Игра на три результата

      — Хочешь сказать, что кто-то проник в твой офис, — сидя за столом, сложив руки в замок, начал вырисовывать ситуацию темноволосый мужчина, — открыл твой сейф, код от которого знаешь только ты, — делая акцент на местоимениях, продолжил, — и из всех богатств, хранящихся там, забрал ничем не примечательный диск, на который ты зачем-то скинул очень ценную информацию. И все это произошло буквально за двадцать минут, пока ты ходил за кофе в кофейню через дорогу, — мужчина сделал паузу, а затем резко ударил кулаком по столу, повысив голос, чем привлек внимание собеседника, пялившегося в окно, — потому что тебе, видите ли, не нравится вкус кофе из своей кофемашины. Я все правильно понял? — взглядом говорящего можно было прожечь армированную железную дверь. — Рипер, скажи мне, ты — идиот? За каким хреном ты хранишь секретную информацию на чертовом диске?       — Я не доверяю всяким новомодным облачным технологиям, — сдержанно ответил тот, стоя у окна и делая глоток уже остывшего напитка из пластикового стаканчика. В этом была его фишка — в любой стрессовой ситуации Рипер оставался невозмутимым, прекрасно контролируя свои эмоции. Несмотря на внутренние переживания, коих сейчас достаточно, голос мужчины был холоден и ровен, а на лице отражалось полное спокойствие.       Темноволосый стукнул себя по лбу, откинувшись в кожаном кресле. Он, конечно, знал, что его коллега, Рипер Морз, относится к технологическим благам человечества с неким опасением, предпочитая использовать «старые, проверенные временем альтернативы», но никогда бы не подумал, что эта безобидная чудаковатость может поставить их под удар.       — А ты точно уверен, что положил этот раритет в сейф, а не спрятал у себя дома под матрац? — саркастично спросил брюнет, бросив взгляд циановых глаз на коллегу. Понимая всю серьезность ситуации, он все же не удержался от едкой остроты.       — Очень смешно, Нокс, — закатил цвета морской волны глаза Морз.       — Конечно, мы же тут только и делаем, что шутки шутим. У нас, в принципе, не компания, а цирк. Не видел моего клоунского носа? — продолжил язвить мужчина, натянуто улыбаясь, открывая свой рабочий ноутбук.       На этот раз его колкость осталась без внимания. Вздохнув, Найтмер запустил программу, позволяющую просматривать записи камер слежения, которые по его указанию были размещены по всему периметру здания.       Единственные места, остававшиеся в полностью слепой зоне — это уборные и кабинет Рипера. Морз наотрез отказался устанавливать в комнате устройство записи, аргументируя это тем, что под объективом чувствует себя некомфортно и будет не в состоянии концентрироваться на рабочей деятельности. Если бы он не занимал столь высокопоставленную должность, то этот глупый каприз — честное слово, как ребенок — никого бы не волновал, однако в компании считались с мнением мужчины и не могли сделать что-то наперекор ему. И сейчас Найтмер сильно жалел о том, что не смог настоять на своем — все было бы гораздо проще.              Темноволосый жестом подозвал коллегу к себе, и тот, поставив уже пустой стаканчик на подоконник, подошел к столу, встав сбоку от кресла.       — Во сколько ты вышел из кабинета? — спросил мужчина, поворачивая голову к своему приятелю.       Рипер на несколько мгновений задумался, а затем четко произнес:       — В 11:20, — у него была феноменальная память.       Найтмер промотал запись на указанное время и уставился в экран. В зоне видимости камеры был коридор перед кабинетом Рипера и приоткрытое широкое панорамное окно с темными шторами на противоположной стене, рядом с которым стояла большая пальма. В 11:20 Морз вышел из комнаты, на ходу натягивая черное классическое пальто — одевался мужчина весьма стильно, — закрыл за собой дверь на ключ и направился к выходу. В 11:38 он вернулся в кабинет с кофе в руках, открыл дверь ключом и зашел внутрь. В промежутке коридор оставался пустым, никаких следов чьего-то присутствия. Камера, стоявшая на входе, по выходным не работала. И сейчас это было большим упущением. Мужчина раздраженно цокнул и нахмурился, промотав записи вновь на 11:20. Еще несколько раз он внимательно пересмотрел двадцатиминутный промежуток времени. Рипер также, наклонившись к экрану и периодически убирая падающую на глаза темную челку, изучал видео.       Наконец, Найтмер заговорил, выдвигая предположение:       — Может, в кабинет проникли через окно? Было бы гораздо проще, если бы мы могли просмотреть запись изнутри, — не удержался от упрека коллеги Нокс.       Рипер покачал головой.       — Окно открывается только с внутренней стороны, и оно было закрыто — холодно же. Так что не вариант, — последнее предложение коллеги мужчина проигнорировал.       Нокс обреченно вздохнул. Бессмыслица какая-то. На записи точно видно, что никто не появлялся в коридоре, другого пути в кабинет генерального директора не было. Если предположить, что злоумышленник все же как-то мог проникнуть в комнату с улицы, то, как это сделать незаметно в столь малый промежуток времени. В своем рассказе Рипер не упоминал, что заметил что-то подозрительное при осмотре своего офиса. Даже взломанный сейф был вновь закрыт и, если бы Морзу не потребовалось взять из него документы через полтора часа после ограбления, пропажу диска он мог бы обнаружить только спустя несколько дней. Как вор за меньше чем двадцать минут совершил эту кражу? Пазл отчаянно не хотел складываться.       Который раз Найтмер пересматривал запись камеры, пытаясь заметить хоть что-то: чужой силуэт, отблеск, мимолетное движение — ничего. Риперу уже надоело это занятие и он вновь отошел к окну, задумавшись о личности вора и о последствиях, которые могут произойти после кражи. Как иронично, компания, которая специализируется на изъятии информации, сама стала жертвой похищения данных. Да еще и один из ее владельцев виноват в сложившейся ситуации. Сейчас Риперу уже не казалось правильным решение записать важные собранные данные на чертов диск. Может, он и скептично относился к более современным способам хранения информации, зная не понаслышке, что те не обеспечивают стопроцентной гарантии безопасности, но все же можно было придумать более надежный способ — да хотя бы сделать копию, как минимум. Их клиент явно не обрадуется новости о том, что сведения о нем попали к третьим лицам. И не обрадуется — это еще мягко сказано, скорее всего, он сильно испортит жизнь компании.       Его поток мыслей прервал хрипловатый голос:       — Кажется, я что-то нашел. Подойди.       Морз вновь оказался перед экраном ноутбука. Найтмер включил запись из коридора.              — Вот ты выходишь, закрываешь кабинет и идешь к выходу, — мужчина остановил видео и ткнул пальцем в экран. — Смотри на пальму. Из-за открытого окна у нее колышутся листья, — Найтмер снова нажал на «play». И не проронив ни слова, отрывками промотал запись до момента, когда Рипер вернулся в кабинет. — Ничего не заметил? — мужчина повернулся к коллеге. Тот лишь отрицательно покачал головой. Нокс снова отмотал запись в начало. — Смотри. На. Пальму, — строго наказал тот. Морз наклонился ближе к экрану. Найтмер остановил запись в тот момент, когда Рипер вышел из кадра. — На улице был несильный ветер, из-за открытого окна листья пальмы слегка подергивались, — начал объяснять мужчина коллеге, — но в тот момент, когда ты выходишь из коридора, появляется резкий порыв ветра — листья пальмы подскочили вверх-вниз. Видишь? — Найтмер несколько раз воспроизвел указанный промежуток времени. Рипер недоуменно кивнул. Нокс снова включил запись с момента ухода директора. — Теперь смотри дальше. Ветер снова стих, листья стали вести себя спокойнее. Но через пару минут, — брюнет ткнул пальцем в экран, — они снова начали сильно покачиваться.       — Ну, снова подул сильный ветер, — раздраженно сказал Рипер, нажимая на паузу. Он не понимал, к чему клонит приятель, и ему до чертиков надоело смотреть сотый раз одно и то же.       — Да, я тоже так сначала подумал. Но смотри, — Найтмер воспроизвел запись дальше, перематывая ее отдельные фрагменты. — Они продолжают сильно дергаться практически до твоего возвращения.       — Был сильный ветер, пока меня не было. Найтмер, какого хрена, — Морз окончательно стал раздраженным. Нокс ничего не ответил и промотал запись до появления Рипера в кадре. И вновь ткнул в экран.       — И снова легкие покачивания. Как будто сильного ветра, что был буквально несколько секунд назад, и не было, — мужчина повернулся к коллеге и, увидев его вопросительный взгляд, пояснил. — Ветра не было до того, как ты ушел. Потом, когда ты вышел из коридора, подул сильный ветер, который затем продолжался практически все время до твоего возвращения. А когда ты появляешься в кадре — ветра снова нет. Тебе не кажется, что это как-то странно? Ветер был все время, пока ты ходил за кофе, но стоило тебе вернуться — ничего, — Нокс откинулся на спинку своего кожаного кресла и, скрестив руки на груди, выжидающе посмотрел в глаза цвета морской волны.       Рипер отодвинулся от монитора. Наконец до него дошло, что все это время пытался объяснить коллега.       — Запись зациклили, — уверенно произнес он, — используя фрагмент, на котором подул сильный ветер, — увидев утвердительный кивок Нокса, шатен вновь склонился над ноутбуком, взяв мышку. — Но почему тогда листья на протяжении этого времени не повторяют движений? То есть у них определенно одна и та же амплитуда, но все же, если бы проигрывался один и тот же фрагмент, разве это не было бы заметней? — Рипер стал проматывать частями запись, внимательно рассматривая движения листьев.       — Да, было бы. Если только этот фрагмент не подвергался корректировке, — вновь поймав вопросительный взгляд коллеги, Найтмер пояснил: — Не проигрывался в обратном направлении, не замедлялся и не ускорялся местами. Глазами это уловить практически невозможно, но, если разобрать видеозапись по кадрам, это точно будет так. Один примерно пятисекундный фрагмент, который зациклили, изменяя его. Вплоть до твоего возвращения.       Морз отстранился от экрана.       — Если запись изменили на протяжении практически всех двадцати минут, значит, все это время в коридоре кто-то находился? — задал логичный вопрос генеральный — а по совместительству еще и исполнительный — директор. Найтмер кивнул и закрыл ноутбук.       — Кто мог получить доступ к нашим камерам? — спросил Рипер директора по безопасности.       — А вот это очень хороший вопрос. Я все предусмотрел и специально сделал так, что доступ к камерам предоставляется только внутри здания. Снаружи, будь ты хоть хакером сотого левела, нашу систему взломать невозможно. По крайней мере, никто не смог, когда я проводил тестирование. А уж поверь, я к этому подошел со всей ответственностью, — Нокс достал телефон, — Думаю, пора поболтать с нашими сотрудниками. Изменить видеозапись мог только кто-то внутри компании.       Рипер кивнул. Их расследование дало свои плоды. У них была зацепка, за которую необходимо тянуть. Кто бы мог подумать, что дурацкая пальма — кто вообще ее поставил в коридор — станет самой главной подсказкой. Тем не менее, вопросов оставалось слишком много — кто совершил кражу, как они это провернули в такой непродолжительный период времени, не оставив ни одного следа своего присутствия, с какой целью они забрали диск и, самое главное, как вернуть похищенную информацию и каковы будут последствия.       — Зайдите в мой кабинет, — произнес Найтмер, откидываясь на кресле. — Да, все трое, — уточнил он, касаясь наушника, заканчивая вызов.

***

      После ухода Эррора Сигнума дверь терапевта более не открывалась. Врач и помощник сидели, каждый погруженный в свои мысли. Дайз уже который раз пролистывал карточку пациента, пытаясь найти какую-нибудь деталь, которую мог упустить изначально. Но из всего написанного там отметил только гиперметропию — неожиданностью это не было, так как он еще в кабинете заметил, как Эррор щурился, — что никак не могла быть связана с текущим недугом. Грис же с кем-то очень активно переписывался в социальной сети.       — Все-таки это больше похоже на психическое расстройство, но я не понимаю, почему он так это отрицает, — внезапно подал голос терапевт. — Как думаешь, он может что-то скрывать? — обратился он к Кроссу, смотря своими медными глазами на помощника.       — Мне показалось странным, что он так резко и раздраженно ответил на предположение о психосоматике, — не отвлекаясь от телефона, произнес практикант.       Посмотрев на часы на запястье, Дрим расслабленно потянулся. Рабочий день окончен. Встав со стула, он принялся собираться домой. Кросс последовал его примеру.              Аккуратно сложив все документы и пишущие принадлежности, раскиданные по столу, Дайз задвинул стул, надел пальто и направился к двери.       — Получается, что твоя практика окончена? — уточнил он у Гриса, закрывая дверь на ключ. Как-то от этого было немного грустно, он уже привык к компании своего помощника, да и их дружеские беседы скрашивали рабочие будни.       — Да, останется только сдать отчет. Я забегу к тебе на неделе, чтоб ты его подписал, — отозвался Кросс, быстро набирая что-то на экране своего смартфона. Подняв взгляд на врача, он с улыбкой добавил, похлопав его по плечу: — Да ладно, только не говори, что будешь скучать.       — Ну, ты весьма хороший помощник. Так что не удивляйся, если на экзаменах начнешь внезапно икать, — хихикнул Дрим.       Кросс хмыкнул и тепло попрощался с врачом. Дрим пошел относить ключ в комнату охраны, по пути к которой непременно заглянет в кабинет своего друга-окулиста. Кросс же, поправив свой неизменный белый пушистый капюшон и выбивающиеся из-под него темные пряди, перебросил рюкзак через плечо и устремился быстрым шагом к выходу из больницы, у которой его уже ждал один нетерпеливый парень.