Курилка ИСБ: как Хеерту чуть яйца не оторвали

Праздничная неделя пролетает незаметно, Дедра успевает привести в порядок голову, освежив-таки цвет волос, выбрав белоснежно-белый в этот раз, без всякого намёка на золотой блонд. Первая рабочая неделя тянется бесконечно долго. Потом наступает равновесие и всё становится как всегда. С той только разницей, что пальцы Дедры сами собой набирают номер Сирила Карна — лекарство от тоски в конце недели. Ты совсем не моё, и люблю я другое… Влюблённый мальчишка, он восторженно смотрит на неё, пожирая глазами в полумраке гостиничного номера. Согревает своей необузданной страстью, что, вероятно, копилась в нём долгие годы, и вот теперь нашла себе выход. Его пальцы касаются её лица, исследуют, гладят, нежно, влюблено до одури. Касаются бородавок. Сначала маленькой, на подбородке, а затем и большой, той, что сбоку, между бровью и ухом. — Не трогай, — говорит Дедра. — Они… — начинает Сирил. — Не смей говорить, что они красивые и что они тебе нравятся! — Мне нравится в тебе всё, Дедра. — К твоему сведению, я их ненавижу. — Так почему не избавишься? Если они тебе так сильно не нравятся. На это Миро ничего не отвечает. — Мне кажется, ты специально от них не избавляешься. Они как барьер от окружающих, один из. Своеобразная защита. Ты не хочешь никого подпускать к себе близко. И думаешь, надеешься, что в частности это, на твой взгляд, несовершенство, оттолкнёт от тебя окружающих. — А ты кто такой, чтобы делать такие выводы? Психолог? — Нет, конечно же, но я читал кое-что на эту тему. — Читал он, — она усмехнулась, но потом нашла-таки время и избавилась от этих несовершенств на её лице. Майор Партагаз, зараза такая, не впечатлился, оставив при себе мнение относительно произошедших во внешности Дедры перемен, если вообще имел таковое. В сексе Сирил был хорош. Очень хорош. Но вот что касалось всех этих разговоров после, они начинали ей надоедать. Как и его восторженные взгляды, в которых нет-нет, да и проскальзывала то ли обида, то ли необоснованное желание выйти на новый уровень, придав отношениям (звёзды, отношениям!) серьёзность. Казалось, ещё чуть-чуть и он проскулит что-то вроде: ты меня не ценишь как личность, и я тебе нужен только для секса! Родство душ и всё такое… Но пока молчал, справедливо полагая, что после подобных заявлений его могут выставить вон и больше никогда-никогда не позовут на встречу. *** — И когда ты уже расскажешь маме про свою девушку? — как-то спросила госпожа Карн, догадываясь, чем на самом деле вызваны поздние задержки Сирила на работе, как говорил сын. — У меня нет никакой девушки, — отвечал Сирил и формально даже не врал. Ибо Дедра, во-первых, была не девушкой, а женщиной, а, во-вторых, не была его девушкой в смысле «подружкой», с которой бы он встречался — «ходил на свидания» в классическом смысле слова. И уж тем более он не собирался знакомить мать с Миро. — Как скажешь, — согласилась мать. Подозрительно легко. А потом добавила: — Только знай: места для детей здесь нет, и не будет. *** Очередная встреча с Сирилом преподнесла для Дедры сюрприз. Они как обычно, встретились в номере «Тёмного королевства», разделись, выпили, перекусили. И уже переходили к главному мероприятию вечера, как Сирил достал презерватив, с явным намерением использовать его по назначению. — Что это? — спросила Дедра. — В смысле, зачем? Сирил по-мальчишески покраснел, и пролепетал что-то там про нежелательные последствия физической стороны любви. «Такой милый, в самом деле, — подумала Дедра. — Заботится обо мне». Кажется, впервые за всю жизнь кто-то из её мужчин сам стал инициатором