Малахольный император

Император вернулся в свою опочивальню и решил всё обдумать. Он понимал, что знает только версию одной из сторон этого дела и позвонил в колокольчик, вызывая слугу: — Позовите десницу! — слуга кивнул и мгновенно исчез. — Слушаю, Ваше Императорское Величество, — пожилой омега поклонился. Перед императором стоял старик, Анвар раньше как-то не обращал внимания на то, насколько стар десница: — Сколько лет вам исполнилось? — Семьдесят шесть, Ваше Императорское Величество, — ответил тот. — Хорошо, вы ничего не хотите мне рассказать? — устало произнес Анвар, поудобней усаживаясь в кресло у камина, обычно он приглашал и десницу посидеть рядом, но только не сегодня, не для этого разговора. — Да, я знаю, что ваш гвардеец был здесь обнаженным — вопреки моим указаниям — и рассказал вам свою версию происходящего… — Надеюсь, вам не придёт в голову как-то карать Коля? Только я могу решать здесь кого казнить, а кого миловать! — в голосе императора прорезались стальные нотки, раньше он никогда так не разговаривал со своим официальным и единственным советчиком. — Конечно, Ваше Императорское Величество! — омега поклонился ещё раз и продолжил: — Я очень стар, человек всю жизнь набирается опыта, знает много вещей, что и как делать, но со временем понимает, что сам ничего уже не может предпринять, потому что и нет сил, и стремлений, и желания бороться… Молодое поколение не хочет ничего слушать, поступает по своему и ты понимаешь, что скоро умрёшь, и весь твой опыт и знания канут в бездну вместе с твоей смертью… — Можно покороче? — приказал император. — Конечно, Ваше Императорское Величество! — десница опять поклонился. — В качестве вашего ближайшего советника и доверенного лица, я не мог допустить риск венерических заболеваний — некоторые из них смертельны и не лечатся — и, конечно, риск измены, и попытки вашего убийства. Поэтому я принял меры, первые, которые пришли мне в голову: выкупил притон, сделал там косметический ремонт и генеральную уборку. Последним делом стало где-то найти подходящих альф. Ближайшими оказались ваши гвардейцы, просто не было времени искать ещё кого-то, проверять их политическую лояльность и родословную… Я думал об актерах театра или выдающихся спортсменах, но времени на всё это не оставалось… — Понятно, — уже спокойней ответил император, — но почему вы не поставили меня в известность о своих планах? — Вы бы на такое не согласились, Ваше Императорское Величество, и не дали бы себя переубедить… — Понятно, но я предпочитаю десницу — главного советника — который советует мне, а вот решения я принимаю сам. В конце концов именно я есть Император! — Конечно, Ваше Императорское Величество! Я приму любое ваше решение относительно меня, — омега ещё раз поклонился, снял с одежды брошь, указывающую на его высокую должность, и положил её на стол перед императором. — Можете идти, вы совершенно свободны, надеюсь, всё выше сказанное останется, между нами, — и когда пожилой омега кивнул, Анвар продолжил, — придумайте любую причину вашего отстранения с поста, и я её поддержу. — Конечно, Ваше Императорское Величество! Буду всем говорить, что моя старость и есть причина. — Хорошо, «ваш почтенный возраст», — и император кивком головы отпустил десницу, когда-то они были почти друзьями, но сейчас Анвару не хотелось его даже видеть из-за боли, которую он причинил его любимому альфе Колю. Но и казнить его или садить в тюрьму такого пожилого омегу было бы кощунством, ведь он просто пытался защитить своего правителя, а до этого служил верой и правдой много лет. — Последнее, Ваше Императорское Величество, по завещанию вашего покойного батюшки, вы можете сочетаться повторным законным браком с любым альфой по своему желанию, если только он — потомок знатного рода, — и омега захлопнул за собой дверь. Бывший десница ушёл, но вопросов стало не меньше, а больше. Как десница догадался, что именно мучало Анвара? Хотя он всегда слишком много знал… Император опять вызвал слугу прикроватным колокольчиком: — Позовите мне, — Анвар остановился не зная, как сказать слуге, что он хочет видеть своего любимого альфу, — гвардейца по имени Коль из моей личной охраны. Как ни странно, слуга легко справился с поручением, хотя император и переживал, является ли имя Коль настоящим или любимый назвался псевдонимом в борделе Вилена, как и многие другие до него в подобном случае. — Привет, можно войти? — в дверь постучали и в щелочку просунулась голова