Проблемы Поттера и устранитель его проблем

      До обеда я успел успокоиться. А встретив вновь живого и здорового Снейпа в Большом зале, увериться в собственном параноидальном припадке. Надо попить Успокоительного бальзама. Не хотелось бы возвращения эмоциональных качелей, как летом.       Гербология прошла благополучно. Мне удалось украсть ненадолго Невилла из общества Забини и поболтать с ним. Споров мы больше не затевали, но часто находили общие темы для обсуждения. Пусть мне было еще трудновато активно в них участвовать, но что-то получалось. Да и Невилл, как оказалось, мог поддержать любую тему. И все благодаря незабвенной бабушке, которая его натаскивала. Кто бы мог подумать.       Мы уже были почти у замка, когда к нам на встречу вышел Снейп. Просто взглянув на его выражение лица, можно было смело предполагать, что кто-то уже напортачил и, возможно, был растерзан разъяренным профессором. Не осталось и следа от утреннего спокойствия. — Мистер Поттер, у меня есть для вас новости, — он скосил взгляд на Невилла и замолчал.       Поняв немой намек, тот сжался от пристального внимания, но не двинулся с места и посмотрел на меня. — Иди, я догоню.       Невилл кивнул и направился в замок. — Не уверен, хорошие они или нет. Ваш крёстный в скором времени прибудет в Хогвартс. Директору только что пришло письмо.       Вот так. Внутренности скрутило жгутом. Я прикрыл на секунду глаза, пережидая приступ тошноты и сглатывая кислую слюну. Это должно было когда-то произойти. Что скрывать? Я даже ждал встречи с крёстным со злорадным нетерпением. Но именно сейчас почему-то оказался не готов. Сбежать? Нет. Я приложил слишком много усилий, чтобы хоть как-то устаканить свою жизнь. А Сириус — её часть. И рано или поздно с ней мне тоже придётся разобраться.       Тихий голос стал неожиданностью и вырвал меня из потока собственного сознания. Мерлин, а я и забыл, что не один. — Возможно, будет лучше сказаться занятым. Например, отработкой со мной. Я бы смог его… перенаправить, — вкрадчиво проговорил профессор, заглядывая в глаза.       Перенаправить? В переводе со Снейповского — послать куда подальше.       Я немного завис. Мне предлагали спасение? Убежище? Зачем? Неужели, чтобы сохранить моё душевное равновесие? Меня так легко прочитать? Хотя в последнее время мы чаще общаемся. Или мои проблемы с крёстным настолько очевидны для всех? Стало и вовсе погано.       Но я чуть не расхохотался от мысли, что Снейп, оказывается — милейший человек. Как только я раньше не замечал? Меня охватило нездоровое веселье, что вряд ли шло на пользу измочаленным нервам.       А предложение-то было соблазнительным. Так хотелось согласиться… — Нет. Спасибо. Я разберусь… Когда он будет?       В этот момент Снейп посмотрел куда-то мне за спину и ещё больше выпрямился. Я развернулся, проследив за его взглядом. На краю озера вырисовывался знакомый силуэт.       Да чтоб тебя!.. Ну почему у меня нет хотя бы пары минут морально подготовиться? Я закусил изнутри щёку. — Гарри? — тихо позвал профессор.       Я вздрогнул от прикосновения — мне на плечо легла его ладонь. — Всё в порядке.       В собственные слова я, конечно, не верил. А на Снейпа даже не обернулся — боялся, что ухвачусь за любезно предоставленную возможность сбежать.       Пришлось наконец сделать шаг навстречу Сириусу. Жаль, что уютное тепло покинуло плечо. Я отошёл ещё немного от профессора, чтобы не втягивать его в разговор. Но и не слишком далеко. Ощущение, что где-то там, за спиной хоть кто-то есть, создавало иллюзию почвы под ногами и было сейчас бесценно. Из-за чего-то я твёрдо уверился, что профессор никуда не уйдет.       Крёстному хотелось высказать многое, ещё о большем — спросить. Меня раздирало столько противоречий, но, как назло, в голове было пусто. От возросшего напряжения подрагивали пальцы, и я сцепил их в замок за спиной.       