использования резинки. Обычно все наоборот отнекивались, мол, чувствительность притупляется. Как выразился один из её любовников, это как есть стейк в полиэтиленовой упаковке. — Не беспокойся об этом. Что касается нежелательной беременности, то в этом вопросе я себя полностью обезопасила, Сирил. Так что это лишнее. Хотя, если у тебя есть кто-то ещё, тогда да, тогда надевай, — она сказала это совершенно спокойно, без капли ревности. Какая к чёрту ревность, вы о чём? — У меня нет никого, кроме тебя, Дедра, — произнёс Сирил. — Тогда иди уже ко мне, мой сладкий, — Миро приглашающе раскрыла для него объятия. В общем, в этот раз они обошлись без лишних препятствий, мешающих обмену жидкостями между телами. И всё было хорошо, томно-прекрасно. Кроме этих дурацких разговоров, которые инициировал Сирил после, лёжа в кровати. Вероятно, богиня всё больше и больше превращалась в его глазах в обычную женщину, красивую, невероятную, но всё же, не без недостатков, главным из которых было, по его мнению, нежелание впускать его в свою жизнь. За пределами гостиничного номера. — Ну что ты от меня ещё хочешь, Сирил? Помимо секса. — Спросила Миро. — Любви? Не смеши меня, — она и вправду засмеялась. — Любовь — это для детей, взрослым нужны деньги. А, может быть даже, позовёшь замуж? В этом «замужем» нет ничего хорошего, поверь мне, я проверяла. Лицо его стало очень серьёзным. «Блядь, неужели, вот... он думал об этом? И думал серьёзно?» — Возможно, тогда это был просто не твой человек? — предположил Карн. — Возможно, — согласилась Дедра. — Но, сказать по правде, мне не очень нравится сама идея постоянного проживания с кем-то на одной территории. Я — волк-одиночка, Сирил. «А ты определённо не мой типаж. Слишком нежный, слишком внимательный. Слишком мягкий, в плане характера. Нет, мне нужен… Мне хочется идти по жизни, если уж мы об этом, с сильным, волевым мужчиной, со стальным стержнем внутри. С таким как майор Партагаз, например». Но она, конечно же, ничего этого не сказала Карну, не желая делать простые вещи сложными. — Вот видишь, я не сильна в разговорах о любви. Так что давай вернёмся к части с просто сексом, — предложила она, придвигаясь к нему ближе. Провоцируя, целуя, запуская пальцы в спутанные кудрявые волосы, а затем, опускаясь гораздо ниже, заставляя его улыбнуться. — В этой части у нас с тобой всё очень хорошо. *** Сидя за барной стойкой Дедра Миро наслаждалась горячей, свежесваренной похлёбкой: лапшой с кусочками мяса нерфов. Рядом сидел Сирил Карн, без особого энтузиазма помешивающий свою порцию, запивая её пивом и явно не скрывал своего неудовольствия от происходящего. Маленькая забегаловка, по его мнению, никак не могла претендовать на достойное место для свидания. Он всё же уговорил Дедру на совместную встречу за пределами отеля. Но всё получилось вовсе не так, как ему представлялось… Даже самые скромные мечты разбились о суровую реальность. — Ну что тебе теперь не нравится? — протянула Дедра. — Мы даже сидим не за столиком, — ответил Сирил. — Хотя кругом полно свободных. — Я тебе предупреждала, что это плохая идея. — Наверное, ты была права, — согласился он, набирая ложку и задумчиво выливая содержимое обратно в миску. Он явно не был голоден сейчас. — Конечно, я всегда права, — самоуверенно заявила Дедра. — Сейчас доедим, а дальше, как обычно, поедем. — Нет, — уверенно возразил он. — Нет? — удивилась она. — В смысле, нет? — Пройдёмся, а не поедем, — пояснил он. — Держась за ручки? Или даже в обнимку? Это не мой стиль, ты же знаешь. — Под руку. — Четверть пути. — Половину. На том и порешили. Прогуляться… было