Иначе

Воропаев попытался сдержать чих, но не преуспел, и пыль взмыла в воздух от громогласного “апчхи”. Ярослав повернулся к Александру, собираясь что-то строго ему ответить, но вместо этого он тоже чихнул, поднимая в воздух еще больше пыли. Воропаев собирался было рассмеяться, но не смог, в носу снова засвербело, и он сконцентрировался на том, чтобы не чихнуть снова. Чертова каморка с рамками и старыми Тиниными картинами! Неужели нельзя было купить просто новые рамы для ее работ! Он снова чихнул, неловко делая шаг назад, и под его ногой что-то подозрительно захрустело. - Ничего тут не сломай, - зашипел на него Кухта, - а то если Кристина узнает, что мы тут у нее хозяйничали… - Слушай, она в любом случае УЗНАЕТ, когда она увидит свои картины в своих же рамках, - Воропаев все-таки махнул на все рукой и потер тыльной стороной ладони нос, не заботясь о том, что на его лице останутся пыльные разводы, - так что сейчас ли заботиться о том, что Тина узнает? - Она не простит, если мы что-то ей тут уничтожим, - все равно стоял на своем Ярослав, хмурясь, - ты же сам знаешь, что пыль не значит, что ей все это не нужно и не дорого. - Конечно, знаю, - кивнул Александр, - у нее тут такой свинарник потому, что она вечно где-то веется, и у нее элементарно нет времени для того, чтобы навести тут порядок, - он огляделся, - ты сколько рамок присмотрел? - Я шесть, но этого мало, - Ярослав кивнул на те рамки, что он отставил в сторону, - ну, а у тебя как? - Я тут несколько отобрал, - Александр покосился в угол, куда он складировал понравившиеся рамки. Всего пять. Причем одна из рамок явно нуждалась в реставрации, - но этого недостаточно. Может ... выберем, сколько сможем, а остальное докупим? Тина рисует гораздо больше, чем изготовляет тех самых рамок. Или ты хочешь отобрать меньше картин для выставки. - Нет, я совершенно точно не хочу уменьшать количество картин, - Ярослав потер лоб, оставляя на нем грязные разводы, - но новые рамки… слушай, а если найти кого-то, кто может сделать рамки на заказ? Что-то такое же крафтовое… ну, или похожее? - Идея просто блеск, - вздохнул Александр, - но такой заказ может занять слишком много времени, так что к выставке можно и не успеть. Ты же понимаешь это, правда? - Понимаю, - буквально простонал Ярослав, а потом добавил, - мне не нравится, что мы готовим все это за спиной у Кристины, это как-то… - Тина нормально относится к сюрпризам, поверь, - улыбнулся Александр, - она просто никогда не решалась на что-то подобное и очень даже зря. - Зря или нет, это еще вопрос, - Кухта вздохнул, принимаясь откапывать очередную более менее целую рамку, - я просто хочу, чтобы Кристине было комфортно. И у меня на этот счет есть сомнения. - Ты очень интересный человек, - хмыкнул Воропаев, склоняясь над очередной группой картин, что были тесно прижаты друг к другу - довольно темные, бессвязные и тяжелые работы - время гибели их родителей, - как же тебя другие люди боятся, если в тебе такая тонкая и светлая сердцевина. - Ты-то сам эту сердцевину когда заметил? - Ярослав повернулся к Александру, криво улыбаясь в ответ. Воропаев на это пожал плечами. Ведь он действительно никогда бы не смог рассмотреть такую… любопытную сторону Кухты, если бы не Кристина, - то-то же, - поднял палец вверх Ярослав, - мне не пятнадцать, и я знаю как себя нужно вести с остальными. Кристина - это… это нечто иное и… о! Еще одна рамка! Воропаев на все это только покачал головой. Ярослав совершенно точно не хотел продолжать разговор. Ни о Тине, ни о том, как он менялся рядом с ней и о том, почему же это происходило с ним, и как он собирается с этим бороться и собирается ли. Всеволод говорил Александру, что Ярослав подумывает о том, чтобы отойти от дел. Откуда у Кухты были такие