Иначе

Кристина была поглощена рисованием. Она усердно работала над полотном, совершенно не замечая, как на нее сейчас смотрел ее брат. - Ну и кто там у тебя сегодня? - улыбнулся он, когда Кристина в очередной раз повернулась к столу за пигментом, и, наконец, узрела его в дверях. - Да так, один старый неуравновешенный козел, - бросила она, и выдавила из тюбика на палитру оливковый цвет, тут же принимаясь смешивать его с черным и фиолетовым. Цвет от этого стал походить на болотный, и Воропаев был готов признаться, что даже в воздухе услышал запах влаги и тины… как интересно! Он улыбнулся, наблюдая за недовольной и даже злой сестрой. И в чем же Кухта так перед ней провинился? - Ты мне не расскажешь, что Ярослав сделал или не сделал на этот раз? - Александр отлип от двери, и направился в сторону сестры, чтобы хоть поцеловать, если обнять было невозможно - она была вся в потеках краски. Обычно она к себе во время работы над картинами не подпускала. Но тут, раз уж она решила, что можно не запираться, значит, либо уже заканчивала, либо просто сбрасывала эмоции, а не творила в приливе внутреннего экстаза. - А с чего это ты решил, что дело в Ярославе? - даже морщинка между ее бровями разгладилась, и она уставилась на брата удивленно. - Ну как же, - развел руками Воропаев, - старый козел… о ком еще может быть речь? - А ты считаешь, что Ярослав - старый? - выгнула брови Тина, - а он в курсе, что ты так о нем думаешь? - Значит, тебя смутило, что я решил, что он старый, но ты не протестуешь, что он козел? - Александр приблизился к сестре и быстро коснулся чистого участка кожи на ее щеке поцелуем, стараясь не коситься на картину. Во-первых, Тина этого не любила, а во-вторых - дуракам полработы не показывают, мало ли на какой стадии у нее она сейчас? - А вы все, мужики, козлы, - она махнула рукой в направлении дивана, - присаживайся, я практически закончила, осталась пара штрихов. - Тина снова вернулась к рисованию, - знаешь, меня еще никто так качественно не раздражал. Ух, даже пробрало всю до костей, - она поежилась, - даже не представляю, как Катька такая адекватная выросла в конечном итоге! - Так ты с Пушкаревым пообщалась? - Александр провел рукой по шелковистой бархатной обивке дивана. Красиво, мягко и очень приятно, но совершенно не практично. Куда легче ухаживать за кожаными изделиями, - с почином, моя дорогая, - он откинулся назад, расслабляясь, - но чем конкретно он тебя выбесил? - Да он обалдуй непробиваемый! - она широкими мазками принялась наносить на полотно финальные штрихи, - он же никого кроме себя и слышать не готов! Один плюс… он не тупой, ну, в принципе, было бы странно, если бы был. Катерина-то вон какая… башковитая, не верю, чтобы такая от дураков родилась. - Ну, не тупой, это да, - кивнул Воропаев, - да и Катю он любит… по-своему, я думаю. Но он меня услышал, и нервы ей не треплет - а это самое главное. Думаю, что этого более чем достаточно, чтобы Катя была счастлива, и чтобы беременность у нее проходила гладко. А то если бы Валерий Сергеевич устраивал ей каждый раз разнос… ты представляешь, сколько бы там было скандалов? - Представляю, - согласилась Кристина, и, наконец, отступила от холста, - но, я думаю, что домой Катя бегать готова точно не к непробиваемому папаше. У нее мама такое солнышко! Такое чудо! - Это я уже знаю, - улыбнулся Александр, - ты нарисовала для нее картину. Елена Александровна уже всех об этом известила. Я даже не думал, что она у тебя будет ассоциироваться с мятными и розовыми цветами, да еще и этот замок в облаках… Мне госпожа Пушкарева казалась совершенно земной, а у тебя сплошь солнечный свет, облака… какая-то фантастика. - Ассоциироваться она может у меня с чем угодно, - Тина плеснула растворитель на тряпку, принимаясь стирать с пальцев краску, - но вот эта вся, - она