Прокаженные (28)

      Ребусы тысячелетней давности отличались сложностью и кровожадностью. Тогдашние хозяева закупорили ларчики на совесть. В воспоминаниях дементоров были только отрывочные картинки: где-то погладить, что-то нажать, палец вспороть, руну обвести.       На деле оказалось, что все это весьма долго, сложно и мучительно, потому что у каждого сундучка свой порядок этих самых махинаций, и почти везде нужно что-то нажать, чтобы выпала странная деталь, которую потом, как отмычку, надо приладить к тридцати трем засовам.       На каждый такой пазл у меня уходило по полдня, а один, особо сложный, я вскрывал двое суток. Уже от сложности этой системы я начал догадываться, что внутри должно быть что-то ценное, хотя бы по меркам того, кто эту систему придумывал. В первый день я вскрыл самые простые шкатулки: там обнаружились талисманы и украшения. Руквуд и Эйвери все проверили, оказалось что украшения зачарованы по мелочи: чтобы никто не украл, чтобы не повредился материал из которого сделано украшение и другие бытовые чары. Основная ценность тут была все-таки в металлах, камнях и эмалях.       А вот с талисманами было посерьезнее. Я не особо понимал разницу между формой, и там и там были всякие побрякушки вроде колец, браслетов и подвесок, но вот вязь заклинаний и чар отличалась разительно. Даже удивительно, что вторая шкатулка так быстро вскрылась — один только комплект серебряных колец чего стоил. На вид они конечно ничем не выделялись, достаточно скучные металлические полоски с резьбой на внутренней стороне и скромной печаткой с гербом Певереллов, но декоративная функция не была их основной задачей. Эти кольца за пару минут можно было вплести в охранный контур, что я быстренько и сделал с одним из колец. Ощущение было странное, но когда металл скользнул по коже моего указательного пальца, я как будто почувствовал, как охранный контур замотал меня в одеяло! Это я люблю, это мне нравится!       Дополнительная защита никогда не повредит, но тут что-то еще есть. Я вижу, что кроме основных чар на кольце есть другие плетения, но не могу понять что с ними делать: и так пробовал, и этак, ничего не получается. Придется идти скучным путем. Через библиотеку.       Расстроившись, что не могу решить загадку с колечками с наскока, я переключился на третий сундук. Этот был совершенно не похож на первые два: в высоту чуть больше пятнадцати дюймов, но при это узкий, как будто там пара бутылок вина прячется. И украшен снаружи был позаковыристей.       Когда я наконец разгадал, как эту чертовщину вскрыть и закинул последнюю бусинку-отмычку в нужный отсек, полукруглая крышка откинулась и внутри оказалась коллекция волшебных палочек.       Они были вставлены в специальные держатели, словно пробирки в лаборатории, рукоятками вверх. Совсем не похоже на то, как палочки хранятся в магазине у Олливандера. В некоторых отсеках палочек как будто не хватало, но узнать, есть ли тут какая-то система пока не представлялось возможным. Почему нельзя было вложить инструкцию?       Естественно, я покрутил в руках каждую палочку и понял, что ни одна из них на мою магию не откликается. Зато Руквуд с первой попытки вытащил себе красивую, с витой рукоятью, четырнадцати дюймов длинной, с сердцевиной из чешуи какой-то давно утерянной для мира живности и в пару взмахов трансфигурировал прекрасный удобный диван вместо тех деревянных лавок с подушками.       Не знаю говорил ли я, но из всего замка, мягкую мебель типа кресел и диванов мы нашли только в библиотеке и спальнях, а все остальные места радовали нас жесткой деревянной мебелью, стульями и лавками. Иногда везло найти на них подушки, но далеко не везде.       В общем, палочки точно пришлись к месту! Эти были в разы сильнее — и темнее — чем украденные у охранников в Азкабане и почти все мои соседи нашли себе сокровище по душе. Рабастан только оказался таким же как и я, все перепробовал, но ни одна деревяшка на него не отреагировала.       Сложнее всего открывался последний сундук. Этот был крупнее и тяжелее трех других вместе взятых. Я бился над ним два дня, устал еще больше чем от установки охранных камней, и когда внутри обнаружилась коллекция керамических табличек с нацарапанными рунами — изрядно расстроился. Какие бы тайные знания эти скрижали не хранили, прочитать их никто из моих наставников оказался не в состоянии. И даже после легкого подкупа дементоров я смог разобраться только в том, что эти штуковины использовались в сложных ритуалах.       Какие именно ритуалы, зачем, почему без табличек не обойтись — это все мне еще придется выяснить. Ничего зловещего или могущественного от черепичек не исходило, просто куски запеченной глины с заранее нанесенными рунами.       Может в те времена не придумали еще хороших чар для сохранения пергамента и решили что так надежнее?       