Прошлое найтмер Санса.

Тепло, колючий жар на поверхности кожи, снег что обманом привлекал мягкостью и очаровательным видом, своей неоправданной чистой и невинностью, позже острыми иглами пронизывал все части тела, оказавшись ужаснее крови окрасившая снег в подходящий ему цвет, гоняя по сосудам горячую магию. Холод внутри и удушение, давление в каждом из частей тела, казалось скоро он станет удобрением. Тепло, жар вокруг души обжигал, разгорался до самых высоких температур, по сравнению с потерявшими осязание конечностями, ставшими лишь частью льда и мороза без возможности пошевелиться, но так же горя от холода. ___ Тихий плачь, скрежет босых ног и мягкий шопот. - хей, ты в порядке? Голос был словно на заднем фоне, как аудио книга, слушая которую ты мягко погружаешься в затягивающий сон. То без чего сложно уснуть, то что дарит покой. Боль охватывала теплом, обжигала окоченевшие кости, промерзшие под влиянием мороза. Нежность чужих прикосновений в дуэте с мягкостью бережно укутывало в покой. Он вновь может получить то ради чего страдал? Столь редкое мгновение, благодарность что он может его ощутить, хотя бы перед полным покоем. Смерть. Будто под чьим-то влиянием, усталость? Тяжесть век или свобода от охватывающей боли? Не важна причина, лишь утешительный покой. Глубокий сон, в попытках сбежать от боли, собирая мысли, отогревая конечности закружившись в клубок с пледом, словно кот. Укрывающее тепло, плед что тяжестью унимал боль, защищая все простуженным места, согревая и ухватывая все тепло. Отчаянная хватка за то что удерживало в реальности, когти впивались в нежную ткань, портя чужое имущество. Страх снова оказаться там где он быть не должен. Да и нет у него места где он должен быть, но можно ведь помечтать? Удушающий пыл мороза был словно кошмар, давно позабытый, но пробравшийся вновь сон. Есть ли путь я котором он сможет его победить? Мороз давно устроившийся в его душе. Теплые руки, переживание в чужих глазах, тошнота, отвращение, не понимание. За что? Почему? Что я сделал? Склизкий ком туго застрял в горле не давая вымолвить ни звука. Взгляд, с трудом прояснился, потеряв соленые крупицы жидкой магии и мутность. Он вновь мог сфокусировать взгляд и собрать мысли в понимаемую кучу. Яркий свет ослеплял, спустя долгий сон будто вновь возвращая зрение. - тебе стало лучше? Советую не вставать и не двигаться быстро. Голос был все так же мил, но от неожиданности удивил и навеял опасения. Выгляд шустро бегал по помещению, словно зверёк узнавая новую местность, изучая характер места. Деревянные полы со скрежетом отзывающиеся под чужими шагами, шагами владельца тихо перемещающийся по комнате, отставляя книгу в сторону и спускающийся вниз. Маленький "заборчик", если его таковым можно назвать, скорее для спокойствия чем безопасности. Яркий свет отражающих снежинок за окном и ламп над головой ослеплял, вынуждая прикрыть глаза с целью привыкнуть. Кресло? Скорее ткань с чем-то мягким, но тем не менее, существо явно удобно устроилось на нем до того как покинуть его, нужно будет спросить, такого он ранее не замечал, ни у купцов, ни у торговцев. Это… растения? Как они ужились в помещении? Но они так благородно вились у письменного стола, даря спокойствие и родную обыденность. Интерес разъедал изнутри, хотелось изучить, но слабость тягуче ныла в костях, приковывая к месту. И снова он был слаб, если шанс достич стандартов своего идеала? Скрип ненавязчиво указал на приближение спасителя, не спеша забравшись на второй этаж, как он полагал, ласковым тоном отзывающий его, держа… еду? В руках была миска, от нее веял аппетитный аромат, суп? Хотелось в это верить. - повторю свой вопрос, ведь задал его не в то время. Тебе стало лучше? -я… да. -тебе даже не интересно кто я? Где ты? -вы меня спасли и спасибо за это. - ты забавный, чтож. Можешь звать меня Флав. - угу. - а тебя как зовут? - Найтмер. - достаточно… необычное имя, но не мне это говорить, Флав Хансел, тоже не самое лучшее по значению имя. - но звучит красиво. Мягкая улыбка, редкая эмоция на истерзанной судьбой лице, на лице монстра