Color of the night

***

За ужином Тэхён сидел ни жив, ни мёртв. Он судорожно соображал, как же поступить. Дуонг вместе с Соль тоже присоединились ко всем за столом. Тэ бросал на свёкра полные боли и сожаления взгляды. Ему предстояло рассказать мужчине, кто именно собирался убить его сына. Это было чертовски трудно решиться сделать. Поверит ли Дуонг? Стоит ли говорить Чонгуку? Нет, тот точно не поверит. Чонгук вообще весь вечер игнорировал Тэхёна. Бросил на него нечитаемый взгляд, осмотрел с ног до головы, видимо, заметил новую одежду, а затем вновь вернул своё внимание брату и его спутнику. Как понял Тэхён из разговоров, Китти, а точнее Юн Кинель, был лишь партнёром Чониля, а не его парнем или женихом. Признаться, Тэ не особо понимал разницу, но, по-видимому, она была. Китти вёл себя довольно молчаливо, хотя и постоянно хлопал накрашенными ресницами, как кукла. А ещё Тэхён заметил, как этот омега постоянно глазеет на Чонгука. Пришёл с одним, а заглядывается на другого. И наличие рядом мужа и ребёнка его, похоже, совсем не смущало. Возможно, если бы Чонгук игнорировал этого омегу, Тэхён не придавал им такого значения, но Гук вёл себя учтиво и вежливо. Это же Гук. Чонилю, похоже, на Китти было откровенно плевать, он общался с родителями, и юноша этим пользовался. — Чонгук-ним, расскажите, пожалуйста, побольше о вашей кампании, — медовым голоском попросил Китти, и Тэхёну захотелось запустить в него солонку. Но пришлось лишь покрепче сжать вилку и опустить взгляд, чтобы ненароком никого не испепелить. — Уверен, мой брат уже и без того много вам рассказал, Китти, — Чонгук улыбнулся едва заметно и подмигнул брату. Тот закатил глаза, мол, неправда всё это. Вообще, складывалось ощущение, что между братьями довольно хорошие отношения. И Тэхён к концу ужина поймал себя на мысли, а не ошибся ли он? Вдруг голоса просто похожи. Наверное, стоило всё же посетить сначала штаб Чонгука, послушать остальных и лишь потом разговаривать с Дуонгом. Вот только неизвестно, сколько у них времени в запасе. — Тэхён, — обратилась к зятю Соль, до этого не обращавшая на него внимания. — Что я вижу, ты надел нормальную одежду, а не лохмотья. — Да, — сдержанно ответил Тэ. Внутри него всё клокотало, так хотелось бросить что-то резкое. — После болезни пришлось обновить гардероб. — Ты выглядишь очень изящным сейчас, Тэ, — весьма фамильярно обратился к Тэхёну деверь. Ким бросил на Чониля непонимающий взгляд. Как тот себе позволял отвешивать ему комплименты, ладно при муже Тэ, он наверняка знал, что брак формальный, но при собственном омеге? Неизвестно, чего Чониль добивался своими словами, но ими он привлёк к Тэхёну внимание всех присутствующих. Даже Чонгук наконец соизволил заметить его присутствие за столом. И колкий взгляд Китти тоже прошёлся по Киму. Интересно, как много знает об их с Чонгуком браке этот парень? Тэхёну безумно хотелось поставить его на место. Понимал, что не имеет права, но хотелось. Он не смог бы объяснить, почему считает Чонгука своим, ведь он не настоящий Ким Тэхён, да и у того не было бы прав. Но собственная сущность буквально ревела и бунтовала, замечая недвусмысленный интерес другого омеги к его альфе. Его альфа. Они ведь могли быть истинными? Ведь так? Вдруг так оно и есть. Дурацкое, сумасшедшее стечение обстоятельств, приведшее их друг к другу. Злая насмешка судьбы или чья-то хорошо разыгранная партия. Чем бы это ни было, но Тэхён твёрдо чувствовал в Чонгуке своего альфу. А тот… видел в нём лишь непутёвого, почти бывшего мужа. Наконец мучительный ужин окончился. Дуонг с сыновьями удалились в кабинет обсудить дела, и в гостиной остались Тэхён, Соль и Китти. Мона давно увела Инсона в его комнату. Тэ хотел было пойти с ними, но Соль взглядом велела ему остаться. Видимо, для этого омеги нужно было поддерживать картину семейной идиллии. Тэхён был бы и не против, но миссис Чон определённо стоило начать с себя. — Китти, расскажите нам о себе, — Соль улыбалась вполне искренне, ну, или хорошо играла роль. — Чем вы хотите заниматься в жизни? — Найти мужа, — без обиняков ответил омега. Они пили вино, к которому Соль распорядилась подать фрукты. И Китти неплохо так налегал на алкоголь. Тэ пил с осторожностью, слишком много лекарств он продолжал принимать. — Ведь это в конечном итоге цель каждого уважающего себя омеги. — Похвальное рвение, — Соль кивнула. — Возможно, мой сын наконец остепенится. — Который? — Китти закинул в рот виноградинку. — Простите? — тут уже не выдержал Тэхён. — Я муж Чонгука. Не могли бы вы вести себя прилично в чужом доме. — О, простите, — Кинель действительно выглядел удивлённым. — Я не знал, думал… Иль не говорил мне. — В любом случае, даже будь Чонгук свободен, вы пришли сюда с его братом. Каковы же ваши моральные принципы, если вы не просто позволяете себе заглядываться на другого альфу, но ещё и озвучиваете подобные мысли матери вашего спутника? — Тэхён у нас страстный поборник нравственности, — с насмешливой улыбкой пояснила Соль. Тэ перехватил её взгляд, в котором плескалась ненависть. Но женщина не стала ставить его в неловкое положение, имидж семьи ей явно был дороже. — Прошу прощения, — Китти по-акульи улыбнулся. — Возможно, у нас возникло недопонимание. Мы с Чонилем не состоим в отношениях. Это всего лишь взаимовыгодное партнёрство, не более. — И вы так просто говорите об этом его семье? — Тэхён сидел обескураженный, с горящими от смущения щеками. Он решительно не понимал, как такое вообще возможно. — Честность всегда в цене, Тэхён, — усмехнулась Соль. Тэ сглотнул и сделал глоток вина. Ему захотелось напиться.