взмахнула рукой, - как говорится, фантазийность, легкость, мечты - это все то, чего ей не хватает в жизни. - Да, - не мог отрицать Александр, - легкости ей не хватало совершенно точно, и жаль, что у Кати не получилось ее сманить к нам пожить. - Может, она не хочет мешать вам в квартире? - теперь растворитель Кристина налила в стакан и опустила туда кисти. Любовь Тины рисовать руками была известна, но даже она все равно использовала кисточки время от времени, чтобы нанести какие-то дополнительные текстуры и детали. Старшая Воропаева всегда рисовала крупными элементами, но со временем она стала все сильнее уходить в детализацию. Так в кабинете у Александра появилась картина беременной Катерины. Крис нарисовала ее сразу же, как узнала о положении будущей невестки. На светло-малиновом полотне, больше похожем на сахарную вату, в позе эмбриона была изображена женщина с большим животом, от которого расходилось яркое бело-желтое свечение. Сама девушка была изображена в бежево-розовых тонах, и сходство с Катей там было довольно условным, скорее в очертаниях фигуры, волосах да в общем ощущении, но это было даже лучше. Картину эту, довольно интимную, Александр забрал в кабинет потому, что она его умиротворяет. А Тина, которая думала, что ее работа просто перекочует на стену в квартире Воропаева, даже сперва растерялась. Обычно он не тянулся украшать свой довольно темный кабинет чем-то подобным. - Так никто с нами жить и не предлагал, - развел руками Александр, - со всей моей любовью и уважением к Елене Александровне, я предпочитаю дома расслабляться максимально, а не напрягаться и напрягать. А гости, пусть и самые родные - напряжение. Я нашел в нашем доме квартиру, которую готовы сдавать - идеально, я считаю. И Катя могла бы оставаться с мамой, если бы мне нужно было задержаться на работе, - Александр вздохнул, - для меня это был бы идеальный вариант. Но, я думаю, что Елена Александровна согласится, когда у Кати срок станет побольше. - Если тебе нужно с кем-то оставлять Катю, пока у тебя работы много… - начала было Кристина, но Воропаев замахал руками. - Нет-нет-нет, с тобой я ее точно не оставлю! Уже погуляли один раз… спасибо, - у Александра все еще сердце останавливалось, когда он думал о той их выходке. - О Боже, да ничего же не случилось! И я попрошу заметить, что Ярославу не пришлось того деятеля закапывать, - Тина пожала плечами, - но если не я, тогда Киру подключи, она с удовольствием. Ты же знаешь, она пыталась договориться с Катей, чтобы она родила близнецов. - Да, эти две безумные женщины обсуждали, как бы это было здорово, - покачал головой Воропаев, - только не близнецов, а двойнят, чтобы сразу мальчик с девочкой. Чтобы, - он поднял палец вверх, - “один раз сходить и не мучиться”. Я пробовал объяснить им, что это немного не так работает, но мне кажется, они слушать меня не захотели. Но Кира тоже не вариант. - А она почему нет? - удивилась Кристина, - в чем уже Кира облажалась? И почему я не знаю об этом? - Не переживай, ничего особенного не произошло, и ничего интересного мимо тебя не прокатилось, - улыбнулся Александр, - я просто не хочу мешать Кире налаживать свою личную жизнь. Ну, даже если Кира и не наладит ее с Севой, то она немного развеется, перед следующими отношениями. - У Севы есть шанс, - Тина поправила прядь волос, что упала на глаза, и Александр попытался присмотреться, не оставила ли она на ней болотный оттенок, но видимо растворитель очень хорошо оттер краску с пальцев, - и, если он не будет тупить, все будет прекрасно. Хотя, пока я могу ему аплодировать, - она взглянула на свои руки, сжала их в кулаки, потом разжала, - слушай, я пойду, руки помою, а то после растворителя сушит, подождешь? Заодно нам кофе организую. - Лучше чай, - попросил Воропаев, - в последнее время у меня в жизни и так что-то