Увидеть звёзды

      Прошло несколько недель с тех пор. Дворец Гоэтии жил своей размеренной бытовой жизнью, и честно, после развода родителей стало намного спокойнее и тише. Октавия продолжала жить с отцом, но иногда мама забирала её к себе на выходные. Воспоминания о своём неудавшемся первом опыте той ужасной ночью больше не терзали душу - чувства к Луне немного подохладели, однако неприятный осадок не мог не остаться, и иногда, мимолётно вспоминая всё что между ними когда-либо происходило: хорошее или плохое - в сердце неприятно гудело.       Сегодня был холодный, ясный день, по телевизору шëл какой-то старый чересчур нелепый ситком про вампиров - а-ля пародия на "Сумерки", Октавия допивала вторую чашку кофе, а бес-прислуга подметал окурки, которые оставил после себя с утра Столас. Время, казалось, шло каким-то безумно медленным ходом, находиться во дворце сегодня было крайне скучно и неуютно. Поскорее вырубив телек, девушка встала, отдала свою грязную кружку в руки прислуге и направилась в прихожую, попутно захватив пальто и наушники. Вариантов куда отправиться было особо немного, если пройтись пешком - можно пообедать в неплохом кафе за углом в котором подают восхитительные эклеры или посидеть на скамейках в парке напротив красивого фонтана, но и там и там уж слишком много народу. К тому же ни гулять, ни есть Октавии сейчас не хотелось, да и долго думать тоже, поэтому она взяла в руки телефон и вызвала такси к "Стильному Оккультизму".       В магазине негромко играла музыка, повсюду развешаны футболки с готическими изображениями, на прилавках красовались высокие ботинки и шипастые чокеры, но в этот раз Октавии были интересны лишь странные чучела, продающиеся там. В том отделе также были красивые бисерные фигурки, подвески для ключей, значки и набивка для тех самых чучел. Пахло, кстати приятно, свечами благовония. Это её любимое место, нигде в Аду ей не было ещё так приятно проводить время как здесь, настроение сразу поднялось, демонша стала рассматривать прилавок: каждый экземпляр был уникален и сделан вручную, непременно хотелось скупить их всех и поставить у себя в комнате на полочке напротив кровати и любоваться. Аккуратно взяв в руки одну из фигурок, девушка замечает, как сзади начинает подкрадываться какая-то тень, думая, что это подошёл продавец втирать какую-то помощь с выбором, либо наказанием ничего здесь не трогать, и вообще, портить настроение своими занудствами, совушка с хмурым видом оборачивается, но видит перед собой, явно не того, кого ожидала здесь встретить.       — Луна?! Ты всегда появляешься так внезапно?       Заставив Вию врасплох, гончая широко улыбается, наконец она дожидается еë в этом магазине, ведь Луна здесь шляется уже не первый день, поджидая принцессу Гоэтии, о чем она ей тут же докладывает.       — Ты как-то упоминала что любишь "Стильный Оккультизм", и я подумала, что это самое подходящее место чтобы встретиться именно здесь.       Волчица стоит совершенно с невозмутимым выражением морды и смотрит в яркие розовые глаза напротив, ожидая реакции.       — Ты хочешь сказать... Что караулила меня... Здесь... Несколько дней подряд? — Октавия медленно произносила слова, выдерживая паузы, будто общалась с маленьким ребëнком и нужно было разжëвывать каждое слово.       — Милая, ну с чего ты взяла, что я, допустим, не могу также как ты прийти по своим делам в кайфовый магазин с кайфовой одеждой и с кайфовыми... Тряпками с глазами набитые сеном, да?       Вию это рассмешило, сердиться смысла не было, нужно вырулить общение хотя бы в дружеское, а потом если повезёт, снова попробовать во что-то большее.       — Я тогда беру, наверное, вот это чучело и закругляюсь. Если хочешь, можем прогуляться вместе по парку рядом с моим домом. Там и кафешек много разных, можно поужинать эклерами.       У Луны, правда, чуть не отваливается челюсть, когда она видит цифры на ценнике, но у богатых свои причуды, что ж поделать.       — Я не очень люблю сладкое, но предложение заманчивое.       Несколько часов в компании друг друга пролетают незаметно. Медленным пешочком девушки прогуливаются по ухоженному королевскому дворику. На улице уже вечерело, но вместо того чтобы расходиться, Вия предлагает зайти во дворец. Дома никого не было. "Скорее всего папа тусуется сейчас со своим мудаком бесом", — подумала принцесса, ну и прекрасно. Снова никто не узнает что королевская наследница приводит в отцовский дворец столь низшее существо, хотя в первый раз та пришла по своей собственной воле, что в королевской семье по факту считается незаконным проникновением. Но был бы Столас против и в честь чего бы, если сам спит с таким же низшим импом? И возможно, к слову, даже сейчас в эту минуту.       — Опять мерзотные мысли в голову лезут, да что ж такое, — Октавия сказала это вслух.       — Ты о чем вообще?       — Я о своём отце... И о твоём. Мы с тобой классно общаемся и ты мне нравишься, — принцесса отвела взгляд, смущаясь за своё последнее признание. — Но я член рода Гоэтии - демон, вроде как с невероятными силами...       — Я понимаю к чему ты клонишь. Тебе не дозволено встречаться со мной. Ты этого боишься? Что тебя будут осуждать за то, что водишься с самой презренной кастой в нашем обществе?       — Нет это не так, именно, что это меня никак не смущает, но почему-то отцу я это позволить не могу, наверное я просто ужасная дочь.       — Ты думаешь меня не бесит что мой старик использует твоего буквально ради тупой волшебной книжки?       На лице Октавии промелькнула едва заметная улыбка. Захотелось сменить тему и обстановку на более располагающую, ведь сейчас они стояли посередине коридора, облокотившись спинами о стену, где висели огромные и величественные картины с изображениями предыдущих правителей и самого принца Столаса.       — Пошли ко мне в спальню, а ещё лучше на балкон. Иногда в это время можно увидеть странные мерцания, я до сих пор не понимаю что это, но выглядит красиво, — Вия взяла чужую руку и потянула гостью за собой в свои покои.       Войдя в комнату, первым делом демонша достаёт из рюкзака еë новое чучело и ищет подходящее место чтобы радовало глаз. Луна тем временем внимательно осматривала каждую интересную мелочь, что находила вокруг уже трезвым взглядом, ведь в тот раз ей было совершенно не до окружающей обстановки. Например, те непонятные карты над тумбой: на них изображено много всяких точек разных размеров на тëмно-синем фоне, и некоторые соединялись тоненькими нитками. А справа от них на той же стене висели маленькие картинки: на каждой была нарисована какая-то планета. Подняв голову, на потолке волчица замечает небольшую, но очень эффектную люстру в форме Сатурна с двумя кольцами, на которых к кому же висели маленькие звёздочки, сияющие пастельно-синими, лавандовыми и жёлтыми цветами. В целом, впечатление, будто Луна зашла вовсе не в спальную комнату своей подруги, а в еë астрологический кабинет. Закончив свои дела, принцесса проводит гостью на просторный балкон, где почему-то оказалось совершенно пусто. Луна посчитала, что здесь обязательно должны стоять какие-нибудь телескопы, и другие всякие навороченные штуки для изучения неба.       — Если я захочу, я просто отправлюсь в абсолютно любое место в космосе, где и без специального оборудования прекрасно видно нужное небесное тело, — Октавия ответила, будто услышав чужие мысли.       Ни Солнца, ни Луны в Аду не было, цвет неба на территории Круга Гордыни, где находился особняк Столаса сменялся с розовато-оранжевого на ярко-красный. Девушки, облокотившись на высокое ограждение наблюдали за тем, как на горизонте появляются тëмно-фиолетовые разводы. В какой-то момент гончая замечает печаль в демонских глазах цвета мадженты, Октавия вспоминала, как пряталась здесь от слишком настырных приставаний волчицы пару недель тому назад, а сейчас они вместе стоят на этом балконе и смотрят на вечернее адское небо. Луна прерывает неловкое напряжение прикосновениями, почти невесомыми, она трогает её за плечи, с нежностью, казалось бы, ей абсолютно не свойственной.       — Возможно, в прошлый раз я была чересчур груба, — Луна аккуратно поворачивает демоншу стороной к себе, и глядит в еë смущённое лицо. — Я больше не сделаю больно. Ты должна мне довериться.       Ноги Октавии начали подкашиваться, но благо упасть ей не дали бы сильные руки. Девушка чувствовала, как всё её тело наполнялось приятно-тягучими ощущениями. Щëки горели красным румянцем.       — Я правда не хотела... Ты не знаешь как обращались со мной в приюте.       — Ты жила в приюте?       — А где же ещё? У адских гончих не принято воспитывать своих детей. Всех рано или поздно отлавливают и держат в вонючих клетках, в лучшем случае тебя заберёт какой-нибудь придурок и оформит бумагу об удочерении. В худшем — ты либо там подыхаешь, либо тебя продают в рабство.       — Тебе получается, очень повезло, Луна.       Девушка не стала спорить. Семнадцать лет заточения, словно в темнице осталось в прошлом. Синяки, побои и бессонные ночи в страхе быть убитой. Свою любовь и привязанность Луна научилась выражать через силу и грубость. Теперь Октавия это понимает. Она прощает её и зарывается в белый мех на груди. На улице потеплело и перестал дуть ветер, небо ещё сильнее заполнилось фиолетовыми потëками, а на них начали выступать маленькие мерцающие звëздочки о которых говорила принцесса. Она окончательно расслабляется в чужих объятиях, поглядывая на чудесное явление адского неба. Волчица подхватывает совушку на руки и несёт на большую кровать.