мысли было ясно - он не хотел подвергать свою женщину опасности. А рядом с ним… Но пока подобных разговоров сам Воропаев не слышал, так что держал свое мнение и сомнения при себе. Ведь единственным способом для Ярослава закончить свою “карьеру” это переехать в другую страну. Идея была не такой уж плохой, но… самого Александра это печалило. Одна мысль о том, что с Тиной ему придется видеться еще реже… - У меня тоже есть парочка, - Воропаев вцепился в край серебристой витой рамы, схожей по форме на листья лавра, сплетенные в тугую косу, - о… это картина, - он провел рукой по запыленной поверхности и замер. - Что-то интересное? - выгнул брови Ярослав, приближаясь к Александру, - покажешь? Может, мы могли бы добавить эту работу для выставки, или… - Я думаю, что не стоит, - Воропаев повернулся к Ярославу, разворачивая найденную картину, - это ты. - О… и правда, - Кухта расплылся в довольной улыбке, хотя сам Александр не видел в картине ничего смешного, и ничего веселого. - Ты чем-то ее обидел, что она тебя так нарисовала? - нахмурился Воропаев. Дело было давнее, но… что-то же расстроило Кристину, раз она нарисовала Ярослава явно умирающим. На картине Кухта лежал на песке, волны накатывали на берег, пенясь и серебрясь в лунном свете, а майка и песок принимались буреть от крови, вытекающей из его бока. Из раны торчала рукоять небольшого ножа. Лицо Ярослава не было искажено мукой, разве что брови немного сведены к переносице, хотя… было крайне сложно судить о всех эмоциях, ведь одна половина лица была словно в сероватой тени… Картина не грузила, не вызывала чувства безысходности, но… - Что? - Кухта выгнул брови, - почему обидел? Это, считай, практически рисованный с меня портрет. Мы так… познакомились. - Не понял? - Воропаев растерялся еще сильнее, немного поджимая губы, - вы познакомились КАК? - Ну… - Ярослав почесал затылок, и стал моментально выглядеть на десять лет моложе, - это было… глупым поступком с моей стороны, но, - он взглянул Александру в глаза, - женщины любят рыцарей, не зря же их с детства потчуют сказками о рыцарях и драконах. Правда… моя принцесса от меня сбежала, но… не так чтобы надолго. - Мда… - Александр снова уставился на картину, - хорошо, что моя женщина предпочитает драконов… - А знаешь, да, - скалясь заметил Кухта, - ты на дракона действительно смахиваешь, в особенности в последнее время. Ты же над своей Катериной чахнешь, как тот самый известный ящер. Она у тебя беременная, а не больная, не нужно ее так опекать. - Как это не опекать? - Воропаев вручил картину Ярославу, - она моя женщина, я просто обязан присматривать за ней. - Ну… между присматривать и контролировать каждый ее шаг разница все-таки есть, - улыбнулся Кухта, - мне Кристина жалуется, что Катю сейчас возит твой человек… тот, который Руслан. Ребров, - щелкнул пальцами Ярослав, - если я не ошибаюсь, то ее возят люди Севы. Ты же не позволяешь ей пользоваться такси. Или Кристина преувеличивает? - Нет, - не стал отрицать Александр, - я не хочу, чтобы Катя ездила с чужими людьми, я… не доверяю никому. И да, у меня в помощь ей еще и Кира есть, она в последнее время катается сама, так что… все более чем отлично. - Еще и Кира, да… выбор без выбора? - хмыкнул Ярослав, выуживая из кармана платок и принимаясь протирать картину. - И пусть так, - Воропаев принялся дальше рыться в “художественном хламе” Тины, - но зато я знаю, что с Катей все хорошо. Тем более что она мне не жалуется. Или, - он замер на миг, и покосился в сторону Кухты, - она жаловалась Тине? - Нет, - покачал головой Ярослав, - могу руку дать на отсечение - твоя жена НИКОГДА на тебя не жаловалась. Мне вообще кажется, что Катя на тебе помешана, это даже… я такого не видел давно. Но, - улыбка у Кухты на этот раз вышла