Игра на три результата

      Киллер О́дио — 26 лет. Про таких людей можно точно сказать, что «жизнь его помотала». Хотя смотря на вечно шутящего любителя приколов, сложно это представить. Родился в обычной среднестатистической семье, но с самого начала все пошло наперекосяк. Его мать умерла практически сразу после родов из-за открывшегося кровотечения. Отец, убитый горем, стал часто прилагаться к бутылке и винить маленького сына за смерть супруги. Он даже имя дал ему совсем не то, какое выбрали они с женой в момент истинного счастья. Киллер — как вечное напоминание о первородном грехе, который ребенок не совершал. Вначале отец думал отдать сына в детский дом, но все-таки какой-то переключатель в голове не позволял этого сделать. Хотя, может быть, для Киллера это было бы лучшим исходом. Постоянные побои, упреки, отсутствие любого проявления отцовской любви, обвинения в том, что сын сломал его жизнь. Киллер рос будто с чужим человеком, которого закон обязал содержать ребенка. С финансами у семьи Одио также все было далеко не радужно. Отец постоянно менял места работы, так как его увольняли за неисполнение обязанностей и вечные попойки. Еда в доме была скудная, одежда из самого дешевого секонд-хэнда, игрушками для ребенка служили цветные бутылки, зажигалки и все, что он сам отыщет на улицах. Несмотря на это мальчик пытался учиться, любил читать книги, которые брал из бесплатной библиотеки рядом с домом, старался поддерживать порядок в квартире и уже в пять лет научился готовить что-то съедобное из того, что валялось в холодильнике. Конечно, такая жизнь не пошла на пользу характеру Киллера — ребенок был очень закрытым, пугливым, тихим и никому не мог доверять. В школе, ожидаемо, ему было тяжело — дети над ним издевались, дразнили его за старую рваную одежду, за отсутствие возможности питаться в буфете и непутевого отца. Киллер сначала все терпел, старался не обращать на это внимания, сфокусироваться на учебе, но любому терпению приходит конец.       Как-то раз, когда Киллер обедал тем, что смог добыть в доме, группа одноклассников подсела к нему за стол и стала жевать купленные лакомства — сладкие булки и имбирное печенье, запивая соком. Свободного места в столовой было достаточно, но им приносило удовольствие демонстрировать Киллеру его ущербность и свое превосходство. У одного парня случайно упала булка на пол. Тот ее поднял и с ухмылкой предложил сидящему неподалеку Одио, словно какому-то животному на улице. Он, как и обычно, проигнорировал эту издевку, молча убрав пластиковый контейнер в рюкзак, и, встав из-за стола, повернулся к выходу из столовой. Но за спиной раздался мерзкий голос одноклассника, похожий на скрежет мела по доске: «Такому мусору, как ты, питаться и нужно только мусором». Сказав это, парень кинул в спину Одио эту испорченную булку, попав в затылок. Нет, Киллер и до этого момента был в похожих ситуациях, он уже привык к вечным издевкам и провокациям, но почему-то сейчас в голове у мальчика что-то щелкнуло. Под громкий гогот одноклассников и поздравлений снайпера за его меткость, Киллер резко обернулся, подошел к тому и молча, не показывая ни единой эмоции на лице, разбил стоящий на столе стакан с соком об его голову. Пока парень пребывал в немом шоке, широко хлопая глазами и руками трогая свой окровавленный висок, Киллер вдруг жутковато усмехнулся и хорошенько ударил тому в челюсть. Да так, что одноклассник даже свалился со стула. Одарив пострадавшего широкой улыбкой, Киллер схватил рюкзак и покинул буфет. Его руки немного дрожали, а ноги подкашивались, но ухмылка не сходила с лица. Он столько терпел и, наконец, дал отпор, постоял за себя. Мальчик ощутил до этого незнакомое чувство, он был счастлив, что причинил кому-то боль. Одноклассник потом еще долго ходил с перебинтованной головой, так как острое стекло оставило глубокий порез на виске. С того дня характер мальчика резко изменился. Он стал агрессивным, жестоким, черствым. И ему нравился новый он. Вначале одноклассники пытались «показать ему, где его место», но Киллер совершенно безэмоционально принимал все их удары — после стольких избиений от собственного отца боль притупляется, а потом давал сдачи в два раза сильнее. Его много раз вызывали к директору, как и его отца. Но, когда тот приходил, просто разводил руками и обещал «дома поговорить». Тем же вечером Киллер получал новые синяки от родителя, а на следующий день уже награждал ими своих обидчиков, все еще не желающих мириться с «поломанной игрушкой».       