Хозяйка озера

      Следующим вечером, уложив сыновей спать, Бета спешит к озеру. Только в этот раз не для того, чтобы отвоевать дочь, а чтобы узнать о том, что ждет ее дальше. Туман над озером напоминает густые белые ленты. Бета стоит на берегу под пронизывающим ветром долго. Он перебирает пряди волос, выбившиеся из-под платка, а вода остается спокойной, словно огромное зеркало. Когда-то она уже приходила сюда, испуганная и полная отчаяния, готовая отдать все на свете за жизнь любимого. Теперь ей кажется, что та девушка осталась где-то очень далеко. Сейчас она просто мать, которая пришла проиграть свою последнюю битву. — Я знаю, что ты здесь. — Голос прозвучал глухо. Озеро молчало, лишь едва заметные круги разошлись по воде. Бета смотрит на них и чувствует, как болезненно сжимается сердце. — Я больше не стану просить оставить ее мне.       Слова дались с трудом, словно сухие ветки, что царапали горло изнутри при попытке втолкнуть их наружу. Туман дрогнул, а из воды начала появляться знакомая фигура. Светлое платье, длинные кудрявые волосы и пронзительные голубые глаза. Как всегда прекрасная, и чужая этому миру. И все же сейчас Бете вдруг показалось, что ведьма выглядит уставшей, словно прожила слишком много зим. Бета горько усмехнулась — Не думай, что я сдалась. — Нет. — Ведьма покачала головой. — Ты просто устала бороться с тем, что не под силу изменить.       Несколько мгновений они молчали, будто понятия не имели, зачем встретились. Слушали ветер, успокаивающий плеск воды и шорох камышей. — Она уйдет? — Кальях Варе не ответила сразу. — Да. — Сердце матери пропустило удар, хотя Бета знала этот ответ задолго до сегодняшнего дня. — И как скоро? — Когда придет ее время. Она сама это почувствует. — Бета опустила взгляд, пальцы ее дрожали. — А если она передумает? — Не передумает. — Откуда ты знаешь? — Потому что я слышу то же, что слышит она. — Бета прикрыла глаза. Слез уже не осталось, она выплакала их за долгие годы. — Тогда скажи мне хотя бы одно. — Кальях Варе посмотрела на нее внимательнее. — Кто позаботится о моей дочери?       Впервые за весь разговор в ледяных глазах появилось что-то похожее на удивление, словно ведьма ожидала услышать любой вопрос, кроме этого. — Кто будет рядом, когда она испугается? — Голос Беты дрогнул. — Кто научит ее жить? Кто скажет, что она поступает неправильно? Кто обнимет ее, если ей станет больно? Кто будет любить ее так, как люблю я?       Ветер усилился, по воде побежала рябь. Кальях Варе долго молчала, а потом подошла ближе. Впервые за все годы настолько близко, что Бета кожей почувствовала холод, исходящий от нее. — Ты думаешь, я хочу забрать ее у тебя? — Разве нет? — Нет. — Бета замерла. Ведьма подняла взгляд к небу. — Ты до сих пор ничего не поняла. — Тогда объясни. — Кальях Варе улыбнулась и в этом читалась такая грусть, почти что человеческая. — Я пришла не забрать. Я пришла вернуть. — Тишина, лишь ветер прошуршал в высокой траве. — Ничего не понимаю. — Конечно, не понимаешь. — Голубые глаза смотрели прямо ей в душу. — Ты просила жизнь. Помнишь ту ночь?       Бета медленно кивнула. Как такое можно забыть? — Ты просила сохранить жизнь человеку, которого любила больше себя. — Да. — А жизнь всегда рождает жизнь. — Бета застыла. В груди вдруг стало тесно и трудно дышать. Кальях Варе продолжала смотреть спокойно. — Ты думала, что девочка стала ценой. — А разве нет? — Нет. — Ответ прозвучал мягко. Без насмешки и жестокости. — Джени никогда не была долгом, не была твоим наказанием и уж точно никогда не была жертвой.       Бета чувствовала, как внутри рушится что-то, во что она верила долгие годы. — Тогда кто она? — Ведьма улыбнулась, и в этой улыбке не было холода. — Дар. — Слезы снова подступили к глазам Беты. — Дар? — Жизнь, которую породила другая жизнь.       Бета покачала головой. — Но почему тогда… — Потому что она принадлежит не только тебе. — Эти слова ударили больнее всего. Кальях Варе осторожно коснулась ладонью поверхности озера, а та засияла серебром. — В ее жилах течет кровь людей, дитя истинной любви. Однако душа слышит то, что смертным не дано. Она чувствует лес и воду. Прислушивается к ветру, выхаживает зверей. Она чувствует течение времени, и для нее оно идет не так, как для вас смертных. Джени видит больше, чем остальные, потому что родилась между двумя мирами. — Между мирами? — Между вашим миром и моим.       Бета опустила голову. Теперь многое становилось на свои места: озеро никогда не было проклятым, оно лишь звало ее домой. Ее умение обращаться с животными, видеть сны, которые не всегда были снами. Шепот в ночи и страх воды в детстве. Все годы это было не проклятием, а природой Джени. — Она будет счастлива? — Важный вопрос сорвался сам собой. Кальях Варе долго смотрела на нее и только потом ответила: — Обязательно. — И впервые Бета поверила ей без всяких оговорок. — Ты обещаешь? — Обещаю. — Голос Кальях Варе прозвучал твердо. — Джени не пропадет. Я научу ее всему, что умею сама. Я буду рядом, когда ей станет страшно. Я не позволю никому причинить ей вред. Она никогда не останется одна.       Бета зажмурилась, а слезы все-таки потекли по щекам. — А если она захочет увидеть нас? — Она придет вас навестить. — Правда? — Конечно. Я не собираюсь отнимать у нее семью, потому что вы тоже важная часть ее мира. В груди матери стало немного легче. Впервые за многие годы страх начал отпускать Бету. Кальях Варе сделала шаг назад, туман уже заклубился вокруг ее платья. — Она всегда будет любить вас. — А ты будешь любить ее? — Ведьма остановилась. Несколько секунд стояла тишина, а потом Кальях Варе улыбнулась той редкой улыбкой, которую Бета видела лишь однажды, в ночь спасения Нейла. — Ради тех, кого не любят, не ждут семнадцать лет. — Туман сомкнулся вокруг нее, подобно теплой шали. Светлая фигура начала растворяться. — Прощай, Бета. — Прощай.       И когда озеро снова стало пустым, Бета еще долго стояла на берегу и смотрела на воду. Впервые за все эти годы не чувствовала ненависти к той, кого считала врагом. Потому что, наконец, ясно осознала: Кальях Варе никогда не приходила за ее дочерью. Она все это время ждала своего ребенка домой.

