В плену у этого города

Неделю спустя. Офис корпорации HOLT International в Амстердаме.

      Роман Бердников вышел из архитекторского бюро качая головой. Всё-таки эта молодёжь такая…сложная! Эти сопляки и соплячки, все годящиеся ему в дети, пытались доказать ему, что его видение облика нового выставочного центра, строительство которого скоро должно было начаться в деловом районе города, морально устарело.       Как хорошо, что Август ван дер Хольт всегда на его стороне. Славный парень, толковый, совсем как его покойный отец.       Мужчина грустно улыбнулся своим мыслям. Его сын тоже славный малый, как бы там ни было, и что бы о нём не говорили всю эту неделю, за глаза, их коллеги.       Босс, великодушно войдя в положение, дал Егору дополнительную неделю отпуска, и даже согласился его оплатить. Отец ежедневно звонил парню, но лишь для того, чтобы услышать его голос, и убедиться, что с ним всё в порядке. Сын отвечал всегда, и даже почти сразу, но голос его был лишён всяческой окраски, как у допотопных автоответчиков.       Завернув за угол, к лифтовому холлу, Роман вдруг замер, и несколько раз моргнул, решив, что глаза подводят его. У одного из лифтов стоял Егор, о котором он думал всего несколько секунд назад. – Привет, пап. – просто бросил он. Отец скользнул взглядом по папке в руке сына. – У тебя же неделя ещё. Вышел, что ли? – растерянно спросил он. –Понимаю, дома стены давят, на работе полегче. – Я не работать пришёл. Я увольняюсь. – сказал сын спокойно, даже равнодушно. А вот у Романа чуть колени не подкосились. - Чего? Егор, у тебя нормально всё? Ты не спятил? – Не спятил. – буркнул парень. – Понял, что не могу здесь больше. Здесь оружие производят…чтобы людей убивать. Отец выдохнул, а снова вдохнуть забыл, и замер, бессильно опустив руки. – Но…здесь же карьера…деньги… – пробормотал он. – Да в задницу эти деньги и карьеру! –прошипел Бердников младший. – Я хочу…чище мир делать, прекраснее, удобнее для людей. Но не так, пап. Не через кровь и страдания, которые я, пусть и косвенно, всё же, приношу. – Мальчик мой… – Август подписал заявление. Взгляд у него был, конечно, такой себе, но я ему сказал, что если неустойки хочет или чего, пусть машину мою забирает, хату, да хоть блять… – Егор стиснул зубы, не договорив. – И что ты собираешься делать? – Бердников старший смотрел на сына тоскливо, но, в глубине души, отлично понимая всё. – Уеду из Нидерландов, домой, в Россию. – Ты ведь ещё недавно говорил, что Россия тебе никакой не дом, и что ты терпеть её не можешь. – Да, говорил. Но люди меняются, знаешь ли... – Егор пожал плечами, глядя на него усталыми, запавшими глазами. – Поеду в Питер, сниму квартирку в центре, с работой проблем не будет, думаю. Инженеры и айтишники и в России нужны. – Питер, значит? – Роман прищурился. – Почему именно он? – Как тебе сказать, пап, …я в плену у этого города. – ответил сын тихо. – До конца дней, а может, и дольше...