познавший и создавший всю горечь вселенных и совей жизни. Казалось будто здесь ужился его покой, это место казалось таким родным, теплым, хотя здесь он был явно не так долго. Это чувство согревало, но удушало, ему явно здесь не место, он этого не заслужил. //флав Темные глаза округлились, неожиданная эмоция на уставшем лице была приятнее чем любая награда и благодарность, этот монстр был действительно очарователен. - это… куриный суп, можешь выпить только бульон, если нету аппетита. Взгляд смущённо изучал свой же дом, смутившись своих же мыслей. Созданные тьмы было словно лучем, настолько темным что собравший в себе все тепло и свет. Такая противоречивость привлекала внимание и вызывал интерес. // Пальцы упорно боролись со слабостью, пытаясь не дрожать и спокойно выпить суп, но это лёгкое действительно казалось невыполнимым, слишком далёким. Каждая кость не слушалась, будто совсем забыла о своем предназначении и работе, желая лишь не заслуженного отдыха. Чужие, теплые ладони бережно накрыли костяшки, своебразно прекращая дрожь, крепко сжимая в целях подарить тепло и уверенность. Быстрыс движением прибор и миска с супом уверенно находилась в чужих руках, спокойно набирающая в ложку бульона, придерживая снизу рукой, пролить что-то подобное на поезд не хотелось, оно все ещё горячее и является жидкостью, больному бы стало только хуже. - что? - у тебя дрожат руки, поешь так. - … Тишину преривыл лишь тихий звук бульона, уютное лечение больного обворожительно горманировало с укромной тишиной. Казалось больше ничего и не надо, лишь ютиться от бури под светом свеч, прятаться от холода и довольствоваться моментом спокойствия. - чем я должен помочь? Хотя было ли это чувство не односторонним? -Что? Вопрос казался громом среди ясного неба. Вгонял в ступор, вынуждая терять дар речи, а мысли бегать по лабиринтом, без возможности собраться в кучу. - вы мне помогли, я же должен отплатить за это. - для начала - набраться сил. Твое тело ослабло от попыток согреться. Самообладание вновь вернулось, дало собрать мысли и составить удовлетворяющий ответ. - так вам интересно мое тело? -Я НЕ ЭТО ИМЕЛ ВВИДУ. Удлинение пальцы стыдливо прикрыли лицо, в попытках избежать чужого взгляда и переосмыслить сказанные слова. - тогда чем я могу вам помочь? - зачем тебе мне помогать? Я лишь отогрел тебя у себя. Одна рука махала в сторону лица, безрезультатно пытаясь согнать румянец и стыд. - но я не заслужил этого, я не сделал для тебя ничего. Отчаянье плескалось в глазах цвета моря, словно наполненые расплавленной сталью отчаянья обжигающая собственное счастье, превращая его в пепел надежды, угарным газом удушая собственные мозги. {Хотел ли я быть спасеным? Нет, я лишь искал внимание своими проблемами, все больше утопая в круговороте зависимости и агоний, в момент когда я понял, момент моего осознания, я был в самом дне, в самом дне где я и удушил себя собственными руками, там где мне осталось лишь гнить, заменяя себя.} - ради доброты не надо что либо делать. Темнота, глаза - зеркало души? Темнота чужой души, той в который ты утопаешь без отблеска страха, теряя весь воздух из лёгких, но не жалея погружаяся дальше. Лишь в конце блаженства, очарованный эйфорией тебя протыкают кости тех кто так же утонут, под кучей которых покоится скелет владельца, тонущий в водовороте того что создал он сам. - но… прости, я наверное взболтнул лишнего. - ты сказал как думаешь, честно рассказав правду. Твои чувства, мировоззрение никогда не будут лишними при разговоре с правильными людьми. {Были ли твои слова когда-то правдой? Лишь желанием найти во мне свою надобность? Похоже, мы оба ущербны, два отвратительных создания ищущих в других лишь выгоду.