Зимняя сказка

      Последний урок тянулся невыносимо медленно, я смотрел как стрелки часов нарезают время, пока учительница рассказывала очередную тему по литературе. Я не вслушивался в ход урока, хотя всегда старался учиться хорошо, но сейчас меня заботило совсем другое. Скорее всего, сегодняшняя репетиция с Ромкой будет последней, после которой мы перейдём к решительным действиям. Всей своей сущностью я надеялся, что Полина не примет его ухаживания и не обратит внимания, но как бы там не было — я больше не буду для неё прежним, она больше не сможет доверять мне так же, как раньше. На этой мысли я сильно зажмурился и мысленно посчитал до десяти, вспомнив старинный детский трюк, которым пользовалась ещё моя мама. Она говорила, что стоит лишь отвлечься, закрыть глаза и посчитать до определённой цифры, как все плохие мысли сразу же уйдут. Интересно, у них, взрослых, действительно всё так просто или они успокаивают меня? Ответить на свой же вопрос мне помешал прозвучавший звонок с урока, мысль ускользнула от меня, не позволив зацепиться за неё даже кончиками пальцев.       Все были рады долгожданному окончанию уроков, после которых собирались отправиться домой. Все, кроме меня. С момента переезда сюда, дом перестал быть для меня родным местом, а стал скорее напротив, пугать меня ещё больше, чем школа. Даже путь домой отнимал у меня последние моральные и физические силы, ведь в любой момент снова может появится эта Лисичка, с её причудливыми шутками и кокетливыми выражениями. Но порой, её компания кажется мне приятней, чем общество людей. Она хотя бы понимает мои желания и того, чего я хочу, в отличие от тех же родителей, увязших в ссорах.       Но домой было ещё рано — предстояла ещё одна встреча с моими друзьями. Я старался идти как можно медленнее, растягивая время, надеясь, что это поможет мне задержаться подольше в школе, не идти к ним, на задний двор или тем более домой. Но как бы я не старался, уже через пять минут я вышел из школы. В прошлый раз меня здесь встретил Бяша, но теперь и его здесь не было. Впрочем, это и хорошо, никто не влезет в мои мысли до того момента, пока я к ним не дойду. За оградой школы казалось кто-то стоял, но стоило мне повернуть голову в сторону таинственного наблюдателя, как он тут же исчез, испарился. Мне померещилось или это кто-то из зверей наблюдает за мной? Подстёгнутый внезапным наваждением, я решил ускориться и попасть к своим товарищам побыстрее, желая избежать встречи с лесными детьми в звериных масках.       Я завернул за школу и сразу же увидел силуэты Пятифана и Бяши, которые не теряли времени и начали репетировать без меня. Может, мне и не стоило проходить, они справились бы и без меня? Но едва в моей голове прошмыгнула эта мысль, как меня заметил Рома и помахал рукой, призывая идти быстрее. Я поплёлся в их сторону медленно, как будто тот неизвестный надзиратель одним взглядом вытянул из меня все силы.       — Тошик, чё случилось, на? Еле ползёшь, мы тебя уже заждались — подал голос Бяша.       — А с ним сегодня весь день такое. Я с ним сегодня перед уроком разговаривал, а он чуть не заснул, еле-еле смог растолкать. — ответил ему Ромка.       — Извините, пацаны, просто не выспался очень, бессонница мучает… — я попытался оправдаться, но звучало это нелепо. Впрочем, мои объяснения их не очень интересовали.       — Хватит базарить, давайте сразу к делу, а то времени в обрез. — заключил главарь банды и каждый начал исполнять свою «роль».       Сегодня эта репетиция казалась мне ещё более нелепой и глупой, чем вчера. Всё это выглядело настолько наигранно и комично, что любой, даже самый наивный первоклассник догадался бы, что это всё лишь потёмкинская деревня, спектакль, театр для одного зрителя. Бяша вяло пытался изображать из себя девочку, похожую на Полину, а Ромка «героически» защищал её от маньяка — меня. На этот раз всё прошло без эксцессов и как только я попытался изобразить удар, Пятифанов тут же схватил меня и бросил через бедро в снег, примерно на то же место, куда упал он вчера. Падение было болезненным, ведь вокруг был лёд, который покрывала лишь незначительная прослойка снега, не способная смягчить удар. Поняв, что переборщил с силой броска, Рома кинулся помогать мне.       — Тоха, мои извинения, не хотел так сильно бросать об лёд! Слишком вжился в роль и перегнул палку. — начал извиняться «герой-спаситель».       — Всё нормально, было не больно. — отрезал я, отряхиваясь от попавшего на куртку снега.       — Ладно, пацаны, думаю хватит на сегодня, нормально отрепетировали. Что думаете, прокатит? — поинтересовался у нас Ромка.       — Да зуб даю, что прокатит. Сразу же согласится с тобой на свиданку сходить, на. — заявил бурят.       — Ты уже два зуба отдал, третий мне не нужен. Тоха, а ты что думаешь? — обратился тот ко мне. Я задумался и помедлил с ответом.       — Думаю, что всё нормально, репетиций на сегодня больше не нужно. — сказал я уклончиво, желая поскорее закончить этот цирк.       — Ну вот и отлично. Тогда, думаю, что завтра уже можно приступать к реализации плана на практике. После школы действуем так, как договаривались. Антоха, постарайся правдоподобно сыграть, чтобы она испугалась посильнее. — объявил Рома. Мосты были сожжены, отказываться было поздно.       — Всё будет в порядке, не волнуйся. — заверил я его.       — Спасибо, брат. Я в тебе не ошибся в тот день, ты настоящий друг. Семён бы никогда не стал в этом участвовать и помогать мне. Я всё помню и отплачу той же монетой, не сомневайся. — ответил он и пожал мне руку.       — Ладно-ладно, хватит, а то ещё сейчас обниматься начнёте на радостях. Давайте по домам, а то я обещал мамке, что несильно задержусь после школы. — обратился к нам с предложением Бяша.       — Хорошо, бывай, Тоха. До завтра! — попрощался со мной Пятифанов. Бяша повторил его прощание.       — До завтра. — сказал я в тот момент, когда они уже были достаточно далеко и не слышали мой ответ.       Я двинулся домой, стараясь ни о чём не думать, но мысли сами лезли в голову. По пути пошёл сильный снег, который заметал дорогу и затруднял движение. Создавалось впечатление, что сама природа не хочет моего возвращения к семье. Оля — единственный человек, ангелочек, что держит меня в этом царстве кошмаров, больше мне никто не нужен, лишь бы она была рада. Мама и папа больше никогда не смогут стать мне родными, теми людьми, которые поймут и поддержат меня, я остался практически совсем один. Это положение удручало, но со временем пришло привыкание. Но мозг всё же не мог найти объяснения тому, как могут люди, столько лет счастливо жившие в браке и воспитывающие детей, взять и поссориться? Что случилось, как это произошло? Виноват ли в этом мой каприз, когда на мой день рождения родители не смогли отвезти нас в Диснейленд, а преподнесли лишь скромный тетрис, или же трещины на нашей крепкой, дружной семье пошли уже давно, а стали заметны лишь в тот момент? Порой, меня посещает желание выступить перед ними, высказаться, напомнить, что мы всё ещё их дети, которые хотят счастливой, единой семьи. Но мне регулярно не хватает то сил, то времени, то мотивации, ведь это скорее всего ничем не поможет, только навредит, дав им новый повод оскорблять друг друга. Как же это всё надоело…       Я уже приближался к концу просёлочной дороги и уже почти наступил на узкую, хищную тропинку леса, которая должна была привести меня к дому, как вдруг заметил знакомую фигуру у фонаря. Сначала я счёл это своим вторым за день наваждением и отправился дальше, не обратив внимания, но неизвестная личность засмеялась бархатным, приятным голосом. Сомнений не оставалось, что эта рыжая плутовка, от корой так и веет таинственностью, неожиданностью, праздником. Всем тем, чего мне так не хватает в этом месте. Совпадение ли это или же…       — Тоша, некрасиво проходить мимо девушки и не обращать на неё внимания. Я тебя тут так долго ждала, ты очень сильно опоздал! — обратилась ко мне Алиса с серьёзным тоном, но затем не удержалась и залилась уже привычным смехом.       — Ой, прости. Я просто задумался… — сегодня мне приходится весь день оправдываться, это угнетает.       — Хорошист Антошка о чём-то подумал, как неожиданно! А о ком ты думал? О ком-то важном и близком тебе? — внезапно выпалила плутовка. Её проницательность удивляла, пробивала до дрожи, вызывала панику.       — Я думал об Оле, к которой ты, кстати, недавно приходила, она мне рассказала. Зачем ты это сделала, что тебе нужно от неё? — задал я вопрос с подозрением, внимательно осматривая собеседницу.       — Всё-то тебе расскажи, какой любопытный! А что, мне нельзя прийти к младшей сестрёнке нашего Зайчика? Боишься за свой лучик света? — невероятно, но её маска расплылась в улыбке, обнажив пасть, полную зубов, готовых в любой момент поймать добычу и проглотить её, не пережёвывая. Откуда она знает, что я переживал за Олю? Не может же она читать мысли?       — Нет-нет, просто я хотел сказать, чтобы ты не обижала её и не звала с собой. А то ей мама не разрешает от дома отходить… — начал было я, но меня перебили.       — Какая скукотища! Мама не разрешает дочке погулять возле дома. Представляю, как ей одной тоскливо в доме, когда ты весь день веселишься с друзьями. — едко заметила она. Откуда она знает про друзей и про то, чем я занимаюсь? Может, тот образ, следящий за мной, не был наваждением?       — Прости, Алиса, но мне правда очень нужно домой. Я и так задержался после школы, родители и сестрёнка наверное с ума сходят. — проговорил я, словно пытаясь отпросится у неё, спросить разрешения на то, чтобы пойти к себе же домой.       — Ещё один приговорённый к каторге под названием «школа-дом». Ладно-ладно, иди пока что, Зайчишка. Мы ещё пообщаемся с тобой, милый. — закончила она свою речь и пропала, словно её никогда не было. Эти звери явно обладают какой-то магической силой, как из фантастических рассказов.       Обескураженный и расстроенный этим днём, я поплёлся домой, медленно пробираясь сквозь нападавший снег. Но наступил тот момент, когда я увидел казавшимся издалека чёрным бастионом свой дом, который был со всех сторон окружён, опутан лесом, словно щупальцами осьминога. Я вошёл в дом и попытался пройти в свою комнату как можно более незаметно, но уже на пороге меня сразу же встретила сестра…