Иначе

Привычка Жданова сидеть на столе раздражала. Даже когда он проделывал это со своим столом, Катю это бесило просто неимоверно, а вот теперь, когда он уселся на край ее стола, она прикусила щеку изнутри, чтобы не попросить его встать. В последнее время он проявлял к ней слишком много внимания, и Пушкарева была этим крайне недовольна. Во-первых, это было неловко, в первую очередь неловко перед Кирой, которая заметила этот нездоровый интерес еще до того, как он стал интересом по-настоящему. Во-вторых, Катя очень боялась своего отказа. Да, как ни странно, именно отказ пугал сейчас Пушкареву, ведь ей казалось, что если она отвергнет эти ухаживания. Ну, эти странные, видимые и неприятные попытки, Андрей решит убрать ее из компании. Нет, раньше Катерина не видела ничего такого, но… это был некий бессознательный страх, что если она вылетит из ЗимаЛетто, то перестанет быть нужной Александру. Да, это звучало как откровенный бред, но… - Катя, а вы меня слушаете? - Жданов протянул руку, чтобы коснуться ее руки, но Пушкарева только качнула головой, а потом убрала ладонь из-под прикосновения. Сделала она это довольно осторожно, чтобы не выдать нервозности или торопливости, но Андрей все равно поморщился. - Я слушаю вас очень внимательно, - она встала со своего места и двинулась в сторону окна. Теперь у нее была такая роскошь, и игнорировать ее она не собиралась, - но я не согласна с тем, что мы должны выбирать между тем, кому платить, - Катерина снова повернулась к Жданову, что внимательно следил за ее движениями, - поэтому, я все еще хотела бы настоять, чтобы мы выбрали несколько основных банков, которые могли бы монополизировать наши долги. Проще выплачивать трем основным банкам, чем шарахаться по всему городу и выбирать кому, когда и сколько платить. Такое решение проблемы предложил Александр, и Катерина сперва была так же не согласна, как и сам Жданов сейчас. Но Воропаев пообещал помочь выбрать правильные, и Катя согласилась, в конце концов, он бы не сделал ничего плохого для компании, Пушкарева знала это очень хорошо. Но Андрею было не так легко довериться ей самой, и это было понятно, логично, ведь Катя не была с ним и вполовину так близка, как с Александром. И сближаться точно не собиралась. - Вы же сами говорили, что нельзя все отдавать в одни руки, а теперь решили переиграть? - Жданов нахмурился и поджал губы, выглядел он хмурым и недовольным. Сегодня в нем еще играло раздражение и страх, и Катерина даже знала причину - Малиновский явился в ЗимаЛетто и сразу же организовал вокруг себя просто целую тучу пересудов. А все потому, что у него на скуле расплывался синяк, а нижняя губа его была разбита, и рана выглядела довольно болезненно даже на вид. Они заперлись в кабинете Жданова и долго и мучительно обсуждали что-то, а Катерина в свою очередь написала несколько сообщений Воропаеву. Она была взволнована, возмущена и испугана, в конце концов, это было слишком прозрачно. Тот человек, которого называли Давлатом, скорее всего, не удовлетворился той оплатой, которую получил от Жданова с Малиновским, а это пугало. И пугало именно потому, что деньги постепенно утекали из возможности оплачивать долги банкам. А еще сегодня не было Киры, она встречалась в городе с представителями Франции, и потащила туда еще и Милко, которому очень хотела организовать выставку на Парижской Неделе Моды. А ее поддержка была для Катерины в ЗимаЛетто не меньшим успокоением, чем общение с Александром или тем же Севой, у которого всегда все в жизни было хорошо, и он с легкостью, буквально по щелчку пальцев мог решить любые проблемы. Сам Воропаев вбил в Катин телефон номер Всеволода, но она так ни разу и не позвонила ему лично. Ей почему-то казалось, что это… неуместно, хотя сам Севрюков говорил, что она должна была быть в контакте с ним не меньше чем с Александром. Часть ее безопасности, особенно