слишком много кофеина. - Да не вопрос, - закивала Тина, - как скажешь, - она направилась к двери, - пару минут. - Тин, - Александр заставил ее остановиться, - а подглянуть хоть можно? - он кивнул на картину, ты же Пушкарева рисовала, да? - Да не вопрос, - Кристина вернулась к картине и повернула мольберт в сторону брата, - любуйся пока, - и вышла. Воропаев закашлялся в кулак. Болотными, черными и серыми цветами был изображен строгий портрет Валерия Сергеевича. По плечи. В чем-то похожем на военную форму, и с огромными витыми рогами как у барана. Вот как тут было не рассмеяться? Сходство было просто идеальным, в особенности взгляд и поджатые в недовольстве губы… но… кому можно было его показать? Катя точно бы оценила это творение, ведь рисовала Тина этот гибрид барана, скорее всего, из-за упрямства Пушкарева. Но Александр-то знал, что Кристина собиралась обязательно подарить свое творение тому, кто ее на это вдохновил… вот выкатит она это счастье на свадьбе, и что тогда? Валерий Сергеевич мужчина несдержанный, еще на голову ей наденет. Конечно, какая свадьба без драки… Воропаева появилась в дверях довольная, словно слон после купания. Александр смерил ее долгим внимательным взглядом. - А ты точно руки мыла, или еще и Ярослава в углу позажимала? - уж больно сытой была улыбка на ее лице. - А тебе что, завидно? У тебя возможностей Катю зажимать сколько угодно. Что ты плачешься? - она продефилировала мимо картины и заскочила на стол, принимаясь болтать ногами, - чай скоро будет. Не такой как я готовлю, конечно, но тоже ничего. - Ты так совсем разленишься, - хмыкнул Воропаев, - чай подают, краски и пигменты подвозят, холсты поставляют, холят и лелеют, у тебя бока еще розоветь не начали? - он рассмеялся, когда сестра закатила глаза. - А рядом со мной почему не садишься? Думаешь, что я тебя укушу? - Нет, тебя я не боюсь, - тряхнула головой Тина, и пружинки ее волос смешно подпрыгнули от этого движения, - просто я не могу сидеть спокойно там, где сексом занимаюсь. Глупые мысли меня одолевают, и я могу быть не сконцентрирована на диалоге, а оно тебе надо? Эй, ты чего? Александр подскочил с дивана, словно ужаленный. - А сразу не могла сказать, что вы тут своими делами занимались? - он покачал головой, направляясь к креслу, - один сплошной стресс! - Ты не переживай, мы каждый раз вызываем клининг, чтобы диван был идеально чистым, - оскалилась Кристина, а потом добавила, - в этом кресле мы ЭТИМ тоже занимались, так, для справки. Александр подскочил вторично. - Кролики, - отрезал он, качая головой, - может, лучше мы чаю попьем на террасе? Там-то вы ничем таким не занимались? - надежды в голосе было хоть отбавляй. Кристина задумалась, закинув голову немного назад и изучая красивые резные деревянные балки. - Это, смотря где, - глубокомысленно изрекла она, а Воропаев на это только закатил глаза. Какой кошмар! Он невольно начал жалеть Кухту, темперамент у Кристины был ого-го, во всех смыслах этого слова… - Веди меня туда, где мне прыгать не придется, заодно экскурсию устроишь по дому… хозяйка, - решил подколоть сестру Александр. Кристина соскочила со стола, поправляя на себе футболку с двумя рыбами, которые были наряжены как джедаи, что скрестили между собой световые мечи. Под изображением надпись на английском языке гласила - ДА ПРИБУДЕТ С ТОБОЙ РЫБЬЯ СИЛА, ЮНЫЙ ПАДАВАН. - А может и хозяйка, - она гордо вздернула нос к верху, - и что такого? - Вот оно что, - улыбнулся Воропаев, - и что же тебя переубедило? - У Ярослава спроси, - хмыкнула сестра, проходя мимо Александра, - у него очень хорошо подвешен язык. - Я сделаю вид, что это не очередная попытка как-то свести разговор к теме секса, - Воропаев отправился следом, - но с Ярославом поговорю, а то сестра замуж собралась, а я не в курсе. Кристина на это только рассмеялась.

