The Contingency // Непредвиденная ситуация

— Но я не издевалась над ней, maman, она издевалась надо мной! — Достаточно, Маринетт! Мы растили тебя лучшим человеком, и пока ты не будешь готова извиниться перед бедной девочкой и признать правду, ты под домашним арестом! Тебе запрещено выходить куда-либо, кроме–… С этого момента Маринетт перестала обращать внимание на брань, которой её наградила мать. Как только родители отказались выслушивать её сторону истории, она знала, что всё кончено: официально не осталось ничего, что раньше удерживало её в Париже. Настало время приводить в действие «План для непредвиденных ситуаций номер 9: Исчезновение». Она надеялась, что до этого не дойдёт, но в глубине души понимала — такая развязка была неизбежна с тех пор, как лгунья добилась её исключения несколько месяцев назад. Хотя Маринетт не хотела верить, что родители отвернутся от неё так легко, она готовилась к этой непредвиденной ситуации целую вечность, и никто не заметил. После патрулей она начала кропотливо создавать новую личность с помощью Тикки, Трикс и своих собственных, с трудом приобретённых, хакерских навыков. Потребовалось время, чтобы убедиться, что они создали всё необходимое для этой личности, дабы остаться незамеченными людьми, следящими за фейками, и получить полулегальные физические копии созданных деталей, но они справились. Параллельно с созданием личности она начала переводить деньги, полученные с заказов, на новый счёт, который привязала к своей новой личности, тратя лишнее время, чтобы удостовериться, что сможет ускользнуть от всеобщего внимания. Каалки помогала, тщательно выбирая место, где Маринетт смогла бы смешаться с толпой; город, где она смогла бы полностью исчезнуть. Место, где никто из её бывших друзей и семьи не сумеет отыскать её, даже если бы им каким-то образом удалось точно определить город. Готэм. Как только локация была выбрана и обговорена, они начали искать безопасное место жительства, и, хотя на поиск чего-то стоящего, ушло время, она нашла то, что ей действительно нравилось и скоро отправилась в Готэм, чтобы встретить арендодателя и снять квартиру для своей новой личности. Со всеми заказами, которые Маринетт смогла взять в свободное время, появившееся после того, как её единогласно сместили с поста президента класса, вдобавок ко времени, которое она выиграла от внезапной потери друзей, у неё было более чем достаточно денег, чтобы арендовать желаемое место и к своему заселению обеспечить его всем, что может понадобиться для её работы. Оставалось только упаковать некоторые вещи и незавершённые заказы, захватить шкатулку чудес и переместиться. Обратив внимание на гневную тираду матери как раз вовремя, чтобы услышать приказ идти в свою комнату, Маринетт проглотила свои разочарование и отчаяние, тщательно откладывая все эти назойливые отрицательные эмоции, чтобы разобраться с ними позже, когда она наденет невозмутимую маску, а слёзы давно высохнут. Она была так уверена, что её родители, даже если никого больше не останется, будут на её стороне. Она ошибалась. Теперь Маринетт, зайдя в свою комнату и сев на рабочий стол, начала готовиться разыграть выбранный план для непредвиденной ситуации. Несмотря на то, что она не просила вслух, квами начали помогать ей с приготовлениями, вытаскивая простой красный чемоданчик и осторожно упаковывая все вещи, которые она редко носила, вместе с некоторыми предметами первой необходимости, поверх всего этого ставя для неё шкатулку чудес. Сделать оставалось не так много всего. Всё важное уже было приготовлено. Нужно было только создать несколько ложных путей на её компьютере и телефоне, а также отправить предупреждение всем её клиентам, что она провела ребрендинг и сделала новый сайт, оставить им ссылку и заверить, что все их заказы будут закончены к обговорённому сроку. Она убедилась, что включила дополнительную записку для тех, кто знает, что она MDC, где говорилось, что она переезжает и поссорилась с родителями, так что, если они спросят, сделать ей одолжение и, пожалуйста, ничего им не сообщать. Маринетт никогда не верила, что ей правда придётся приводить в действие этот план. У неё было так много веры в её семью, её друзей, но один за другим они отвернулись от неё; выбросили её прочь, взамен на новенькую блестящую лгунью. Казалось, что эта вера была растоптана, когда доверие её горячо любимых родителей рухнуло и разбилось вдребезги прямо перед её отчаянным, заплаканным лицом. — Хранитель, — мягко позвал Вейзз, устроившись у неё на плече, — к нашему отправлению всё готово. — Спасибо вам, всем вам. Мы откроем портал прямо внутри новой квартиры, Каалки, ты помнишь координаты? — Конечно, Хранитель. Мы можем отправиться в любой момент, когда ты будешь готова. Маринетт замерла, чтобы бросить последний взгляд на место, где она провела всю свою жизнь. Место, где она впервые сделала стежок, впервые встретила Тикки, создала свой первый заказ, пережила одержимость своей первой влюблённостью — здесь, именно в этой комнате, было создано так много хороших воспоминаний. Теперь все эти воспоминания омрачали остые уколы предательства и печали. Она оглянулась на чемодан, который квами собрали для неё, и была встречена большими, грустными глазами Тикки, наблюдавшей за её сборами. — Мне так жаль, Маринетт, — мягко вздохнула она. — Хотела бы я, чтобы этого никогда не произошло. — Не волнуйся, Тикки, мы пройдём через всё, вместе. Каждый, кто так просто поддался влиянию лгуньи, очевидно, не особо верил мне с самого начала, и хоть мне будет трудно, я не волнуюсь, потому что у меня есть вы, ребята. Вы — единственная семья, в которой я нуждаюсь, чтобы справиться с этим, — все квами бросились на неё, как только она договорила, большинство из них со слезящимися глазами и шмыгающим носом, и Маринетт мягко похлопывала каждого из них с нежной улыбкой. Впрочем, несколько мгновений спустя, она поняла, что настало время уходить. — Хорошо, Каалки, я готова. Это наше время, время отправиться домой. Каалки бесшумно открыла портал в новую квартиру, и, когда Маринетт и квами проскользнули в портал, никто из них не оглянулся.