Color of the night

***

Это походило на форменное безумие. Тэхён едва дышал, потому что боялся пошевелиться. Он боялся, что Чонгук уйдёт. И боялся, что тот что-нибудь сделает. Но как же он хотел последнего. Из-за шума собственной крови в ушах Тэ почти не мог расслышать дыхания Чонгука и понять, действительно ли тот уснул. Наверное, стоило немного расслабиться и постараться поспать самому. Но это сейчас оказалось выше сил. Омежья сущность, несмотря на всё случившееся, на весь стресс, брала верх. Альфа в гоне, истинный, был рядом. И надо было быть самым большим идиотом в мире, считая, что природа не возьмёт своё. Аромат пионов наполнил комнату нежным, но довольно ощутимым запахом. Тэхёну стало стыдно, но он никак не мог этого контролировать, попросту не умел. В его теле отозвались отголоски пережитого ранее удовольствия. И несмотря на некоторую грубость и напористость альфы, омеге действительно понравился секс с ним. Думать о таком, лёжа в объятиях Чонгука, было боязно. Эти мысли всё ещё казались Тэ грязными, недопустимыми. Но с другой стороны, Гук теперь знал, что Тэ — не его муж. И он не отвернулся, не ушёл… А вдруг? Тэхён всё же решился. Он сдвинулся буквально на сантиметр назад, вроде как укладывался поудобнее. Но тут же упёрся задницей во что-то твёрдое. И от осознания этого едва не задохнулся. Чонгук, который совершенно явно не спал, шумно выдохнул, а затем к аромату пионов добавился чистейший озон. Альфа тоже выпустил феромоны. Значит, он хотел того же самого. — Тэ, — этот шёпот пробежал мурашками по спине Тэхёна. Он снова затаил дыхание, с трудом сдерживаясь от переполнявших его эмоций и желаний. — Тэ… Альфа чуть двинул бёдрами вперёд, толкаясь в зад омеги, и тот тихо застонал. Но тут же закусил губы, пытаясь замолчать. Тщетно. — Дьявол, Тэ, — Чонгук осмелел и прижался плотнее. Его ладонь, до этого лежавшая на животе омеги, притянула того к себе ближе, буквально впаивая в крепкое тело. — Я ужасный человек. Я лишил тебя невинности, совсем не позаботившись. Ты пережил такой стресс, с аварией, операцией, со всем этим. А я сейчас не могу думать ни о чём другом, кроме тебя. Я чувствую себя таким ублюдком, но я держусь из последних сил. Если бы ты выгнал меня из спальни, я бы, как побитый пёс, скулил у тебя под дверью. — Ты не виноват, — чуть слышно выдохнул Тэхён. — Сам сказал, мы истинные. Природа решает за нас. Ему не хотелось верить, что это только природа. Но, может, так Чонгуку будет легче принять случившееся. — Природа, — усмехнулся Гук, а после Тэ почувствовал, как чужие губы коснулись сзади его голой шеи. Волна дрожи пробежала по всему телу. — Ну да, легко всё списать на природу. Тэ, — позвал он и снова поцеловал шею. — Ты позволишь мне исправить впечатление? — К-какое? — чуть заикаясь, уточнил Тэхён. У него в голове уже шумело от этой совершенно невинной ласки. — От твоего первого раза. Голос Чонгука, чуть севший от желания, тихий, словно они от кого-то прятались, будоражил и кружил голову. Или это были поцелуи и близость альфы. Тэхён совершенно терял контроль. У него язык будто присох к нёбу, но Тэ всё же выдавил едва слышное: — Да. Чонгуку этого было достаточно. Он резким, но отнюдь не грубым движением перевернул Тэхёна на спину. Возникло чувство дежавю, но сейчас эмоции, обуревавшие омегой, были совсем иными. Гук какое-то время всматривался в его лицо, хотя вряд ли мог разглядеть что-то в темноте, потом тряхнул головой и поцеловал. И этот поцелуй не шёл ни в какое сравнение с теми, что были раньше. Это был