Откровение путешественника

      Казалось, он погрузился в меланхолию. Взгляд все ещё мокрых глаз устремился куда-то за пределы видимого им мира, к разным уголкам бескрайнего моря звезд. Все счастливые моменты с возлюбленными, появились в его голове, огромной панорамой, согревая его теплом.       — Лучший способ сделать их счастливыми это признаться в своих чувствах. Особенно Розарии, ты даже представить себе не можешь, как она по тебе скучает. Говорю это тебе по огромному секрету. Можешь верить мне, как её постоянному собутыльнику. — комментарий Кэйи, мгновенно вернул Итэра к реальности, в окружение друзей, которые искренне пытаются ему помочь.       — Джинн и Эола тоже. Последние месяцы я часто вижу их, гуляющих вдвоём после работы или отдыхающих в тавернах. — коротко добавил Дилюк. Собственные слова напомнили ему об обещании, которое он дал свои давним подругам по аристократичному происхождению.       — Вот именно! — вклинился Венти, чуть подпрыгнув на месте. — Я был свидетелем множества романтических сцен и могу гарантировать, что твоё пылкое признание, единственное, что сделает их по-настоящему счастливыми! Можешь признаться любой из них или всем сразу. И не волнуйся об их ответе, я уверен он тебя приятно удивит. — на его лице сияла почти дерзкая ухмылка, пока он толкал Путешественника локтем в ребро.       — Венти, если ты о том, что они меня любят, то я итак это знаю. Я же не дурак.       На один миг показалось, что лицо Барда треснуло в нескольких местах. Сохранив молчание, он направился к ближайшему углу, после чего сел напротив него, обхватив собственные колени.       — Он явно этого не ожидал. — коротко заключил Дилюк, проводив Венти взглядом.       — Кхем-кхем, в любом случае, если ты знаешь об их чувствах, почему не отвечаешь взаимностью? — вопросил Кэйя, пока не вспомнил одну важную деталь. — Хотя, я начинаю понимать…       — Многоженство не поощряется нашим обществом. Раз уж ты не можешь признаться в любви всем, это значит, что две другие девушки будут отвергнуты. — слова Дилюка были сдержанны, даже обжигающе холодны. —  Поэтому ты не начинаешь отношения ни с одной из них. Я могу понять твою позицию и все же…       Путешественник молчал, стараясь потянуть время долгим глотком своего напитка, что впрочем, лишь усугубило ситуацию. До этого стоящий позади мастер Дилюк занял место Венти, в то же время Кэйя смерял своего светловолосого друга строгим взглядом, ничуть не уступавшим взгляду его старшего брата. Именно в этот момент, когда внешнее напряжение достигло пика, выпитое спиртное потихоньку начало действовать, размывая грань восприятия.       — Ты считаешь это пустыми отговорками. — хмыкнул Итэр, откидывая голову назад. — А знаешь что, ты прав.       Все снова уставились на Путешественника, который снова приложился к бутылке. Пьяный румянец расцвел на его лице пышным букетом. Несколько коротких ритмичных вздохов вырвалось из его рта, прежде чем он успел подавить их. Затем еле слышно хихикнул.       — Неужели ты решился? — слегка вздёргивая бровь вопросил Кэйя, попутно потирая подбородок.       — Я признаюсь им, всем трем. Пусть они и отвергнут меня, но я хотя бы перестану винить себя за бездействие. — очередной смешок сорвался с его губ. — Хех, была бы тут Паймон, она бы уже издевалась надо мной. — на лицах остальных появился немой вопрос, ответ на который Итэр считал постыдным. — Она сама предложила мне отдохнуть с вами в баре.       — Паймон отправила тебя в бар напиться? — бард вновь возник позади Путешественника, смотря на того с широко раскрытыми глазами. — Наша маленькая обжора Паймон?       — Вы не знаете самого главного. — с улыбкой произнес Итэр, опираясь щекой о ладонь. — Именно она первой начала уговаривать меня, признаться.       — Да ну!? — синхронно завопили мужчины.       Итэр лишь рассмеялся. Он сам с трудом верил, что его вечно голодная и жадная до денег спутница, начнет подталкивать его к отношениям. Было комично видеть, как она бранила его за трусость и нежелание раскрыть свои чувства.       — С меня жаркое в липком мёде, Паймон. — с ухмылкой сказал Путешественник.       — Если она правда так повлияла на тебя, то мы, рыцари, обязаны устроить ей банкет. — все ещё приходя в себя, заявил капитан кавалерии, слегка взъерошивая свои волосы.       — Я дам концерт в её честь. — сказал бард, поправляя свой берет и вместе с тем кивая головой.       — Думаю я смогу подарить ей несколько бочек виноградного сока. — добавил Рагнвиндр.       — Эй, эй, не балуйте Паймон слишком сильно! — возразил Путешественник. — Она очень быстро привыкает к хорошей жизни, я просто разорюсь на еде!       В ответ на его жалобы, все разразились громким смехом. Легкая атмосфера, с которой они начинали сегодняшний вечер постепенно возвращалась, гася скопившееся напряжение.       — Ладно, давайте успокоимся. — подавляя свой собственный приступ смеха заявил Кэйя. Встав со своего места он поднял свою кружку вверх, призывая остальных повторить за ним. — Итэр, как твои друзья, мы искренне рады, что ты решился на этот поступок. Предлагаю поднять бокал за твою смелость, и за то, чтобы твоё сердце наконец-то обрело покой.       Они подняли кружки вверх и с синхронностью, достойной лучших танцоров этого мира, а затем осушили их за одно короткое мгновение. За глотками последовали характерные вздрагивания от напитка, после которых они поспешили вернуться к своим прежним местам. Дилюк вновь встал за барную стойку, пока Кэйя и Венти вновь приобняли Путешественника.       — Ита-а-а-а-к. — протянул Бард, ловко перехватывая бутылку, к которой тянулся Итэр. — Кому ты признаешься первой?       — Хм… моя решимость ещё не зашла так далеко… — ответил Итэр.       — Тогда, лучше всего начать с Джинн.       — Не соглашусь братец, лучше всего осчастливить Розарию.       — Что вы несете?! Очевидно, первее всех услышать о его любви должна молодая Лоуренс!       Непринужденная атмосфера вновь растаяла. По ощущениям Путешественника, такое напряжение он испытывал лишь в битве с древним богом смерти много веков назад. С каждой секундой ситуация только ухудшалась. Краем глаза он заметил, как Кэйя и Дилюк потянулись к рукоятям своих мечей, пока за спиной Венти уже материализовался лук. Как и всегда, Путешественнику нужно взять все в свои руки.       — Я не собираюсь выбирать кого-то первого! — чуть привстав, заявил Путешественник, окинув взглядом своих застывших друзей. —  Я признаюсь им одновременно! — воскликнул он, попутно разнимая успевших схватить друг друга братьев.       — И как ты это сделаешь? — недоумевая вопросил Венти, ослабляя натянутую тетиву.       — Соберу их вместе и попрошу их руки!       — Хах?! Ты серьёзно?! — с неожиданной яростью и вызовом завопил Бард, уперев руки в бока. — Просто возьмешь и попросишь руки? Уверенности тебе не занимать. Думаешь, сможешь взять на себя ответственность и осчастливить детей Лорда Барбадоса?!       — Да, признаюсь им, что люблю их всех, а затем сделаю предложение! — в полной мере ощутив на себе давление Архонта Свободы, Путешественник повернулся к нему, демонстрирую всю свою решимость.       — И когда же ты будешь готов?!       — Сейчас! Я пойду искать их прямо сейчас!       С этими словами Путешественник направился к выходу, как вдруг на удивление крепкая рука барда остановила его. С хитрой, но доброй улыбкой он притянул его обратно к стойке. Допив остатки алкоголя из бутылки, Венти довольно хмыкнул, после чего отклонил голову назад, словно готовясь исполнить новую песню.       — Итак, милые девушки, вы услышали волю своего возлюбленного! Спускайтесь и позвольте ему излить свою любовь! — друзья смотрели на него, как на умалишенного, пока со второго этажа не начали доноситься звуки шагов. — Мастер Дилюк, мой дорогой собутыльник Кэйя, я думаю, мы будем здесь лишними. Почему бы нам не продолжить вечер в Таверне «Кошкин хвост»?       Закончив с речами Венти вытолкнул братьев из таверны, оставив Путешественника, который буквально врос в место, где он стоял. С каждым стуком каблуков о деревянный пол его сердце билось все медленнее и медленнее, пока не остановилось совсем. С заметным румянцем и стойким желанием смотреть куда угодно, кроме того места где он стоял, перед Итэром предстали Джинн и Эола, позади которых стояла Розария, пожиравшая его хищническим взглядом.       — Д-добрый… кхем-кхем… Добрый вечер, почетный рыцарь. — изо всех сил борясь с собственным смущением произнесла Джинн, и, собравшись с последними силами посмотрела на него.       — Приветствую тебя, мой партнер. — стараясь сохранить свою ауру элегантности Эола с треском провалилась, когда не смогла даже взглянуть ему в глаза.       — Ну здравствуй, идиот который в нас влюблен. — холодно сказала Розария, прежде чем наброситься на путешественника, накрывая его губы своими.