Сириус приближался быстро, буквально летел мне на встречу с распростёртыми объятьями, искрясь радостью. А я пытался дышать ровно и глубоко.       За пару шагов до меня крёстный будто споткнулся (о мой взгляд, надеюсь) и остановился. — Сохатик!       Широкая, открытая улыбка казалась такой искренней. Сириус было дёрнулся снова навстречу, но я отступил. — Гарри?       Его растерянный вид рвал мне душу в клочья. Вот только я давно перестал ждать, когда же крёстный вернётся за мной. — Зачем пришёл? — только боги знают, чего мне стоил этот ровный тон. — Как зачем? Сохатик, что-то случилось?       У меня задёргались губы в попытке сдержать истерический смех. — Гарри, да что с тобой? — Что со мной?       Горло перехватило. Как не вовремя. Но я продолжил выталкивать из себя рубленные фразы. — Со мной всё в порядке. Не твоими стараниями, правда. Так, зачем пришёл? — К тебе… — Неужели? А где пропадал раньше? — Гарри… — Что на этот раз? Очередной отдых в Азкабане? — Что ты такое говоришь? Нет, конечно! Мерлин, помилуй… — Так что же? Заболел? Был прикован к постели? Готовился ко встрече с Вечной Невестой?       Я не сводил взгляда с крёстного, пристально следя за его меняющимся выражением лица. Яркая улыбка уже померкла. Но кроме недоумения ничего прочитать не вышло. — Щеночек, не обижайся. Я правда был занят, но всегда приглядывал за тобой. Дамблдор держал меня в курсе. И я с хорошими новостями! — Сириус вновь засиял как начищенный галеон. — Решил сообщить лично? Мог не утруждаться, я уже видел газеты. Поздравляю. Ну, если это всё, тогда мне пора.       Казалось, душа изнутри покрылась ржавчиной и сейчас осыплется трухой. Мерзкая кислятина не отступала с языка. Я уже развернулся, чтобы уйти, как Сириус схватил меня за предплечье. — Ну, Гарри! Брось! Ты на меня обиделся? Серьёзно? Я же здесь. — Пожалуй… нет. Я просто больше не хочу тебя знать. — Да что я такого сделал? — Ничего. Абсолютно ничего. — Так. Ладно. Я понял, нам надо поговорить. Пойдём. Я только быстро забегу к директору. — Так, ты всё-таки пришёл не ко мне? — Ну, прекрати, сейчас мы с тобой со всем разберёмся.       Сириус потянул меня за собой. — Нет. Я никуда с тобой не пойду. Хочешь поговорить — говори здесь, — я выдернул руку из его хватки. — Можешь начать с рассказа о том, где ты был, когда я едва выжил после встречи с Тёмным Лордом. — Я… Гарри, тебе пришлось нелегко. Я понимаю, ты сейчас сгущаешь краски. Но ведь ты справился! Отомстил ублюдку! Совершил подвиг! Пережил самое невероятное приключение в жизни. Знал бы ты, как я горжусь тобой! И даже немного завидую, — он улыбнулся и подмигнул мне.       Я изо всех сил зажмурился, до цветных кругов перед глазами. — Так, почему же даже поздравить не пришёл? — слова на языке отдавали железом. — Или лучше ответь, где ты пропадал всё лето, когда я сам готов был в петлю лезть от одиночества? Почему не ответил ни на одно из моих писем?! — я выпалил свою тираду и окончательно охрип. — Почему не сдержал обещание? Почему не забрал меня к себе?.. — а вот это было лишним, я прикусил язык, чтобы не разныться как первокурсник. — Послушай, не то чтобы я не хотел. Но, возможно, для тебя всё ещё сохраняется опасность. Нужно поговорить с Дамблдором. — Да какая опасность?! Тебе на всё нужно его разрешение?! — Гарри… — Сириус открывал и закрывал рот будто пытаясь продолжить, и смотрел на меня с удивлением. Его растерянность начинала выводить из себя.       Но я молчал. Ждал объяснений. Хоть каких-нибудь. Чего-то чуть большего, чем взгляда побитой собаки и поздравлений с «подвигом». Может быть даже надеялся. Но со мной расплатились той же монетой — молчанием.       Неужели он и правда не понимает? Что это? Глупость? Эмоциональная незрелость? Или нечто другое?.. Какой-то неведомый мне расчет? Искусная игра? Хватит. Не хочу больше об этом думать.       