|come and save me from it| |Приди и спаси меня|

      Странное ощущение — пустота в желудке Нила стихает, когда Мэтт начинает рассказывать ему всё про зимние каникулы в Нью-Йорке. Сначала тот колеблется, не желая выставлять на показ отпуск перед Нилом (которого у того не было) но Джостен понимает, что ему действительно хочется услышать каждую деталь. Ему хотелось знать, что у всех всё было хорошо. Нил жаждал узнать, что все были в безопасности. Поездка в Эвермор в частности могла быть попыткой защитить одного человека, но это не означало, что он не переживал за всю команду, когда был в отъезде. В Гнезде времени на тревоги было мало, но всё же Нил умудрялся волноваться.       Мэтт продолжает рассказывать. Как Кевин несколько раз таскал всех на местный корт, потому что не хотел делать перерыва в игре в экси. Он рассказывает Нилу о сюрпризе, который ему как-то удалось устроить для Ники — неожиданном визите Эрика. Это шокирует Нила не потому, что такой акт доброты не свойственен Мэтту, а потому, что Мэтт действительно заботился о Ники настолько, чтобы устроить подобное. Нил слушает истории о каникулaх, которые рассказывает Мэтт, и чувствует радость. Он даже смеётся над чем-то, что сделал Аарон в Нью-Йорке.       В этот момент Нил отчаянно желает, чтобы команда была одной частью. Он знал, что возвращение Эндрю обязательно внесёт пару помех в планы команды по единству. Не было секретом, что после потери Сета они стали работать вместе лучше, но что если есть способ сделать их действительно сплочённой силой? Должен быть способ заставить всех по-настоящему работать вместе, но как? Нил знает, что Эндрю будет наиболее трудно убедить в этом, вместе с Аароном и Ники. Хэммик уже доказал, что не имеет проблем с старшеклассниками, а у Аарона проблемы с ними исходят от Эндрю. Эндрю — ключ. Как заставить Эндрю ослабить хватку на своего брата и кузена?       Мысли Нила прерывает стук в дверь. Мэтт вскочил открыть её, думая, что это тренер Ваймэк, и оставил Нила в их комнате. — Эй, Нил. Это к тебе! — кричит Мэтт. К Нилу? Кто мог прийти к нему? Есть только один человек, который сделал бы это, но они виделись совсем недавно. Остаётся только один способ узнать наверняка.       Нил выходит из их с Мэттом комнаты и направляется к двери. Лицо Мэтта смягчается, когда Нил приближается. Старший распахивает дверь шире и показывает стоящего за ней человека. Хм? — Что ты здесь делаешь, Кевин? — спрашивает Нил. Он думал, что стучаться будет Эндрю. Точнее.. надеялся, что у двери будет Эндрю. — Эээ, у меня для тебя кое-что есть, — неловко говорит Кевин. Он опускает тонкий взгляд вниз на пластиковый пакет в руке. — Можно войти?       Нил уже почти забыл о своей сумке, пока не увидел её внутри пакета. Сумка... Как я мог забыть? — Да, конечно, заходи, — отвечает Нил и проводит Кевина в свою комнату. Джостен понимает — нужно что-то сказать Мэтту, хоть что-то. Бойд не из тех, кто вмешивается в чужие дела, он не ожидал бы, что его подключат к этому разговору, но Нилу не кажется правильным оставлять его в полном неведении. — Я пойду посмотрю, чего Кевин хочет, — говорит Нил. Это слабая попытка уединиться, но он надеется, что Мэтт поймёт. — Круто, я тогда, наверное, сделаю кофе. Хочешь и себе? — спрашивает Мэтт. Иногда Нил забывает, как легко с ним жить. — Да, Мэтт. Конечно. — Ладно тогда. Я этим займусь, а ты пока получишь удовольствие от разговора с Кевином, — смеётся Мэтт. Нил улыбается в ответ. Так просто. — О, Нил? — говорит Мэтт, когда Нил уходит. — Да? — Кричи, если что. Я буду на кухне, — тихо говорит Мэтт. Нил задумывается, не ожидает ли Мэтт проблем с Кевином, но перед тем, как сказать, что справится сам, его осеняет: он волнуется. — Конечно. Спасибо, Мэтт, — отвечает Нил.       Мэтт улыбается, провожая Нила взглядом. Это выражение вызывает ещё одно странное чувство в желудке Нила — вину. Он всё чаще чувствует вину из-за своих лжи и того, как они влияют на товарищей по команде. Он знает, что это не последний раз, когда он почувствует вину за обман. Парень почти желает не привязываться к ним. Почти.       