Память на твоих руках

      Он думал о ней всё время. Все ночи, все дни. Стараясь угадать и, наверное, даже иногда угадывая, о чём она думает, что чувствует, о чём мечтает. Он думал о ней постоянно. И дома, и на работе. Она не выходила у него из головы. Мысли о ней щекотали его воспаленные желанием нервы. И столько тепла переполняло его душу, что им можно было растопить даже самый антарктический лёд. Его было так много, что это чувствовали все окружающие. И она тоже не могла не чувствовать этого тепла. И оно непременно должно было согревать её душу. Он верил в это. И надеялся, что с ним, ей стало теплее. Он думал о ней беспрерывно. С утра до вечера и с вечера до утра. Он чувствовал легкую дрожь в теле, когда представлял грядущую встречу. Ждать и терпеть было совершенно невыносимо…       Осенний парк был тих и светел. Деревья и кусты окрасились в старинного золота цвет. В потемневшем пруду купалось лазурное, холодное небо. Плавали и резвились утки. Даже те, кто спешил на работу, пробегая через парк, невольно замедляли шаг, отвлекаясь от телефона, поднимали свой взгляд на окружающие пейзажи, вдыхаюли полной грудью запах свежести и мокрых листьев. Осенний воздух был прохладен и свеж. Но любовь не признает сезонных перемен. Ей всё едино, что дождь, что зной, что ветер жгучий или снег. Ей горячо всегда. Двое встретились. — Ты не замерзла? — окинув спутницу взглядом, заботливо поинтересовался Степан. — Нет, я тепло одета, — улыбнувшись, поспешила успокоить женщина, — только хочется пить. Мужчина достал термос с чаем, открыл крышку, налила и протянул возлюбленной. — Угощайся, твой любимый, очень сладкий, как ты любишь, — подмигнул он, шаркнув ногой об ногу, отдирая прилипший кленовый лист от своего ботинка.       В продолжение часа мужчина рассказывал свои истории. О детстве, старом доме, рыбалке, родном городе, о плюсах летнего загородного лагеря и о многом другом. Очень редко можно встретить родную душу, с которой хочется говорить обо всём. Как оказалось, у них очень много общего: они любят одну и ту же музыку, одну и ту же страну и даже предпочтения в еде у них совпадают. Конечно отличия всё-таки были. Он терпеть не мог сладкое, в то время, как она обожала сладости. Но в то утро он с улыбкой вбухивал сахар в термос, прихватив на прогулку парочку шоколадных пирожных…       Её сердце начинало биться чаще, когда он прикасался к ней с заботой во взгляде. Быть может он и есть тот самый, о ком пишут в романах, о ком снимают фильмы и о ком мечтает каждая женщина? Она не знала, боясь принимать поспешные решения. Ведь ни один предыдущий роман не закончился ничем хорошим, а сил и наивности начинать новый, больше не осталось. Но почему только рядом с ним ей не хотелось быть сильной и смелой. Хотелось быть маленькой, хрупкой и слабой, спрятавшись за широкую спину могучего и бесстрашного. Только рядом с ним не хочется быть мудрой. Ей нравится быть наивной дурочкой, внимающей каждому слову умного и знающего. Хочется позволить себе быть нежной и уступчивой. Более того, иногда побыть капризной маленькой истеричкой и знать, что на неё за это не обидятся… — Ездили мы с одним другом в рыбхоз на карпа. Выбрали место, закинули снасти. Таскаем потихоньку средненьких. И вдруг… Рит, тебе правда интересно? — остановившись, робко спросил он. — Конечно, мне нравится слушать тебя, — без сомнения ответила она, довольно откусывая пирожное.       Очевидно, она говорила правду, — на мгновение задумался Данилов, — В наше время редко можно встретить «своего» человека, а кому-то не встретить и вовсе. Человек — с которым тебе комфортно. Близкий тебе по духу человек, который полностью разделяет твое мнение, поддерживает тебя во всех твоих начинаниях, который готов прийти тебе на помощь в любую секунду и кроме того ты на 150% уверен, что он не предаст тебя. Человека, который стоит всей той боли и душевных травм, пережитых тобой в прошлом. Тот, кто тебе небезразличен и кому небезразличен ты, даже если у тебя нет идеальных параметров, характера или социального положения… — Стёп, так что там с карпами? — вопросительно произнесла Власова, тем самым выдернув друга из собственных мыслей. — Да чёрт с этой рыбалкой, давай лучше я тебя сфотографирую? — внезапно предложил мужчина, сильно желая оставить в памяти это состояние «здесь и сейчас». Немного помявшись к его удивлению она согласилась. По началу Рита заметно нервничала будто ощущая себя «деревянной» и пытаясь вспомнить азы правильного позирования, но в скором времени шутки и комплименты друга раскрепостили и вот уже она от радости подбрасывает в воздух багрово-янтарные листья…       Осенние сумерки уже опустились на город, на улицах стемнело, когда двое подошли к подъезду ничем не примечательной панельной многоэтажки. Они стояли молча и смотрели друг другу в глаза. Степан прикоснулся к её лицу, нежно провёл своими пальцами по её губам. Рита потянулась рукой к его шеи и, найдя, жадно обняла её. И вот его губы прикоснулись к её губам. Она почувствовала пока ещё такое непонятное тепло… Его губы поглотили её всю, но так осторожно, так нежно… Он так боялся напугать её. Минута тишины. Всё замерло. Мужчина любовался её профилем, ярко освещенным луной, сумевшей пробиться сквозь затянутое тучами небо. Женщина пристально смотрела на луну, стараясь запомнить её такой и дать любимому еще несколько секунд насладиться этим чудесным моментом. Еще минута и луна скрывается за облаками. Всё. Пора.