Семь дней: истории Дримноблэйд

Вход в Подземный Мир буквально дышал темнотой. Он выглядел, как обычная пещера, но Сэм искал уже достаточно долго, чтобы суметь различить обычную прохладу с могильным холодом. Честно, он уже почти готов был сдаться и перестать искать, поверив, что входа в Подземный Мир нет, и туда можно попасть только после смерти. В конце концов, он не слышал ни об одном случае, чтобы смертному удавалось туда пройти. И, когда уже почти вся его надежда иссякла, он наконец нашёл его. У пещеры росли цветы и яркая зелёная трава, что немного не вязалось с тем, что воображал себе Сэм, но он не позволил этой мысли отвлечь себя и напряжено вступил в темноту. Приходилось пробираться почти на ощупь, ибо огонь не загорался здесь, а свет с улицы очень быстро истончился и рассеялся, стоило ему пройти глубже. Пещера казалась бездонной, время здесь терялось, шло иначе, растягиваясь до бесконечности. Он быстро шёл все ниже и ниже, а, по ощущениям, проходили часы, дни, может даже месяцы... А потом он услышал шепот. Кто-то кого-то звал, о чём-то плакал, умолял и стонал. Едва слышные слова доносились со всех сторон, и кожа Сэма покрывалась мурашками, когда он их слышал, но никак не мог увидеть, что их издавало. Темнота давила, грозилась поглотить, и он с трудом пробирался дальше, буквально чувствуя, как она цепляется за его кожу, утягивает ещё глубже в бездну. Но надо было продолжать идти вперёд. Он не мог позволить себе сдаться. Только не сейчас, когда он так близко к цели... Впереди стали появляться полупрозрачные, голубоватые силуэты душ. Они продолжали тихо стонать и о чём-то просить, но вместе с их шепотом вскоре стал слышен шум воды. Страх мешался с мрачной решительностью, и Сэм продолжал идти вперёд. Сероватый свет в конце этого бесконечного туннеля иногда мерцал, двигался, словно живой, и танцевал на стенах небольшими отблесками. Из-за него души можно было рассмотреть внимательней, и их печальные лица только вселяли ещё больше тревоги. Смертные любили жизнь и не хотели её так просто отпускать. Только вот никто их никогда не спрашивал. Смерть просто приходила... и всё. Точно так же, как и за Понком... Сэм наконец вышел из туннеля и увидел целую вереницу тусклых душ и чёрные воды реки Стикс, через которую их должны переправить. Здесь к стенам крепились металлические держатели для факелов, но огонь, которым они горели, не был таким, как наверху. Он отдавал голубоватым цветом, и его свет ощущался холодным. Таким же, как и это место. В воде что-то зловеще мерцало, двигалось, но поверхность воды так и оставалась нетронутой. На мгновение Сэму даже показалось, что он видит очертания чужих костлявых рук с огромными когтями, но, стоило ему моргнуть, и мираж пропал. Однако... даже если ему казалось, этого было достаточно, чтобы убедить не соваться в реку. Он перевёл взгляд на единственную лодку, что стояла у берега, и души, которые садились внутрь. Лодочник наблюдал за ними большими белыми глазами из-под капюшона, который полностью скрывал его лицо. Он был огромен, в два раза выше, чем Сэм, и с острыми рогами, которые тянулись вверх с его головы из-под одежды. Воображение легко дорисовало ему косу, чтобы сделать воплощением смерти, как её рисовали наверху в мире живых, но на самом деле лодочник опирался на весло, молча наблюдая за вереницей шепчущих душ. Души не толкались, не спорили, просто садились в лодку и ожидали отправления. Сэм посмотрел на свои руки. Он не был похож на душу, но, может, удастся проскользнуть? Натянув капюшон пониже, он сгорбился и встроился в ряд, прячась за чужими полупрозрачными спинами. Очередь шла неспешно, лодка успела два раза пересечь реку Стикс, перед тем, как настал черёд душ, между которыми прятался Сэм. Он не поднимал взгляд, смотрел прямо на спину того, кто был перед ним, не рискуя встречаться с лодочником глазами, но это ему не помогло. Как только он занёс ногу, чтобы переступить бортик лодки, перед ним резко оказалось весло, блокируя путь. - Я перевожу только мёртвых, – голос лодочника тоже оказался не совсем таким, как Сэм представлял. Вместо