несколько странной идеей, ну ладно, так уж и быть. С каждой новой встречей Сирил всё больше и больше надоедал ей своими странными идеями. Свидания, разговоры о невозможном для них общем будущем. Всё это начинало действовать ей не нервы. Оказалось, что ему не нравились грязные разговоры в постели, не нравилось прятаться, встречаясь в отеле. Секс был по-прежнему до умопомрачения хорош, но вот эти рамки до и после, начинали откровенно бесить. Не нравятся грязные разговоры в постели? Тогда проваливай. Но он не уходил. Не нравится прятаться? А кто прячется? Отель расположен на самой верхушке среднего уровня Галактического города, выше начинается премиум-сегмент, оплачивать который у неё средств нет, да и у него тоже. А приглашать к себе домой, она его не собирается. Это уж извините, совсем уж беспардонное нарушение личных границ. А потом появилась Ось. И Дедре Миро стало не до Сирила Карна. Операция на Ферриксе прошла успешно. Блестяще. Им удалось поймать не только Андора, но и саму, точнее, самого Ось, ибо им оказался мужчина. Лютен Раэль, над которым она теперь усиленно работала. Доктор Горст был вне себя от счастья. Он любил свою работу. И сейчас он был занят как никогда прежде. Допросы. Аресты. Снова допросы. Снова Аресты. Это был звёздный час Дедры Миро. И когда её никто не видел, она сияла, лучилась счастьем, добившись, наконец, триумфа. Она представила майору Партагазу список предателей Империи. — Превосходная работа, Дедра, — похвалил её майор. — Спасибо, сэр. Hey hey I saved the world today. Everybody's happy now. The bad things gone away, And everybody's happy now. Эй, эй, сегодня я спас мир. Теперь все счастливы. Плохое осталось позади, И теперь все счастливы. Несколько дней спустя майор вызвал её к себе. Под самый конец рабочего дня. — Присаживайтесь, лейтенант, — сказал Партагаз, и Дедра поспешила выполнить приказ начальства. В наличии имелся только кожаный диван, который предательски скрипнул, когда женщина на него села. Сам майор оставался сидеть за своим рабочим столом. — Вы прекрасно проявили себя на Ферриксе. Благодаря вам мы задавили в зародыше мятеж, грозивший поколебать стабильность и порядок в Империи. — Я просто делала свою работу, сэр, — скромно признала Дедра, однако же, позволяя себе тщеславно улыбнуться в ответ на похвалу и улыбку майора. И разрешила себе смотреть на него, прямо в глаза. Было бы странно сейчас не смотреть. — И вы действительно очень хороши в работе, — произнёс майор. — Однако же я пригласил обсудить не ваши успехи. — Что же, если не успехи, майор, сэр? — спросила Дедра. Нехорошее предчувствие зашевелилось у неё внутри, зародившись преддверием чёрной дыры где-то в районе груди. — Я думаю, вы знаете, о чём я, лейтенант. — Простите, но напротив я понятия не имею о чём вы, сэр. Вместо ответа он вызвал дежурного аттенданта, попросил её принести материалы, касающиеся лейтенанта Миро. Через пару мгновений в кабинет вошла молоденькая энсин, подала майору планшет. — Спасибо, — майор бросил взгляд на часы. Время переползло за отметку официального окончания рабочего. — Уже так поздно, а я и не заметил. Можете быть свободны, энсин. Сегодня вы мне больше не понадобитесь. Энсин ушла, а Дедра Миро осталась, сгорая от нетерпения узнать, что же это за материалы такие, с ней связанные. — Итак, приступим, — сказал майор, выводя на просмотр сначала череду голофото, а затем и видео. Занимательную презентацию вполне себе можно был озаглавить «Дедра Миро и Сирил Карн». Сначала шли целомудренные фото, в одежде. А потом без. А потом ещё видео, со звуком. Со всеми стонами, и пошлостями, уместными