Бет. Лиз. Элизабет.

***

      Бет не собиралась оставлять свою семью даже ради ласкового Анжелика из уст Аро. Она уже давно не та вестница богов, что он знал. И пусть воспоминания о первой ее жизни всё чаще приходили к ней в приступах и Каллены всё чаще отмечали, что она меняется вопреки всему, что они знали о вампиризме, она все равно уже выбрала свой якорь. Каллены ей нравились не в пример больше Вольтеры даже без учета, что Вольтера стала причиной ее гибели. Ей нравились Розали и Эммет, что заменили ей родителей, Эсме, чуткая к чужим переживаниям, Джаспер, что стал ей самым любимым братом, Элис и Эдвард — парочка чудиков, но тем не менее своих, родных. И Карлайл, что своей волей вытащил ее с того света, пусть Бет ещё ни разу не умерла окончательно.       Она любит эту семью и не променяет ее на глупую Италию, которую обожала будучи русской и куда хотела переехать будучи живой. Которая была ей первым домом.       — Ты все так же единственный, Morte, тебе лишь придется смириться, что это моя семья. Аро не морщится, но Бет прекрасно его знает. И она улавливает как подрагивает правый уголок губ. Верный признак недовольства.       — Джаспер, позвольте руку, — Элизабет непонимающе хмурит брови. Джас подходит к Аро спокойно, на секунду удивленно вскинув брови.       — Как вы могли заметить, она мне сестра.       — Меня интересовало другое, майор Уитлок. — он не смотрит на собеседника, и Лиз с удивлением понимает его замысел во взгляде, что был обращен лишь на нее. Ее эмоции при виде него. Тоска. Так не тоскуют по тем, кто безразличен.       — Жду в гости, Анжелика. Так и быть, не стану настаивать на переезде, как я мог заметить вам до странного дороги эти личности, — а еще узнать, можно ли убрать помехи.       — После переезда я вас навещу, — они как раз собирались на новое место. Что ее слабо интересовала человеческая кровь было странным, но удобным.       — Буду с нетерпением ждать.

***

      А потом объявилась рыжая дрянь с армией новорожденных. Майор был обучен против них, но он был один. Лиз была бесполезна, даже пока сама была в статусе новорожденной — она была чертовски слабым вампиром. Эдвард был быстр, но не силен, волчата, что повинуясь Джейку для которого она осталась добрым другом даже став "пиявкой", малы, Эммет не был способен выступить против толпы — его бы разорвали. И пока Элис с Эдвардом направились на Аляску, она направилась в Италию. Аро ждет ее после переезда, который они вынуждены отложить, кем она будет, если не предупредит его?       — Morte, — кивает ему с нежной улыбкой, оторвав взгляд от знакомых стен. Она замечает что он спешил. Чуть съехавшая с плеча накидка, чуть более растрепанные волосы. Он не ожидал ее. Она подходит к нему, чтобы поправить накидку.       — Анжелика, bella signora, что-то изменилось? Мне наверное стоило посмотреть воспоминания маленького пророка, — Бет моргает медленно и улыбается безмятежно. Аро помнит эту улыбку. Так его Жизнь улыбалась, когда хотела, чтобы он что-то для нее сделал.       — Хотела предупредить, что мой официальный визит придется отложить. За мной охотится одна вампирша, мужчина которой хотел мною отведать, но подавился, чтобы отомстить за него. Представляешь, собрала армию новорожденных для этого. Боюсь, из-за нее нам пришлось отложить переезд.       Аро не любил, когда все шло не по плану, особенно, когда это влияло на возможность встречи с ней. Вернулась к Калленам Лиз с парой приближенных Аро, которые уже имели дело с новорожденными.       — Как нам к вам обращаться? — уточнил один из них по дороге на арендованной машине. Лиз не отвлеклась от окна.       — Каллены привыкли меня звать Элизабет, Аро — Анжелика, иногда меня зовут Беллой. — в их глазах промелькнула тень узнавания, когда она назвалась Анжеликой.       — Синьора Децима, — уважительно поклонился. Богиня, что прядет нити судьбы? Мило. И если она улыбнулась на это обращение, то лишь потому что посчитала это забавным.

***

      Элис не была удивлена. Она радостно общается с новыми знакомыми, благодаря их за помощь, которую они ещё не оказали. Джаспер перенял у них привычку звать Бет Децима, Розали часто перебирала ей волосы в беспокойстве, когда Эммет был занят. Эдвард вместе с отцом договаривался с волками. Все были заняты, одна лишь Бет отстранённо наблюдала со стороны и вышивала.       Она не может прийти в гости без подарка.       Она же успокаивала остальных, не давая перегрузиться бессмертным. Сон им был недоступен, но необходимость в медитациях упорядочивающих мысли была столь же острой, как кислород для всего живого. Она вылавливала их по одному, заставляя присесть и отдохнуть. Иногда напевала что-то на разных языках. Чаще итальянском.       — ... Una mattina mi son svegliato O bella ciao, bella ciao...       К дню битвы они были готовы и собраны, потому неудивительно, что рыжая дрянь была убита. Элизабет лично оторвала ей голову и подожгла труп. Она ведь тоже новорождённая, пусть не такая сильная как остальные.       И, конечно, она после переезда, состоявшегося в назначенный день, оказалась в Италии. Аро радостно раскрыл для нее объятия. Он как никто другой знал, что Анжелика всегда сдерживает обещания.       Она предпочитает животную кровь, и кто Аро такой, чтобы не потакать желаниям любимой? Она любит гулять по ночам и он всегда составляет ей компанию. Она любит днем сесть около окна в библиотеке и читать в тишине старые книги, которые любила будучу живой первый раз, — он рад предоставить ей свои самые редкие и старые экземпляры. Ее любимые книги он всегда хранил особенно трепетно. Она изволила желание сходить в оперу? Он достанет билеты на ближайший вечер и лучшие места. Его нежная Анжелика вдруг расстроенно скажет, что скучает по снегу — он найдёт лучший частный самолет и вместе с ней полетит на север.       Его ближайшие друзья говорят, что он сошел с ума, но кем бы он был, если бы смог отказаться от губ, что всегда были для него слаще крови?       Аро здраво судит о себе. Он эгоистичен. И если он хочет, чтобы эти сладкие губы всегда улыбались — он этого добьётся. Если он хочет, чтобы эти золотистые глаза горели при виде него от счастья — он мир положит по первому же желанию своего света. Если он хочет, чтобы эти руки с любящей нежностью касались лишь его — он станет самым лучшим мужчиной для их обладательницы. И что ее мысли ему недоступны — лишь небольшая преграда.       Потому что он хочет, чтобы Анжелика любила его вечно.       А Бет лишь улыбается лукаво. Такой влюбленный Аро всегда вызывал у нее тепло в груди и щемящую нежность. Любить его оказалось неожиданно приятно, после череды неудавшихся романов. Он долго ждал, когда ее упрямство по поводу бессмертия иссякнет, и что он не обратил ее, даже когда нашел почти бездыханную, поверив в ее слабый шепот о возвращении... Что ж, он заслужил и ее всепоглощающее доверие и ее же всепоглощающую любовь. Он пронес эту любовь и преданность спустя тысячу лет. Анжелика не могла не влюбиться в него снова.       И она ласково напевает песенку о любви на французском, что стала изучать недавно. Только для того, кого ласково называла Morte.