Незаметно распогодилось. На смоляных кудрях заиграли солнечные блики. Синие радужки будто подсветились изнутри и стали ещё красивее. Мою кожу согрело тепло, но меня знобило, ведь сердце стыло от холода.       Перед внутренним взором, как в калейдоскопе, мелькали яркие картинки жизни. Жизни, которой так и не случится. Выдуманной мною жизни. Красочной, счастливой и не одинокой. — Не показывайся больше мне на глаза. — Гарри, ты это серьёзно? — Сириус вскинулся и бросил на меня недоверчивый взгляд. — Хочешь сказать, я тебе не нужен? — Мне больше никто не нужен.       Я развернулся и пошёл прочь. — Гарри, стой!       На окрики Сириуса я не обращал внимания. Боялся, что не сдержусь, и все мои чувства выплеснутся через банальную драку или дуэль. А в моем случае, всё может закончиться плачевно. Ничего, когда-нибудь и эта боль осыплется во мне пеплом так же, как и мои надежды.       В какой-то момент я понял, что уткнулся в препятствие. Им оказался Снейп, придерживающий меня за плечи. Его лицо почему-то расплывалось перед глазами. Я опустил голову, скрывая подступившие стыдные слёзы, и неожиданно для себя упёрся лбом ему в грудь. Кажется, Сириусу я соврал. — Гарри, подожди! Нюниус? — Мистер Поттер ясно выразился, он не желает тебя видеть. Пошел вон, — холодный и ровный тон Снейпа будто приглушал агонию внутри. — Ах ты змеюка! Опять подслушивал? Так это ты что-то наговорил моему крестнику?! Сохатик, не верь ему! — Думаю, он сам в состоянии решать за себя. А ты, псина, право голоса потерял, — припечатал Снейп и обратился уже ко мне тихо и спокойно. — Гарри, пойдем, я отведу тебя в замок. Слышишь?       Я только и смог, что кивнуть, не в состоянии проглотить тугой ком, перехвативший горло, и непроизвольно потерся щекой о грубую ткань камзола.       Уши заложило словно ватой. И реальность воспринималось, как через толщу воды. В душе всё ещё не осела поднятая муть. Даже магия взволновалась под кожей. Я понятия не имел, что всего одна встреча так подкосит меня. Возможно, потому что пришло осознание, что она последняя. Наверное, потом будет стыдно за свою слабость. Пусть, это будет потом. А пока я и шага не мог ступить, ноги будто налились свинцом. — Вот гад ползучий! Тебе бы вообще заткнуться! Гарри, отойди от него! Неужели ты веришь ему, а не мне?! — Закрой пасть, Блэк. Иначе я тебе помогу.       Взвинченный голос Сириуса, проходился наждаком по нервам, разбиваясь о мою спину, заставляя каждый раз вздрагивать.       Я почувствовал, как на поясницу легла рука, и Снейп прижал меня плотнее. Кажется, он сделал шаг на меня, и я чуть не потерял равновесие. Но он ловко развернул нас, словно в танце. Ноги сами по инерции сдвинулись с места, следуя за движением профессора. И я оказался в тени его силуэта, скрытый от взгляда Сириуса. А может и от его слов, и от его существования, и вовсе от мира. Да, так было вполне неплохо. Стало легче дышать. — Ты в порядке?       Я снова кивнул. Жаль, нельзя предаваться иллюзиям вечно. — Ублюдок! Отпусти моего крестника! Иначе тебе не поздоровиться! А ну, отошёл от него!       В речи Сириуса прорезались рычащие нотки. Пружина внутри меня заскрежетала и свернула очередное колючее кольцо. Тонкий писк зазвенел в ушах. Магия колыхнулась, обжигая льдом кожу.       Я вскинулся мгновенно. Перед глазами ещё стояла всплывшая картинка-воспоминание. Утро. Снейп. Чёрная мантия скрывается в дверях Большого зала. Проём остаётся пустым.       