немного мечтательной, - думаю, что в первую очередь это молодость. Так что наслаждайся обожанием своей женщины, пока она не отрезвела. - Моя не отрезвеет, - уверенно заявил Александр, - я буду очень пристально следить, чтобы этот блеск в ее глазах не исчез. - Самоуверенно, - рассмеялся Ярослав, - но… у тебя вся жизнь впереди, чтобы проверить, насколько жизнеспособны твои планы. - Звучит так, словно ты сомневаешься? - Воропаев покосился на Кухту, - думаешь, я не преуспею? - Я могу сказать, что лично я смотрю на это все со скепсисом исключительно в силу своего возраста. Поэтому ты мне кажешься немного наивным, не менее наивным, чем Катерина. О, - он отмахнулся, когда Воропаев нахмурился, - не смотри на меня так, я не хочу сказать, что ты наивен во всем. В бизнесе тебе равных нет… ну, может, я еще могу с тобой потягаться, но это так… снова-таки, мысли вслух. Мы же говорим с тобой о любви и отношениях, а тут у тебя опыта не больше чем у меня. Одно могу сказать с уверенностью - я вижу, КАК ты любишь и тянешься к Катерине, как она тянется к тебе. Мне приятно наблюдать за вами, а тут еще и ребенок… - А что, ребенок это плохо? - Воропаев даже прекратил свои поиски и пристально взглянул на Кухту. Но тот только головой покачал. - Дети - это прекрасно. Всегда прекрасно, и крайне сложно переоценить, что испытывает мужчина, когда впервые берет на руки своего ребенка, когда осознает этот уровень ответственности… - У тебя есть ребенок… дети… - это не было вопросом, нет… это было осознанием. Александр понял это, увидел… услышал, даже… буквально ощутил. Кухта сперва кивнул, а потом покачал головой. Воропаев было решил, что Ярослав собирается отпираться, но… - У меня БЫЛ ребенок. С его матерью мы не сошлись… это был, по сути, залет, но ни она ни я не были против. Это было… счастьем, Саш, самым огромным, самым… - Кухта покачал головой, даже потряс, словно стараясь отбросить прочь тягостные воспоминания, - моему сыну было три года, когда случился пожар. Пьяный сосед снизу… сигареты плюс алкоголь ни к чему хорошему не приводили никогда. Они задохнулись в дыму. - Мне жаль, - это было искренне, Александр знал, что такое потеря, что такое, когда эта самая потеря безвозвратна, когда боль не уходит, когда… Но Кухта поднял руку, останавливая его… - Не стоит, - он покачал головой, - я оплакал и живу. Живу так как могу, со всем тем грузом, который ты видишь, или еще увидишь, я не знаю… Но важно то, что твоя семья, Саша, будит во мне те воспоминания… самые светлые самые яркие. - Поэтому ты просил Катю быть крестным? - Александр чуть склонил голову к правому плечу, - ты ей рассказал… - Я что, похож на идиота? - выгнул брови Кухта, - твоей жене ЭТО знать не нужно совершенно точно, по крайней мере, пока. Ты же глаза своей Катюши видишь каждый день - представь, если она будет каждый раз смотреть на меня с жалостью и болью? Да я рехнусь просто. А быть крестным - это самое почетное звание, о котором я, можно сказать, просто мечтал. И поверь, эту функцию я буду выполнять просто отлично. - У меня в этом нет никаких сомнений, - хмыкнул Воропаев, - в обязательности тебе не откажешь, да и с Катей у тебя отношения просто отличные. Так что свою жену я в этом поддерживаю и ее выбор уважаю. - Да… это хорошо, - Ярослав довольно резко повернулся спиной к Александру, - хорошо, что мы это обсудили. Но, давай, мы вернемся к нашим поискам. Вдруг еще что-то найдем. А то если нас Кристина тут застанет… - Не застанет, - Воропаев снова вернулся к “раскопкам”, - но ускориться нужно, ты прав, - он еще раз покосился на Кухту, что деловито копошился рядом. Это был самый странный и откровенный разговор за все время их общения. Он вздохнул, отворачиваясь, интересно, а Тина знает, что ее работы НАСТОЛЬКО сближают.

