The Contingency // Непредвиденная ситуация

Маринетт в любом случае узнала бы об этом благодаря магии, но это всё ещё оставалось делом принципа. — О, Тимми, недосыпающий ты тупица. Почему ты вышел на патрулирование, если настолько устал, что случайно раскрыл мне свою личность? — она обхватила его лицо своими руками и погладила щёки большими пальцами, пока ждала ответа. —Назло Дику. И не то, чтобы ты скажешь кому-нибудь, мы практически женаты, я доверяю тебе не без оснований. А сейчас, пожалуйста, мой кофедилер, производитель лучшего кофе, который я когда-либо пробовал, могу ли я получить божественный нектар? — даже с маской на его лице, она могла разглядеть умоляющее выражение лица. Чёрт возьми. Ну почему он должен быть таким милым? — Отлично, — она вздохнула, отраняясь от него, и направляясь приготовить ему термос. Маринетт могла поклясться, что услышала хныканье Тима, когда убрала руки с его лица. Потребовалась всего минута, чтобы подготовить термос, однако у неё были условия, — но когда ты закончишь патрулирование, ты должен вернуться сюда, чтобы я могла дать тебе Средство от Бессонницы, хорошо? Он мягко улыбнулся, беря предложенный термос: — Конечно, Мари. Я вернусь так быстро, как только смогу. И с этими словами, он снова исчез за дверьми её балкона. Она тупо уставилась на балконные двери. Конечно он уже герой. Почему бы и нет? Мысль вызвала у неё разражённый вздох, но Маринетт не могла отрицать, что это многое упростит, когда она признается ему, что является парижской героиней. *** Добыв кофе у кофейной богини, он вернул на место коммуникатор и помчался обратно к месту, где бросил Дика, который теперь сходил с ума из-за того исчезновения Тима, сразу после того, как он повернулся к нему спиной. Дик обернулся, когда Тим приземлился рядом с ним на крыше: — Где ты был? Я отвернулся на секунду, и вдруг тебя нигде нет! Тим пожал плечами, пока пил из термоса, предоставленного ему Мари. Она несомненно была лучшей богиней из всех, кого он когда-либо встречал. И он на самом деле встречал нескольких. — Ну, вы, ребята, лишили меня кофе, а, если я хочу пережить патруль, он мне необходим. Так что я ушёл навестить своего кофедилера. — Ты даже не должен патрулировать! Мы забрали кофе, чтобы ты выспался! — он остановился, когда осознал последнее, что сказал Тим. — Ты только что сказал кофедилер? Тим поднял брови, делая ещё один глоток этого наипрелестнейшего нектара: — Возможно. Дик разочарованно всплеснул руками, вцепившись в свои волосы и недоуменно посмотрел на Тима: — Что «кофедилер» вообще значит? Тим продолжал пристально смотреть, пока делал ещё один большой глоток: — Это значит, что есть человек, у которого я могу получить кофе. — Кто? — Как будто я скажу тебе. Мне не нужно, чтобы ты пытался убедить моего дилера отказать мне ради тебя. — …Ты понимаешь, насколько это плохо звучит, да? — Без разницы. Давай скорее закончим это. Патруль прошёл без происшествий, если не считать попытки Дика разузнать больше о его кофедилере. Тиму придётся бросить его, когда патрулирование закончится, чтобы он смог вернуться к Мари без Дика на хвосте. Когда Тим вернулся в квартиру Мари через несколько часов после того, как он вывалился оттуда, теперь заходя через дверь в гражданском обличье, вместо посещения балкона в костюме. Мари уже приготовила кружку Средства от Бессонницы для него, и теперь, когда он появился, потащила его к стойке, чтобы заставить выпить. Он выпил половину, прежде чем осознал, что у неё напитка нет, хотя она выглядит даже мертвее, чем он, чего он терпеть не собирается. Если он должен спать, то и она тоже. — Почему у тебя ничего нет? — его вопрос был задан небрежно, чтобы понизить её оборону. — О, ну-… — сработало. Как только она ослабила защиту, чтобы дать ему оправдание, почему она заставляет спать только его, а сама спать не собирается, он набрал полный рот Средства от Бессонницы. Пока она лепетала своё оправдание, он быстро приподнял её подбородок, придерживая её затылок, и поцеловал её. С её шоком, он легко заставил её губы открыться, чтобы передать Средство от Бессонницы ей в рот, где она рефлекторно проглотила его. Так как они уже целовались, он решил воспользоваться ситуацией в свою пользу и поцеловать её как следует, нежно исследуя её рот и подталкивая её к собственному кроткому исследованию. Он не отступал до тех пор, пока она осторожно