***

Чониль и Китти остались на ночь. Им приготовили спальню самого Иля. Она располагалась через стенку от комнаты Тэхёна. Тот вернулся к себе после того, как пожелал Сони сладких снов. С Чонгуком пересечься не довелось, и Тэ начал подозревать, что муж теперь станет его игнорировать. Было бы странно, реши Гук прислушаться к совету друга и провести течку Тэхёна с ним. А значит, Чон решит держаться подальше. Обидно, больно, но так, пожалуй, действительно было лучше для всех. Ведь если они окажутся в постели, существовал большой шанс разоблачения. Ведь если лицо можно переделать, голос, цвет глаз списать на что-то. То тело, родинки, шрамы — этого не спишешь ни на что. И Чонгук сразу всё поймёт. Поэтому стоило просто смириться и смотреть на альфу издалека. Пока что Тэхён точно был не в том положении, чтобы предпринимать какие-то активные действия. У него хватало и других проблем. Например, понять, действительно ли именно Чониля он слышал тогда в больнице. И вычислить его сообщника. А ещё омеге показалась странной эта фамильярность Иля. Что если его и Кима связывало что-то большее, чем семейные узы? Кошмар. Такого двойного предательства Чонгук точно не переживёт. Тэхёну очень хотелось ошибиться и найти в офисе Чонгука кого-то ещё, чей голос он мог слышать. Иль ему не понравился, но лучше пусть он просто окажется неприятным человеком, чем предателем. Сон всё не шёл, Тэхён ворочался в кровати, и тут он услышал странные звуки. Сначала решил, что показалось, но после прислушался и понял, что это были стоны, доносящиеся из спальни Иля и Китти. — Господи, — Тэ обхватил свои горящие щёки руками. Он чувствовал себя так, словно подсматривает или подслушивает нарочно. Оставаться в спальне казалось немыслимым. Тэхён обул тапочки и, как был в пижаме, выскользнул из комнаты. В коридоре, слава Богу, ничего не было слышно. Но омега всё равно припустил вниз по лестнице. Оказавшись в гостиной в столь поздний час, Тэ растерялся. Что же ему делать? Просто отсидеться на диване? А вдруг они собрались заниматься этим всю ночь? Наконец Кима пришла в голову идея сделать себе чаю. Он направился на кухню. Включать свет омега не стал, хватило тусклой лампочки на вытяжке над плитой. Пока ждал, когда закипит чайник, Тэхён задумчиво разглядывал стену. Был ли Китти хуже того настоящего Тэхёна? Он ведь по сути продавал себя за деньги. Даже не скрывал, что его попросту содержат. И Соль относилась к этому спокойно. Мало того, была не против, если такой омега окажется мужем её сына. Но при этом осуждала поведение Тэхёна. Хотя стоило, наверное, понимать, что Соль осуждала не это. А тягу Кима к наркотикам и то, что он чуть было не навредил Сони. Тут глупо было сравнивать. Китти, каким бы меркантильным он ни был, оставался честным в своих намерениях. Тот Тэхён даже у самого Тэ вызывал лишь отторжение и ненависть. Причём чем больше ему нравился Чонгук, тем больше Тэ презирал его покойного мужа. Кстати об этом. А точно ли Ким погиб? Тэ нахмурился. Надо бы выяснить этот вопрос. Но как? У него нет ни связей, ни возможностей. Ладно, нужно оставить этот момент до лучших времён, но обязательно потом навести справки. Если настоящий Ким Тэхён появится на пороге этого дома, положение Тэ станет совсем незавидным. — Что ты здесь делаешь? Тэхён вздрогнул и обернулся. На пороге кухни стоял Чонгук. Он тоже был одет в пижаму, благородного тёмно-зелёного цвета. Гук в ней выглядел просто шикарно, и Тэхёну пришлось отвести взгляд, чтобы не показаться слишком озабоченным. — Не спалось, вот решил выпить чаю, — пробормотал он и выключил нагрев под закипевшим чайником. — С мелиссой. Тебе налить? — Налей, — подумав, кивнул