глубокого, неземного тона, он был странно... человеческим. - Пожалуйста! Мне нужно пройти! - Пройдешь, когда наступит твой черёд. У тебя ещё полно времени, чтобы насладиться жизнью, смертный. Лодочник немного оттеснил его веслом и позволил другим душам занять свои места. - Вы не понимаете! Это важно! Проводник душ хмыкнул. - У тебя не может быть никаких дел тут, пока ты жив. Если у тебя какие-то проблемы, так иди принеси жертву тем богам, что наверху, а не здесь, – лодочник повернул голову и сильным движением оттолкнулся веслом от берега, перевозя души через Стикс. Он вернулся через минуту или две, и Сэм попытался снова. - Послушайте, это действительно важно! Я потерял очень дорогого мне человека и... - Все кого-то теряют. Это цикл жизни. Когда-нибудь и ты умрёшь и сможешь воссоединиться с ним. - Но я ждал смерть! Я ждал её каждый день и каждую ночь, а она не пришла. В голосе лодочника послышалась улыбка. - Глупый маффин, смерть не приходит по твоему зову. Тебе надо дождаться очереди, – лодочник осмотрел его сияющими белыми глазами и, видимо заметив его выражение, смешливо фыркнул. – А ты что думал? Бюрократия даже тут есть! Сэм сел на берег. - Прошу. Мне очень нужно. Я буду сидеть тут, пока вы не согласитесь. Даже до конца моей жизни. Лодочник дружелюбно сузил глаза в улыбке. - Я терпеливый. Сэм смотрел, как лодка отчаливает от берега, а потом возвращается, снова набирая души. И повторяет этот цикл снова и снова. Когда ему надоело это зрелище, он перевёл взгляд на реку Стикс и её чёрные воды. На её глубине что-то кружилось, словно пытаясь затянуть, но, чем больше он смотрел, тем менее впечатляющим ему казалось это зрелище. Он уже хотел кинуть туда пару камней с берега, но, вспомнив очертания костлявых рук, передумал. Не хотелось бы, чтобы его утащили и разорвали монстры, что обитали реку. Когда вид того, как лодка отплывает и возвращается уже почти отпечатался на обратной стороне его век, лодочник снова обратил на него внимание. - Так и какое у тебя «важное» дело? Неужели решил побеспокоить бога Подземного Мира просто потому, что не дождался своей смерти? - Нет. Я хотел бы попросить его вернуть мне Понка. Лодочник удивлённо расправил плечи, повернув к нему рогатую голову. - Какой храбрый смертный! Или мне лучше сказать, безрассудный? Никто не вернёт тебе твоего Понка только потому, что ты попросил. - Я должен хотя бы попытаться. И даже если не получится... Может, я увижу его в последний раз... Или упрошу оставить меня с ним. Лодочник покачал головой. - Твою душу и тело разорвут перед тем, как ты дойдешь до него. Подземный Мир – не место для живых. - Мне надо попытаться, – упрямо заявил Сэм, и проводник снова вернулся к своей работе. Через ещё несколько сотен (тысяч) переправленных душ, лодочник наконец вздохнул и указал кивком головы на лодку. - Залезай, – он посмотрел, как радостно смертный запрыгнул к нему, и в его голосе снова послышалась улыбка. – Я же не совсем бессердечный. Гладь воды немного пошла рябью, когда они переплывали реку, словно чувствуя чужака, но лодочник не обратил на это внимания, и Сэм посчитал, что всё в порядке. - Не уверен, что ты сможешь дойти до дворца, но всё равно желаю удачи! Она тебе точно пригодится! – лодочник высадил его на другом берегу и дружелюбно махнул рукой. Сэм улыбнулся ему и пошёл дальше, стараясь прятаться по теням от многочисленных монстров, что населяли Подземный Мир. Те чудовища, о которых ходили легенды наверху, оказались вполне реальными, и временами он едва успевал уходить от них целым. Тут было поразительно большое количество желающих попробовать на вкус его плоть и кровь. До дворца он добрался немного подпаленным – встреча с цербером, который, как оказалось, ещё и мог извергать огонь из пасти... точнее из трёх, не прошла бесследно, – но, что радовало, всё ещё живым. Он устало толкнул огромные двери и оглядел пустые коридоры дворца, по которым иногда плыли Тени. К его счастью, они не обращали на него никакого внимания, а одна из них даже молчаливо указала на кабинет бога Подземного Мира, когда он осмелился спросить её об этом. Сэм прошёл