сейчас. - Это не передать в одни руки, - не согласилась Катерина, - у нас будет возможность контролировать этим банки. В первую очередь они не должны принадлежать одним рукам - это очень важно. Но когда мы должны десяти разным, это сбивает нас достаточно. Мы все равно концентрируемся на “крупных” в то время как “мелкие” все накручивают и накручивают наши долги, потому что мы считаем их достаточно слабыми для того, чтобы нас укусить. И так, рано или поздно, мы можем пропустить самое элементарное - скачок одного из банков вверх. Если что-то крохотное - не опасно, мы думали так изначально, и это было логично, но сейчас мы начинаем сами оказывать себе медвежью услугу. Нельзя недооценивать кредиторов, будь они даже самыми крохотными из всех наших проблем. - Ого, - брови Жданова подскочили вверх, и он прикусил нижнюю губу, чтобы улыбка его была не такой явной, - надо же, я и не думал, что у вас может быть столько страсти… к нашему делу. - Это просто логика, - Катерине очень хотелось стукнуть Андрея по голове, ну при чем тут страсть, она просто пыталась доказать ему свою правоту, - понимаете, логика, и мы сейчас скачем мимо нее семимильными шагами просто потому, что мы перестали тонуть, но это далеко не так. - А вы уверены, что не родственницы с Кирой Юрьевной? - на этот раз Жданов позволил себе широкую довольную улыбку, - вы отчитываете меня совершенно в ее манере, - он взял в руки чистый лист бумаги, и принялся складывать самолетик. Катерина покачала головой. - Это называется здравый смысл, Кира Юрьевна обладает им на высочайшем уровне, и я рада, если кажется, что и я тоже им обладаю. - А вам так не кажется? - развеселился Андрей, - вы преуменьшаете собственные достоинства, и мне кажется очень зря. Знаете, я всегда считал вас настолько здравой… - Если бы я была здравой, - Катя перебила Жданова, чтобы не нарваться на еще один комплимент, - то никогда бы не ввязалась в авантюру с ЗимаЛетто, - призналась Катерина, - но идея с банками… ее нужно решать, и решать как можно быстрее. Потому что, если мы не соединим наши долговые обязательства, тогда мне нужно будет разработать план по нашим выплатам. - Катя, - Андрей потер лицо руками, - нам обязательно делать это прямо сейчас? Я имею в виду… нам нужно сейчас искать подходящие банки? - Катерина знала, что сейчас голова Жданова была забита Малиновским, Давлатовым и избиением, а это было именно оно, сомневаться не приходилось. Но она не могла позволить ему терять многозадачность. Андрей был главой компании, на нем держалась ЗимаЛетто и все люди, а значит, она не будет позволять чему-то уходить на задний план. - Да, мы будем говорить об этом прямо сейчас, - Катерина кивнула немного агрессивно, - потому что у нас нет возможности подождать еще. И я знаю, что вы со мной согласны, но сейчас ваша голова совершенно точно забита другим, и это мешает… - Не забывайтесь, - самолетик в руке Жданова превратился в бумажный мятый комок, - голова моя забита только ситуацией с ЗимаЛетто. И я, точно так же как и вы, мечтаю решить все наши проблемы. Но они заключаются не только в том, чтобы платить по счетам. У нас на носу показ Милко… - Там все готово, и основные моменты сейчас благополучно подхватила Юлиана, - перебила Андрея Катерина, чем заслужила его недовольный взгляд. О нет, гневного Жданова Катя не боялась совершенно, он мог кричать на нее сколько угодно, сотрясая воздух воплями и недовольством. Тут она могла ответить ему более чем достойно. Ее больше пугало, когда он пытался быть милым, обходительным, когда видел в ней женщину, или когда хотел, чтобы она увидела мужчину в нем. - Ладно, - он сделал шаг к ней, недовольно глядя в глаза, - с этим мы разобрались. Раз уж вы считаете, что Юлиана может справиться с показом. Тогда договора, у нас на носу Япония, теперь еще Франция, а если так пойдет, то даже Италия, что не может не радовать, и везде должен