за закрытыми дверями номера отеля, но уж никак не в кабинете начальника. Сквозь голограмму майор пристально смотрел на Дедру. Она оставалась невозмутимой, хотя и очень мрачной. В остальном же бесстрастной. Он прокрутил только небольшие, но весьма колоритные отрывки. Затем и вовсе выключил запись. На последнем кусочке она сидела на краю кровати, жадно сосала член Карна, подводя к развязке. Скользила по стволу ладонью, сжимая, приоткрыв рот. Капельки спермы на её губах, на её груди. — Обкончай меня всю? — повторил её слова с вопросительной интонацией майор. Дедра лишь пожала плечами, вместо ответа выдохнув коротко «пф». Что, в самом деле, можно было на это ответить? Ничего вразумительного. — Ваше поведение порочит офицерский мундир, лейтенант, — заявил Партагаз, не дождавшись какого-либо ещё ответа от Дедры. Серьёзно. Ну, или около того. В уголках глаз мужчины притаились озорные искорки веселья. — Смею заметить, что в тот момент, на мне мундира не было, сэр. — И это всё, что вы можете сказать в своё оправдание? — Не вижу причин оправдываться за своё поведение вне служебного времени перед вами, майор. — Не видите, значит? — Не вижу, — подтвердила она, он коротко усмехнулся, она предприняла попытку уточнить его взгляд на этот вопрос: — Есть на что смотреть? — Как ваш начальник я отвечаю за ваш моральный облик, лейтенант. «В таком случае, вы плохо справляетесь с этой своей обязанностью», подумала Дедра, вслух же поостерегшись отвечать таким образом. Вместо этого она спросила: — И как же к вам попала эта запись? — Вы, знаете, как делаются подобные вещи, Дедра. — И кому же было не лень следить за моей скромной персоной? — А вы сами подумайте. Она подумала. У кого из дорогих и горячо любимых коллег она оттяпала подконтрольный сектор? И кому отказала в интимной близости? — Блевин. — Вы можете лучше, Дедра. Не Белвин. Хм. Кто же тогда? Вроде никому больше прищемить хвост она не успела. Если только кто-то хотел перебежать дорожку ей. Кто-то, кто был в курсе её дел. Неужели? — Хеерт, — выплюнула Миро. — Браво. Всего со второго раза угадили. — Но почему? Он всегда был доволен ролью аттенданта. Партагаз хитро посмотрел на неё. — Плох тот солдат, что не мечтает стать генералом, — изрёк майор. — Допустим, но, в самом деле, на что он рассчитывал? Мало ли кто кого трахает. Тем более, после работы. — Карн интересовался Андором. — И Андор пойман, пойман и Ось. Хотите допросить Карна? Пожалуйста. Мне от этого ни жарко, ни холодно. — Вот как, вам совсем не жалко мальчика? Мне казалось, он вам нравится. — Он мне не противен. — И этого было достаточно для вас, Дедра? Я был о вас лучшего мнения. — Признаюсь, мне больше нравятся совершенно другие мужчины, майор. Сильные, властные, на большой должности. Карн — это так, для здоровья. — Не пробовали найти себе мужчину под стать? На большой должности. — Занят? Это был воистину очень странный и очень не простой разговор. Но он очень нравился Дедре. Оставалось надеяться, что и майор Партагаз получает некоторые положительные эмоции от процесса. — Даже если и да, то такая малость разве вас остановит? «Твою дивизию…» Её очередь брать маленькую паузу, чтобы придумать достойный ответ. Хотя, задавать вопросы ей нравится куда больше. — Разрешите говорить откровенно, сэр? — Куда уж откровеннее. Да, разрешаю. — Эта… запись. Полагаю, вам нравится смотреть на такие вещи. Нравится подглядывать. Нравятся грязные разговоры в постели. Бьюсь об заклад, наверняка, вы посмотрели всё полностью, а потом позвали к себе свою молоденькую помощницу. И она вам отсосала, а потом вы хорошенько её оттрахали