Вечер.

— Чудо, можешь помочь? — А? Да, хён, конечно, через минут десять освобожусь. Сходи пока в душ. — Хорошо, — мужчина оставил лёгкий поцелуй на щеке Намджуна и ушёл в ванную комнату. У каждого в жизни случается такой период, когда хочется что-то в себе изменить, когда смотришь в зеркало и почти тошнит от осознания, что несколько лет выглядишь буквально одинаково. В подростковом возрасте подобные проблемы решаются быстрой сменой образа, но, когда тебе за тридцать, уже становится слегка стыдно красить волосы в условный зелёный, подстригаться причудливым образом или самовыражаться за счёт яркого макияжа, неординарного сочетания одежды и достаточно странных аксессуаров. Во взрослом возрасте не хочется меняться настолько кардинально, но что-то же изменить в себе нужно. Тут на помощь Хосоку пришёл пирсинг. Это и не так заметно, как, к примеру, новый цвет волос или татуировка, но и помогает почувствовать себя обновлённым, а иногда и добавить себе уверенности и искорки. Однако пирсинг – это вещь, требующая ухода, особенно первое время, так что утром и вечером мужчина просит своего мужа о помощи в обработке своих двух проколов. По-хорошему надо бы делать это почаще, но работа не позволяет. Благо на Хосоке все травмы быстро проходят. Та и намного приятнее не самому этим заниматься, а когда тебе помогает любимый мужчина, который, кстати сказать, и подал идею именно такой модификации тела. Хосок только вернулся с работы и ужасно устал. Душ – то, что ему сейчас максимально необходимо. Жаль только, что побаловать себя горячей ванной нельзя. Но как бы там ни было, а отдохнуть хоть немного под слегка тёплыми струями воды – тоже неплохой вариант. Мужчина снимает рубашку и отклеивает пластырь с проколов. Смотря в зеркало, он в который раз убеждается в том, что сделать пирсинг сосков было действительно хорошей идеей. Он, как дорогое бельё – хоть и не видно, а настроение создаёт. Для подобного пирсинга тело Хосока, по мнению Намджуна, идеально подходит: на массивной накачанной груди, рядом с которой сухой пресс, это бы выглядело слегка неуместно, словно если бы на огромного быка повесили нежную вязанную кружевную салфеточку – ну, не смотрелось бы, то же самое и касательно полноватого тела, а вот спортивную подтянутую грудь Хосока вкупе с изящным и не пугающе стальным прессом две тонкие титановые штанги просто идеально подчеркнули. На худом высоком мужчине подобное украшение смотрится просто прекрасно. Ну, или Намджун просто очень любит своего мужа и видит его идеальным во всём. Даже если это и так, то мужчина в любом случае прав, Хосок и сам видит, что ему такое украшение очень идёт, та и энергетика от него исходит какая-то магически сексуальная. Рубашка и вся остальная одежда отправляются в корзину для грязного белья, а сам Хосок прерывает сеанс самолюбования и всё-таки включает воду в душе, заходя в кабинку. Очень сложно договориться со своими руками и не трогать грудь дольше положенного, но мужчина справляется с желанием подёргать серёжки и быстро принимает душ. Пятнадцать минут спустя он выходит из ванной в халате, с мокрыми волосами и маской на лице – мелочь, а Намджуну приятно будет целовать более мягкие и приятно пахнущие щёчки. — Джун, ты уже закончил? — Хосок подходит к мужу и кладёт руки ему на плечи. Намджун скорее всего долго сидел за компьютером, судя по болезненному вздоху от нажатия на мышцу. — Да, я… уже всё, — сколько бы лет он ни знал Хосока, а до сих пор моментами зависает от его красоты. Такой домашний, без макияжа, без натянутой рабочей улыбки он выглядит просто волшебно. — Идём. Мужчины уходят в спальню, Хосок достаёт из тумбочки антисептический спрей и пластырь, после чего садится на кровать, где на его колени сразу приземляется муж. — Давай сначала тебе волосы высушим, хорошо? — Как пожелаешь, чудо моё. Намджун снимает с плеч Хосока полотенце и промакивает им волосы от лишней влаги, слегка массируя кожу головы, после чего встаёт с кровати и находит фен. Пара им нечасто пользуется, но иногда, когда времени особо нет, могут и подсушить им волосы. Тёплый воздух приятно обдувает, а пальцы мужа, прочёсывающие пряди, ощущаются просто идеально. Ещё немного и Хосок замурлычет. День был напряжённым, а такое его завершение чувствуется даже приятнее, чем оно есть на самом деле. Казалось бы, банальная забота, Намджун просто сидит сзади и сушит его