Попытка примирения

Аанг и сам не понимал, как это произошло, но факты были безжалостны: они поссорились. Красиво. С битьем посуды. Последнее, правда, получилось нечаянно, он просто рукой неудачно махнул… раза три… зато вот дверью Катара ахнула намеренно. Чтобы показать, как она безумно, невыносимо, чудовищно зла. Аватар тоже пребывал не в лучшем расположении духа. Во-первых, он не хотел еще одной ссоры. В прошлый раз шипящая от злости Катара убежала ночевать в деревню, подав селянам повод для сплетен, содержание которых Аанг предпочел бы не знать. Во-вторых, если честно, он был не очень-то прав. Катастрофически не очень-то прав. Но он так привык, что Катара всегда рядом, готова кинуться на помощь и сопровождать его в любом приключении хоть на край света… И теперь, когда она снова завела свою волынку, что хочет повидать семью, Аанг не выдержал и очень едко поинтересовался — а он что, не семья? Да, это был перебор. Катара давно хотела съездить к Сокке и Суюки, по нянчиться с их ребятишками, повидать отца. Но Аанг не мог ее отпустить, и эгоизм тут ни при чем, что бы она ни говорила. Где он в этой глуши сию секунду возьмет мастера воды и хорошего целителя? Что она, в самом деле, не могла подождать еще недельки две-три-четыре? Так. Он думает совершенно не о том. Сейчас надо понять, как просить прощения. Слава духам, на сей раз его жена не удрала в деревню босиком и в халате, а просто заперлась у себя и на его робкие попытки извиниться через дверь начинала громко и фальшиво петь. Все-таки в чем-то она очень похожа на брата. Аанг мысленно перебирал варианты примирений. Поговорить с ней? Уже было. Подарить цветы? Но он и так каждый день осыпает Катару букетами, которые потом идут на целебные масла и в гербарий. Может, конфеты или фрукты? Банально, да и лавка кондитера закрыта. Эх, жаль, здесь нет Сокки, он наверняка знает, как поступать в таких щекотливых ситуациях. А Аватар, победитель мирового зла, хранитель всего сущего, только и может, что бритую голову чесать. Вот беда… Хоть серенаду пой под окном. Аанг замер. Светлая идея, до сих пор мирно спавшая в дальнем уголке сознания, наконец проклюнулась, — только бы не упустить! Серенада, само собой, чушь, но она натолкнула мага воздуха на мысль: стихи! Ну конечно, стихи! Все великие люди посвящали любимым женщинам поэтические вирши, чем Аватар хуже? Он никогда не занимался сочинительством, но наверняка это не сложнее, чем мир спасать. Он ведь не собирается писать поэму, так, несколько трогательных строк, что-нибудь изящное и непринужденное, чтобы Катара прониклась, растрогалась и забыла про те глупости, что он давеча наговорил. Не откладывая дела в долгий ящик, Аанг решительно придвинул табурет к столу, схватил салфетку и карандаш; лицо его озарилось творческим пламенем, и он принялся вдохновенно строчить. «Кое-что, конечно, кривовато», — думал новоявленный рифмоплет, вычеркивая три строки подряд. — «Не хватает сноровки, легкости слога… (Еще минус две строчки). Но в целом неплохо получилось. Хотя про белоснежные крыла — это я переборщил. И рифма «любовь-кровь» какая-то избитая. Заменить бы. Пусть будет «вновь». Хм. Вот здесь как-то сопливо, да и вряд ли можно назвать нежной и безгрешной ту, что чуть не вышибла дверь одним ударом. Так. Дальше. Про чудное мгновение я где-то уже слышал, плагиат получается. Придется вычеркнуть, а жаль, этот кусок у меня лучше всего вышел. С крыльями-то что делать? Крыла, дела, бела… С ума свела? Пошловато…» Аанг еще раз перечитал свой шедевр, проникаясь к нему все большим отвращением. На финальных строках в духе придворных од он окончательно убедился, что поэт в нем погиб очень давно, в одной из прошлых жизней. Стихотворного полета как не бывало. Чувствуя себя бездарным ничтожеством, Аватар в сердцах смял салфетку, швырнул ее о стену и отправился медитировать в кабинет. Все равно роль хранителя равновесия ему не подходила — казавшаяся прекрасной попытка восстановить гармонию в семье с треском провалилась. Надо сказать, Аанг переживал напрасно. Поэт из него и впрямь вышел не лучше, чем из Катары — певица, зато свою главную задачу Аватар выполнил блестяще. Потому что утром, убирая следы вчерашнего погрома, Катара нашла на полу бумажный комок, исписанный подозрительно знакомым почерком, а любой, даже самый праведный гнев сходит на нет после получаса истерического хохота.