во все дырки. Она пристально на него смотрит, прямо в глаза и ни капельки не краснеет, не ждёт, что зарумянится и он. Они оба уже давно не застенчивые малолетки. Ну вот, она это сказала. А теперь он либо пошлёт её к черту, либо… должностные её обязанности пополнятся новыми пунктами. — Знаете, Дедра, вы совершенно правы и поскольку я отпустил мою милую помощницу, то сейчас вместо неё придётся хорошенько поработать вам. Вы же не оставите босса со стояком в брюках? Было бы не прилично выйти так, в самом деле, — он вышёл из-за стола. Белая ткань, конечно, прикрывала брюки, но выйти из кабинета в сложившейся ситуации было бы и вправду несколько рискованно. Как минимум, неудобно ему самому. — А вы подрочите, — предложила Дедра. Партагаз деланно удивился, всем своим видом давая понять, что ему нравятся подобного рода прелюдии. — Жестокая женщина, не хочет помочь своему начальнику, — он укоризненно покачал головой. — Если вы настаиваете, — она уже готова была ему подчиниться и помочь в решении возникшей проблемы. — Нет, нет, не надо, я, пожалуй, последую вашему совету. Но только если и вы сделаете то же самое. Ведь наверняка ваши трусики промокли насквозь. — Они промокают всякий раз, когда я смотрю на вас, майор, — ответила она, нетерпеливо заёрзав на диване. — Тогда не стесняйтесь, Дедра, — он расстегивает свой ремень, кладёт на стол, распахивает полы кителя. Расстегивает маленькую пуговку, а затем молнию. Чуть приспускает брюки вниз, и достаёт член; берёт в свою ладонь. — И зовите меня сейчас по имени. Антон. Антон. Звёзды! Как долго она этого ждала! Нарочито медленно, сдерживая себя из последних сил, она начала раздеваться сама. Расстегнуть ремень, снять осточертевший китель, стянув через голову форменную майку и лифчик, обнажая маленькую грудь с торчащими от возбуждения сосками. Расправиться с собственными брюками. И всё это не сводя с Антона жадного взгляда, жаждущего взять дело в свои руки. Но смотреть на то, как его ладонь сжимают его собственный же член — это ещё больше распаляет Дедру: умопомрачительная картинка. — Как прикажите, Антон, — она облизывает губы, кладя ладонь себе на живот, соскальзывая вниз, чувствуя на пальцах шелковистую влагу. Ласкает себя, широко раздвинув ноги в стороны, и смотрит на майора, не отрываясь, как ладонь мужчины водит туда-сюда по стволу. Смотрит на его лицо, прямо в его бесстыжие глаза, которые в свою очередь пожирают взглядом её. Хотя она видит гораздо больше, чем он, ибо всё самое интересное скрыто от мужчины за чёрной тканью форменных брюк. — Кажется, нам обоим пора раздеться, — произносит майор. *** Маленькая приватная комната отдыха майора Партагаза, скрытая за почти потайными дверьми в его кабинете. Душ, широкая кровать, в общем, всё, что необходимо для сверхурочной работы. На благо Империи, конечно же. С распущенными волосами Дедра Миро лежит на кровати, уткнувшись лицом в подушку, глаза завязаны чёрной шелковой лентой; задницей кверху, руки связаны за спиной кожаным ремешком. Она полностью во власти майора Партагаза сейчас и ей это нравится. Мягкий прямоугольный хвостик стека, который держит в руках мужчина, касается Дедры. Сначала легонько ударяет по ягодицам, дразня, затем чуть сильнее, третий удар — с гораздо большим замахом, чем первые два. Она коротко вскрикивает, в большей степени от неожиданности. Чувствуя поначалу некоторую растерянность от потери контроля над ситуацией. Он ударяет снова, теперь ладонью, получается звонче и приятнее ввиду большей площади соприкосновения поверхностей и ощущения его тела. — Ещё! — требует она, и он ударяет снова. Сильнее. Ещё. И