А сейчас я видел, как Сириус поднимает палочку и целится в спину профессора. Изящно очерченные губы складываются в первую букву заклинания: «Б». Снейп только начинает оборачиваться. У нас обоих в руках нет палочек. «Он не успеет». — последнее, что я подумал. Схватил запястье профессора и дёрнул изо всех сил на себя, одновременно толкая в плечо. Его развернуло, и я смог сделать шаг вперёд, оставляя Снейпа позади. Больше я ничего не успел. Только магия мгновенно хлынула из меня потоком, срываясь с цепи. А изящные губы закончили складывать слово: — Бомбарда!       Я зажмурился. Уши заложило от взрыва. Я почувствовал толчок, будто тролль ударил под дых. Боли не было. Но я не мог сделать и вдоха. А когда открыл глаза, на меня медленно опрокидывалось бескрайнее, голубое небо.       В поле зрения мелькнули чьи-то руки, не дав небосклону на меня упасть. Потом чёрные волосы и чёрные глаза. А следом и весь мир почернел. ***       Я медленно просыпался. Грудь стянуло и дышать было трудно. В горле пересохло. Я попытался сглотнуть и закашлялся, солнечное сплетение прошило болью. Рядом послышался какой-то шум. — Не двигайтесь.       Меня прижали за плечи обратно к кровати. Подложили ещё подушку и помогли принять полу сидячее положение. А я наконец смог сфокусировать зрение. Это был Снейп. Пока я соображал, что происходит, мне в руки ткнулся стакан прохладной воды. На вкус она казалась божественной! Да простит меня Мерлин. Но пить хотелось так, словно я год провёл в пустыне.       В голове стоял какой-то гул. Я уже сообразил, что опять загремел в Больничное крыло. Только не мог понять, куда вляпался на этот раз. Из окна лился лунный свет, значит, уже наступила ночь.       Пока я мыслью блуждал в закоулках своей памяти, взглядом скользил по обстановке и Снейпу, расположившемуся рядом в кресле. Несмотря на позднее время, он всё ещё сидел здесь. Неужели, вообще от меня не отходил? Да что тут происходит? — Как вы себя чувствуете? — Я…       «Ты в порядке?» — в голове мелькнуло будто воспоминание и одновременно мысль, что фраза должна звучать по-другому. Я нахмурился. Сумятица в голове никак не хотела выстраиваться в стройную цепочку событий. — Мистер Поттер?       «Гарри?» — Мгм…       Снейп тронул меня за ладонь и наклонился ближе. В лунном свете он выглядел ещё более гротескно, словно монохромная картинка: бледное лицо, чёрные волосы, чёрные глаза… На фоне голубого неба… Все воспоминания будто взорвались разом. Бомбарда, Сириус, «ты в порядке?» … Я подскочил, перехватывая Снейпа за предплечье. — Ты в порядке?!       Только потом сообразил, что ляпнул, не подумав. И сделал, естественно, тоже. Мой порыв мгновенно отозвался болью в грудине. Но мне было плевать. Я пытался быстро оценить состояние Снейпа на предмет увечий. Вроде ничего видно не было. В ожидании ответа, поймал его взгляд. В голове рефреном повторялись воспоминания: грубая ткань камзола, тень, «Гарри…», «Ты в порядке?», тонкое запястье под пальцами, голубое небо, чёрные глаза… И снова: запястье… небо… глаза…       Рука сама скользнула по рукаву, останавливаясь на запястье. И впрямь, на удивление тонкое. А я думал, мне показалось. Снейп едва заметно вздрогнул. Но взгляд не отвел. Я почувствовал, как на мою руку легла его ладонь. — Со мной всё хорошо.       Наверное, мне надо было это услышать, чтобы последнее сжимающее нутро кольцо лопнуло. Из меня будто весь воздух выпустили, а боль растеклась по всему телу. — Повторяю, вам пока нельзя двигаться.       Слух царапнул какой-то новый профессорский тон. Слишком тихий, сухой и сдержанный даже для Снейпа. Может ему бы тоже не помешало попить водички? Или он просто давно не разговаривал в таком ключе? Так непривычно.       Я не стал сопротивляться, когда Снейп опять помог мне лечь на подушки. — Как вы себя чувствуете? — Нормально. — Правду. — Тело ломит и грудь болит. — Вы помните, что произошло? — Да. — Отлично. Тогда, надеюсь, что вы также крепко запомните, что никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя вытворять подобных самоубийственных поступков. Пообещайте мне, — показалось или у профессора голос сорвался? — …что больше никогда не станете подвергать свою жизнь опасности, подставляясь безоружным… под Бомбарду!       