Расстроенный, что этот ребус подкинул мне вторую часть загадки, я вернулся к шкатулке с талисманами и присмотрелся повнимательнее. Кроме уже упомянутых колец там оказались несколько защитных браслетов и куча всяких подвесок, в которых я никак не мог разобраться. — Кто видел в библиотеке справочник фамильных драгоценностей? Как мне угадать, на что эти сокровища способны и для чего их так много разных? — Не думаю, что ты найдешь там какой-то алфавитный указатель, Гарри, но мы можем догадаться по форме, материалам и обработке. — Басти и Нотт зашли в кабинет, в котором я разложил все найденные побрякушки. — Тут пара десятков комплектов, слева лежат те, что я частично распознал, а справа все остальные. Вот эта дюжина колец кажется подключаются к охранным чарам, я одно уже прицепил, но у него еще какие-то возможности есть, не могу разобраться. Еще нашел три браслета с внушительными защитными чарами, мне кажется на пару часов удержат все, за исключением Авады. Но что-то тут не чисто, я не понимаю чем они подпитываются. Чары не замыкаются ни на ядро волшебника, ни на драгоценные камни, как в других талисманах. Вязь однозначно защитная, но как она… — Мелкий — Рабастан перебил меня каким-то еле живым голосом и я уже перепугался что опять начудил что-то не то, когда он продолжил — положи браслет, и без крайней надобности в руки не бери. Не думал что когда-нибудь в живую подобное увижу. Это Последний Зов. Их раньше выдавали наставникам или рыцарям, которые сопровождали знатных особ. Чаще всего наследников. Из того немногого, что я о них читал, продержится такой действительно часа полтора-два, в редких случаях хватало на полдня. А питается эта защита тем, кто ее носит. Наследник гораздо важнее чем слуга, так что в отчаянной ситуации не было задачи выжить обоим, только добежать до границы антиаппарационных чар и доставить своего подопечного в укрытие. Эти артефакты не подключаются к ядру, потому что в те времена телохранителем могли взять сквиба или даже маггла, лишь бы работу свою выполнял. Так что питается оно сразу жизненными силами.       На словах про «питается тем, кто его носит» я быстро сбросил это сокровище обратно в шкатулку и мысленно понадеялся, что нам эта штуковина никогда не понадобится.       А я еще думал, почему такая тоска накатывала каждый раз, как я в руки его беру… — В общем. Кроме этих печальных артефактов и колец я больше ничего не распознал. То есть как, я вижу чары, но они так перекрывают друг друга, что назначение каждых по отдельности не разобрать.       Нотт начал шуршать и перекладывать подвески с колечками в другом порядке, что-то бормотать себе под нос и кажется некоторые побрякушки отдавал Рабастану, присмотреться к рунам и резьбе. В результате эта парочка насчитала три комплекта украшений для невест рода, еще три для наследниц, пять для наследников и несколько попроще для прочих членов семьи.       Невестам полагались серьги, подвески, браслеты и кольца — все с яркими драгоценными камнями и роскошной отделкой, так чтобы издалека было видно, кто она и кому женой приходится. У наследниц все было попроще, только серьги и подвески.       А вот наследникам, к моему удивлению, полагалось быть похожими на новогоднюю елку: две серьги в одно ухо, кольцо-печатка, широкий металлический браслет, ремень с зачарованной пряжкой, заколки для верхней мантии, а в одном из комплектов был еще какой-то странный аксессуар из двух пластин, которые будто зеркально повторяли друг друга. И никаких креплений.       Больше всего это было похоже на средних размеров брошь или крупную декоративную часть запонки, но никаких ответных креплений, шпилек или даже чар, которыми эту штуковину можно было закрепить, не нашлось. Мы уже почти отчаялись, когда я решил воспользоваться местной поисковой системой и высунул голову в окно в поисках ближайшего балахона.       Кажется эти твари чувствуют, когда они мне нужны, потому из-за соседней башни в мою сторону уже летел один из дементоров. Пара секунд и вот я уже вижу леденящий душу ритуал, от живодерства которого я аж выронил эти побрякушки. — Это не комплект наследника — на выдохе произнес я. — Это комплект Лорда. Чтобы принять род в полное управление, эти штуки вживляют прямо в кожу.       В комнате стало холодно, Нотт и Басти со свистом втянули воздух и замерли. А я все крутил в голове эти образы и что-то начинало складываться в общую картину. — Какой в этом смысл я пока не понял, но на том Лорде Певерелле, которого мне показал Капюшон, эти металлические штуки буквально отрастили шупальца и приросли к вискам. И это билет в один конец. Передать наследнику полномочия Лорда по доброй воле в удобный момент нельзя. А сами набалдашники снимают только перед кремацией, там тоже специальные чары надо использовать, иначе не отцепятся.       