* * *

Кира о чем-то крайне оживленно спорила с Кристиной. Она размахивала перед лицом сестры папкой с образцами тканей, и выглядела грозной и хмурой, даже воинственной. Тина же в свою очередь выглядела спокойной, словно она перед этим общением медитировала как минимум неделю. Старшая сестра предусмотрительно держалась серьезно, но Александр видел, что в глазах Тины буквально зажигались смешинки, которые вот-вот должны были прорваться тем самым подавленным смехом. - Интересно, а если Тина рассмеется, Кира ее по голове стукнет? - Катерина подошла к нему и потерлась носом о рукав его шоколадного пиджака, - а то выглядит она… решительно, я бы на месте Кристины опасалась. - Ну, я могу сказать, что Тина опасается, раз уж она еще не хохочет, - заметил Александр и покосился на супругу. Она с аппетитом поедала огромную ароматную грушу, время от времени слизывая сок с пальцев, - вкусно? - Очень, - довольно вздохнула Катерина, - спасибо тебе, это… просто счастье. Я об этой груше думала целый день, - она подняла руки с фруктом вверх, - вот, не удержалась, и даже позвонила тебе, чтобы ты принес мне ее. О! Дерутся! - Катя кивнула в сторону Киры и Тины, - девочки, ну так же нельзя! - она собиралась броситься к ним, но Воропаев остановил ее, легким касанием руки. - Я сам, а то Кира явно недовольна, что Тина совершенно не думает о своем свадебном… вечере, - он улыбнулся жене и заторопился к своим драгоценным сестрицам, ведь Кира в очередной раз стукнула Кристину папкой с образцами, - Кира, нельзя стучать по голове невесту, а вдруг ты ей синяк поставишь! - Что значит вдруг? - возмущенно воскликнула Кира, - я это и пытаюсь сделать! Ты знаешь, что она чуть было не отменила заказ… она чуть не отменила зал, который я с таким трудом выбивала! - Но он слишком большой, - протестующе ответила Кристина, - и я подумала, что мы могли бы найти что-то поменьше… - Большой? Поменьше? - брови Киры подскочили вверх, и она снова замахнулась на сестру, - я же тебе его показывала и ты сказала, что все хорошо! Что подходит! - Возможно, я думала о чем-то другом… - неуверенно протянула Тина, и тут же спряталась за спиной брата, - Кира, тихонечко, спокойно… - Я ее сейчас прибью… - младшая Воропаева перешла буквально на ультразвук, - я столько сил… столько времени… а для нее зал теперь большой? Вот тебе, вот тебе, вот! - она не оставляла попыток стукнуть сестру, даже несмотря на то, что ей в этом активно мешал брат, - я тебя просто задушу! Немедленно вылезай, давай, и встреться со мной лицом к лицу, как настоящая женщина! - Кира, ты же не серьезно, - Александр пытался перехватить руки младшей сестры, но она была проворной и двигалась так быстро… Воропаеву даже начало казаться, что она стала буквально текучей, словно вода. Раньше ему казалось, что самая юркая в их семье это Кристина. А вот же… Когда ему в лоб прилетело папкой с образцами, он не выдержал. Кира разошлась не на шутку - навредить кому-то она, конечно, не могла, но и позволять ей так проявлять возмущение не стоило. Вдруг эта папка полетит в кого-то еще? Вот, в Катю, например! - Отдай мне это оружие, оно тебе ни к чему, и прекращай шипеть на Кристину… вот так, - он отнял у сестры папку. - Ты же сама знаешь, что толку от этого нет. - Это от меня толку нет? - выглянула из-за плеча Тина, - я просто сказала, что мне кажется, что этот зал слишком большой и… - Дай мне всех успокоить сначала, - Воропаев силком запихнул старшую сестру снова себе за спину, - а потом мы уже будем решать, от кого и для чего есть толк. - Просто отлично, - буркнула Кристина, - это моя свадьба, а все ведут себя так, словно они переживают за нее больше чем я. - Потому, что ВСЕ и переживают БОЛЬШЕ чем ты, - Кира, избавившись от “оружие” немного присмирела, - у меня вообще такое ощущение, что тебе все параллельно… - А мне не параллельно, - Тина снова выглянула из-за плеча Александра, - мне перпендикулярно. Почему все нужно так усложнять? - Это праздник, - вздохнула Кира и направилась к столику, чтобы присесть и заодно быть подальше от сестры, которую, видимо, все еще хотела придушить, - и ты согласилась с тем, что он НУЖЕН. И для тебя, и для