1
14 января 2023 г., 17:50
Ао’нунг родился, когда чёрное небо грозилось порваться пополам, и молнии, грозные и хлёсткие, пронзали воды рифов Ава’атлу насквозь.
Шторм пришёл внезапно, и, словно бросая вызов, с каждой минутой лишь набирал силу. День превратился в ночь, а ночь — в страшное ничто, где не было видно и слышно ничего, кроме больного, умирающего завывания ветра, ледяного дождя, раскатов грома и буйства волн. Клан Меткайина искал убежища в прибрежном лесу.
Его отец вспоминал тот день с гордостью и неожиданно сквозившим отчаянием в глазах.
— Эйва позвала твою мать, — шептал Тоновари маленькому мальчику, бережно прикрывая живот вновь беременной супруги. — И она пошла.
Ронал, грозная и стойкая Тсахик, исчезла, словно её никогда и не было, и лишь следы на пляже неровным рядом вели к бурлящей морской пене.
— Я родила тебя и подарила волнам. Сам океан — твой третий родитель. Твой первый вдох был полон горькой морской воды, а первый крик прервал раскаты грома.
— Она ушла на глубину, туда, куда заплывают лишь самые опытные Меткайина. Коралы и рифы — твои братья и сёстры. Твои характер и судьба — это шквальный ветер и буйство прибоя.
Ао’нунг чуть не отнял у своей матери жизнь, и Ронал, готовая отдать её бесконечное множество раз, любила его сильнее матери-Эйвы.
Тоновари искал свою жену весь день и всю ночь, и весь клан, взволнованный и взбудораженный, следовал за своим Оло’эйктаном по непривычно мрачному морскому дну.
Отчаяние, боль и страх — всё, что испытывал в те моменты Тоновари, не в силах противостоять стихии, которая вырастила и воспитала его в своей утробе.
Он молился Эйве, взывал ко всем предкам, в надежде, что не найдёт лишь воспоминания о прежней жизни.
И Ронал вернулась.
Она вернулась под утро, когда шторм, повредивший немало Маруйи и перевернувший весь берег вверх дном, уже совсем стих.
Тсахик, вся бледная, но полная жизни, несла в руках новое дитя Меткайина.
— Ао’нунг, — сказала Тсахик, передавая дитя Оло’эйктану. — Наш сын.
