел рисковать: лишиться куска, а вместе с ним и возможности стать васто лордом — не то, ради чего им приходится терпеть компанию друг друга.       Назревала очередная бесполезная битва на просторах бесполезного мира между его бесполезными обитателями. Волк стремительно приближался. Вот-вот последует удар… Но к удивлению пустых, волк резко остановился, взметнув вокруг себя тучи песка. Песок оседал, но никто не двинулся. Четверо смотрели на одного, один смотрел на четверых, и обе стороны были уверены, что знают, чем закончится эта внезапно наступившая тишина.