} Слова словно компресс приложенный к открытой ране, притупляли ноющую боль, лишь бы не заметить истерзанной плоти, давая место крадущейся привязанности. {Я вновь найду в тебе обезболивающе, вновь приду за новой дозой, словно зависимый твоим очарованием, никогда так и не поняв твои ценность и боль. Была ли у меня возможность приблизиться к тебе чуть ближе, ощутить хрусталь за пудрой под кованую сталь? Мог ли я увидеть тебя, а не то что ты хотел показать? Твоя идеальность - отражение моих желаний. Кто же из нас слабый? } - я… спасибо. - тебе не надо меня благодарить, благодари свою душу за то что она все ещё в состоянии говорить с людьми. Сил на слезы уже не осталось, мысли сожги всё, даже боль, в нем была лишь пустота, покрывающая своей отвратительной стабильностью сковывая психику. Мысли - будто кислотой, разъели все внутренности, скребя отодрали остатки каких либо эмоций, мысли, что всегда найдут себе место в разбитой в дребезги глазнице, заполняя весь череп. {Я всегда был лишь шутом, но обязан ли шут что-то ощущать? Во мне всегда было лишь зеркало, ни своего мнения, ни характера, ни нрава, лишь память запомниющая и отражающая все чем я был обделён.} Магия потухла в обреченом взгляде глазниц, вынуждая лишь покоятся в столь редкой и приятной пустоте. Умение думать, ощущать - его главное проклятье. Теплота согревала, будто топя лёд которым он воздвиг себе стены. Не настойчивые, без задней мысли, лишь ободряющие объятья будто кипяток что пронесли в ледяной замок, опасно, но так желано, согревая в тепле которого он не достоин, но и не смеет оттолкнуть, кто он такой чтобы противиться? Касаться таких как он. {Этого ли я всегда искал в своих партнёрах? Всегда ли я мог получить все что я хотел не отдавая свое тело? Или это было так из-за того что это ты? Сколько бы __ во мне не оказалось, оно никогда не заполняло меня так же как твои слова, их ласки никогда не согревали как твои объятья, спасибо. Лишь потеряв твоё тепло, я понял как холодно внутри меня. - а теперь, давай, "аааам" Зачерпнутая деревянной ложкой наваристоя жидкость вызывала отвращение, запахом проваренной плоти, ее запах что раньше вызывал аппетит сейчас был словно гниение его самого, отдавал металлом наполнявший и отправлявший каждый участок его понимания. Ободряющая теплой улыбкой маска, да, владельца видно не было, словно смотря в никуда, имея в собеседниках немногословную тишину, но даже так, его эмоции согревали, по сравнению с безразличием въвшейся бесконечности. - хм? - ты так и не съел суп. Рот открылся нехотя, отдавая дрожью в уставшем теле, но все же съедая злощасный суп. Каждое движение будто сковывало нежелание, пока разум двигал, не важно, в правильном ли направлении. - вот и чудненько. Густая жидкость согревающе текла по внутренней полости образовавшейся магии, согревая кости и проникая в душу, становясь частью магии и новой энергии. -чтож, откуда ты? Ближайшие деревни далеко отсюда. Уже пустая миска была отложена на прикроватную тумбу, тихим стуком дерева сопровождая спокойный тон. -я не знаю. - всмысле? - я проснулся уже здесь. Выдох таил в себе столько боли, владелец данного места уже имел представления о том "что случилось?". Не впервой он находит детей, но впервые живого, неужели хотя бы эту ночь его не будет терзать вина за то что он вышел раньше из-за мысли "лучше бы вышел потом когда его бы замело снегом", хотя бы эту ночь он будет спать дольше часа. Боже, спасибо за столь великодушный дар. Взрывы и огни что доходят до глубины леса, заставляя содрогаться утаившуюся душу, даже в столь далёком, забытом месте, находились крики, жар сгорания плоти, оставляя лишь некоторые кости. {Пожалуйста, пожалуйста, дяденька, убей меня, я знаю что вы сможете убить меня без боли, пожалуйста. Дар речи был утерян в сдержанных слезах, не хотелось говорить ничего, не хотелось показать голос что дрожал сильнее чем тело маленькой девочки, пока топор прорезал ее плоть, окрашивая место ее смерти покоем, тем чего она желала и боялась. Слезы лицемерно текли принимая цвет крови, обретя истинный цвет его поступка.} В теплых объятиях, уютясь в тепле друг друга, обе души обрели покой в друг друге утопая в дарящем надежду сне, имея терзания, борясь по-разному. Данное время было отвратным,без продвижения топящий людей в их беспечности и в их нарушенной гордости за звание "человек". Есть ли возможность избежать данного кошмара? Хотя бы в собственных снах не блуждать в окровавленных телах?