поцелуй без мести, без ненависти, без презрения. Это был поцелуй, полный жажды, страсти, но в то же время какой-то щемящей нежности. Наверное, Тэхёну не стоило быть таким доступным, не стоило доводить ситуацию до подобного, но он просто отдался на волю чувств и ответил на поцелуй. Тело Чонгука давило приятной тяжестью, ощущать которую на себе казалось истинным удовольствием. Руки альфы сжимали талию Тэ, скрытую шёлковой тканью. Они скользили вверх и вниз, забирались под спину, а в какой-то момент оказались под тканью. Прикосновение к голой коже оказалось совершенно шокирующим. Тэхён распахнул глаза и стал жадно хватать воздух ртом. Чонгук же оставлял хаотичные поцелуи на его лице, подбородке, шее. И, не сдержавшись, впился губами в ключицу. Там наверняка останется синяк, но Тэ совершенно не думал о подобных пустяках. Признаться, он в принципе не думал ни о чём. Он плавился и купался в новых ощущениях. В первый раз это было страстно, но грубо и быстро. Тэхёну не с чем было сравнить. Сейчас же он видел такую огромную разницу в поведении Гука, что едва не сходил с ума от этого контраста. — Тэ, — Чонгук оставил короткий влажный поцелуй на губах омеги. — Я сейчас вернусь, хорошо? Мне нужны презервативы. Они остались где-то в гостиной. — Н-на столике, — дрожа от нетерпения и желания, выдохнул Тэхён. — Ты запомнил? — с усмешкой уточнил Чонгук. Тэ смутился, но ничего не ответил. Гук, посмеиваясь, вышел из спальни, а Тэхён остался лежать на постели, расхристанный, зацелованный и неприлично счастливый.

***

Чонгук вернулся быстро. И его высокая фигура в дверях вызвала у Тэ чувство дежавю. Одновременно предвкушение и некоторый страх. Всё-таки ему было довольно больно в первый раз. Чонгук разделся, оставив пижамные штаны и куртку в кресле, презервативы он положил на тумбочку в изголовье кровати, а сам навис над Тэхёном. — Я не хочу, чтобы это было так же быстро и безумно, как тогда. Позволь мне немного поласкать тебя, хорошо? От его слов щёки Тэхёна вспыхнули обжигающим румянцем. Но он не успел ничего ответить, потому что пальцы Чонгука стали неторопливо расстёгивать пуговицы на его пижамной рубашке, и мысли омеги вновь отключились. Он мог лишь безвольно следить за тем, как альфа осторожно его обнажает. Когда на Тэ не осталось ни клочка одежды, Чонгук сел рядом на постели и опустил голову. Тэхён испугался, вдруг ему не понравилось увиденное. Да, он всё ещё был слишком худым после аварии. Но Чонгук ведь уже занимался с ним сексом. — Что-то не так? — набравшись смелости, всё же спросил Тэхён. — Нет-нет, — Чонгук покачал головой и провёл рукой вверх по его обнажённому бедру — от колена до тазовой косточки. — Я просто пытаюсь осознать, каким всё же был слепым идиотом. Ты совсем другой. — Хуже? — помимо воли вырвалось изо рта Тэхёна. Он тут же прикусил язык, проклиная себя за абсолютно неуместный и глупый вопрос. — Вовсе нет, — Чонгук посмотрел ему в глаза. Его руки продолжала лежать там же, обжигая обнажённую кожу омеги. Совсем рядом с его возбуждённым членом. Это походило на изощрённую пытку. — Ты совсем другой. Более изящный. Я считал, что мой муж просто сбросил вес, что я просто забыл, какой он. Но ты совсем другой. И утром, когда я надевал кольцо на твой палец, я вдруг понял, что твои пальцы тоже совсем другие. — Ч… — Тэхён мгновенно осёкся. Чуть не разболтав, что Чимин знает правду и тоже говорил о его пальцах. — Кхм, я… это плохо? — Нет, — Гук чуть слышно усмехнулся. — Мне нравится, какой ты. Чертовски нравится. Мой истинный — само совершенство. С лицом бывшего мужа. Эта мысль неприятно кольнула где-то под рёбрами. Но озвучивать её Тэхён не хотел. Он предпочитал не знать, понравился ли Чонгуку потому, что тот видел его лицо, или альфе было всё равно. Может быть, когда-нибудь Тэ решится на этот вопрос. Но не сейчас. Сейчас их обоих интересовали совершенно иные вещи. Тем более, Чонгук снова продолжил его гладить. Уже двумя руками. Его ладони прошлись вниз, к коленям, а затем плавно перетекли на внутреннюю сторону бёдер и двинулись вверх, разводя их в стороны. Тэ чувствовал, что под ним разливается пятно смазки, так сильно он возбудился. Это было одновременно и стыдно, и хорошо. Ему нравилось происходящее. Нравилось, как неторопливо альфа ласкал его тело. Распаляя и заводя всё больше. — Раздвинь шире, — хриплым голосом попросил Чонгук. — И согни. Для меня. Тэхён шумно выдохнул и исполнил эту просьбу-приказ. И стоило ему развести бёдра в стороны, как Чонгук оказался между ними. Это произошло так стремительно, что Тэ на мгновение испугался. Но потом забыл совершенно обо всём. Потому что альфа подхватил его под ягодицы ладонями и приподнял над постелью так, словно Тэ ничего не весил. Проведя носом по тонкой коже на внутренне части бедра, Чонгук произнес: — Ты пахнешь просто одуряюще. Ты сводил меня с ума даже без своего аромата. Но сейчас… Сейчас это просто потрясающе. Тэхён хватанул воздух ртом, а потом резко зажмурился, потому что Чонгук поцеловал его там, между ног. Прямо под яичками. Провёл языком, слизывая потёкшую смазку, и обвёл кончиком края сжавшейся дырочки. Кожу слегка саднило после первого раза, но нежный, ласковый язык альфы доставлял только удовольствие, никакого дискомфорта. Тэхён распахнул глаза и смотрел в потолок абсолютно ошалевшим взглядом. Он и представить не мог, что такое удовольствие существует. Нет, он, конечно, видел это в порно. Но видеть и чувствовать — абсолютно разные вещи. Это оказался ошеломительный опыт. Тэхён громко застонал, когда язык Чонгука проник внутрь. И этот стон перешёл во всхлип. А Гук, казалось, только распалялся от такой реакции. Он стал буквально вылизывать Тэ, подводя его к настоящему безумию. — Чон… Чонгуки, — задыхаясь, выстанывал Тэхён, пока язык альфы доводил его до исступления. — Я… боже… Чонгуки… В какой-то момент, когда Тэ едва уже не проваливался в бессознательное от удовольствия, Чонгук обхватил ладонью его член, добавив ощущений и здесь. Тэхёну хватило буквально пары движений кулаком, чтобы кончить так ярко и сильно, что его сознание действительно отключилось на какое-то время. — Как ты? — ласковые поцелуи в щёку и шею вернули Тэ на землю. — Такой чувствительный. Такой вкусный. Хочешь почувствовать себя на вкус? Этот вопрос был таким пошлым и горячим одновременно, что Тэхён снова едва не задохнулся. Но лишь кивнул в ответ и тут же получил поцелуй. Чуть солоноватый на вкус, но даже приятный. — Странно, — пробормотал он, когда Чонгук отстранился. — Я думал, смазка на вкус будет такой же как на запах. — Смешной, — Гук по-доброму улыбнулся. — Совсем ничего не знаешь? — Знаю, — оскорбился уязвлённый Тэхён. Но ему дали времени обидеться такой подколкой. Чонгук снова навис сверху и посмотрел ему в глаза. В темноте взгляд альфы был совершенно чёрным. — Мне жаль, что твой первый раз случился при таких обстоятельствах, — неожиданно серьёзно сказал Чонгук. — Но я рад, что это произошло со мной. — Я тоже, — тихо ответил Тэхён. — А мы продолжим или это всё? И тут Чонгук совершенно искренне рассмеялся.