* * *

- Я сегодня виделась с родителями, - Катя сидела за столом, наблюдая за тем, как Александр нарезал персик крупными кусочками. Перед этим он снял с него кожицу, и подготовил базу из греческого йогурта с медом и ванилью. Сил на то, чтобы приготовить полноценный ужин у него не было, так что тут он просто постарался угадать с заказом из ресторана, но вот десерт он решил взять на себя. - И как у них дела? - Александр добавил персики в Катину пиалу и хорошенько их размешал, полив сверху карамелью из банки. - Папа говорит, что Кристина сумасшедшая, - вздохнула Катя, и потерла переносицу, - я даже не знала, что Тина с ним встречалась. И когда только успела? - Кристине долго ли успеть? - он поставил йогурт перед Катей, и поцеловал ее в нос, - чего ты грустишь? Они взрослые люди, даже если они поцапались - это их дело, а не твое. Я уверен, что если они чего-то друг другу и наговорили, то это было вполне взаимно. Разберутся. Им, в конце концов, не нужно будет видеться слишком часто. - Я так не думаю, - скривилась Катя, но за йогурт принялась с огромным удовольствием, - мама сказала, что она пригласила Кристину приходить к ним еще. Она считает ее милой лапушкой, и говорит, что она очень качественно умудряется закрывать рот папе. - Э… - Воропаев как-то немного растерялся с ответом, - я не знаю, что меня шокирует больше: то, что Тина закрывает рот твоему отцу, или то, что твоя мама считает ее… лапушкой. Но Кристина не говорила мне, что собирается к твоим родителям снова. - Как ты понимаешь, отчитываться она и не должна, - пожала плечами Катерина, - но, может Тина и не пойдет… просто, ох, это же папа… он может ляпнуть что-то не то. - Тина всю жизнь ляпает что-то не то, но, тем не менее, живет припеваючи, - пожал плечами Александр, усаживаясь напротив, - так что, пусть видятся, может кто-то кого-то переупрямит. Я так считаю. - А я не считаю, - зачерпнула очередную ложку йогурта Катя, - мне хочется тишины, покоя, и… вообще, вот. А Кристина с папой - это страшная сила в одной комнате, как их мама выдерживает, я не понимаю. - Я тоже не понимаю, - пожал плечами Александр, перекладывая в Катину порцию из своей кусочки персика, заметив, как она их активно вылавливает, - но как-то твоя мама с твоим отцом прожила вон сколько времени, еще и тебя родила, за что ей огромное спасибо, - он улыбнулся, а потом добавил, - знаешь, твой отец весьма специфический человек, но часть его в тебе делает тебя только лучше. - Да, а я думала, что я больше похожа на маму, разве нет? - Катя склонила голову к правому плечу. - Ну, знаешь, твоя мама самая чудесная женщина, но ты слишком едкая, сильная и деятельная, чтобы отрицать в себе характер своего отца, - Александр пожал плечами, - я думаю, что это очень важно, чтобы ты принимала в себе все, потому как оно в тебе лучшее. Но да, я не буду отрицать, что мне с Валерием Сергеевичем ровные отношения будет выстроить сложно, но также я не отрицаю, что это возможно. И вероятность эту усиливаешь и подкрепляешь именно ты. - И как же я это делаю? - Катя улыбнулась, и зачерпнула своей ложкой йогурт из Сашиной порции. Воропаев только покачал головой на этот наглое воровство. - Своим положением в первую очередь, - признался Воропаев, - ты же знаешь, что после свадьбы твоего отца немного отпустит, он будет видеть тебя серьезной замужней дамой, родившей ребенка в законном браке… Ну, - он взмахнул ложкой в воздухе, рисуя крохотное кольцо, - ты же понимаешь, это очень важно для него - социальный конструкт. Ну а после рождения ребенка он сам потянется к тебе сильнее - снова-таки, социальный конструкт - быть хорошим дедушкой. Но тут у нас с тобой возникает один очень важный момент… - Ты хочешь сказать, что давать папе ребенка не безопасно? - Катя нахмурилась, - знаешь, он