Малахольный император

Предисловие. Взбешённый император открыл дверь в свою личную гостиную ногой с такой силой, что она ударилась об стену с другой стороны. Но ему и этого было мало. Швырнул золотую с бриллиантами и аметистами корону — символ своей абсолютной власти — с головы через всю комнату в окно, хорошо, что оно не разбилось, корона чуть-чуть не долетела, где-то полметра, и небрежно приземлилась на тарелку с пирожными, красиво украшенными высокими кремовыми пиками. Корона в креме смотрелась в высшей степени гротескно. Потом взмахом руки с огромным длинным рукавом смахнул на пол коллекцию ароматических свеч с запахами лесных цветов и душистых трав в аккуратных стеклянных кувшинчиках. Звон разбитого вдребезги стекла немного успокоил императора, но только всего на чуть-чуть. — Суки! Да как они смеют угрожать мне, императору, войной, если я не соглашусь на их «миленькую» авантюру! Да их уничтожу! Я сам пойду на них войной! Я там камня на камне не оставлю! Раздались аплодисменты. Из кресла, стоящего на другой стороне гостиной, почти в двадцати метрах от императора, встал молодой и красивый тридцатилетний альфа. К слову, полностью обнажённый. Не считать же за одежду металлический стетоскоп на высокой породистой шее. — Ты сегодня прям с утра принял таблетку озверина? Ещё и одиннадцати нет, — альфа весело посмотрел на правую руку. Часов там, ожидаемо, не оказалось. — О, какие люди! — гнев императора как водою смыло, он мгновенно оказался рядом и погладил горизонтально стоящий крепкий член альфы, прекрасное телосложение которого не переставало восхищать императора каждый раз заново, всё больше и больше. — А ты здесь как оказался? — император взвесил на руке тяжелые яйца альфы. — Так пришёл тебя полечить, сказали, император так шибко разгневался, что ему стало плохо и срочно нужен лекарь… — и альфа весело побрякал стетоскопом на груди. Император расхохотался, давненько ему не было так хорошо. Впрочем, с этим альфой ему всегда было отлично. Только вот апартаменты единственного в мире императора-омеги днём и ночью охраняли вооружённые до кончиков зубов личные гвардейцы его Величества и даже самому главному советнику императора, не говоря уже о других простых смертных, путь сюда был заказан. *** Немного ранее… Небо окрасилось в солнечный свет, как будто принарядилось на императорский бал во дворце. — Красота-то какая! — сказал император своему любовнику графу де Что-то Там, глядя в окно напротив кровати. — Мгу-мгу-мгу, — подтвердит тот, заниматься сексом с императором занимало слишком много сил у немолодого уже графа, хорошо, что хоть мог ещё с отваром. Но десница императора не советовал никаких других связей, ведь любовник-провокатор или бунтарь, или противник власти-альфа вполне себе мог убить первого императора-омегу во время любовных утех наедине. — Пришло письмо от человека в железной маске, — главный советник императора заглянул в комнату. — Можете порвать его и выбросить. И больше не носите мне писем от него, но пусть пишет, если ему так легче. Забирайте эти письма и обещайте, что передадите мне в руки. Но сразу же и сжигайте. Надоел он мне, — император встал с любовного ложе, подтерся влажным полотенцем, любил сам за собой ухаживать, а то вечно всё сделают не так. Граф, кряхтя от усталости, остался лежать на кровати, прямо на влажных ещё простынях из персидского шелка. Когда старший сын-омега покойного императора взошёл на престол, вопреки интригам герцогов и генералов, ему посоветовали убить всю родню до восьмого колена. Но омега пожалел их, не хотел брать грех на душу, и родственнички отправились в тюрьму и ссылку. А вот младший брат-близнец из-за попыток захватить власть, стоивших жизни многим и его сторонникам, и защитникам императора — в камеру с железной маской. Конечно, и так жизнь главы огромной державы полна работы, слишком много забот требуют светлейшего внимания. И, конечно, каждодневной борьбы за то, чтобы остаться на престоле: враги-соседи не дремлют, пытаются отхватить кусок империи. Свои герцоги и графы тоже рады стараться испортить всё, что только возможно. Положиться не на кого, кругом лесть и ложь. Вот так рано или поздно начинаешь задумывать, а не пошло бы оно всё к чёртовой бабушке? Дети выросли, женились по папиному приказу, приумножая богатства империи и укрепляя военные союзы, но теперь императору Анвару Шэнэру стало ужасно одиноко. Вроде не старый ещё омега, супруга потерял несколько лет назад из-за смертельной лихорадки, сейчас бы наслаждаться жизнью и властью, но почему-то ничего не получалось. По покойному ныне кронпринцу Анвар сильно не скучал, тот был избран отцовским приказом, любви между супругами отродясь не было, только соревнования и попытки кое-как ужиться. Правление державой занимало большую часть дня, но вечера навевали тошнотворное одиночество. Главный советник императора — десница и омега — выполнявший свои обязанности ещё при покойном главе империи, отце нынешнего императора, посоветовал обратиться к лекарю-психологу. Анвар полежал на кушетке, изложил вкратце свои проблемы и чувства, вызванные проблемами, первый сеанс ещё даже к концу не подошёл, как психолог завыл в голос: — Депрессия! Депрессия! — и хлопнулся в обморок. — Вызовите психолога психологу! — развеселился впервые за много дней император. После этого инцидента десница присоветовал любовника. Пожилой граф был очень родовитым, не менее этого интеллигентным, но член стоял так слабо, что император даже имени любовника узнавать не пожелал. — На одном отваре далеко не уедешь, — сказал да и только. Назавтра десница накатал целый список потенциальных «жертв» для императорских «страстей» в кровати, но все перечисленные альфы были старше семидесяти лет. И Анвар их всех отвергнул. — Я отправляюсь в бордель! — сообщил император своему советнику, и так находившемуся последнее время на грани инфаркта или инсульта на нервной почве. — Помилуйте, Ваше Императорское Величество, дождь на дворе, давайте завтра! — десница поклонился. — Завтра? Ладно, можно и завтра, но больше я ждать не намерен! — Анвар развернулся на каблуках своих синих парадных туфель и отправился в свою малую гостиную смотреть и слушать завывания ветра и дождя. На следующий день императору предстояла встреча с министрами сельского хозяйства, земля с каждым годом давала всё меньше урожая. Затем официальный обед с посланниками морских держав, где ожидался нешуточный торг за новейшие достижения кораблестроения. Кое-как высидев все обязательные собрания, Анвар покосился на настенные часы, можно ли теперь увильнуть от оставшихся обязанностей? Часы показывали, что уже да, можно. Наконец-то император выглянул в окно, небо окутало серо-розовое марево заката. Ближе к земле — розовое, выше к небу — серое. Огромные деревья стояли как сторожевые псы, охраняя дворец. Омега моргнул и всё исчезло, превратившись в черноту — солнце село. Пора было радовать себя и отправляться в бордель, не всё же радеть за державу!