Юра, простишь ли ты меня?

Что изменилось с тех времён? Да особо ничего, только Юра стал не так часто касаться и лежать на Косте. Прошел ещё год и ничего не менялось. Юра так и не решился ответить на чувства, а Костя не давил, он просто ждал, ему было не впервой, двести лет молчал и ещё по молчит.

***

Всё было печально, пока у Юры опять не снесло крышу, слава дьяволу детей не было и они не видели этот ужас. Юра задыхался в собственном кашле, а кровь предательски попадала на белые вещи. А Костя? Он просто сидел рядом не решаясь как и раньше обнять друга. Это выглядело страно, они вели себя как маленькие дети у которых никогда не было отношений. Набравшись мужественности Костя обнял Юру, как и всегда уткнув его лицо себе в грудь. Юра был не сильно ниже Уралова, но почему то в такие моменты казалось что Юра в два раза меньше. Молчание, и лишь редкие всхлипы. На полу воляются окурки сигарет, в том числе и недокуренные, их убрал Костя из рта Татищева. — я согласен. - тихий и хриплый голос ударил по ушам Кости. — если ебало откроешь я тебе въебу. - добавил Юра. Они просидели в объятиях ещё примерно час. Юра спокойно спал, а вот Костя из за счастья не мог. Двести лет он ждал этих слов, из за них не спал, из за них страдал, из за них хотел умереть потому что " Так не правильно ". Чтобы не спать на полу Костя перенёс Юру в спальню, укрыл одеялом и ушел спать в гостинную на диван. Как будто Юра школьница и будет смущаться из за того что они будут спать вместе.

***

Ебаное утро- первые мысли которые возникли в голове у Юры. Память отшибло ровно до того момента когда он согласился. - не хочу вставать- а солнце безжалостно свитило в глаза — ёбыный ты мудак! - Юра подскочил с кровати и зановесил шторы и с облегчением лёг спать. Уже три часа дня, а Татищев всё дрыхнет и дрыхнет