ещё. И ещё. Она улыбается, хотя этого он и не видит. — Да, папочка тебя сейчас хорошенько отшлепает! — Как-то не айс… вся эта тема «папа наказывает непослушную дочь»,— произносит Дедра. — Да, ты права, с нашей с тобой разницей в возрасте это звучит как-то не так эротично, как должно, — соглашается Партагаз. Настрой на секундочку сбивается, но это дело поправимое. — Попробуем по-другому. Он ударяет её снова. Сильно. — Ты — блядь, которая только и думает, что о ебле. Только и мечтает раздвинуть ноги для меня. — Да, я твоя шлюха, Антон, и единственное, чего я хочу, чтобы ты как следует мне вставил! Нужная тональность найдена. Дедра чувствует, как с каждым произнесённым словом она тает, плавится. Для него. Для её майора. Течёт как самая похотливая сучка. Хвостик стека касается её снова, теперь мужчина проводит им у неё между ног, сводя с ума этим прикосновением. Нарочито медленно, сверху вниз. Ей хочется большего, она нетерпеливо поводит бёдрами из стороны в сторону. — Стой смирно, Дедра. Ты слишком нетерпелива для шлюхи, — произносит он, и она замирает, подчиняясь. — Вот так хорошо. Стек не больно, но легонько, приятно, ударяет её связанным за спиной рукам. Кожаным хвостиком стека мужчина водит по плечам женщины, нарочно отвлекшись от самого интересного, пробуя на прочность её терпение, а заодно и своё. А терпения осталось не так много, как в самом начале. Пальцы мужчины, наконец, касаются чуть распухших от возбуждения половых губ Дедры, легонько нажимают. Указательный палец проводит ровно посередине, там, где смыкаются складки, становясь чуть влажным после этого неглубокого манёвра. Он раздвигает складки чуть в стороны, ныряя глубже. — Такая мокрая! — восхищенно произносит он. Пальцы гладят мягкую плоть, для начала — нежно, легонько. Затем всё настойчивее, по-хозяйски перебирая податливую кожу, скользят в мокрой, готовой для него Дедре. Касаются влажной щелки, дразнят, не входя. — Вставь мне пальчик! — просит она и этой мольбе он уступает, вставляя сначала один палец, а затем добавляя второй. Третий, когда там становится достаточно места. Это так приятно. Но всё-таки мало. Она прогибается чуть сильнее, давая понять, что ей хочется большего. Он понимает, но хочет, чтобы она сказала это вслух. — Скажи это, скажи мне, чего ты хочешь, Дедра, — произносит он, интенсивно «заряжая» рукой свой член, почти готовый к атаке. — Вставь мне в щелку свой член, Антон! — Похотливая сука! На, получай! — И он вставляет ей, сильно и сразу во всю длину. Быстрый темп, заставляет задыхаться, жадно ловить ртом воздух. И чтобы чуточку отдышаться, чтобы не кончить так сразу, он чуть сбавляет скорость. И теперь нарочито медленно входит и выходит. — Такая узкая! А я-то уж думал, что Карн всю тебя раздолбал. — Этот мальчишка? Он меньше тебя и не такой горячий. Трахай сильнее! — она не просит, она приказывает. Он тянет её за волосы. Ускоряется. Так, что теперь обоим не до слов. Стоны, хрипы, шлепки становятся всё настойчивее и интенсивнее. Обжигая с каждой секундой всё сильнее. — Кончаю! Так ярко! — слышит она его хриплый голос, переходящий в животный рык. Кончает он внутрь. Маленькую вечность спустя, он падает рядом с Дедрой, которая так и остаётся лежать с задранной вверх задницей. — Падай, прелесть моя, — командует он, легонько ударяя её по ягодицам, она подчиняется, распрямляя чуть затекшие ноги. Чуть погодя, он развязывает ей руки, а затем и глаза. Дедра ложится на спину. Разнеженная, хорошенько оттраханная, довольная, хоть и не кончившая. Какое-то время они просто лежат рядом, уставшие, восстанавливая сбившееся дыхание. — Ты