**

      С самого утра деревня наполнилась музыкой, смехом и запахом свежей выпечки. Поодаль от берега развели большой костер, девушки плели венки из луговых цветов, дети носились между домами, а мужчины выставляли длинные столы под открытым небом. Люди смеялись, танцевали и пели, готовясь вновь с размахом отметить день солнцестояния. Только Бета не могла избавиться от ощущения, что этот день похож на прощание. Солнечный свет казался слишком ярким, небо было чистым, не единого облачка. И семнадцатилетняя Джени казалась невероятно спокойной, улыбаясь всем вокруг. Бета заметила, как она подошла едва ли не к каждому старику, живущему в деревушке. Улыбалась и махала всем детям, встречавшимся на пути, и пару слов сказала всем соседям. Словно она старалась запомнить каждого, прощаясь. От этой мысли у Беты сжалось сердце.       К вечеру над деревней зажглись сотни огней. Люди взялись за руки, образовав круг вокруг огня. Кто-то запел старинную песню, а Джени в этот момент нашла взглядом мать, и по ее лицу Бета все поняла. Время пришло. Девушка медленно подошла к родителям, Нейл стоял рядом, высокий, усталый. Слишком молчаливый. В последние недели он будто постарел на несколько лет, сеточка морщин глубоко залегла в уголках его глаз. — Папа. — Голос Джени дрогнул впервые за весь день. Нейл сразу отвел взгляд, будто не хотел показывать слезы. — Не надо. Не надо прощаться. — Пап… — Она шагнула вперед и обняла его. Так же крепко, как он носил ее на руках в детстве, и Джени никогда не боялась упасть, потому что знала, что отцовские руки ее подхватят. Нейл обнял дочь в ответ, прижал к себе, будто собирался удержать, хотя прекрасно понимал, что это невозможно. — Ты всегда будешь моей девочкой. — Джени зажмурилась. — Я знаю. — Даже если весь мир будет думать иначе. — Она кивнула, слезы блестели на темных ресницах. Когда Нейл отпустил ее, девушка повернулась к матери, и тут Бета поняла, что все эти годы боялась именно этого мгновения. Не озера и Кальях Варе, не цены, которую надо заплатить за жизнь любимого, а ее прощального взгляда. — Мам. — Больше Джени ничего не успела сказать, Бета сама шагнула вперед и прижала дочь к себе. Так крепко, словно снова держала маленького ребенка. Ту самую темноволосую девчушку, которую впервые взяла на руки. — Прости меня. — Прошептала женщина. — За что? — За то, что так долго боялась, пыталась помешать и удержать тебя, не понимая. — Джени улыбнулась сквозь слезы. — Ты стала лучшей мамой. — Девушка осторожно коснулась ее щеки. — И я никогда тебя не забуду.       Слова ударили больнее ножа, потому что прозвучали слишком по-взрослому. Окончательное решение, которое дочь приняла сама. Музыка продолжала играть, люди смеялись и пели. Никто вокруг даже не подозревал, что в этот самый момент заканчивается одна история и начинается другая.       Ветер вдруг усилился, по деревьям пробежал прохладный порыв, заставляя ветки заскрипеть. Джени подняла голову и обернулась к озеру, которое было чуть в стороне от скопления людей. Она поцеловала маленьких братьев в лоб, наказав слушаться родителей и быть им во всем опорой и помощью, а потом улыбнулась, слыша тихий зов воды.       Они вместе дошли до берега, где в воде уже стояла высокая женщина в светлом платье. Туман стелился вокруг ее ног, а голубые льдинки глаз сияли ярче, чем луна. Дочь Зимнего солнца терпеливо ждала, как ждала много лет до этого. Джени сделала глубокий вдох. — Мне пора. — Нейл зажмурился. Бета почувствовала, как земля уходит из-под ног, но впервые не стала удерживать. Лишь взяла дочь за руку и сама вложила ее ладонь в прохладную руку Кальях Варе. — Береги ее. — Голос сорвался. Ведьма смотрела на нее внимательно, а потом тихо ответила: — Я тебе обещаю, — на этот раз Бета поверила без страха и сомнений. Потому что знала, лгать Кальях Варе никогда не умела. Джени в последний раз посмотрела на родителей. — Я очень люблю вас. — И мы тебя, дочка. — Ответили они одновременно.       Джени сделала шаг в прохладную воду, и она расступилась под босыми ногами, встречая ее, как часть своего мира. Кальях Варе шла рядом, а над ними сияла огромная золотая луна. Только Бета и Нейл стояли на берегу, когда Джени остановилась. Она больше не плакала и не боялась. Перед ней лежало озеро, темное, спокойное и родное. Кальях Варе коснулась ее плеча, вода отозвалась мягкой серебристой рябью. Джени шагнула вперед, вода опутала колени, еще один шаг — скрыла ее по пояс. Она ни разу не оглянулась, не потому что не любила, а потому что знала: если обернется, то появятся сомнения и в следующий раз уходить будет еще тяжелее. Последнее, что увидела Бета, венок из чертополоха на темных волосах дочери. Потом вода сомкнулась над ее головой, и озеро вновь стало тихим. Только ветер прошелся по берегу ласково, словно чья-то рука коснулась материнской и отцовской щеки.