не прижала ладони к его груди. Они всё ещё были невероятно близко, обвивая друг друга руками, пытаясь отдышаться, мягко выдыхая в пространство другого. То, как она подняла на него взгляд с таким мягким и любящим выражением лица, даже с затянувшимся потрясением, заставило его сердце пропустить удар. Мари отодвинулась, чтобы игриво взглянуть на него: — Не могу поверить, что ты просто только что обманул меня, чтобы напоить Средством от Бессонницы. Он самодовольно усмехнулся: — Мы спим вместе или не спим вообще. Бессонные, сплотитесь! Она хихикнула: — Верно, Красный, — поддразнила она, — давай приготовимся ко сну. Ну, по крайней мере, если она дразнила его, значит она приняла тот факт, что он линчеватель. Это хорошо. Им всё ещё придётся поговорить об этом позже, когда их мозги будут в более рабочем состоянии. Он хотел удостовериться, что это её устраивает. Они сделали так, как предложила Мари, готовясь к совместному сну. Тим ещё должен был перевезти свой новый гардероб в поместье и проводил у Мари так много времени, что практически поселился у неё. Из-за того, как часто он приходил, он хранил всё, что ему могло понадобится, в её квартире. Как только они были готовы, Тим подтащил её к кровати, убеждая лечь, прежде чем забраться туда после неё. Он обнял её, оберегающе обвив руками, и зарывшись лицом в её волосы, готовый спать всё время, пока Мари в безопасности в его руках. На следующий день он проснулся, всё ещё обнимая Мари. Просыпаться, со всё ещё спящей в его объятиях Мари, было одним из его любимейших занятий. Если он сможет просыпаться с ней до конца жизни, он будет счастлив. Она зашевелилась, когда он попытался встать, и сонно моргнула, глядя на него снизу вверх: — У тебя есть сегодня работа? — она тихонько зевнула. Мари была такой очаровательной в сонном состоянии. — Ага. И встреча с потенциальным бизнес-партнёром и его ребёнком. — он не казался взволнованным. — О, и с кем же? — С Габриэлем Агрестом и его сыном Адрианом. — эти слова заставили Мари застыть на долю секунды, настолько крохотную, что он мог бы подумать, что ему показалось, но то, как дрожал её голос, когда она отвечала, доказал, что нет. — Оу. Уверена, что будет интересно. Я следила за брендом Габриэля какое-то время, когда была моложе, хотя сейчас он мне не особо нравится. Тут была история, Тим был уверен. В любом случае, на самом деле, она никогда не говорила о своём прошлом, так что он не знал, как спросить её об этом. В конце концов, он решил просто не спрашивать. — Понимаю. Он довольно популярен, но я предпочитаю ваши работы, мисс MAL. Это вызвало у неё смешок, когда она выбиралась из кровати, подталкивая его к ванне и заявляя, что она сделает завтрак и ему придётся всё съесть. У него не было к этому никаких претензий. Еда Мари могла посоперничать с едой Альфреда. После того, как они позавтракали, Мари сделала ему кофе с собой в термосе вместе с обедом, чтобы она могла быть уверена, что он поел. Сегодня у него не было времени заскочить на обед, что разочаровывало. Но он всё ещё сможет есть еду Мари, так что ему не нужно расстраиваться из-за этого слишком сильно. Работа была обычной и скучной, единственный приятным моментом были люди, хвалящие его костюм, один из тех, что Мари сделала для него. Он был гладким и чёрным с крохотными деталями, которые глаз улавливал, когда Тим двигался. Он был приятным и утончённым. Классический бизнес-костюм в стиле Мари. Тим был влюблён в него. Ко времени начала встречи он изучил обоих Агрестов, с которыми он встречался, и смог найти только одну их возможную связь с Мари, когда MDC стали победителями в дизайнерском конкурсе, проводимом Габриэлем, когда Мари было около тринадцати лет. Он не нашёл ничего кроме этого, что вызывало больше вопросов, чем ответов. — Мистер Дрейк, Гарбриэль Агрест его сын здесь для встречи с вами. — Спасибо, пожалуйста, пригласите их войти. Первым, что он заметил, когда они вошли в комнату, была холодность и отчуждённость поведения Габриэля. Второй было то, что его сын выглядел смертельно скучающим, а встреча ещё даже не началась. Фантастика. Тим встал, чтобы поприветствовать их, и, как только обмен любезностями был окончен и все расселись, они приступили к встрече. Это была довольно прямолинейная встреча. Габриэль был заинтересован в том, чтобы вести бизнес с Уэйн Энтерпзайзис, надеясь открыть филиал бренда «Габриэль» в Готэме и, по возможности, быть дизайнером для семьи Уэйн. — Я не могу отвечать за остальную часть моей семьи, но у меня уже есть личный дизайнер. Это заставило дизайнера остановится. То, что у Тима был личный дизайнер, не было известно широкой публике. Даже его семья ещё не знала. — Могу я поинтересоваться, кто это? — MAL. — Я понимаю. Они хорошо работают. Джаггед Стоун назвал этот бренд своим любимым, если я не ошибаюсь. — Вы правы. Костюм, который я ношу, на самом деле, оригинальная работа MAL. — Впечатляюще. Хотя он казался слегка раздраженным упущенным шансом стать дизайнером со-генерального директора Уэйн Энтерпрайзис, Габриэль был обезоруживающе вежлив всю оставшуюся часть встречи. Его сын, однако, не был. Когда Адриан был вовлечён, его замечания были отвлечёнными, а на простейшие бизнес-вопросы он давал отвратительные ответы. Он казался очень заносчивым. Тим был счастлив, когда встреча наконец-то закончилась. Он сказал Габриэлю, что обсудит потенциальную сделку с Брюсом, но не упомянул, что совершенно не впечатлён, и что не стал бы сотрудничать с ними в будущем. Ещё он был приглашён на показ мод, в котором они принимали участие. Может быть, Мари захочет пойти. Или, может быть, нет, подумал он, когда вспомнил её краткую реакцию на упоминание этих людей утром. Он решил спросить этом позже. Что произошло гораздо позже, чем Тим думал, так как его пригласили на обязательный семейный ужин, в дополнение к ночному патрулю. Да он везунчик. Он бы предпочёл провести время с Мари. Которая была очень разочарована тем, что он не смог прийти на ужин. И она тоже хотела поговорить с ним о чём-то сегодня вечером. Сказала, что это важно. Кстати о Мари, она писала ему прямо сейчас. Похоже, в последнюю минуту ей нужно было заскочить в магазин тканей, чтобы подготовить материалы для проекта, над которым она работала. Единственная пробема заключалась в том, что на улице уже стемнело. А они были в Готэме. Он сделал крюк в сторону торгового района, где находился её любимый магазин тканей, чтобы присмотреть за ней. Он был в паре минут ходьбы от магазина, когда услышал шум в нескольких крышах от него. Он отправился проверить и увиденное заставило его кровь вскипеть. Мари была прижата спиной к стене на крыше каким-то чуваком в кошачьем костюме, стоящем в нескольких футах перед ней. Она держалась за бок, и, при более внимательном осмотре, он заметил, что её рубашка была разодрана в этом месте, и у неё шла кровь. Когда он посмотрел в её лицо и увидел страх в глазах, когда она достала из сумки золотую дубинку и оттолкнула ей кошко-мальчика, он понял, что пришло время освежевать этого кота. Никому не сойдёт с рук ранить Мари. До тех пор, пока Тим всё ещё дышит. *** После признания не спавшего Тима, Маринетт знала, что нужно рассказать ему о Париже. Единственная проблема заключалась в том, что они оба были слишком заняты, и она предпочла бы сделать это после того, как позаботится о ситуации Кота. Когда Тим упомянул, с кем встречается, она поняла, что для этого слишком поздно. Маринетт решила, что расскажет ему, когда он заглянет сегодня ночью. Если бы она знала, что бизнес-поездка Габриэля планируется в Готэм, она подготовилась бы гораздо лучше. Но без какого-либо предупреждения она не могла предугадать это. Вот, почему она бежала в свой любимый магазин тканей. Ночью. В Готэме. Но она сказала Тиму куда идëт, и сегодня ночью он патрулировал, так что всë должно быть в порядке. По крайней мере, она думала так до тех пор, пока не была подхвачена с тротуара нарушителем спокойствия, оказавшимся Котом Нуаром. Он отпустил еë, как только они оказалось на крыше, и Мари попятилась от него. — Принцесса! Я нашел тебя! — он казался взволнованным, но все, что Маринетт почувствовала, при виде его улыбки — это ужас. — Что ты здесь делаешь, Кот? — настороженно спросила она, на всякий случай призывая в сумочку золотую версию его жезла. — Я здесь по делу, но, когда увидел тебя, понял, что должен поговорить с тобой. В конце концов, ты довольно неожиданно исчезла. Все волновались. Особенно, когда ты как будто перестала официально существовать, — его обвиняющие взгляд и тон голоса раздражали еë. — Но сейчас, когда я тебя нашëл, я могу вернуть тебя домой, и всë сможет стать, как прежде. Ты можешь всë исправить. О нет. — Я никуда с тобой не пойду, Кот. Он рассмеялся: — О, принцесса, так