Там, где ты исчез

... Лань Чжань был готов вырвать из собственной груди сердце: всего второй раз за всю его жизнь, его плотно и беспроссветно окутали печать и пленящая безысходность. Круговорот его мыслей прервал уже другой, теперь мерзотный слуху, голос: — Довольно. Похвалился и достаточно, — Мэн Яо с лицом явного превосходства, потерал запястья своих рук, ведь те немного задубенели за время душеизлияния Сюэ Яна. — Думаю, что многие из вас уже заметили, что со временем, мы постепенно устраняли самых сильнейших... — он усмехнулся. — Теперь, когда вы все здесь, я убью вас всех, до единого. Он чётко отчеканил последние слова, после чего гул со стороны юных заклинателей увеличился в разы, они кричали... Кричали так, что сердце могло разорваться. Все эти ни в чём не повинные люди умрут, здесь и сейчас, так просто, из-за чей-то мести. В то время Цзинь Гуан Яо уже во всю выполнял трудноповторимые жесты руками. С каждым новым движением его бледной гибкой руки, пространство будто рассеивалось, а со всех сторон стали плавно появляться демоны, ужасные по своей натуре демоны, их было неисчисляемое количество. Они никуда не пропадали, просто этот демон сделал их всех невидимыми. Кто знал, что за техниками он орудовал, но они были чернее всего на этом свете. Связанные заклинатели стали с силой вырываться, крича от боли, когда полные предвкушением демоны, начинали живьём откусывать от них куски плоти, проглатывая вместе с одеждой. Многие уже на этом моменте теряли сознание, ведь видеть часть своей руки вместе с бледной костью в зубах у какой-либо твари, было невыносимо для их восприятия. Да и болевой порог брал своё. Мышечные волокна, то, что нечисть с удовольствием жевала как жвачку, перемешивая в своих пастях вместе с кровью и связками. Отвратительная и пугающая картина, хаос воцарился везде, крики, вопли и мольбы о пощаде, всё это громким эхом отражалось от стен, попутно оглушая присутствующих. Но эти демоны были явными садистами, ведь из каждой группы связанных брали одного и с удовольствием прожевывали его с тщательностью на глазах у его собратьев. Кто-то не смог видеть уже мёртвого товарища, у которого от давления выпали глаза из глазниц и хрупко покачивались на нервах, как новогодние шарики на ёлке. Тогда тот истошно завопил: — Хватит! Хватит! Прекрати всё это, зачем ты это дела... — он не закончил свою фразу, ведь Мэн Яо с огромным призрением швырнул в того какого-то демона, что представлял собой одну только голову, но этот фактор не делал его безвредным, ведь тот со всей яростью вцепился в глотку говорившего, а на лице Цзинь Гуанъяо появилась ухмылка. Глава и нефрит лишь были вынуждены беспомощно глядеть, ведь изменить эту ситуацию уже не могли, как же было больно. Больше не хотелось стараться, не хотелось жить, смысл во всём этом пропал. Он нарочно сделал так, чтобы они видели, как убивают людей, ведь их до сих пор никто так и не тронул. На одежде появились кровавые полосы от попыток выпутаться из вревия, которое словно лезвие впивалось к кожу. Спустя час бойни, каменный пол превратился в кровавое озеро, по нему всему были разбросаны ошмётки когда-то живших, когда-тт улыбающихся, когда-то смеявшихся людей, что так отчаянно хотели жить. Осознание этого убивало внутренний мир ещё пуще прежнего. Сейчас вообще не хотелось думать, чтобы не загнать себя самого в клетку. На каменном полу осталось четверо. Лянь Чжань, Лань Сичень, чьё бело-синее одеяние были в пятнах чужой крови, Цзян Чен и Цзинъи. Они остались последними, но явно ненадолго. Вот уже какая-то бешенная тварь летит в сторону младшего нефрита ордена Гусу Лань, дабы безжалостно разорвать тому грудь своими острыми и гнилыми когтями. Лань Чжань же, чьё тело связывали десятки магических вревий, глубоко поникнул душой и склонил голову, в знак того, что за жизнь больше не борется. Как же хотелось к Вэй Усяню, в этот миг, он казалось, вспомнил всё, что позабыл.