Я замялся. Со стороны, наверное, это и правда выглядело самоубийством. Профессор и вовсе больше на меня не смотрел и будто говорил со стеной напротив. — Я вполне способен сам постоять за себя. Нет необходимости спасать меня или кого бы то ни было ещё, ставя на кон собственную жизнь. Выставить щит, способный выдержать атаку — ещё в моих силах.       Я прикрыл веки, погружаясь в воспоминания. И, несколько раз прокрутив картину произошедшего, с уверенностью понял: «Он бы не успел ничего сделать.» А у меня был хоть какой-то шанс, благодаря «козырю», точнее проблемам с неуправляемой, хлещущей через край магией, которая словно бешеный пёс бросалась на защиту хозяина. — Хорошо. Простите. Рефлекс.       Хотя всё равно немного обидно.       Я ожидал продолжения в виде нотаций или гневной тирады о моём слабоумии. Но между нами повисла тишина.       Я открыл глаза. Снейп сидел всё там же, только поза была ему не свойственна. Мне как-то даже стало нехорошо. Он упирался локтями в расставленные колени, и опустил лицо в открытые ладони. Чёрные волосы свисали вниз со лба, прикрывая бледные пальцы. — Профессор?       Я дотянулся до его плеча и легонько сжал. — С вами точно всё в порядке?       Он не ответил. Был как будто сам не свой, и это не на шутку тревожило. Может, он соврал, и его всё-таки задело заклинанием? — Вы живы только благодаря вашей магии, — донесся до меня глухой голос. — Но атаку не удалось заблокировать полностью. По вам всё равно пришёлся сильный удар. Этой силы хватило, чтобы вас отбросить, — Снейп говорил ровно, с большими паузами. — И оставить трещины в ваших рёбрах. Взрыв ушёл в землю, но прогремел совсем рядом. Осколками камня посекло одежду и кожные покровы. Натекло много крови. Было похоже… что вы приняли весь удар на себя.       Снейп немного помолчал, но продолжил. — Вы знаете, что с вами стало бы, если бы не ваша магия? Что случается с человеческим телом при попадании в него Бомбарды с такого малого расстояния?.. На месте ваших рёбер сейчас была бы каша из осколков костей, диафрагмы, лёгких, сердца… Барабанные перепонки… Мерлин, я даже не уверен, что на месте осталась бы голова… Вас бы не успели спасти. — Я… простите.       Вот теперь стало по-настоящему паршиво. И не только от того, что перед глазами вырисовывалась красочная картина последствий. А больше от состояния профессора. Похоже, я исчерпал все отведенные ему на меня нервные клетки. Вот только я понимал, что лучше так, чем как в моём воображении, которое уже успело создать образ красно-белых рёбер, торчащих из красно-чёрной мантии… — От царапин и ушибов за ночь не останется и следа. Сейчас я дам вам Костерост. Понадобится всего ложка, поэтому слишком больно быть не должно. Но неприятные ощущения придётся потерпеть. Утром вас осмотрит мадам Помфри. Если всё будет хорошо, вас сразу выпишут. — Я понял. Простите… и спасибо.       Но вопреки своим же словам Снейп даже не шелохнулся. Не подорвался вливать в меня зелья, не принялся расхаживать перед кроватью, зачитывая бесконечные нотации, не нависал сверху мрачной тенью, плюясь от злости и доказывая, почему я такой придурок. Даже презрительным взглядом не смерил, как бывало раньше. И пусть в последнее время наше общение изменилось в лучшую сторону, как я смел надеяться, но всё равно сейчас бы не отказался от всего выше перечисленного. Потому что слушать тишину было невыносимо.       Я вдруг заметил, что до сих пор не отпустил плечо профессора и машинально поглаживаю складки мантии. А тот, казалось, и вовсе мыслями не здесь, раз не обратил внимания. — А… Сириус?       