кончила? — спрашивает мужчина. — Нет. — Это не дело. Сейчас исправим, садись-ка, так нам будет удобнее. Они садятся, Партагаз обнимает Миро, подложив подушку себе за спину, чтобы было мягко и удобно. Ладонь мужчины ложится на промежность женщины, пальцы нажимают на распухший клитор; выливается сперма. — Ты такая красивая сейчас, Дедра, — шепот обжигает шею, обжигает сознание. — Кончи для меня, девочка. Кончи для своего любимого майора. Девочка. Её давно так никто не называл. Давно уже не девочка. Но ей нравится. Его волшебные пальчики творят чудеса, окончательно сводя с ума, растворяя в неге, расходящейся в стороны пульсирующим ритмом от заветной точки по всему телу, наполняя Дедру невесомой лёгкостью, блаженством. — Антон! — выдыхает она, содрогаясь в волне оргазма, прикрывая глаза, откидывая назад голову. А он всё длит и длит эту сладкую пытку, лаская её клитор, делая удовольствием слегка болезненным. Тонким лезвием боль снова становится негой. Острой, яркой, режущей до самого-самого сердца. Свободной рукой он сжимает её грудь, добавляя ещё больше пронзительной остроты в ощущения. Ладонь скользит по её телу вверх, касается губ, давая ощутить этот волшебный вкус порока, её собственной влаги и его, смешанных в одну субстанцию, пачкающую её губы. Она сосёт его пальцы. — И отныне, никакого Сирила Карна. Ты меня поняла? — Карн? Кто это такой? Впервые слышу. — Я серьёзно, Дедра, — пальцы майора сжимают женскую шейку. Не сильно, но уверенно властно. — Я тоже. Знать не желаю никакого Карна. Он разворачивает её к себе, смотрит на испачканные губы, размазывает по лицу белую жидкость, пачкая женщину ещё больше. Она льнёт к нему, усталая, но всё ещё страждущая, бесконечно охочая до ласки. Шлюха. Он целует её. Его шлюха. Теперь её очередь быть влюблённой дурочкой. Партагаз никуда не торопится, и Дедра позволяет себе неслыханную дерзость: пальцы касаются кустистых бровей, гладят. — Всегда хотела это сделать, — признаётся она. — И только-то? — Ещё: пересчитать пятнышки по всему телу. Поцеловать каждое. — Амбициозно. Но это мы с тобой оставим на следующий раз, — обещает он. — Можно, хотя бы парочку прямо сейчас? — Можно, — разрешат он, и она начинает его целовать. Задел на будущее. *** Следующим утром Хеерт заходит в офис, он полон надежд и амбиций. Которые рассыпаются мелкими осколками, когда он видит лейтенанта, сидящую за столом. Она поднимает голову от рабочего экрана, ждёт, пока он проявит вежливость и поздоровается с начальницей первым. — Доброе утро, лейтенант. — Доброе утро, аттендант, — голос Миро не сулит ничего хорошего. Собственно, как и само присутствие босса. Хеерт то надеялся, что этот кабинет теперь станет его… Видимо, что-то пошло не так. Миро поднимается из-за стола, не сводя холодного взгляда со своего помощника. — Что-то не так? — спрашивает Хеерт. Миро манит его к себе пальцем, заставляя подойти ближе. Приближается сама, почти вплотную. — Знаете, господин Хеерт, открою вам один маленький секрет, оказывается, майор обожает смотреть порно, даже любительское. Но я всё-таки вам советую больше не снимать меня, — мягкий и тихий голос полон опасности. Она резко хватает мужчину за яйца. — Посмеете следить за мной снова — оторву. Вам всё ясно, аттендант? — Так точно, лейтенант, мэм, — нервно отвечает Хеерт, не сомневаясь, что это не пустая угроза с её стороны. — То-то же, — она его отпускает; вернулась за рабочий стол, и как ни в чём не бывало, спросила: — Что там у нас на сегодня? Люсиль Гранди тем временем продумывала коварный план мести, прознав-таки, с кем именно задержался вчера на работе майор Партагаз.