***

— Чжань-Гэ, ну же! Взгляните на меня, — кричал невозвратно пьяный Вэй Ин, представая пред своим мужем в одном нижнем одеянии против света. Все черты его подтянутого тела были видны и просвечивали сквозь белое одеяние в лучах утреннего солнца. Он беззаботно смеялся, всеми силами пытаясь навлечь на себя своего желанного мужа. Лань Чжань же с силой сжал кулак на бедре, чтобы хоть как-то угомонить пульсирующий низ. Вторая рука продолжала выводить символы на бумаге. Сегодня дядя дал ему много работы, он крайне не хотел не успеть, ведь тогда дядя подумает, что тот не может с этим справится. Но “грозный” старейшина Илина продолжал распускать свои “чары” в воздух. Мочки ушей Чжаня покраснели до цвета спелого помидора. Ин продолжал говорить неприличные вещи, дабы как можно сильнее завести Лань Чжаня, что в конечном итоге у него получилось, ведь тот рывком встал из-за письменного стола и повалил Вэй Ина на пол, прижимая своим весом его к полу, затягивая в страстный поцелуй.

***

Воспоминания собирали осколки души в единую кучу, да, он хотел умереть, думая лишь о нём. Но когда Лань Чжань ждал удара, то его, по какой-то причине не произошло, тогда, он вновь, спустя долгое время, разогнул затекшую шею и поднял голову на то, что остановило удар. Демон отлетел в сторону, со стуком падая на земь. Это был Сяо Бао, точнее, Сюэ Ян. Что? Зачем он остановил удар? — Цзинь Гуан Яо! Неужели ты забыл о главном пункте нашей зделки? Второй нефрит нам ещё нужен живым! Где же мы возьмём столько ци, кроме как у него? Цзян Чен тоже заинтересованно повернул голову. А Лань Чжань, слушая разговор двух сильнейших демонов, пытался вникнуть в его смысл. — Сюэ Ян, я не буду выполнять условия нашей с тобой сделки... — внимательно осматривая и крутя в руках какой-то диковенный клинок, что принесли ему его преслужники, предварительно сняв его с какого-то заклинателя. У Сюэ Яна глаза полезли на лоб от ярости и чего-то ещё, что можно было увидеть, но нельзя было понять. Тело его затряслось, видимо от гнева, что переполнял его словно вода в сосуде. И эта вода стала литься из сосуда громкими криками. — Мерзавец! Я и так рискнул душой человека, с которым был счастлив, который мне был дорог! И так лишился того... Кого любил... Я сделал всё, что ты хотел от меня! Ты обещал отсоединить его душу от моей и вернуть в этот мир! — Сюа Ян кричал, надрывая горло. Глаза его покраснели, но слёзы не потекли, хотя он явно хотел это сделать. Внутри него всё верещало, так болезненно, его будто выворачивает наружу. Такая картина заставляла присутствующих тут демонов и духов прийти в непонятное смятение внутри. Они никогда не видели своего наставника таким, у него внутри всё клокотало, всё внимание было только на него, все взоры направлены только в его сторону. Он упал на колени, крепко обхватив себя трясущимися руками. Заклинатели привыкли видеть в этом ребёнке лишь отрицательного персонажа, так почему сейчас его так жалко? А Цзиньгуан Яо залился хохотом и медленно подошёл к обнимающему себя за плечи Сюэ Яну. Он приобнял его и сказал: — Ты неправильно выполнил одно моё поручение. Сюэ Ян навострил ухо, поднял на бывшего главу заплаканные глаза. — Я хотел... Чтобы ты убил трёх юных заклинателей. Глаза главы Цзян расширились, а зрачки сузились. Если сейчас он пойдёт к Цзинь Лину, то тому точно не жить. — Не смей трогать Цзинь Лина! Я готов принять тебя! Ты будешь под защитой, сможешь спокойно существовать, а не быть в бегах! — Сюэ Ян, я знаю как отсоединить от тебя душу Сяо Синченя и пересилить обратно в тело, он сможет существовать без твоей ци, самостоятельно-о, — стал сладко заманивать того Мэн Яо своим хитрым голоском. У Сюэ Яна был выбор между двумя прекрасными перспективами. С одной стороны его ждала свободная жизнь, с другой же человек, которого он любил, и которого сам же довёл до смерти. В голове пропали все мысли, кроме этих двух. — Блять, — не выдержав эмоционального напряжения, выругался Сюэ Ян. ...