Место где мы есть

«В так называемом «человеческом обществе», где я жил до сих пор, как в преисподней, если и есть бесспорная истина, то только одна: все проходит».

Осаму Дазай

      Уильям мрачно рассматривает конверт. Его одолевают сомнения. Если это ловушка матери. Неужели, кто-то из его людей сдал Уильяма. Но окажись это правдой, Уильям получит свободу. Он привык никому не доверять, но это слишком искушающе. Как можно отказаться.       Письмо красиво украшал сургуч с довольно известной печатью. Известна она своей редкостью. Ренкомпри — уважаемая семья потомственных аристократов. Несмотря на свою власть и поддержку, ведут закрытый образ жизни. В свет обычно выходит только Жаклин Ренкомпри. Статная женщина средних лет. Вдова. По официальным данным не состоит в отношениях. Неужели Марион пришёлся ей по душе? Мерзость какая. Люди и впрямь отвратительные существа. Даже строя годами идеальную репутацию, они умудряются создавать бесстыдные связи. Если жизнь предоставляет Уильяму такой подарок, он непременно им воспользуется. Люди лишь инструменты для достижения целей. И Уильям добивается своих целей. А другие, пусть видят только Марион.

***

Уилл расслабляет тело, давая понять другим, что не будет вырываться. Если им нужны ответы, её предоставят. — Эндрю учился на класс младше меня в школе. Он там недолго пробыл, но мы обменялись номерами и время от времени переписывались. Слышится удивлённый хмык со стороны другого близнеца. — Эндрю поладил так быстро, и даже связь поддерживал, с трудом верится. — А мы и не ладили. Просто обычное стечение обстоятельств. — Эндрю не водиться с обычными, — твердо припечатывает Аарон. Прижатый к холодной поверхности парень, согласно угукает. Так и есть. С правдой не спорят. Хэммик расслабляет руки и помогает мне встать. — Без обид, просто бывшие знакомые Эндрю были уёбками. Мы просто хотели убедиться, что ты не… — Да кто может быть опасен Эндрю? Просто никому. Уилл мысленно добавляет: «Кроме него самого». Аарон и Ники переглядываются, но молчат. Всё прошло относительно хорошо. Уилл даже не успел понервничать. Окружающие Эндрю поголовно имеют движ в черепно-мозговом отделе. Давно пора привыкнуть. Но хотя бы доехали без приключений. — Тебе особое приглашение нужно?!       Заметив неуверенного брюнета, разозлился Аарон. Тот в свою очередь просто фыркнул и поплелся в дом. В дом Эндрю. В груди что-то трепетало и жалось, то ли от страха, то ли от надежды. Непонятно на что именно. Надежда, совершенно не к месту, и не к ситуации. Ни к кому. Эндрю и надежда. Просто бессмыслие какое-то. Стоило Уиллу сделать пару шагов вперёд, как он задрожал. «Назад!». Парень крутанулся и пошёл быстрым шагом. — Я взял твои скромные пожитки.       Ники затряс сумкой, явно не думая о вероятности того, что там есть жидкость или хрупкие предметы. Смотря на это, владелец просто промолчал. Сейчас нужно валить. Он зря согласился. Не то чтобы у него был выбор. Нужно оставить его покое. — Если попытаешься удрать, пожалеешь. — Аарон, просто Уили-и немного стеснительный. Блондин злобно проматерился на всех представителей нетрадиционной ориентации. Ники просто больше бесил кузена, словами: «Ты просто своего ещё не встретил». — Не коверкай моё имя. Там два «л». Ники просто пропустил мимо ушей. У него напрочь отбит инстинкт самосохранения. Однажды он напорётся на менее безразличного человека. Просто Уиллу плевать. Пока что, плевать. — Почему так долго? Он уже порывался сам выехать!       Приближение рыжеволосого парня, оставалось незаметным, пока он не раскрыл рот. Красивый голос. Успокаивающий. Лёгкая зависть кольнула в саму душу. Мать долго таскала Уильяма по разным театральным кружком, где он учился менять тембр голоса. Как правильные навыки дыхания учат правильно извлекать звук и самоконтролю. Ведь у безупречного Марион не могли быть недостатки. Интересно, а этот парень догадывается какой он везунчик. Пока брюнет был в своих раздумьях, его рассматривали. Уилл сдержал порыв закатить глаза. Он сюда что, на кастинг в журнал Playboy приехал?! — Прости за излишний интерес, мне не терпелось познакомиться, кхм. Я Нил Джостен. Познакомиться? С ним? Он сейчас на полном серьёзе? Какого хера! — Уилл Грей, я в уборную. А что нужно было сказать?! «Приятно познакомиться!» Брюнета затошнит от такого лицемерия. Ему вообще не хотелось даже подходить к рыжему. Прав был Эндрю. Он стал тем ещё ссыклом.       Ники махнул рукой, показывая куда идти. В след ему пробурчали что-то про фамилию. Кузен наверно дулся, что он был не первым, кто узнал. Быстро закрыв дверь, опустил крышку унитаза. Ему нужно собраться с мыслями. Как назло, дверь закрывалась на жалкую щеколду. Стоит слегка потянуть, как вырвешь её с гвоздями. В дверь затарабанили, не жалея сил. Брюнет очнувшись от мыслей еле слышно заругался. — Ты сдох там или как?       Крики Аарона начинали понемногу раздражать. И даже тот факт, что близнецы обладали почти идентичными голосами, данного факта не менял.       Уилл только хотел уже встать, как дверь с размаху отворяется. Сопливая железяка со звоном отлетает в его сторону. Закрыв лицо руками, Уилл падает на сидушку. Ярость мигом разгорается, и парень был готов высказать всё самое «хорошее» этому ублюдку, как замирает. Секунды хватает понять — это младший близнец. Блондин громко дышит, испуская сильные волны негатива. Крылья носа двигаются, сжатые челюсти скрипят зубами, а улыбка растягивается всё шире. — Да ты уже в край ебанулся, Эндрю?! Я за тобой чинить не буду. Аарон прервал любование лицом любимого. Уилл опускает глаза на уровень ниже. Он не хочет встречаться с его глазами. Даже обладая ростом выше, чем у Миньярда, в такие моменты чувствовал себя всегда под каким-то давлением. Рост 165 не помогал. — Привет, я… здесь. Какие там, приготовленные в голове диалоги. Стоит Эндрю появиться, как всё ломается, как карточный домик. — Я хочу тебя убить. Вот и поздоровались после года разлуки. Ну если нужно молча идти, он это сделает. Никаких проблем. — Ники, дай сюда. Хэммик поднял сумку Уилла. Брюнет смотрит беспомощным взглядом. Блядство. Это просто полный провал. Может он не сильно будет рыться. — Ты хочешь мне что-то сказать, Уи‐и-л-л-л?       По ногам идёт мелкая, приятная дрожь. Вот и причина любви брюнета именно к двойному «л». Эндрю говорит его настолько греховно и непристойно, хочется податься всем смертным грехам. — Ничего. Голос хрипит, хочется обмочить горло. Демон на плече шепчет: «В его семени». — Так ты не против, я рад. В его сумке бесцеремонно копаются. Пачка лакричных палочек была присвоена моментально. Уилл мысленно молился, лишь бы Эндрю закончил на этом. — Розовые? За год ты совсем съехал своей дурной башкой.       Уилл замер. Он увидел. Да что это такое! Почему его угораздило взять с собой ту анальную пробку. Он даже её не использовал, она абсолютно новая. Уиллу хочется просто застрелиться.