Коля. — Да, конечно, я звал тебя, — омега собирался спросить настоящее имя альфы, но благополучно забыл об этом, видя так любимую родинку с боку носа. — Мне передали… — улыбнулся тот. — Теперь мы могли бы встречаться здесь, в моей спальне… — осторожно начал Анвар. — Нет, извини, — альфа покачал головой, — я не могу позволить себе так сильно тебя дискредитировать. — Раньше тебе это не мешало, — смутился омега, почувствовав себя дешёвкой. — Раньше это происходило вне дворца, и никто не сплетничал о твоём моральном облике. Если хочешь продолжать здесь, мы должны пожениться. — Я не могу, — сказал Анвар имея в виду, что Коль не дворянского рода. — Я обещаю подписать брачный контракт, любой, мне всё равно, мне нужен только ты, а не власть и деньги! — настаивал альфа, думая, что император опасается за свою собственность. — Я знаю, мне тоже нужен только ты… А давай я назначу тебя десницей, чтобы потом за высочайшие заслуги перед империей пожаловать тебе дворянский титул? — Зачем, я и так дворянин, моё полное имя: Барон Тристан Коль де Юльгиз, — и видя удивление во взгляде императора продолжил, — служить в личной гвардии императора могут лишь потомки знатных кровей? Мы все — дворяне. Ты не знал? — Ура! — завопил Анвар, на минуту забывая, что он — Император и оставаясь только омегой. — Значит, мы можем пожениться и навсегда быть вместе! Давай завтра поженимся, нет — сегодня! — Разве я не должен сделать тебе официальное предложение с кольцом своего о-папы или даже лучше о-дедушки? — удивился альфа. — Считай, что уже сделал и я согласился! — все омеги немного торопыжки, когда влюблены, будь то бедный и нищий уборщик или богатый и знаменитый император. — Ну уж нет! Я хочу сделать всё как положено! Эти формальности приятны и для меня тоже, не только для тебя! Но и тебе очень понравятся, обещаю! — провозгласил Коль. С остальными гвардейцами Анвар так и не решился поговорить. Оставил всё как было, замалчивая свои чувства и проблемы. Не вызывать же опять старого психолога. Тот, видно, ещё с прошлого сеанса в себя не пришёл. Когда стало известно, что Великий Император собирается сочетаться законным браком с одним из своих молодых гвардейцев и, к тому же уволил десницу, находящегося на своем посту бессменно ещё со времён покойного отца-императора, то местные дворяне сделали несколько шокирующих выводов. Во-первых, пожилой омега сошел с ума, плотские желания перевесили в его скупом, усохшем от всех непотребств, мозгу все остальные потребности народа и нации. Что теперь будет непонятно, то ли переворот, то ли революция… Во-вторых, видимо, бывший десница наотрез отказался женить этого чудака со своим же прислужником, что и послужило причиной его отставки. И в-третьих, надо срочно вызывать взрослых сыновей императора, чтобы более молодые, не страдающие деменцией, родственники приструнили повесу-императора. Приехавшие на бракосочетание сыновья первым делом поругались с папкой: — Не хочешь править? Не надо, дай мне! — кричал каждый из них. Когда Анвар объяснил, что просто влюбился в Коля и к тому же его чувства взаимны, сыночки потребовали не больше ни меньше, как казнить папкину «зазнобу». — А то ещё родишь от него и нам ничего не достанется! — плаксиво сообщил старший сын-омега. — Я уже не могу иметь детей! Всё, вы довольны? — поинтересовался император. — На вас посмотришь, так и не хочется больше никаких детей… И про себя шёпотом добавил: — И уже имеющихся — тоже… — судя по всему, император плевал на мнение наследников. Эпилог. После свадьбы. Наглая капля воды, посягнувшая на личную собственность императора — тело Коля — прокатилась по его соску и утонула в коротких тёмных волосках сразу под линией полотенца на бедрах нового кронпринца, супруга императора. — Почему ты больше не хватаешь меня за член и яйца при каждом удобном случае — я тебе больше не нравлюсь? — наигранно расстроенный альфа скорчил уморительную рожицу Анвару. — Нравишься, но я стесняюсь… — честно ответил тот, теперь он знал, что Коль не просто альфа-хастлер в борделе, где его можно было хватать за что ни попадя, только заплати монету, а барон. — Чего? Я уже твой супруг, можно всё… — улыбнулся счастливый альфа. — Они говорят, что я — малахольный император, но я-то знаю: я самый счастливый император в мире, — сказал омега своему любимому, вышедшему из ванны. — Я знаю, ведь я тоже, второй самый счастливый, — согласился Коль, целуя Анвара, сбросил полотенце на пол и лёг в их общую постель.