When the flower blooms

Через несколько минут у Уёна останавливается кровь и остаётся неприятная пульсация в области носа. Юнхо, взяв в свои большие ладони лицо друга, тщательно осматривает его и вертит им в разные стороны, из-за чего тот хмурит брови. — Юнхо, со мной всё хорошо, — убрав руки одногруппника, Уён слегка улыбается и переводит взгляд на старших. — Спасибо, что помогли мне. — Ты уж прости, что так вышло. Не думал, что Сан кинет мяч в меня, а попадёт в тебя, — капитан баскетболистов неловко чешет рыжий затылок и поднимает уголки губ. — Меня зовут Ким Хонджун, будем знакомы. — Всё в порядке, правда. Я Чон Уён, одногруппник Юнхо. — Друг! Попрошу, он мой друг, — заявляет Юнхо, обняв Чона. — Хотя и одногруппник тоже. — Меня зовут Пак Сонхва. Мы с Джуни учимся на третьем курсе, — тот самый старший с тёмными волосами и приятным голосом красиво улыбается, смахивая со лба челку, а Ким крепче обнимает его за талию. — О, Уён, и ты здесь? — удивляется подошедший Минги, только что вышедший из раздевалки. — А что случилось? — Ги, ну ты и капуша, — бурчит высокий Чон. — Сан зарядил мячом Уёну в лицо. — За что? — Он вспылил и по привычке кинул мяч в меня. Я увернулся, а Уён просто не заметил его, — отвечает Хонджун, разминая шею. — Допустим, а где сам Сан? — Ушёл за льдом и не вернулся, — хмыкает Юнхо, переводя взгляд на Чона. — Кстати, а ты чего в зал пришёл? — Ох, точно! — Уён достаёт из своего рюкзака тетрадь и отдаёт её одногруппнику. — Мог бы и завтра вернуть, — улыбаясь, говорит Чон и, будто опомнившись, шепчет Минги. — Ги, а чьë сегодня дежурство? — Ваше, — громко произносит Хонджун. — Швабры в руки и вперёд. Двое высоких парней отчаянно вздыхают, но слушаются капитана и идут в сторону кладовой, ведь отхватить не хочется. Уён же, посмотрев на время, решает пойти домой и отдохнуть, ибо день выдался не из лёгких. — Может, тебя проводить? — спрашивает Сонхва. — Да и Сан не вернулся, он должен извиниться перед тобой, — хмыкает Хонджун и всё же отпускает Пака, так как нужно помочь двум высоким оболтусам с уборкой, иначе зал превратится в палубу корабля, где будет нескончаемое количество воды. — Не стоит, я не держу обиды на него, — отмахивается Чон, закидывая рюкзак на плечо. — До встречи! Уён выходит из зала, а затем из Университета. Солнце уже зашло, оставив после себя оранжевое небо, которое скоро окрасится тёмной синевой. Сделав глубокий вдох, Чон идёт к главным воротам и выходит с территории Университета, но его тут же останавливает знакомый голос. — Хэй, подожди! Уён, обернувшись, видит перед собой запыхавшегося, со взмокшими светлыми волосами и лисьим взглядом баскетболиста. Он всё так же одет в спортивную форму, и Чон невольно засматривается на широкие плечи, но, встретившись глазами с парнем, мысленно даёт себе пощёчину. — Уён, да? — восстановив дыхание, уточняет баскетболист. — Ага, а ты… — В общем, обычного льда не было, поэтому я взял фруктового, — спортсмен протягивает Уёну пакет, в котором находятся небольшие разноцветные пачки. — Можешь приложить к носу или съесть его — решать тебе. — Спасибо, но это слишком много. Мне и одного хватит, — Чон неловко усмехается, протягивая руку в сам пакет и доставая оттуда оранжевую пачку. Апельсиновый вкус. — Нет, бери всё! — настаивает Сан и впихивает парню целый пакет. — В качестве моих извинений. Прости, что кинул мяч. Если бы я заметил тебя, то точно не кинул бы. — Сан, всё в порядке, правда. Мне просто надо быть внимательнее, да и мой нос уже не болит, — Уён мягко улыбается, но всё же принимает целый пакет холодных сладостей, на что Чхве немного расслабляется. Ему и впрямь неудобно перед юношей, у которого ещё, помимо цвета волос, красивая улыбка. — Что ж, тогда хорошо, — выдыхает Сан, вздрагивая от порыва ветра. — Я, пожалуй, пойду. — До встречи, Сан, — кивнув, говорит Чон и задерживает свой взгляд на его правой, обмотанной эластичным бинтом руке. — «У него травма?» Чхве кивает в ответ, наконец, улыбнувшись и явив на своих щеках ямочки, на которые залипает Уён. Попрощавшись, они расходятся, и каждый ощущает у себя странное сердцебиение.

***

Когда Чон приходит домой, его встречает мама, которая тут же обращает внимание на немного опухший нос, целый пакет фруктового льда и чёрную толстовку, где она умудряется разглядеть мутные капли крови. — Так, ты подрался и купил себе в утешение мороженое? — спрашивает Кёнхи, убирая пакет в морозилку, при этом достав себе одну штучку сладости. — Во-первых, почему сразу в утешение? — выгнув бровь, бурчит Уён, на что женщина усмехается. — Во-вторых, я ни с кем не дрался. Мне один парень случайно зарядил баскетбольным мячом в лицо, а фруктовый лёд купил в качестве извинений. — Значит, человек и впрямь раскаивается, — отвечает Кёнхи и откусывает вишневое мороженое. — Ладно, страдалец мой, снимай толстовку и закидывай в стиральную машинку. Юноша кивает и, зайдя в ванную, снимает заодно и футболку, которую также надо постирать. Закинув вещи в стиральный бак, Уён подходит к зеркалу и аккуратно трогает ещё немного ноющий нос. Всё же мяч сильно приложился к его лицу. — Надеюсь, отёк спадёт к завтрашнему утру, — произносит Чон, и его взгляд невольно падает на правую ключицу. — Какого… — Ты чего так долго? — в ванную заходит Кёнхи и тут же замечает удивлённое лицо сына. — Уён-а? Уён полностью разворачивается к ней, показывая пальцем на ключицу и, судя по всему, не дыша. Женщина спохватывается и рассматривает распустившийся тюльпан, белые лепестки которого необычно контрастируют с фиолетовой прической сына. На её сердце становится спокойно, ведь Кёнхи знает, что сын хотел найти своего соулмейта как можно скорее, хоть особо об этом и не говорил. — Поздравляю, Уён-а! Ты нашёл своего соулмейта, — Кёнхи радостно улыбается и берёт лицо Уёна в свои ладони. — Кто же он? — Походу тот, кто зарядил мне мячом в лицо.