竹林之声 / Плач бамбуковой рощи

...Бескрайняя степь. В ней нет ничего на расстоянии, которое способен охватить человеческий глаз. Ни кустарника. Ни деревца. Ни перелеска. Только серый ковер сухих трав под тяжелым темнеющим небом. Небо и степь. Вот и все, что казалось, было в этом мире. Люди, которые ее пересекали, чувствовали себя маленькими, ничтожными и потерянными между бескрайним небом и бескрайним морем шуршащих колючих трав. Сун окинул взглядом бесконечность. Ничего, что внушало бы надежду. Ашина Сун и его братья преодолевали эту бесконечность уже несколько дней. И несколько дней мир вокруг не менялся. Только два дня назад им попалась тоненькая и мелкая, больше похожая на ручей, речка. И то, они чудом ее не пропустили, едва не споткнувшись о ее берег. Это была удача. Большая удача в этой пустоте, но больше судьба их не баловала. На сердце тэгина Соколиного войска медленно, но верно становилось тяжелее. Скоро скудный солнечный свет померкнет, оставив их в полной темноте, в которой крадется опасность, на целую ночь. Еще одну ночь, поблескивающую маленькими круглыми глазами тварей, жаждущих человеческой крови. Как лидер, Сун не мог допустить, чтобы братья впали в уныние, он ехал впереди, выпрямив спину. Ни тени усталости. Он должен вывести их отсюда. Прошло несколько лет с той ужасной зимы, после которой Сун стал тэгином, а затем прозван Соколом. Лицо с тонкими чертами, аккуратным носом и ушами можно было назвать красивым. Еще юное, оно было по-зрелому жестким, особенно это было заметно в выражении черных глаз, обрамленных длинными ресницами. На спину падали темные волосы, по местным обычаям собранные честью сзади мелкими косами, украшенными бусинами, частью оставленные свободными. В отличие от черноволосых братьев, эти волосы были светлее, особенно на концах они отливали бронзой, выжженные степным солнцем. Несмотря на возраст и не суровую внешность, никто не решался связываться с молодым тэгином Соколиного племени. Сун быстро доказал, что с ним стоит считаться. Расчётливый и спокойный, он шаг за шагом, победой за победой завоевывал уважение лидеров других племен. Соколиное войско первым вступало в бой, первым делало шаг из племен народа Бескрайних Степей и еще никогда не знало поражений. Для этого Сун медленно и осторожно рассчитывал каждый свой шаг. Мысли его были ясными и не слушали сердца, что часто сжималось в тревоге. Такой жизнью он жил с четырнадцати лет, когда ему вверили судьбу целого племени. Сейчас его маленький отряд снова пытался оказаться впереди. Если повезет, к ним со временем присоединятся остальные. В Великой Тан будет важная встреча и состоится дружеская игра в мяч, которую там называют цуцзюй. И с людьми Тан должны сойтись не Волки. Соколы. Темнота наступала неумолимо. Слабый серый дневной свет гас, оставляя степи в непроглядной черноте. Лошади уже начали храпеть и нервничать. Это означало, что путь продолжать больше нельзя. Звери быстрее других чувствовали опасность и не прислушиваться к ним часто было большой ошибкой. Сун глубоко ушел в свои мысли, быстро пытаясь рассчитать их следующий шаг в этом долгом пути, а догорающее солнце совсем не давало ему времени. - Еще не так темно, может, продолжим путь? – Сун едва не вздрогнул, когда с ним поравнялся Я Ло, словно услышавший его мысли. Да, он окончательно оправился после той страшной зимы и тоже был воином Бескрайних Степей, сопровождавший своего тэгина. Черты его юного лица нельзя было назвать гармоничными. Брови, сходящиеся под углом, словно он постоянно хмурился придавали ему задумчивый вид, нос с едва заметной горбинкой и черные глаза, живые и блестящие. Сейчас они всматривались в темнеющую даль. Жесткие волосы, забранные назад и из которых постоянно падала на лицо непослушная прядь, были заплетены мылкими косами, как у Суна и свободно падали на выпрямленную спину. Стройный, чуть ниже тэгина, не очень крепкий, Я Ло, как это было понятно еще с детства, не мог похвастаться ни силой, ни умом, но его часто выручали быстрота и ловкость. Если у них все получится, то в игре цуцзюй он покажет себя во всей красе. Отчасти поэтому младшему не терпелось попасть в столицу Великой Тан и за время этого пути он успел порядком надоесть своим братьям. Как сейчас. -…тэгин! Тэгин ты меня слушаешь? Как думаешь… Сун ничего ему не ответил, лишь посмотрел на него и тот замолчал, все поняв и опустив взгляд. Нет. К тому времени, как окончательно стемнеет им не найти укрытия. Повезет, если речка снова попадется. Порыв сухого ветра зашуршал в сухой траве, всколыхнув темные волосы. Бронзовые и черные. Сун обернулся, проводив взглядом Я Ло, повернувшего коня и возвращавшегося к Су Ишэ, делиться своими мыслями. Нет. Удача явно не на их стороне. Вздохнув, Сун скомандовал остановиться.

***

Ноэр развел костер особым образом, чтобы круг теплого оранжевого света как можно дальше прогонял густую черную темноту. Нет, в том, что удача окончательно от них отвернулась тэгин оказался не прав. Они все же наткнулись на мелкую, затерявшуюся в высокой траве, речку. Отряд расположился там, где их застала ночь. Посреди бесконечных просторов сухих шуршащих трав. Что было позади, то было и впереди. Только речка мягко шумела где-то в непроглядной черноте и опасность, едва слышно шуршала в темноте, а когда приближалась к границе света от огня, мелькала белыми точками глаз, похожих на осенних светлячков. О том, чтобы она приблизилась, беспокоиться не приходилось – костер Ноэра держал их на расстоянии. Сейчас товарищ Суна не сводил с темноты взгляд раскосых карих глаз. Его лицо с острым подбородком и правильными чертами, можно было назвать привлекательным, но едва ли оно было запоминающемся. Черные, жесткие как у всех степняков волосы, были забраны сзади высоким хвостом и свободно падали на развернутые плечи. В них поблескивали вплетенные в косы маленькие серебряные кольца. Для людей Степей бусины, золотые или серебряные пластины вплетенные в волосы имели особое значение, являясь амулетами на удачу, оберегами или даже некими знаками отличия. Ноэр из Соколиного Войска был хорошим воином, вместе с товарищами принесшим ему ни одну победу. Он почти ничем не выделялся, но всегда был рядом. Как степной пес с шерстью цвета сухих трав, что мог и юрту сторожить и за детьми приглядеть и, если придется, схватиться с волком не щадя жизни. Эти звери-помощники пользовались в народе Ашина большим уважением и быть позванным в их честь было хорошим знаком. Сейчас Ноэр Пастуший Пес сделал все, что в его силах, чтобы обеспечить своим братьям еще одну спокойную ночь, насколько это возможно. Сун всматривался в языки пламени, скользящие по хворосту, который удалось набрать в небольшой роще. Скоро и эти запасы подойдут к концу...