Не уверен, что я вообще хотел слышать об этом человеке. — Не знаю. Мне было не до него. Можете спросить у директора, он присутствовал. Но поверьте, если я ещё хоть раз встречу эту псину — на своих двоих он не уйдет.       У меня даже мороз пробежал по коже от прозвучавшего обещания.       И снова эта давящая тишина. Меня и правда снедала вина за произошедшее. Вот только… Я аккуратно обхватил запястье профессора и попытался отнять его ладонь от лица. На удивление он поддался. Но мне так и не удалось поймать его взгляд. — Профессор. Я искренне сожалею, что заставил беспокоиться и доставил проблем. Я правда понял. Простите. Но… Я не жалею, что поступил именно так.       Наконец-то Снейп посмотрел на меня. Смесь эмоций в его глазах не поддавалась расшифровке. Но было там что-то такое. Необычное. Он будто что-то долго искал во мне. Потом отрывисто кивнул и поднялся. — Костерост на тумбочке. Не забудьте — одна ложка или один глоток.       Снейп стремительно направился к выходу. Но прежде чем уйти, остановился и застыл чёрной тенью у двери. Обернувшись, он не сразу заговорил, будто сомневаясь. Жаль, с такого расстояния я не мог разобрать выражения его лица. — Спасибо. Вы спасли мне жизнь.       Очуметь. Я даже не сразу поверил в то, что услышал. Ведь он меня не просто поблагодарил, но и признал мой взбалмошный поступок. Признал, что несмотря ни на что, мои действия не были абсолютно не нужными. — Вы тоже. Похоже мы квиты. Спасибо, что вытаскиваете меня с того света, — горло опять пересохло, и я начал хрипеть. — Отдыхайте. Я зайду позже вас проверить.       Снейп уже скрылся за дверью, а меня распирало от мешанины непонятных чувств. И подумать было о чем.       Профессор ведь не так уж и не прав, что разозлился на мой порывистый поступок. Не то чтобы я был примером адекватности. Но всё-таки свою жизнь по мере сил и возможностей берёг. Слишком дорогой ценой она мне досталась. Я бы не стал ей разбрасываться.       Так почему тогда я безоговорочно, почти на одних инстинктах бросился защищать Снейпа? Так, как когда-то мог бы рваться спасать Рона — моего первого и самого лучшего друга? Когда Снейп успел стать для меня настолько важным человеком, что я подставился под удар, предназначавшийся не мне, без раздумий и сомнений?       Нет, я не врал ему. Я и правда не жалел, что рисковал ради него. И вот в этом и заключался главный вопрос. Почему?..       Ещё и Сириус. О нем думать и вовсе не хотелось…       Выпив зелье, я попытался улечься. Но мысли скакали с одного на другое, пока я кое-что ни вспомнил, и мозг совсем ни забуксовал…       Какого чёрта мне приспичило проверять тонкость рук профессора?! Мерлин, что я вообще творил? Захотелось провалиться сквозь землю. Но я даже не мог в подушку уткнуться, спасаясь от запоздало накрывших неловкости и стыда — рёбра ныли. Поэтому только натянул одеяло повыше, на самый нос.       От всех этих волнений не получалось уснуть. Но вскоре я задремал, провалившись в бредовые образы, которые мне подкидывало изнуренное сознание.       Периодически я всё же выныривал из пелены снов. И в один из таких моментов мне показалось, что рядом есть кто-то ещё. Сонный мозг сразу выдал аксиому, что это опять Снейп, ведь он обещал меня навестить. Простая мысль успокоила, и меня снова чуть не утянуло в мир смутных, полуночных видений. Я силился вынырнуть, но сил не было.       Сложно сказать в какой момент сна или яви ко мне пришло ощущение немного щекотного прикосновения. Будто кто-то медленно ведёт прохладными пальцами по боку и груди, даря наслаждение и отдохновение разгорячённой от духоты коже. Было приятно и странно одновременно.       Я думал, что вот-вот проснусь и пойму, что происходит. Но прикосновение закончилось. И меня поглотило забытье, словно убаюкав на морском дне в тишине и спокойствии. Мне снились плавные очертания чёрных прядей и бледных запястий на небесном фоне...