Чонгук. — Мне тоже не спалось. Он добавил это чуть слышно, и до Тэхёна вдруг дошло. Спальни братьев находились рядом друг с другом. Получается, Чонгук тоже слышал всё представление и сбежал вниз. Румянец на щеках омеги, только-только успокоившийся, вспыхнул вновь. Он занялся чаем, чтобы хоть как-то отвлечься от неприличных мыслей. Наконец Тэ поставил на стол две чашки с ароматным напитком. Чонгук кивнул в благодарность и забрал свою. Если честно, Тэхён полагал, что он сразу уйдёт, в кабинет или библиотеку, но Гук остался. Какое-то время они в тишине просто пили чай. Омега боялся смотреть на мужа, лишь украдкой поглядывая. Он не знал, о чём разговаривать. Точнее, много что хотел спросить, но понимал, что это будет неуместно и ненужно. Незачем ему узнавать, какие книги, фильмы или музыку любит его супруг. Ведь это всё ненастоящее. Ни для Чонгука, ни для Тэхёна. Пусть и по разным причинам. — Я разговаривал с отцом, — голос Чонгука заставил Тэ вздрогнуть снова. Он поднял на мужа вопросительный взгляд. — Он считает, что ты уже готов, чтобы вступить в предвыборную кампанию. Как ты сам смотришь на это? — Я чувствую себя лучше, — ответил Тэхён. — Да, память ко мне так и не вернулась. Но, насколько я понял, от меня требуется лишь улыбаться для фото? — Не совсем, — Чонгук нахмурился. — Конечно, мы сделаем фотографии и плакаты. Для этого придётся задействовать и Сони, — он вздохнул, видимо, использовать сына не хотел, но таковы были правила игры. — Но нам с тобой будет нужно совершать светские выходы, бывать на мероприятиях и встречах. — Ох, — Тэхён растерялся. Дуонг не говорил, что работы будет так много. Нет, Тэ боялся не перетрудиться, он боялся, что чем больше людей увидит его, тем быстрее кто-нибудь догадается о подмене. Теперь ему везде мерещился страх разоблачения. — А я справлюсь? — Мы поработаем над основными вопросами, подготовим тебя, — Чонгук кивнул сам себе. — Хорошо, что ты обновил гардероб. Ты действительно очень похудел. Но так выглядишь даже лучше. Гук сказал это и будто осёкся. Словно не хотел произносить этих слов. Возникла неловкая пауза. — Спасибо, — всё же ответил Тэ. — Я согласен помочь. Готов сделать всё, что в моих силах. — Ты стал таким покладистым, — горько усмехнулся Чонгук. Он сделал ещё глоток чая и продолжил: — Раньше ты бы закатил сцену, выдвинул ряд условий и выбил себе какой-нибудь бонус. — Я… я действительно был так ужасен? — сглотнув, спросил Тэхён. — Почему мы вообще поженились? — Ты умел производить впечатление, — сухо ответил Гук. Он поставил пустую чашку в раковину и снова повернулся к омеге. — В общем, если ты согласен, предлагаю не откладывать в долгий ящик. Завтра будь готов к восьми. — Хорошо, — Тэхён кивнул. — Спокойной ночи, Тэ, — Чон попрощался и вышел из кухни. Тэхён с тоской посмотрел ему вслед и едва слышно прошептал: — Спокойной ночи, Гуки.

***

Вернувшись к себе в спальню, Тэ решил поставить будильник. Он просыпался в разное время. Особенно если чувствовал себя плохо или почти не спал. Слава Богу, звуки за стеной стихли, хоть какая-то хорошая новость. Взяв в руки телефон, Тэхён обомлел. Ему кто-то звонил. Но кто это мог быть? Чонгук кому-то дал его номер? Сердце лихорадочно застучало в приступе неконтролируемой паники. Решив заглянуть страху в лицо, Тэ нажал кнопку вызова. Ждать пришлось недолго. Ответили почти сразу, и Тэхён узнал этот голос. Звонил Чимин. — Встретимся завтра вечером. Надо поговорить. Адрес и время скину позже. Он отключился, а Тэхён судорожно сжал телефон в ладони. События развивались бешеными темпами. Он едва поспевал за всем происходящим. Оставалось лишь надеяться, что он не наделает глупостей.