мило, что ты думаешь, что у тебя есть выбор. Я просто сделаю лучшее для нас двоих, — и с этими словами он сделал выпад, разорвав когтями еë рубашку и впившись в бок, толкая спиной к стене. Она оттолкнула его призванным жезлом, и, пока он изо всех сил пытался восстановить равновесие после удара, Кот был внезапно и неожиданно награждён ударом в лицо от яростного Красного Робина. — Что, — рявкнул Тим, — по твоему мнению ты делаешь, грёбанный фурри-фетишист? — он стал между ней и Котом, в защитной стойке и с ледяным выражением лица. Когда Кот поднялся на ноги, держась за синеющую в месте удара Робина щëку, он зашипел: — Не твое дело, мальчик-птичка. Это касается только меня и Маринетт. — Ты сделал это моим делом, как только напал на Мари! Сейчас. Выкладывай своë дело. — боже, Тим на самом деле выглядел взбешённым. Имеет смысл, учитывая его опекающую натуру. Если бы взглядом можно было убивать, Кот был бы мëртв уже сотню, нет, тысячу раз. — Ничто из этого тебя не касается, но Маринетт пропала некоторое время назад. Я всего лишь пытался вернуть еë домой, где она и должна быть. Это никак не связано с тобой, так что отойди в сторону, чтобы я мог забрать свою принцессу, и уйти. Ярость Тима лишь росла. Когда Кот попытался обойти его, чтобы добраться до Маринетт, его схватили за запястья и грубо их вывернули, ударяя в живот. Сильно. Когда он упал, Маринетт поспешно воскликнула: — Кольцо! Забери его кольцо! Без него он беспомощен! Тим действовал по еë подсказке, снимая кольцо с пальца дизориентированного Кота Нуара, и открывая взгляду Адриана. Мари шагнула вслед за Тимом и он позволил ей бережно забрать кольцо, наблюдая, как она крепко сжала его в руке, пристально глядя вниз на Адриана. Когда Адриан встал и уставился на них со смесью ярости и потрясения, она наконец заговорила с ним, стоя прямо, несмотря на жгучую боль в еë порезанном боку. — Адриан Агрест, ты злоупотреблял силой Камня Чудес слишком много раз. Ты был ужасным партнёром для Леди Баг и, в своей гражданской жизни, был менее чем доблестным. Как хранительница чудесной шкатулки, я, Мари Ленуар, настоящим проклинаю тебя. Ты никогда больше не сможешь владеть камнем чудес без особого разрешения от хранителя. Ты также не сможешь никому рассказать о своëм пребывании Котом Нуаром. Тебе не будет разрешено акуматизироваться в попытке вернуть Камень Кота. Абсолютно все, что ты знаешь о чудесах, тебе запрещено разглашать в любой форме. Ты не сможешь вспомнить личность хранителя. Любые попытки вернуть Камень Чудес приведут только к последующему наказанию. Как было сказано, так тому и бывать. Пока она говорила, символ камней чудес начертался на коже Адриана, прямо у его сердца, зловеще сверкая красным и закрепляя проклятие. Это было видимым только для них, хотя остальные могли всë увидеть в том случае, если он попытается нарушить выдвинутые условия. Несмотря на то, что Адриан поражённо уставился на неë, умоляя остановится и извиваясь от боли, она не послушала. Это и так было затянуто. Всë время, пока Маринетт накладывала проклятие, Тим молчаливо стоял рядом, но всë же настороженно взглянул на неë, когда Адриан отреагировал болезненно. Адриан отключился, как только она закончила говорить, и Тим, наконец, заговорил: — Какого. Чëрта. Она вздохнула. — Я собиралась объяснить тебе всë сегодня. Я не могла и подумать, что Кот окажется достаточно глупым, чтобы сделать нечто подобное. Как только мы подкинем его в безопасное место, мы сможем вернуться домой и я всë тебе объясню. — К чëрту кошко-мальчика, он ранил тебя! — Я знаю, что он сделал это, но он не вспомнит большую часть этого, и мы не можем просто оставить его лежать на крыше. Мы можем просто подбросить его обратно в отель или что-то типа того. И тогда ты поможешь мне с перевязкой. — …Ладно. Они оставили Адриана в его отеле, прежде чем Тим помчался к еë дому. Его патрулирование было официально окончено, так что никто из клана летучих мышей не будет его искать. Он нежно очистил и перевязал еë царапины, хотя всë ещë казался кипящим от злости из-за того, как она умудрилась получить рану один раз ночью выйдя без него. Она наконец-то собиралась рассказать ему о ситуации в Париже. Рассказать о Камнях Чудес и о том, как ему было предназначено стать еë истинным партнëром. Маринетт просто надеялась, что Тим не будет слишком зол на неë за сокрытие этой информации.