Мы какое-то время молчали. Видимо такого живодерства не ожидали даже мои товарищи со своей историей темных делишек. — Самые старые записи, которые я видел в библиотеке Ноттов, упоминали вживляемые артефакты в основном с функцией слежения или защиты. Пару тысячелетий назад их активно использовали для скота, рабов, а в некоторых особо темных родах, для жен и наследников. Но никогда еще я не видел ни одной отсылки, где говорилось бы про такие артефакты для Лорда. Хотя, если отбросить мысли о комфорте и гуманности и думать только о функционале, то вживленные в кожу артефакты гораздо надежнее. Такие точно не снимут с тебя в бою никаким образом. Могут конечно попробовать вырезать, но прямой контакт с кровью должен питать их магией бесперебойно и никакие, даже самые лютые мечи и кинжалы, с такой защитой не справятся. — Нотт продолжал перебирать варианты, на кой черт нужно было так пытать и уродовать собственных лордов, когда Рабастан подошел туда, где я выронил злосчастные бляхи (это нам теперь им надо имя придумывать?) и аккуратно положил рядом с остальными украшениями из комплекта. — Удобно конечно, но какие у этих штуковин должны быть возможности, чтобы это стоило того? Сомневаюсь я, что они безболезненно вживляются, иначе Поттер бы не побледнел от увиденной сцены. А если так, то зачем добровольно идти на пытки? — Кажется, я видел в библиотеке дневники и личные журналы последних трех Лордов. Написаны так строго и занудно, что я не выдержал и переключился на другие записи, но возможно там найдутся ответы. Предлагаю на сегодня закончить и поправить ментальное здоровье вкусным ужином. А завтра я начну с колец, которые распознал первыми — меня не оставляет ощущение, что кроме пропуска на территорию у них еще какое-то назначение, но я не пойму какое.       Внизу, в холле, атмосфера оказалась гораздо веселее! Долохов и Макнейр, вооружившись новыми палочками, всерьез взялись за реставрацию и уборку всего, до чего только могли глазами дотянуться. Веселья ради, эти оболтусы трансфигурировали себе какую-то музыкальную шкатулку и пуляли друг в друга исподтишка жалящими проклятиями, чарами желейных ног и прочей бесполезной ерундой. — Чего такой бледный, твое темнейшество? Мы тебе весь первый этаж замка в порядок привели, штукатурку подлатали, портьерам цвета освежили, полы отциклевали и даже мебель обновили, чтобы зад от деревянных лавок не отваливался. Такими темпами к концу месяца до башен доберемся! Ты разве не рад бесплатной рабочей силе? — Сложно признать, очень сложно, но мир не крутится вокруг тебя, Тони. Я только что узнал, что, если хочу продолжать заведовать этим дурдомом, нужно морально готовиться к тому, что мне под кожу будут вживлять клеймо. В прямом смысле слова. Прости мне мой упаднический настрой, я можно сказать морально готовлюсь к пыткам, смысл и цель которых мне даже до конца не ясны.       Раздраженный и голодный, я протопал мимо Долохова прямиком на кухню. Взгромоздился на одну из столешниц и принялся энергично болтать ногами в ожидании кого-нибудь, кто может соорудить ужин. Команда полезных в хозяйстве Пожирателей вскоре подтянулась и, видимо, Нотт что-то им шепнул, но никаких вопросов про бледный цвет лица мне не задавали.       Ели мы спокойно, без происшествий, парни хвастались новыми палочками так, словно это их собственность и это провоцировало во мне целый шквал новых, незнакомых ощущений: что-то среднее между восхищением, гордостью и легким возмущением.       Я практически ничего не знаю о Певереллах, пару месяцев назад даже понятия не имел, что как-то отношусь к этому роду, но чем больше я соприкасаюсь с их историей, тем больше мне хочется ее защищать. И замок, и палочки, и талисманы которые мы нашли, и даже дементоры, которые все это добро охраняют, создают у меня ощущение дома, которого я не чувствовал даже в Хогвартсе. Как будто впервые в жизни есть что-то большее, к чему я по праву принадлежу, а не просто временно могу пользоваться.       Так что с одной стороны я как будто рад, что парни нашли себе прекрасные волшебные палочки, а с другой — взбешен, что они не отдают должного уважения древним артефактам, которыми им по стечению обстоятельств и доброте хозяина довелось пользоваться.       Не то чтобы я раньше чувствовал себя хозяином хоть чего-нибудь.       А сейчас, когда мы фактически заперты внутри замковой территории, я впервые чувствую себя настолько уверенным и свободным! Могу ходить где хочу, потому что это мой замок. Могу читать, когда хочу и мне наконец не прилетит последствий за мое любопытство — никакой Дадли не выпрыгнет из-за угла и не порвет мою книгу. Могу часами разбираться в том, как работают чары или артефакты и никто слова поперек не скажет, ведь рядом нет Рона, который зудит над ухом — как ребенок выросший в окружении магии, он вряд ли когда-нибудь понимал мое полное восхищение тем, как все вокруг устроено.       А теперь можно наконец не притворяться, ничего из себя не изображать и не ждать неприятностей! Даже магия ощущается в сотни раз свободнее, когда мне не надо подстраиваться под знакомые заклинания и можно плести что душе угодно.       Каким бы пугающим, древним и темным не был этот замок, я кажется начинаю по-настоящему дорожить этим незнакомым, но очень приятным ощущением.       Я наконец-то дома.