***

Это было просто невероятно хорошо. Тэхён лежал на животе, жмурясь и кусая губы, глухо постанывая каждый раз, когда Чонгук плавно входил в него. Пока неторопливо, словно поддразнивая. Но это было так безумно хорошо, что Тэ был снова возбуждён и готов кончить хоть прямо сейчас. Но у Чонгука явно были другие планы. Он медленно трахал Тэ, каждый раз вынимая член почти до конца, оставляя внутри лишь головку, а затем загонял до упора, так глубоко, что Тэхён чувствовал бёдра Гуки, касавшиеся его ягодиц. — Ты такой узкий, — слова Чонгука заставляли краснеть и пылать от смущения. — Я ещё в первый раз почувствовал это. Совсем нетронутый. Весь для меня. Он продолжал говорить эти пошлости, заставляя Тэхёна сгорать со стыда. И сгорать от невозможно удовольствия. Тут Гук сменил угол, и Тэ вскрикнул, чувствуя, как сотни иголок пронзили копчик. А потом ещё и ещё раз. Он уже чувствовал это тогда, но всё было таким смазанным, чуть болезненным. Зато теперь Тэхён мог посмаковать каждую крупицу удовольствия. Чонгук, явно довольный его реакцией, стал трахать его всё быстрее. Он навалился сверху, прикусил за холку и толкался так хорошо и приятно, что вынуждал стонать всё громче и громче. — Тебе нравится? — горячий шёпот в ухо и дрожь по всему телу. — Скажи. Не молчи, Тэхён. — Я не… мол-чууу… — Тэ едва не рыдал, а Чонгук продолжал безжалостно двигаться в нём, едва не убивая каждым толком. — Да. Нравится. — Умница, — Гук вдруг вышел из него, поставил на колени и надавил на поясницу, заставляя прогнуться. А после провёл пальцами по приоткрывшейся дырочке. От этого Тэхён задрожал и обречённо застонал, опуская голову. — Такой мокрый, — Чонгук ввёл в него два пальца и развёл их в стороны. — Но всё ещё безумно узкий. Даже мой член не раскрыл тебя достаточно сильно. Ты и представить не можешь, каково это — входить в тебя, чувствовать эту тесноту. Гук погладил подушечкой пальца чувствительные края ануса и чуть надавил. — Пожалуйста, — не выдержал Тэхён. — Что? — увлёкшийся своим занятием Чонгук, казалось, удивился. — О чём ты просишь? — Пожалуйста, дай мне кончить, — Тэхён окончательно спрятал горящее от смущения лицо в сгибе локтя. Он чувствовал себя последним бесстыдником, представив, как сейчас выглядит со стороны Чонгука. Но было во всём этом что-то невероятное. Сладко-греховное. В отличии от первого раза, теперь Тэ знал, что Чонгук хочет именно его. И это пьянило. Они оба словно отпустили себя, и теперь не просто удовлетворяли похоть, а по-настоящему занимались любовью. Пусть Чонгук не чувствовал к нему того, что уже испытывал Тэ, пусть. Но это всё равно было прекрасно. Перестав наконец мучить омегу, Чонгук устроился позади него на коленях и, ухватившись за бёдра, вошёл резким, плавным движением до конца. А потом снова. И всё быстрее. Ускоряясь с каждым толчком. Тэ слышал шлепки кожи о кожу, снова хлюпанье смазки. И эти звуки из смущающих стали казаться ему самыми приятными. А ещё сбившееся, тяжёлое дыхание Чонгука и его чуть слышные стоны. Гук явно сдерживался из последних сил, а вот Тэ уже не мог терпеть, он опять кричал в полный голос, потеряв последний стыд. Толчок, ещё один. А потом Тэхёна резко перевернули и согнули почти пополам. Крупный член альфы снова вошёл в него, причиняя почти болезненное удовольствие. — Не могу, хочу видеть твои невероятные глаза, — пробормотал Чонгук хрипло и потянулся, чтобы поцеловать. Так, целуя глубоко и лаская языком язык Тэ, он и делал последние фрикции, подводя их обоих к оргазму. Комната вновь наполнилась ярким смешанным ароматом пионов и озона. Только на этот раз страха не было, лишь удовлетворение и чувство приятной лёгкости. Засыпая позже на груди Чонгука, вдыхая его аромат, кружащий голову даже после нескольких оргазмов, Тэхён думал, что он счастлив. Да, завтра будет новый день. Проблемы, тайны и ложь никуда не делись. Но эта ночь принадлежит им с Чонгуком. А завтра будет завтра.