**

      Утром над Луссом пошел теплый и щедрый дождь, обещающий богатый урожай. Такой бывает после долгой засухи. Люди выходили на улицы и улыбались. Старики говорили, что это добрая примета и все радовались будущему урожаю. Никто не вспоминал вчерашний праздник, и никто не говорил о девушке по имени Джени, словно память о ней медленно растворилась вместе с ночью.       Осталась лишь новая легенда Лох-Ломонда о дочери Хранительнице берегов, с темными волосами и венком из чертополоха. Говорили, что она помогает путникам найти дорогу домой и отводит от деревушек бури. Охраняет детей, играющих у воды, и шепчет рыбакам о приближающемся шторме. Ее сила приносит дождь, когда земля жаждет влаги, а урожай с каждый годом становится все богаче.        Лишь Бета и Нейл помнили правду. Иногда по вечерам они приходили к озеру, садились рядом на старый камень и смотрели на воду. Когда ветер приносил запах вереска и чертополоха, Бета улыбалась, ведь точно знала, что где-то там, между туманом, водой и лунным светом, их дочь по-прежнему жива. И по-прежнему любит их.

«… У местного озера появилась хозяйка — дочь зимнего солнца, что звалась Кальях Варе. Рассказывают, что волосы ее светлые, словно луна, а глаза сияют холодной голубизной. Она живет среди туманов и глубоких вод Лох-Ломонда, охраняя озеро, леса и всех существ, что обитают вокруг под ее покровительством. Люди боятся Кальях Варе и вместе с тем приносят ей дары. Она редко является смертным, но если кто-то приходит в час великой беды и зовет по имени, может откликнуться. Однако всякая помощь имеет свою цену. Кальях Варе отозвалась на молитву смертной женщины. И в награду за любовь подарила ей дочь. У той были темные волосы и карие глаза, похожие на два тлеющих уголька. Говорили, что одна половина ее души принадлежит миру людей, а другая — миру туманов и древней магии. Когда Джени выросла, то ушла вслед за дочерью Зимнего солнца и стала Хранительницей Берегов. Но это была не история о смерти, а о возвращении домой. С тех пор Кальях Варе не странствует одна. Люди рассказывают, что в тихие вечера над Лох-Ломондом можно увидеть две женские фигуры среди белесого тумана. Они появляются там, где вода встречается с берегом.

Рыбаки верят, что Хранительница берегов отводит бури. Пастухи говорят, что она возвращает домой заблудший скот. Жители деревень благодарят за обильные дожди и богатый урожай. А матери шепчут детям, что если заблудиться в тумане и не поддаться страху, можно услышать ее ласковый голос, который выведет к дому».

      Потому что всякая легенда начинается с чуда. Но лишь самые редкие заканчиваются любовью, которая оказалась сильнее страха, времени и разлуки.