Увидеть звёзды

      — Ты правда хочешь чтобы мы это сделали? — Луна пристально смотрит в сияющие напротив ярким розовым пламенем глаза, переживая, что найдет в них хоть каплю сомнения.       — Всё в порядке, — шепчет совушка, мягко притягивая за пушистую шею волчицу. — Ты можешь делать что угодно, как тебе захочется. Я больше не буду убегать.       Далее следует поцелуй, полный искренней нежности, Луна не знала какого это, когда к тебе относятся заботливо и бережно, прислушиваясь к каждому твоему пожеланию, не принуждая ни к чему лишнему, и с этой поры больше не будет никаких резких движений и уж тем более никого оскала по отношению к Вие. Та, решив взять на себя инициативу, принимается стягивать лямки топика на плечах любовницы, разрывая поцелуй, лишь чтобы набрать воздуха, руки дрожали и не слушались, но всё равно справились с поставленной задачей. Прошло пару мгновений, как одежды не было уже ни на одной из них, но совушка плотно поджимает к себе согнувшие в колени ноги, сильно стесняясь своего обнажённого тела.       — Не надо, расслабься пожалуйста, доверяй мне, — Луна произносит это слишком низким голосом с прослойкой хрипотцы, от которой у демонши благостно потянуло внизу живота, подтверждая горячее желание поскорее ощутить на себе чужое прикосновение. Голова кружилась от нетерпения, пока волчица играла с еë вставшими от холодных пальцев сосками. Бёдра уже подрасслабились, и девушка, сама того не замечая, начинает потихоньку раздвигать свои длинные, тонкие ноги, приглашая к себе. Луна не может оторвать взгляда: перед ней самое робкое, прелестное создание с растрëпанными на голове перьями и мягким розовым румянцем, которое на самом-то деле является одним из самых могучих демонов всего Ада с сильнейшими способностями, что может лишь одним взглядом парализовать любого недоброжелателя, кто посмеет хоть раз допустить глупость. Луне захотелось начать сразу с пылу, хоть она и представляла какой влажной сейчас внутри может быть еë девочка, неумеренным желанием было доставить удовольствие Октавии первой, и при этом получить его самой. Решение долго принимать не пришлось, и волчица спускается ниже, проводя мокрую дорожку поцелуями от груди, и в конце концов прижимается языком к еë половым губам, облизывая всё вокруг, пока что не задевая клитор. Демонша, желая лицезреть процесс сверху вниз, поднимется, оперевшись на локти и рефлекторно дëргает ягодицами навстречу к скользкому, тëплому языку.       — Прошу тебя, не прекращай... Давай ещë здесь! — еë смущение отступило сразу, после того как она почувствовала горячее дыхание у себя в районе паха. Несколько протяжных стонов уже сорвалось с еë клюва и более не хотелось сдерживаться. Октавия не стеснялась подсказывать, говорить как правильно волчице направить свой язык чтобы было приятнее. И только принцесса собиралась попросить, как вдруг в еë лоно вставляют сразу два пальца, нежно, но с напором, задевая верхнюю стенку влагалища. Тогда, казалось, крышу сносит окончательно. У обеих. Луне нравится слышать её тихие всхлипы и нравится чувствовать еë вкус на всей поверхности широкого языка. У гончих прекрасно развито обоняние, и запах любимой девушки запечатывается в еë памяти навсегда. Ещё пару минут, как с уст Октавии срывается самый громкий, восхитительный стон, свидетельствующий о том, что обе девушки получили, что хотели от этого процесса, и даже с горкой, ведь первый раз самый сладкий и запоминающийся из всех. Отдышавшись, Вия крепко прижимается к волчице всем телом и неловко спрашивает:       — Тебе хвост не мешал?       — Чей именно? На твой я не обращала внимания, ничуть не мешал.       Луна замечает, что раскрепощëнность любовницы куда-то подевалась, и ей нужно было разбавить обстановку странным вопросом. Волчица задумчиво улыбается и медленно отстраняясь, выдаëт ей следующее:       — Это ещë не всё, не вздумай засыпать сейчас. Ляг посередине.       Октавия послушно следует приказу, и только сейчас замечает, что на Луне всё это время растëгнуты шорты, то есть гончая только сейчас принимается их с себя стягивать, и демоншу посещает одна неприятная навязчивая мысль о том, что только ей сегодня сделали и приятно и это неправильно.       — Я надеюсь, теперь твоя очередь получать удовольствие?       — Нет, милая, я не могу оставить тебя без удивительных ощущений.       Луна усаживается сверху над лежащей демоншей как ей удобно, закидывая на себя еë ногу. Долгая пауза значила, что гончая сама не понимает как дальше поступить и ближе придвинуться. Словно доставая из головы картинки с камасутрой, будто по инструкции, волчица перешагивает через другую совиную ножку так, что теперь обе их промежности оказались на практически невидимом друг от друга расстоянии. Это оказывается физически тяжелее чем она думала, но намного приятнее, чем представляла. С каждым движением наслаждение будто бы всё больше наростало, а между их распухшими от возбуждения половыми губами было настолько мокро, что смазка стекала по широким бëдрам, впитываясь в шерсть. Благодаря ей трение значительно упрощалось, но постепенно такая поза всë равно начинала приносить дискомфорт, приходилось давать друг другу отдышаться и продолжать с тем же напором всë быстрее и быстрее, и совушка уже не выдерживает второй раз, кончая так же бурно и изумительно для чужих ушей. Внутри всë горело, Луна бессильно падает рядом, так и не давая себе разрядиться. Но намного важнее было подарить первые эмоции той, которую девушка любила сильнее своей жизни.