В старших классах Одио уже никто не смел трогать и даже обходили его стороной, за спиной шепча «чокнутый», «психопат», «ебанутый», «уголовник» и много других лестных высказываний. Киллер теперь был и сам не против подшутить над другими ребятами или даже взрослыми, и не редко его шутки оканчивались плачевно для тех. Вся накопленная за годы издевательств и страданий злость вылилась стремительным потоком на окружающих. Он прятал свою душевную боль за широкой ухмылкой, которая стала теперь вечной спутницей парня.       Затем Киллер решил пойти дальше — он связался с одной из банд города, которая занималась мелким хулиганством, кражами, вымогательством и прочими прелестями. Его быстро приняли в ряды, и через некоторое время он уже заработал там имя и даже стал правой рукой их главаря. Парень стал «зарабатывать» деньги, мог позволить себе купить нормальную одежду, еду, технику. А на что не мог накопить, всегда можно было украсть.       Окончив школу, Киллер ушел из родительского дома — отец даже не пытался его отговорить. Он, конечно, заметил изменения в характере сына, но ему было плевать. С годами он все меньше и меньше был похож на человека. Через пару месяцев после своего совершеннолетия Киллер узнал о смерти родителя — его зарезал какой-то из его дружков в пьяном угаре. И плевать, Киллер даже не мог сказать, что чувствовал сожаление или скорбь. Просто пустота. И ощущение освобождения. Наследства, как такого, он не оставил, разве что квартиру, которую когда-то давно они купили вместе с женой, готовясь к рождению сына. Даже, будучи в полной нищете, отец отказался продавать квартиру, чтоб получить деньги — для него это было единственной осязаемой памятью о супруге. Конечно, Киллера он таковой не считал. Не желая больше находиться в этих стенах и дня, Одио сразу же продал квартиру, а сам жил в небольшой съемной студии. Постепенно парень стал задумываться о своей жизни. Его вынудили стать жестоким, стать преступником. Ему не оставили другого выбора. Если бы он не изменился, он всегда был бы жертвой. Но школа позади, отец больше его никогда не тронет, неужели ему всю жизнь нужно быть таким? Разве он не способен на что-то большее? После того, как у парня появились деньги, Киллер решил изменить свою жизнь — поступить в университет, найти работу, быть может, завести семью. Он хотел доказать, что лучше отца, что заслуживает счастья, что способен чего-то достичь. Но он все еще состоял в банде и должен был участвовать в их деятельности. С возрастом участников и совершаемые преступления становились более серьезными, теперь уже, если их поймают, простым штрафом и административкой не отделаются — точно сядут. Киллер решил, что больше не хочет быть частью этого всего и сообщил о своем решении приятелям. Ожидаемо те восприняли это как предательство и попытались «вразумить» Одио, но тот смог отстоять себя в достаточно жестокой драке. После этого Киллер ушел из банды и больше не вспоминал об этой части своей жизни.       Парень поступил в университет на юриста. Он желал помогать сбившемся с пути, таким же, каким он был когда-то. Отучился все пять лет, даже окончил заведение с красным дипломом. Нашел довольно престижную работу в городском суде. Смог завести друзей, повстречал девушку. Наконец мог сказать, что его жизнь наладилась. Что он смог вырваться из глубокой бездны, увидеть свет. Теперь улыбка Одио не казалась жуткой, она излучала теплоту и счастье. Но в жизни не бывает так все просто. Зря он надеялся. Его мирное существование длилось всего несколько лет, до его 25.       