Нам придётся умереть

«На заре, на расстрел, От воды, от огня…»       — Уэнс, вставай, — Энид подошла к кровати соседки, убирая с её лица тёмные пряди. До начала первого урока было примерно минут тридцать. Обычно, в школьные дни, младшая никогда не просыпалась позже семи часов. Девушка приоткрыла глаза и непонимающе посмотрела на Синклер.       — Сегодня ведь суббота, — охрипшим голосом произнесла Аддамс накрываясь одеялом и отворачиваясь от оборотня. Взяв телефон в руки, Энид посмотрела на день недели.       — И правда, суббота, — пробормотала Синклер, отправляясь обратно в кровать. Но навязчивая мысль о том, что на выходные будильник всегда был отключён, не давала уснуть. Ещё несколько минут девушка лежала, смотря в потолок, пытаясь найти в этой ситуации подвох. Мгновенно в голову пришло воспоминание.       — Уэнсдей, — Синклер резко поднялась. — У нас сегодня пробный экзамен, — лицо поменялось в ту же секунду. Но Аддамс от такого заявления не проснулась.       Старшая девушка снова подошла к кровати и аккуратно развернула спящее лицо соседки к себе. — У нас сегодня пробный экзамен, — громче произнесла девушка-оборотень, что заставило Аддамс моментально принять положение сидя.       — Математика, через час, — вздохнула Уэнс. — Мы ведь не готовились, — конечно Уэнсдей переживала вовсе не за себя, математика была её любимым предметом, всё то, что они проходили в течение последних лет, казалось для неё элементарным.       О том что, пробный экзамен состоятся именно в эту субботу, было известно ещё несколько недель назад, когда каждый из учителей Неверомора целый день рассказвал о важности первого, пробного экзамена. Но мысль о том, что для подготовки у них есть ещё очень много времени, заставила и вовсе выкинуть важное событие из головы. Следующие пол часа прошли в невыносимой суматохе. Обе девушки пытались привести себя в порядок, параллельно повторая самые важные правила.       — Уэнс, а что будет если я не сдам? — вздохнула Синклер перед самым выходом из комнаты. Ясно было одно, без помощи, Энид и вправду не сдала бы экзамен, она была сильна скорее в гуманитарных науках.       — В лучшем случае об этом просто оповестят твоих родителей, а в худшем — наверное заставят ходить на дополнительные занятия к преподователям, или заниматься с кем-то из учеников, — рассуждая, проговорила Аддамс, на что получила ещё один обречённый вздох.       Возле кабинета стояла не маленькая часть учеников Невермора. Все они обсуждали что-то на «Языке математиков» — как выражалась Синклер. Каждому было волнительно, но все они так или иначе успели подготовиться.       — Ты поможешь? — шёпотом спросила Энид, садясь на скамейку ожидания. На людях Уэнсдей предпочитала вести себя как можно более сдержанной, но ощущая волнение Синклер, это делать удавалось с трудом.       — Тебе — помогу всегда, — накрывая ладошку своей соседки, сказала Аддамс, но улыбки на лице дождаться не удалось.       Перед входом в кабинет стояла неприятная женщина, собирающая все телефоны. Руки Энид невыносимо тряслись. Больше всего на свете ей не хотелось, чтобы родители получали письма о том, что она завалила первый в её жизни пробный экзамен. Казалось бы, все волнуются, а значит очень хорошо готовятся, чтобы показать свой лучший результат. Как считала сама Синклер, она была большим разочарованием родителей, ведь формально являлась оборотнем, но даже не могла в него превратиться. Хотя так считала не только она, родители были более чем согласны с ней. «Я умру, я умру, я умру за тебя Я умру, я умру за тебя…»       Когда каждая из девушек села за парту и получила свой вариант, Уэнсдей сразу пробежалась глазами по двум листам. Всё это было элементарно, но времени хватало лишь на одну полностью решённую работу или две, решённых на тройки. Но Уэнсдей ведь не робот, и при допуске хотя бы единой ошибки, кто-то из них мог завалить экзамен.       Энид смотрела на свою работу с ошарашенными глазами, ей казалось, что всё, кроме первых нескольких заданий, они никогда вовсе и не проходили.       В доли секунды Уэнсдей приняла решение — помочь Синклер. Чтобы не запутаться, на отдельном листике она прорешивала сразу оба варианта, решая сначала номер себе, а потом соседке. Энид, пытаясь помочь решила себе и Аддамс несколько не трудных номеров. Пробный экзамен закончился через пару часов. За это время Уэнсдей сделала даже чуть больше, чем планировала, и было почти на сто процентов уверена в том, что экзамен сдали обе.       — Уэнс, я тебя обожаю, — когда девушки зашли в комнату, Энид тут же кинулась на шею Аддамс.       — Я просто не хотела, чтобы ты расстраивалась из-за родителей, — на лице тут же показалась улыбка.       — Прости, я знаю, что всегда и везде ты была лучшей, — глаза опустились вниз.       — Энид, поверь, я сделала всё, как сама захотела и ничуть не растроена, — снова рука Уэнсдей оказалась на щеке старшей девушки. Конечно, в её словах присутствовала ложь, одержимость быть первой буквально съедала Аддамс изнутри.       — В каком-то смысле ты спасла мне жизнь, — прошептала Синклер, легонько ухмыльнувшись. Её щёки горели от смущения, а глаза осматривали каждый миллиметр лица Уэнс.       В их отношениях сейчас всё было очень запутанно. Уэнсдей не могла разобраться в чувствах в силу своей неопытности, а Энид — потому что с ней рядом постоянно кружил влюблённый Аякс. ------------------------------------♡----------------------------------- На заре, на расстрел, От воды, от огня… Я умру, я умру, я умру за тебя Я умру, я умру за тебя…