быть… - Кира Юрьевна занимается всем, начиная от налаживания контактов и до подписания договоров, - Катя снова позволила себе перебить Андрея, - так что в итоге там нужна только ваша подпись. - И что в итоге? - он швырнул бумажный шарик в урну и попал, удивленно замер, все еще ожидая, что он выскочит из корзины, словно передумав, - чем тогда, по-вашему, мнению должен заниматься я? М? - Тем, чем вы занимаетесь сейчас, - Пушкарева решила, что шагать назад не будет, она не собиралась позволять ему нарушать свои границы. Нет, в работе они были равны. Равны настолько, что он это знал, это признавал даже Роман. И пусть Катерина знала, что в первую очередь они видели в ней источник возможностей, но равенства в споре это не отменяло, - выравнивание финансовых потоков, новые закупки ткани, решение наших долговых проблем, возможность повысить зарплаты для сотрудников производственного этажа. Деньги. Вот что сейчас важно. - Катя, - он отвернулся, и Пушкарева тихо выдохнула, радуясь тому, что она позволила ему ощутить его значимость достаточно, чтобы он прекратил с ней спорить, - я же не отказываюсь работать над всем этим. Просто иногда это очень и очень важно - отвлечься, перевести дух. - Но вы же не дух собрались переводить, - нахмурилась Катерина, - вас мучает что-то другое, и это другое связано с тем, что сегодня Роман Дмитриевич пришел на работу в таком… виде. Но можем ли мы это решить? Скажите мне как, и мы поищем… - Тут вы ничего не поищете, - Жданов резко повернулся, указывая на Катю пальцем, - эта ситуация которая не имеет к ЗимаЛетто никакого отношения. И то, что я хочу разобраться в этом… от этого компания не пострадает, я уверяю вас. - Я верю вам, - кивнула Катерина, хотя на самом деле ей хотелось кричать во все горло - лжец. Ведь кто знает, как бы оно все было, если бы Жданов открылся ей, рассказал правду. Но проблемой было то, что Катю все еще обжигало осознание, что этот человек был причастен к тому, что случилось с Александром. Она боролась с собой, когда сейчас помогала Андрею, и это выворачивало ее буквально наизнанку, но по-другому она не могла. Она дала обещание, что вытащит ЗимаЛетто из краха, а для этого из того же краха нужно тащить еще и Жданова, но он этого не хотел, по крайне мере пока, - тогда, давайте мы вернемся к нашим основным проблемам, - Катерина снова села за стол, неопределенно махнув рукой, предлагая Андрею сесть там, где он этого захочет, - сейчас мы можем найти подходящие банки и заняться их изучением, а где-то через неделю получим возможность реорганизовать наши долги по максимуму. Вы согласны? Жданов ничего не ответил. Он просто сел напротив нее в кресло, и пододвинул к себе папку с документами. И пусть это был компромисс, но этого было вполне достаточно.

* * *

- Значит, ты говоришь, что сегодня Роман пришел на работу с синяком? - Александр принялся разминать плечи Катерины умелыми резкими движениями, заставляя ее немного постанывать. Она уже в который раз хотела спросить у него, где он научился так хорошо делать массаж, но каждый раз забывала, растворяясь в его прикосновениях. Это было приятно и нечестно одновременно. - Я… ах, Боже, не жми так… или нет, жми, жми именно так, - простонала Катя, еще сильнее вжимаясь в его руки, - как хорошо, Боже… - Сконцентрируйся, пожалуйста, на моем вопросе, - рассмеялся за ее спиной Воропаев, - потому что иначе мне придется убрать от тебя руки, а тебе это не понравится, ведь так? - Мне не нравится даже то, что ты это предполагаешь, - вздохнула она, чуть постанывая, когда Александр снова восстановил массаж, - и, ответ на твой вопрос, да, Роман пришел видимо помятый, и мне совсем не нравится ситуация, которая развивается… ай… вот теперь больно, правда, больно… - Потому, что у тебя тут просто отвратительно забитые мышцы, и тебе нужен нормальный массаж у хорошего специалиста, - Александр сильнее сжал ее