Ярослава, и для всех. Что сейчас не так? - она пристально взглянула на Александра, и он запоздало понял, что она просто смотрит ему через плечо. - Кира, все так, точнее… все логично, это просто страх, - Воропаев решил ответить за притихшую, но недовольно ворчащую Кристину. - Страх чего? - Кира вполне искренне не понимала, что даже приняв предложение руки и сердца, Тина все еще была не уверена. И что желание сбежать в ней было не менее сильным, чем прожить всю жизнь с Ярославом. - Страх, что я доживаю последние свободные дни, - Кристина сжала плечо Александра, и окончательно вышла, больше не опасаясь, что драка может возобновиться, - так не бывает, чтобы после свадьбы все жили так, как было до… а ты и сама знаешь, что я очень ценю то, что у меня есть сейчас. И буду ли я ценить то, что будет потом… я не знаю. - И поэтому ты занимаешься саботажем? - Кира вздохнула, и подтолкнула в сторону сестры один из стульев, - если не хочешь всего этого - скажи. Я уверена, что Ярослав поймет, что он поддержит твое решение подождать. - Мне не нужно ждать, - пожала плечами Тина, присаживаясь напротив сестры, - я просто… не могу до конца объяснить себе, что я сейчас хочу, понимаешь? Правда, не могу объяснить… Воропаев постоял еще пару секунд, наблюдая за общением сестер. Ну и славно, сейчас они поговорят, все обсудят и Кира дальше продолжит заниматься подготовкой, время от времени пользуясь помощью Катерины или Марии. А Тина будет и дальше нервничать, и понемногу изводить всех своими переживаниями. Но в итоге все закончится хорошо. Иначе ведь и быть не может. В одном Александр был уверен совершенно точно - Тина любила Ярослава, и согласилась стать его женой совершенно точно не зря. Воропаев направился к Катерине. Та уже доела грушу и теперь смешно морщилась, глядя на несчастный хвостик. - Ты хочешь еще? - Александр склонился, чуть коснувшись губами губ супруги, - или ты пока с грушами на сегодня закончила? - Груш больше не хочу, - покачала головой Катя, - даже не знаю, чего хочу, если честно. - Ты сейчас о еде или не совсем? - выгнул брови Воропаев, и Катерина неопределенно пожала плечами, а потом покосилась на Киру и Тину, что на этот раз мирно и мило беседовали. - Я заметила, что у Кристины сейчас не самое легкое время, она… полна сомнений, мне об этом папа говорил, - призналась Катя, - я просто думаю… папа, он у меня хоть и странненький… ну, что ты так смотришь? Хорошо, пусть странный на всю голову, но у него с Тиной очень хороший контакт, может… мне его пригласить? - Сюда? - Александр покосился на сестер, - может, не сейчас? Пусть Кристина попробует поговорить с Кирой, а потом… можно позвонить Руслану, чтобы он подбросил Валерия Сергеевича… но не одного. - Мне еще и маму позвать? - Катя склонила голову к плечу, но Воропаев покачал головой. - Нет, я не хочу, чтобы Елена Александровна отвлекалась сейчас. Она помогает Севе, и я не думаю, что он будет готов поделиться ею. А твоему папе, уж прости, нужен кто-то, кто может сработать как блокирующий элемент. Потому как Тина точно таковым не сыграет, а Киру Валерий Сергеевич воспринимает как… тебя. - Как ребенка ты хочешь сказать? - улыбнулась Катерина, и Воропаев утвердительно кивнул, погладив ее волосы, заправляя прядь за ухо. - Именно, но ты не обижайся, драгоценная моя, - пальцы его скользнули к ее подбородку, чтобы чуть приподнять лицо вверх, для поцелуя. - Не обижаюсь, - вздохнула Катя, когда поцелуй закончился, - я знаю, о чем речь… Я позвоню Коле и папе. Коля же в качестве сдерживающего фактора подходит? - Подходит, - одобрил решение Александр, - звони Коле сейчас, пусть ждет Руслана через час или около того, а потом уже звони отцу. - Сейчас и начну, - Катя помахала в воздухе мобильным телефоном, - но, как я понимаю, мы ждать их тут не будем? - Не можем, - признался Воропаев, - меня и Ярослава ждет Юлиана, и я рассчитывал, что ты поедешь со мной. - Я там нужна? - выгнула брови Катерина, - меня Юлиана не предупреждала… - Ты нужна мне, - признался Александр, - я что-то слишком соскучился, чтобы тебя отпускать. Такой ответ тебе подходит? - Вполне, - улыбнулась Катерина, - дай мне минуту сделать пару звонков.