до указанной двери, снял капюшон и постарался пригладить волосы. Он осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Кабинет бога выглядел... уютно. Тут был камин, несколько огромных полок с книгами, небольшой уголок для чтения с двумя удобными креслами и сам рабочий стол. Хоть мебель и выглядела богато, это не так уж и бросалось в глаза, ставя на первое место именно ощущение уюта, а не богатство декора, как это было в храмах богов наверху. Бог Подземного Мира тоже был тут. Сидел над стопками бумаг, устало подпирая голову, на которой красовался массивный кабаний череп, и что-то писал. У него были длинные волосы ярко-розового цвета и некоторые пряди выпадали из косы на широкие плечи, сильную шею и руки. Выглядел бог ниже лодочника (что не было показателем, ибо все знали, что боги запросто могут менять размер тела), но массивней. Его можно было описать именно этим словом. Сэм тоже был не из низких, но хозяин дворца всё равно выглядел выше него на две, может три головы, и его мышцы очень явно говорили, что он может переломать его как спичку. И он не был одет в тогу, как предпочитали многие обитатели Олимпа. Вместо неё у него были элементы искусно сделанных доспехов, покрывающие плечи, верхнюю часть груди и частично бёдра. Все они были украшены шипами и золотистыми вставками, что вместе с необычной короной на его голове создавало величественный образ. В горле встал ком. Бог выглядел опасным. Сэм перевёл взгляд немного вправо, и у него перехватило дыхание во второй раз. В кабинете было ещё одно божество. Супруг хозяина Подземного Мира. В отличии от своего мужа, он выглядел утончённым, деликатным, с изящными длинными пальцами, тонкой соблазнительной шеей и, с виду, хрупким телосложением, состоявшим из одних плавных линий. У него были белые волосы, в которых сидела золотистая диадема с свисающими нитями драгоценного металла, которые ложились на лицо божества в причудливом узоре. У него было уже что-то более похожее на традиционную тогу, но тоже с многочисленными элементами тонких доспехов, украшенных шипами, подстать мужу. Сэм почувствовал, что у него открывается рот. Божество сидело на кресле, подтянув под себя тонкие ноги, и читало книгу, разбавляя тишину шелестом страниц. Он казался почти наваждением... Сэм силой встряхнул головой, прогоняя ненужные мысли, и робко постучался. Бог Подземного Мира Техноблэйд поднял на него голову, а за ним это движение повторил его супруг. - Смертный, – раздался монотонный и низкий голос хозяина Царства Мертвых. – Ещё и живой. Куда только Бэд смотрит? Он устало вздохнул, и его муж, бог весны и плодородия, который разделял с Техноблэйдом титул хозяина Подземного Мира, плавно опустил ноги с кресла на пол, недоумевающе смотря на него ярко-зелёными, завораживающими глазами. Сэм медленно зашёл внутрь и опустился на колени у двери, не встречая взгляда богов. - Я пришёл просить вас о милости. Техноблэйд фыркнул и в тишине раздалось его тихое бормотание почему-то крайне похоже на слова: «ещё один...». - Мой любимый, Понк, попал к вам в Подземный Мир. Я умоляю вас... прошу, позвольте мне забрать его домой, наверх. Наша жизнь так коротка, мы всё равно окажемся здесь, но он так мало жил под солнцем... Я не могу без него... Бог Подземного Мира невпечатлённо посмотрел на него сквозь глазницы своей маски-черепа. Он открыл ящик своего стола, немного пошуршал бумагами и вытащил какой-то лист. - Наберись терпения. Ты и так скоро с ним встретишься, – монотонно сказал он, прочитав что-то на бумаге. - Я умоляю вас. Понк был самым дорогим, что у меня было. Он был светом моей жизни, я не могу просто перестать бороться за него! – увидев, что на Бога Подземного Мира его слова не имеют никакого эффекта, Сэм повернулся к его супругу. – Пожалуйста, я не могу без него жить! Возможно, я не певец и не поэт, чтобы придать своим словам красивый вид, и мои старания напрасны, но я не могу не попытаться вернуть его ко мне. Бог весны и плодородия Дрим немного склонил голову, и его брови изогнулись домиком. - У него была самая чудесная улыбка и смех. Я мог слушать его часами. У него