плечи, а потом потянул их назад так, чтобы лопатки ее свелись одна к другой, - расслабься, ты должна доверять мне, иначе я сломаю тебя… случайно. - Я ни к кому не хочу, почему вы все меня гоните на массаж? - простонала Катя, старательно расслабляясь в руках Воропаева. Так и правда стало легче, боль ушла, и теперь, когда он “вращал” ее плечами и руками то ей не казалось, что он вынимает их из шарниров, словно она кукла Барби. - Кто это “все”, м? - теперь большие пальцы Александра перешли к ее шее, и она немного склонила голову вперед, позволяя ему работать над своим телом, наслаждаясь сладкой болью, что растекалась вниз к плечам. - Это ты, Мария, а еще Кира…а…а…ой, - Пушкарева вздохнула, когда ощутила большие пальцы Воропаева у основания черепа, казалось, от его нажатия даже перед глазами все становилось светлее. - И ты в конечном итоге прислушаешься? Или ты и дальше будешь игнорировать советы умных людей? - рука его скользнула на Катин затылок, пальцы вплелись в волосы, немного их оттягивая, а потом он повернул ее голову к себе так, чтобы можно было заглянуть в глаза. - Я даже не знала, что ты Даутову к умным людям причисляешь, - улыбнулась Катя, и взгляд ее опустился к губам мужчины, - ты о ней отзываешься довольно резко, и я даже засомневалась, что она тебе в целом симпатична. - Я хорошо отношусь к ней, - Воропаев чуть улыбнулся, - она позволяет мне взглянуть на другую тебя, это интересно. Меня больше удивляет Кира. - Потому, что она дает мне советы? - выгнула брови Катерина, - но ты же сам сказал, что она не будет мне врагом. Нам нечего делить, особенно сейчас, когда она знает, что я фактически на ее стороне. - Кира умная, но сложная, и да, она тебя не обидит, но то, что она тебя так поддерживает, - он погладил ее щеку, а потом коснулся нижней губы, - не могу отрицать, что я рад, что ты оказалась ей настолько симпатична. - Это потому, что я с ней честна, - Кате, и правда, казалось, что это было основной причиной, почему Кира к ней довольно благосклонна, - а еще мы довольно полезны друг другу в работе. - Ты любишь быть полезной, да? - покачал головой Воропаев. Катя вздохнула, и этот разговор был у них далеко не первый раз. Александру хотелось, чтобы Катерина уважала себя больше, хотя Пушкарева и так считала, что она достаточно… ну, может не достаточно, по мнению Воропаева, но гораздо больше… - Саш, - она нахмурилась, - каждый человек любит быть полезным. И я не вижу в этом ничего дурного, но я не пытаюсь быть хорошей для всех. - С каких пор? - он улыбнулся ей, и Катя стукнула Воропаев в плечо, ну что за несносный человек. Она даже замахнулась, и он перехватил ее руку, и прижал ее к себе еще ближе, склоняясь над ней так, что она не могла двинуться, да и не хотела, глядя ему в глаза. Словно растворяясь в этих золотистых смешинках. - С тех самых, - Катерина вздохнула, потому, что Александр тут же коснулся ее губ своими, и Пушкарева ощутила, как голова тут же пошла кругом, - ты мне не даешь ничего сказать… - выдохнула она, когда Воропаев отодвинулся немного, позволяя ей вздохнуть, - а еще ты благополучно соскочил с темы. Что мы будем делать со всей этой ситуацией, ну, с Малиновским. Я просто думала… - Никаких “мы”, неугомонная женщина, - покачал головой Александр, - никаких “мы”, и ты ничего, ты слышишь меня, ты ничего не будешь предпринимать. Я с Севой уже форсирую этот вопрос, и если все получится, то мы сможем вытащить и Андрея, и Романа из этой ситуации. Давлатов шантажирует их мной. Если я покажу ему что я все и так знаю, он просто от них отстанет. - Это работает так просто? - Катерине совершенно не верилось, что Воропаев сейчас не пробовал выкрутиться, чтобы изобразить что-то серьезное, словно через призму, которая отсеивала и скрывала всевозможные сложности. Он делал это не в первый раз, но Катя еще не научилась улавливать тот самый момент. Хотя у Александра