В один день совершенно внезапно, когда они с девушкой наслаждались просмотром фильма и поеданием вкусной пиццы, раздался стук в квартиру. В тот же момент, как Киллер открыл дверь, его скрутили на полу и надели наручники. Его ДНК было найдено на месте убийства, а свидетель смог весьма точно описать внешность преступника. Одио не поверил своим ушам — он ничего не совершал, как такое могло произойти? Началась долгая череда судов. Свидетель попал под программу защиты, так что Киллер даже не мог узнать, кто «его» видел. В процессе расследования находились новые улики, связывающие Одио с этим преступлением. Жертвой был тот самый одноклассник, когда-то давно кинувший в парня булку — Киллер тогда его покалечил, издевался над ним все последующие школьные годы, а затем нашел его через пять лет и убил. Ну да, все логично. Только он о нем после школы ни разу не вспоминал и понятия не имел, где тот живет и работает. Оружие преступления — небольшой складной нож, которым жертве одним точным движением перерезали горло в собственной квартире. Его почему-то только через несколько дней после задержания обнаружили в квартире Одио, спрятанным в вентиляционном отверстии. На ноже, как и ожидалось, были следы крови жертвы и отпечатки пальцев обвиняемого. Даже, если бы он совершил это убийство, чего он точно не делал, разве он бы оставил нож с кровью и отпечатками в своей квартире? Ну что за тупость? Но следствие было непреклонно. Все улики были против Киллера. Ни одному его слову не верили, особенно после того, как всплыли факты из его прошлого. Удобные для обвинителя факты, надо сказать. Девушка в скором после задержания времени переехала в другой город и оборвала всю связь со своим уже бывшим парнем. Она тоже поверила, что он способен на убийство? Ну и скатертью дорожка.       Однажды один из охранников, подмигнув, передал Одио записку, в которой кривым почерком было накалякано: «Мягких нар, предатель». Тут у Киллера в голове все сошлось. Его подставили участники банды, в которой он еще состоял в школе, а затем ушел, не желая больше иметь с ней ничего общего. Во время последнего «разговора» Одио обронил свой нож, маленький складной, который часто крутил в руках от нервов или скуки. На нем обязательно должны были остаться его отпечатки. Да и ДНК добыть не проблема — он часто пользовался стаканами и столовыми приборами в их штаб-квартире. Узнать про то, что он был знаком с тем парнем тоже не составило бы труда. Остается только один вопрос — почему сейчас, спустя пять лет? Они ждали, когда его жизнь, наконец, станет счастливой? Или они о нем забыли и вспомнили, увидев в какой-то новости или репортаже, обнажая затаенную обиду? В любом случае, не важно, почему это произошло, важно — как это исправить. И пока что Киллер не видел ни одного удачного для себя сценария.       Найтмер узнал о следствии против бывшего адвоката совершенно случайно из какой-то небольшой статьи газеты, которую, отдавая дань традициям, каждое утро в киоске брал Рипер. Отчего-то заинтересовавшись этим делом, Нокс стал «копать» под Киллера и в скором времени понял, что в его истории что-то не сходится. Проведя небольшое расследование — по большей части, чтоб удовлетворить свое любопытство и проверить интуицию, — Найтмер понял, что ситуация Одио сильно напоминает ту, с которой приходят в SA. Однако Киллер не их клиент, так что ему до него не должно быть никакого дела. Но все же мужчина долгое время не мог выкинуть из головы черноглазого парня, скрывающего за ухмылкой свое отчаянное положение, поэтому все-таки решился сам ему помочь.       Нокс смог договориться о встрече с Киллером, предложив тому свои услуги. Вначале Одио рассмеялся в лицо мужчине, посчитав это очередной издевкой от своих «приятелей», но Найтмер был непреклонен. В итоге Киллер рассказал ему свою историю жизни и версию произошедшего — честно, без фальши и недомолвок. Почему-то циановые глаза и мягкий бархатный голос внушали доверие. Да и что ему было терять? Он все равно одной ногой уже в тюрьме. Нокс внимательно все выслушал и, нахмурившись, ушел из комнаты «для свиданий», не проронив ни слова. Одио оставался в полном неведении о деятельности своего названного защитника несколько недель, а затем дело резко закрыли — настоящий преступник сознался, написав чистосердечное признание. Как и предполагал Киллер, убийство совершил один из участников банды. Одио оказался на свободе.       Вернувшись в свою квартиру, на столе парень обнаружил визитку SA с обратным адресом. Поддавшись любопытству, Одио приехал в назначенное место, где его уже ожидал Найтмер, чтобы сделать предложение, от которого Киллер не смог отказаться. Так черноглазый стал частью компании, забросив свою адвокатскую деятельность. Почему Найтмер выбрал его, Киллер до сих пор мог только догадываться, а Босс на его вопросы всегда лишь пожимал плечами и отвечал: «Так звезды сложились».