были самые... – он хотел сказать «самые прекрасные глаза», но осёкся, поняв, что у божества, которое смотрело на него, они были куда красивее чем у любого смертного, – прелестные губы, самые лучшие руки. Даже если вы не позволите мне забрать его отсюда, позвольте мне остаться здесь с ним. Или хотя бы посмотреть на него в последний раз... Техноблэйд сидел так же неподвижно и, пусть его череп не позволял никаким эмоциям показываться миру, Сэм чувствовал, что ему абсолютно пофиг на всё, что он говорит. Дрим повернул голову к своему мужу, и тот обречённо вздохнул. - Милый, ну посмотри! Это же так красиво! - Дрим, мы же с тобой это обсуждали... Супруг Техноблэйда встал с кресла и мягко подошёл к Хозяину Подземного Мира, буквально завораживая лёгкими грациозными движениями своего тела. Сэм поймал себя на том, что не может оторвать от него взгляд. - Ну, пожалуйста, дорогой! – Дрим положил изящные руки на массивные плечи мужа и наклонился чуть ближе, проникновенно заглядывая ему в глаза. – Он же так романтично просит! Техноблэйд внезапно выглядел так, словно начал сомневаться. - Пожалуйста, - мурлыкнул бог весны, и у Сэма вырвался сдавленный звук от его тона. – Ради меня. Бог Подземного Мира вздохнул... и сдался. Его супруг довольно улыбнулся и на мгновение прижался губами к кончику маски-черепа своего мужа, из-под которой тут же раздалось недовольное бормотание за то, что поцелуй достался не самому Техноблэйду. - Хорошо, – Хозяин Царства Мёртвых встал, и Сэм непроизвольно сжался, когда он подошёл. – Я отпущу твоего Понка. Но есть одно условие. - Всё что угодно, – с готовностью заявил Сэм, и Дрим улыбнулся, заставляя его мысли на мгновение остановиться, а потом начать метаться в голове словно кометы. - Ты не должен оборачиваться. Понк будет идти за тобой, но весь путь до самого верха ты не должен его видеть. Иначе он навсегда вернётся сюда. Сэм кивнул, и Дрим немного наклонился к нему, заставляя золотые нити с его диадемы едва слышно зазвенеть. - Помни. Просто не оборачивайся. Иди до конца, и всё будет хорошо. Когда Бог весны говорил, Сэм чувствовал себя почти загипнотизированным. Он смотрел на соблазнительный изгиб его губ и не мог вымолвить ни слова в ответ. - А теперь иди. Понк будет следовать за тобой, – Техноблэйд вернулся за стол, и Дрим дружелюбно махнул ему рукой, прощаясь. Тяжелая дверь закрылась за ним, и Сэм сглотнул. Не оборачиваться. Просто... не смотреть назад. Он шёл по Подземному Миру словно деревянный, но на этот раз ни одно чудовище не приблизилось к нему, а цербер лишь лениво зевнул, окинув его почти забавляющимся взглядом. Он боялся сделать хоть одно лишнее движение, чтобы не потерять свой шанс привести Понка домой, и, к тому моменту, как он достиг реки Стикс, у него уже болели все мышцы от того, как сильно он их напрягал. - Надо же... – лодочник удивлённо склонил голову. – Живой! А я думал, от тебя уже давно ничего не осталось, – в его голосе снова послышалась улыбка. – Залезай. Как видишь, в ту сторону у меня полно места для пассажиров. Больше он ничего не сказал и, выходя из лодки на другом берегу, Сэм сдавленно попрощался с ним, не оборачиваясь и стоя так ровно, словно проглотил палку. Лодочник только смешливо фыркнул на это и продолжил заниматься своей работой. Темный туннель к поверхности не давал Сэму особо много времени, чтобы думать о Понке за его спиной, так как он был слишком занят, пытаясь не сломать себе шею в полной темноте, но... Позади него не было слышно никаких шагов. Ни звука дыхания, ни шуршания одежды, ничего. Наверное, это было нормальным, учитывая, что Понк был сейчас такой же душой, как и те, что находились внизу, но Сэму хотелось бы услышать хоть какое-то подтверждение тому, что он идёт за ним. Путь был долгим, тишина вместе с темнотой давила, и уже очень скоро Сэм снова потерял счёт времени. Оно тянулось до бесконечности, сводило с ума и заставляло его голову заполняться глупыми мыслями. Ему всё чаще хотелось обернуться и проверить, что Понк за ним. Но мысли о том, что он навсегда потеряет его, оказывались сильней, и он продолжал смотреть только