просто отлично получалось улавливать ее вранье. Это казалось ей нечестным, хотя тут ей могли помочь только тренировки. - Ничего в этой жизни не работает просто, - не стал сопротивляться Воропаев, - но это не значит, что если мы будем молчать, оно не осложнится. Я думаю, что Роман уже вынес из этого свой урок, но мы же не хотим ждать, пока Давлатов дотянется еще и к Жданову? - Не хотим, - согласилась Катерина, а потом уточнила, - мне, безусловно, не хотелось бы, чтобы кто-то пострадал, но у меня назревает вполне закономерный вопрос - почему люди Давлатова дотянулись до Романа, не проявив при этом НИКАКОГО интереса к Андрею. Это странно, ну, по крайней мере, для меня. - А тут как раз странного ничего нет, - пожал плечами Александр, лаская ее шею, судя по его выражению лица говорить ни о чем таком ему больше не хотелось, и отвечал он скорее из вежливости, - за Андреем стоит его отец, а за Павлом его друзья, и я могу уверить тебя, что их достаточно… Конечно, если Давлат захочет их припугнуть, то его ничто не остановит, но пока ему вполне достаточно Малиновского. Он… словно самое слабое звено. - А у тебя я самое слабое звено? - меньше всего Катерине хотелось становиться обузой для своего мужчины. Александр удивленно выгнул бровь, немного поджимая губы. Она тут же протянула руку вперед, чтобы погладить его подбородок, ей не хотелось, чтобы он расстраивался из-за нее. - Кто сказал тебе такую несусветную глупость? М? - он быстро коснулся ее губ своими, и Кате показалось, что ему хотелось в первую очередь самому ощутить этот поцелуй, чтобы подарить его ей. Она ощущала его необходимость буквально кожей. - Ты со мной, и я знаю, что ты за меня волнуешься, и я просто подумала…- ей, Катерине, не нужно было говорить всех этих “глупостей”, она и сама прекрасно все понимала. Она была его слабым местом, но… она могла стать сильнее, это она сделать и собиралась. Обязательно собиралась. И для Александра, и для самой себя. - Ты знаешь, что ты иногда слишком много думаешь? - укорил ее Воропаев, и губы Катерины коснулись его губ, чтобы не слушать, как он собирается смеяться над ней дальше. Вредина. Да, ее вредина. - Саша, - она повисла на его шее, раздумывая над тем, что этот поцелуй будет последней точкой в их разговоре на сегодня, но не вышло, - давай ты пообещаешь мне, что ты не будешь рисковать собой. Может, было бы гораздо проще, если бы ты сказал, что все знаешь, Жданову с Малиновским, и пусть они сами разбираются с этим Давлатовым. Так ведь можно? - Нет, - покачал головой Александр, - теперь уже нельзя. Сева еще проверит причину произошедшего с Романом, потому как есть вероятность, что Давлат уже поднял сумму, просто нереально высоко. Хотя обычно он так сильно не торопится, и только сильнее привязывает к себе должников. - Ты думаешь, что он знает, что ты все знаешь, и просто пытается нажиться на них пока еще может? - это показалось Катерине вполне логичным. Воропаев кивнул, а потом лицо его стало на миг отрешенным и задумчивым. Но это выражение тут же пропало, как и появилось, и Катя даже не успела спросить, что же это в итоге могло значить. Она невольно напряглась - неспроста, такое выражение лица было совершенно точно неспроста… - Думаю, он пытается, - Александр заправил ей за ухо непослушную прядку, - но мы сможем прижать ему хвост. Давлат боится тех, кто сильнее его. - Значит, тебе в этом поможет Сева? - вот теперь стало дышать немного легче, Всеволоду Катерина была готова доверить Воропаева, пусть и ненадолго, но готова. - Сева, Сева, - довольно оскалился Александр, - но ты же не думаешь, что мне нужна нянька? Ведь так? - Нет, - покачала головой Катерина, - я думаю, что тебе нужна я, - она притянула Воропаева поближе, ласково целуя его улыбающиеся губы, - я позабочусь о тебе лучше кого угодно. - Я в этом даже не сомневаюсь, - Воропаев опрокинул ее на постель, - даже не сомневаюсь.