ругался, кричал на меня даже, но руку никогда не поднимал, и я не думаю… - Нет, я об этом сейчас не говорю, что ты, - отмахнулся Александр, - но это хорошо, что твой отец на тебя руку не поднимал, это… правильно и здраво, но я о другом. - О чем же? - Катерина теперь смотрела на него внимательно, даже йогурт ее больше не занимал. Воропаев протянул руку, чтобы погладить ее пальцы. - У наших детей будет только один комплект бабушки с дедушкой, так уж жизнь сложилась, - он ощутил, как Катя сильнее сжала его пальцы, и ободряюще ей улыбнулся, - конечно, у нас еще есть Маргарита с Павлом, но это совершенно не то, поверь мне. Возиться с ребенком они не будут, хотя радовать подарками могут. А дети счастливы тогда, когда есть ощущение максимально полной семьи. - И что тебя беспокоит? Мне жаль, что твои родители… - Катюш, это жизнь, - он поцеловал руку невесты, - давай мы не будет о грустном, или о плохом, хорошая моя, мы просто обсудим с тобой то, что с твоим отцом нам нужно не просто научиться жить, но и сближаться. Я не хочу, чтобы ребенку нужно было выбирать - проводить время с нами или у бабушки с дедушкой. И в первую очередь, конечно, я должен выстраивать все это с твоим отцом, потому как у тебя со своей мамой проблем нет. Я обязательно всем этим займусь, я просто хочу, чтобы ты понимала, что я не позволю пустить все на самотек. Я не беспечен, Катя, я просто выжидаю. - Я никогда бы не подумала, что ты пустишь что-то на самотек, - она гладила его пальцы и улыбалась такой знакомой ласковой улыбкой… - я знаю тебя, Саша, и доверяю, во всем и всегда, потому что ты всегда беспокоишься обо мне и о моих близких. У меня никогда не было сомнений. Но я могу сказать, что мне очень приятно, что ты говоришь со мной об этом, для меня это крайне важно. Да, у меня с папой отношения и раньше были сложные, а сейчас они немного… странные, если честно, но я не могу отрицать, что я все равно люблю его. Он же… папа, и я чувствую, что ты это тоже знаешь. Именно поэтому я очень благодарна тебе за это, ты делаешь мою жизнь лучше. Я люблю тебя. - И я тебя люблю, - Александр снова поднес ее пальцы к своим губам, - ты просто счастье, вот смотрю на тебя и думаю, что я, идиот, мог просто его проворонить. От одной этой мысли даже дурно становится, - он покачал головой, стараясь вытряхнуть из нее ужасные мысли, - так что я Малиновскому, каким бы козлом он ни был, буду благодарен по гроб жизни. - Это ты о том… о той страничке из дневника? - Катя покраснела, и это было невероятно мило. Даже признаваясь ему в своих чувствах, она все еще смущалась, и от этого сердце его начинало биться еще сильнее. - О ней, родимой, - кивнул Воропаев, - если бы я не знал, что на тебя можно смотреть… точнее, что ты готова на меня смотреть ТАК, то я бы не рискнул. Такую чистоту портить, - он перевернул ее руку ладонью вверх, и принимаясь рисовать по ладони узоры, - а оказывается, в этом и есть своя прелесть. - Портить чистоту? - Катерина попробовала отшутиться, а уши ее были буквально малиновые и, наверняка, абсолютно горячие на ощупь. - К чистоте прикасаться, - он снова поцеловал ее ладонь, - ты такое чудо, я просто не могу, - снова поцелуй в кончики пальцев, - ты доела? - Александр кивнул на йогурт, который все еще оставался в тарелке Катерины. - Смотря что у тебя на уме, - она довольно улыбнулась, отодвигая от себя тарелку, - но, если что, то я все. - Вот и отлично, - Воропаев встал со своего места, и потянул Катю на себя, чтобы она встала на ноги, - пошли, - но Катя заупрямилась. - А посуда? - кивнула она на стол, и пискнула, когда он подхватил ее на руки. - Завтра посуда, - уверенно заявил Александр, - я просто решил, что я в тебя влюбился еще раз, это срочно нужно проверить. Катерина не нашла что на это возразить.