вперёд в беспроглядную тьму. И, когда наконец показался свет, сомнения оказались настолько сильными, что их почти невозможно было игнорировать. Что, если боги обманули его, чтобы спровадить? Что, если за ним никого – лишь одна темнота? Лодочник никак не отреагировали и ничего не сказал, когда проводил его обратно. Значило ли это, что он не увидел за ним Понка? Или просто не хотел говорить об этом? До света было совсем недалеко, но страх был невыносимым. Ему надо было проверить. Прямо сейчас. «Помни. Просто не оборачивайся. Иди до конца и всё будет хорошо.» - прозвучал в воспоминаниях голос бога весны, и Сэм замер, почувствовав, как голова пустеет от мысли о супруге Техноблэйда. В лучи солнца он ступил почти в неосознанном состоянии. - Сэм! – радостно послышался голос, который он так давно не слышал, и кто-то повис на его плечах, проводя губами по вискам. – Боги, я так скучал! Понк, живой Понк, почти сиял от счастья и осыпал его поцелуями. Он мог его касаться. Он мог его обнимать и целовать. Он мог... Сэм стребовал с Понка обещание никогда не говорить о том, как он расплакался в тот день, держа его в своих объятиях и боясь, что он исчезнет. И, казалось, всё, жизнь должна стать такой, как прежде, перед тем, как его любимый случайно наступил в змеиное гнездо и умер от яда, но... Почему-то она такой не была. Сэм несколько лет был один, пока искал вход в Подземный Мир – он отвык от общения, отвык от людей, и это часто служит поводом для ссор. Понк почему-то не понимает этого. Для него эти несколько лет были лишь мгновениями, которых он особо и не помнил. Он ждёт, что Сэм будет тем же весёлым, беззаботным парнем, но не берёт в расчёт, что, после того горя, которое ему довелось испытать, часть его личности просто умерла. Что теперь он боится оставлять Понка одного, не хочет быть таким же беспечным, не хочет снова всё потерять. Они часто ссорятся из-за этого. К тому же Подземный Мир, как выяснилось, тоже оставил на них свои следы. Понка тянет к темноте, пусть он этого и не замечает, его дыхание в некоторые моменты становится почти неслышным, а перепады настроения заставляют Сэма сходить с ума. Он уже потерял счёт, сколько раз пытался успокоить Понка после того, как тот начинал плакать и выть о том, что хочет, чтобы его отпустили, и сколько раз он проваливался с этой задачей, просто мрачно пережидая подобные эпизоды, неспособный ни помочь, ни избавить своего любимого от них. Что насчёт него самого... Подземный Мир оставил след и на его душе тоже. Сэму снятся сны. В них бог весны Дрим улыбается, ласково сияет зелёными глазами и протягивает руки, словно ждёт, пока его обнимут. Во снах он принадлежит только Сэму, и в них они всегда остаются вдвоём. А потом он просыпается, и всё снова идёт по кругу. Ссоры, крики, плач... Сэм хочет того, что никогда не сможет получить. Понк перестаёт быть центром его вселенной – она смещается, находит себе новый смысл. Говорят, что человека невозможно перестать любить. Можно только встретить кого-то, кого ты полюбишь больше. Понк продолжает плакать и тянуться к темноте. Сэм смотрит. Зелёные глаза во снах продолжают манить. Он так хочет. Хочет-хочет-хочет... Это наваждение, похоже на гипноз, на больное воображение, что мучает его по ночам и толкает на глупые мысли и поступки. Может, сам Дрим посылает ему эти сны? Может, он тоже хочет... Сэм должен знать. Он не может ошибиться в таком вопросе. Он спрашивает у старейшин, ищет все легенды и рассказы о боге весны, даже пытается молиться ему, возводя маленькие алтари. Сны не меняются, но он всё равно находит информацию. Старейшины говорят, что Техноблэйд влюбился в Дрима и похитил его в Подземный Мир, обманом заставив съесть пару зерён граната Подземного Мира и, тем самым, привязав его к себе. Значит, бог весны там не по своей воле! Эта мысль пускает корни, терзает по ночам, ведёт его руки к горлу Понка и сжимают. В глазах его любимого страх и непонимание, но Сэму чудится облегчение. Он его отпускает, он всё делает правильно. Смерть приходит за Понком второй раз, и Сэм идёт ко входу в Подземный Мир. - Неудачливый он у