Нил не удивлён, когда заходит в свою комнату и видит, что Кевин там ходит взад-вперёд. Они почти не разговаривали с тех пор, как оба вернулись из «отпуска», если это можно так назвать, учитывая, что у Нила был «больничный». Возможно, Кевин тоже испытывает чувство вины. — Может сядешь? Ты меня нервируешь этой ходьбой туда-сюда, — говорит Нил, заходя в комнату. Кевин закатывает глаза, но садится на кровать Мэтта. Его лицо непроницаемо. Нил думает, не то ли его вот-вот вырвет. — Что с тобой? — резко спрашивает Нил. Нет смысла ходить вокруг да около с Кевином. Ему нужна прямота и ясность.       Кевин несколько раз открывает и закрывает рот, пытаясь что-то сказать. Кажется, ему трудно найти нужные слова, или слова вообще. Его беспокойство — не единственное, что нервирует Нила. — Чёрт возьми, Кевин, скажи уже что-нибудь. У тебя же моя сумка? — спрашивает он. Вопрос, похоже, выводит Кевина из транса. Он передаёт Нилу пакет. — Я не открывал её, — говорит Кевин, когда Нил берёт назад своё сокровище. — Хорошо.       Он ожидал, что Кевин уйдёт после этого. Подумал, что Кевин не захочет возвращать сумку при Эндрю. Слишком много вопросов. Но вместо того чтобы уйти, Кевин просто смотрит на него. Нил чувствует себя, словно новый вид под микроскопом. Как будто Кевин вот-вот разрежет его и запишет свои наблюдения. Нил хотел, чтобы Кевин либо что-то сказал, либо уже ушёл.       «Если тебе нужно поговорить... об этом — ты знаешь, я… я знаю, каково это», — наконец говорит Кевин по-французски. Кажется, на другом языке ему легче подобрать слова. «Я знаю, каково там было. Если хочешь высказаться, можешь говорить со мной.» Нет, передумываю, думает Нил. Чёрт с этим разговором, ему бы лучше уйти.       «Хорошо. Спасибо», — отвечает Нил. Он не знает, что ещё сказать. Да, технически Кевин был одним из тех, с кем он был ближе всего, но их отношения не были такими на все сто. Единственная поддержка была на площадке и на тренировках. Это ощущение новое, слишком новое, и Нил не знает, как дальше быть.       «Я знаю, что это нелегко. Я знаю, но знаю только отчасти. Он мог сделать со мной многое, до самого конца, конечно. Мы...», — Кевин делает глубокий вдох, — «мы всегда были на виду у всех. Мы были королями экси. Он мог сделать многое со мной, но я знаю, что для Жана всё было иначе. И понимаю, что для тебя тоже. Присутствие Жана в Эверморе — результат закрытия долга. Он — собственность Мориямы. Я знаю, как они относятся к вам обоим.»       «Я не собственность Мориямы», — отвечает Нил, голос горячий.       «Так он тебя видит. Независимо от того, кто ты, он видит тебя как собственность. Я знаю, что это значит, Нил. Исходя из этого знания и того, как ты сейчас выглядишь», — Кевин снова делает вдох, — «я знаю, что он не сдерживался. Он никогда не сдерживался, когда дело касалось Жана, и я знаю, что он поступил бы так же с тобой.»       Нил готов был начать спорить, что он не чья-либо собственность и никогда не будет, но тут до него дошло: Жан… Никто не рассказывал Кевину о Жане. Возможно, Рене рассказала Дэну и Эллисон, но Нил не думает, что кто-то рассказывал остальным из команды об этой части операции по спасению. Только трое Лисов точно знали, что в ту ночь спасли двоих.       «Про Жана…» — начинает Нил.       На лице Кевина появляется недоумение. «Что с Жаном?» — спрашивает он.       «Он, эээ, ну… Он…» — Нил замолкает. Он не знает, как сообщить Кевину эту новость. Как вообще сообщить такое? Присутствие Жана в Пальметто было достаточно тяжёлым для Нила. Неизвестно, что каким это событие будет для Кевина.       «Он что? Нил, что происходит?» — тревожно спрашивает Кевин. «Он... неужели он ум...»       «Нет, Боже, нет. Жан не мёртв», — уверяет Нил.       «Слава Богу. Хорошо, тогда что? Говори», — умоляет Кевин.       «Жан здесь», — говорит Нил.       Кевин встаёт и оглядывается по комнате. «Жан где?» — спрашивает он.       «Он в Пальметто. Эбби и Рене его держат у себя. Технически он больше не Ворон», — наконец говорит Нил.       Кевин выглядит так, будто колени и сердце вот-вот подведут. Он сразу садится обратно на кровать Мэтта, пытаясь прийти в себя. Он стонет, как будто сейчас правда ему станет плохо. «А хозяин?», — единственное, что говорит Кевин, трогая рукой щеку.       «Тэцудзи отпустил его», — говорит Нил. «Он отпустил нас обоих.»       Кевин смеётся, но смех звучит неправильно. Почти безумно. «О чём вы только думали?!» — кричит Кевин. «Вы хоть немного в тот момент думали?! Вы правда думали, что сможете вывести кого-то вроде Жана Моро из Гнезда без последствий? Он нас убьёт! Рико нас всех убьёт!»       «Что мне было делать, Кевин? Просто оставить его там, как ты?» — кричит Нил в ответ.       Он не пропускает мимо взгляд, полный вины на лице Кевина. «Ты только что паниковал из-за мысли, что он мёртв, так что скажи честно: ты думаешь, что он бы смог выжить, если бы его там оставили? Ты думаешь, что он бы дожил до конца года?»       Кевин не отвечает. Вместо этого он выбирает точку на стене, чтобы избежать разговора. Трус…       «Ты лучше всех знаешь, что человек может выдержать, прежде чем сломаться. Ты помнишь, каким был Жан? Помнишь пустоту в его глазах, Кевин?»       «Стоп», — говорит Кевин.       «Нет!» — кричит Нил. «Нет, я не остановлюсь! Чёрт, он мне вообще никто, но я не мог оставить его там. Он просто всё пускает на самотёк! Он так устал, что только и может принимать всё, что Рико кидает в него. У всех есть предел, и он был почти на грани. Если бы Рико не убил его к концу года, он бы сделал это сам.»       «Я сказал, стоп! Ты правда думаешь, что я хотел оставить его там?» — спрашивает Кевин, снова вставая. Теперь он увереннее стоит на ногах, злость заменяет страх и панику.       «Мне нужно было выбираться оттуда, и я это сделал! Я не буду стоять здесь и позволять тебе обливать меня дерьмом.»       «Я еще и не пытался это сделать. Я пытаюсь заставить тебя понять, что иногда надо рисковать. Знаю, брать Жана было крайне глупо, но это нужно было сделать. Я не жалею об этом, знаю, что Рене и Эндрю тоже», — говорит Нил.       Глаза Кевина словно застыли. С одной стороны есть понимание, с другой — упрямство и страх. Нил понимает, что одной горячей беседы недостаточно, дабы убедить его, что это был правильный выбор, но он не парится из-за этого. Больше он переживает о том, что Кевин скажет дальше.       «Он не может играть с нами», — говорит Кевин. «Ты знаешь, насколько это было бы опасно.»       И он прав. Кевин Дэй абсолютно прав. Жан не может играть за Лисов. Из-за нерешённых проблем с Кевином и агрессивных фанатов Воронов Нил знает, что Жан — слишком опасное "дополнение" для команды. Он не может позволить себе терять больше игроков в этом году. Он не позволит этому произойти.       «Нам просто придётся найти ему новую команду», — предлагает Нил.       «Это не так просто», — со смешком говорит Кевин.       «Ну, мы постараемся сделать это максимально просто. Используй все свои связи. Обязательно найдётся команда, которая захочет игрока с навыками и преданностью Жана», — говорит Нил.       «Я не буду участвовать в этом. Это решение приняли ты, Рене и Эндрю», — спорит Кевин.       «Да, мы решили привести Жана сюда», — начинает Нил. «Но ты должен ему. Сделай это ради него, Кевин. Ты можешь помочь ему прямо сейчас.»       Нил понимает, что играть на старой вине Кевина — не совсем правильно, но это единственный способ уговорить его. Осознавая, что Ваймэк мог бы помочь найти Жану новую команду, он также знает, что Кевин понимает Жана так, как Ваймэк никогда не сможет понять. Кевин найдёт для Жана подходящую команду. Он не отдаст Жана не тем людям.       «Ладно», — говорит Кевин.       «Хорошо.»       «Я ухожу. Ты мне уже поперек горла стал», — говорит Кевин, направляясь к двери. Нил не провожает его. Ему нужно собраться с мыслями, прежде чем вернуться к Мэтту. Как возвращение его сумки превратилось в почти душевный разговор, а потом в полноценный спор — Нил так и не понял. Но он точно знал, что это была маленькая победа. А еще, он упустил тему, которую очень хотел обсудить с Кевином — письмо Кейли Дэй. Жан однажды показал его ему, и он сунул его в сумку, когда уходил из Гнезда. Джостен не собирался оставлять это письмо, особенно учитывая, что там было подтверждение того, что тренер Ваймэк — на самом деле отец Кевина. Возможно, он обсудит это письмо в другой день, но не сегодня. С Кевином на сегодня хватит. — Эй, Нил! — кричит Мэтт. — Кофе готов! — Иду!