тебя какой-то... – говорит ему Лодочник, даже не удивляясь его приходу. – Так быстро вернулся сюда, я ожидал, что пройдёт хотя бы несколько лет... Сэм молчит, и Лодочник вздыхает, ошибочно принимая это за горе и отчаяние. Он позволяет ему залезть в лодку и снова перевозит через Стикс. - Я бы тебя отговорил, но вижу, что ты не будешь слушать. Прощай. Желаю удачи, но сомневаюсь, что она тебе пригодится на этот раз... Лодочник не понимает. Он всё делает правильно! Чудовища Подземного Мира смотрят на него недоумённо. Они скалят пасти, капают слюной и топчутся на месте, не зная, стоит ли нападать, если в прошлый раз боги так легко отпустили его обратно в мир живых. Сэм находит Дрима у цербера. От его шагов на чёрной земле прорастают маленькие тонкие стебельки, олицетворяя ту же нежность, что и сам бог весны. Сейчас он почему-то не улыбается. Гладит морды цербера и даже не поворачивается к нему. - Я видел душу твоего Понка. Она плачет о том, что была убита. Тобой. Воздух рядом с ним сгущается, словно тяжелеет, и Сэм догадывается, что он зол. - Мне пришлось! – спешит оправдаться он, но атмосфера не меняется. – Я должен был снова попасть сюда! Я вытащу тебя отсюда! Техноблэйд забрал тебя против твоей воли, я могу снова подарить тебе свободу! Это заставляет Дрима обернутся и даже вызывает на его губах улыбку, которую так и хочется поцеловать. - Как мило, – его лицо не меняет выражения, но теперь почему-то оно кажется не нежным, а хищным, почти жестоким. – Но мне не нужен освободитель. Техно выкрал меня по моей просьбе. Даже его голос становится звенящим, опасным, словно предвестник бури. - Но... – Сэм не успевает найти слов для хаоса в своей голове. - Моя мама скорее удавилась бы, чем позволила нам с Техно быть вместе. Пришлось прибегнуть к хитрости, – он склоняет голову, и цербер под его рукой скалится, щёлкает внушительными клыками, словно чувствуя, что хозяин может отдать ему эту самонадеянную душу. Чудовище рвётся с цепей и уже почти готово растерзать его, когда за спиной доносится очень низкий, раздающийся эхом по всему Подземного Миру, взбешённый голос Техноблэйда. - Сидеть, – Сэм не признается, что он едва подавил в себе порыв выполнить команду, точно как цербер. Дрим светлеет лицом и виновато улыбается своему мужу, при этом выглядя немного расстроенным: - Ты был прав насчёт смертных. Как всегда. Сэм пытается не дрожать, когда он оборачивается. Бог Подземного Мира нависает над ним огромным силуэтом, и его черты размыты по краям, словно сила едва сдерживает себя внутри, пытаясь выплеснутся на него и разорвать в клочья. Но вместо этого Техноблэйд резко хватает его огромной рукой за горло и легко поднимает в воздух. У него сжата челюсть, и из плотно сомкнутых губ вырывается красноватый дым, от которого пахнет холодом и смертью. - Мне следовало отдать тебя на корм теням, как только я почувствовал, что ты ступил на мою территорию, – бог рычит, и Сэму кажется, что он может умереть только от звука его голоса. Дрим встаёт рядом с ним, ласково берёт другую ладонь мужа и подносит её к губам, выглядя таким влюблённым, что даже Амур и Психея наверняка бы меркли в сравнении. Техноблэйд вдыхает воздух сквозь сжатые зубы, и Сэм дёргается, чувствуя, как его душу вырывают из тела, поглощая и лишая любой возможности на перерождение. Это будет смерть. Для тела и для души. Окончательная. Он хочет кричать, но не успевает сделать даже этой малости. Красный дым обволакивает, утягивает за собой, и Сэм успевает почувствовать, как его тело откидывают к церберу, жадно кинувшегося к трупу, пока его душа доживала свои последние секунды. - Ещё кто-то хочет отобрать у меня мужа? – взбешённый голос Техноблэйда полон угрозы и вызова тому безрассудному существу, которое осмелится положить глаз на его сокровище. Дрим снова влюблённо улыбается, но умирающая душа даже не смотрит в его сторону, пусть и знает о своей скорой кончине. Урок, который был дан ему и всем мирам, понятен и усвоен. Не стоит трогать то, что дорого Смерти и пренебрегать её подарками и милостью. Как показал опыт – это чревато необратимыми последствиями.