волосы, но подобные тёплые семейные моменты и создают ту самую атмосферу, делают из обычной квартиры любимый дом и формируют желание возвращаться туда снова и снова. Довольно быстро волосы Хосока становятся сухими, Намджун заменяет свои пальцы расчёской и зачёсывает блестящие мягкие пряди назад. — Хён, просыпайся, — просит Намджун, когда замечает разморённое состояние Хосока, — ты мне сейчас нужен в сознании, — целует в макушку и встаёт с кровати. — Ага. Отложи фен и садись, — мужчина похлопывает себя по коленям и ждёт, пока его просьбу выполнят. Руки Намджуна быстро развязывают пояс халата и освобождают зону работы от одежды. Мужчина ладонями нежно проводит по животу, груди и шее, в завершение целуя Хосока в губы, слегка сминает грудные мышцы и целует уже в шею, после чего отстраняется и берёт антисептик. За те полторы недели, что у Хосока есть свежие проколы, Намджун научился аккуратно с ними обращаться и обрабатывать, так что сейчас действует чётко и обдуманно. Сначала обеззараживает свои руки, после чего брызгает средством непосредственно на грудь мужа. Жидкость должна попасть и внутрь прокола, поэтому Намджун осторожно сдвигает украшение в сторону и обрабатывает его антисептиком, после чего возвращает штангу в прежнее положение. Те же манипуляции мужчина совершает и со вторым проколом. Занятие это не такое уж и быстрое, особенно, когда не хочешь причинить боль любимому человеку и действуешь максимально аккуратно. Намджун закрывает процедуру, наклеивая на соски мужа по прозрачному квадратику пластыря, откладывает в сторону всё ненужное и смещает фокус внимания на лицо Хосока. Он снимает маску и нежно начинает растирать остатки состава, которым она была пропитана, по коже лица и шеи мужа. Хосок ластится к рукам, ему приятны прикосновения и мягкие поглаживания. Мужчина убирает руки, на которые опирался всё это время, и ложится на кровать, утягивая мужа за собой. Стараясь не задеть травмированную область, Намджун ложится сверху и также аккуратно продолжает ухаживать за кожей лица Хосока, пока средство полностью не впитается. Не только старшему это приносит удовольствие, сам Намджун тоже рад превратить своего мужа в котика и позволить ему отдохнуть и забыться, рад помочь и побыть рядом. — Слезай, моя очередь о тебе позаботиться, — через некоторое время говорит Хосок. — Ложись. — Ты что задумал? — Намджун поднимает голову и с интересом смотрит на мужа. — Для любви, если что, мы оба слишком уставшие. — Ой, для любви мы никогда не будем уставшими, а вот для занятий ей вполне, — оба смеются с этой фразы, Намджун слегка ударяет мужа по прессу и откатывается в сторону. — Эй, не дерись. Я не виноват, что ты так неоднозначно выразился. — Ладно, не суть, так что ты хотел? — Массаж тебе сделать. Ты же опять не отходил целый день от компьютера? — Ну, да. — Джун, я же просил делать перерывы, хотя бы небольшие. Это же влияет на твоё здоровье, — спина Намджуна действительно последнее время не в лучшем состоянии, но мужчина всё равно ставит работу выше своего комфорта. — Знаю, но забываю. Так массаж сделаешь? — руки Хосока – буквально лучшее, что может случиться с уставшими мышцами. — Конечно. Я же предложил. Раздевайся и переворачивайся. Хосок целует мужа в висок и уходит в ванную. Массажного масла дома у них никогда не было, а вот всяких ароматических достаточно много, поэтому мужчина выбирает самое вкусное, по его мнению, и возвращается в спальню. Можно было, конечно, обойтись и без масла, но раз уж тут намёк на лёгкий романтический вечер, то почему бы и не добавить немного интересного. — Дико извиняюсь, но всю следующую неделю ты будешь пахнуть персиком, — Хосок садится на бёдра мужа и опускает руки на голую спину. — Ты же понимаешь, что будет, если я вотру это тебе в кожу? — Я тебе что, омежка из фанфика, чтобы персиком вонять? — Намджун любит добавлять аромамасла в воду, когда принимает ванну. Всего нескольких капель хватает, чтобы потом полдня, если не больше, от него ощущался приятный аромат, если близко прижаться, так что мужчина ясно понимает, что «всю неделю пахнуть персиком» – это не шутка и не метафора, а вполне возможная реальность. — Не вонять, а пахнуть. Другого всё равно ничего нет, а я хочу размять тебя слегка поромантичней, что ли. Позволишь? — Куда ж я денусь, позволю, конечно. Завтра всё равно выходной, вот буду выводить из кожи запах персика. — Чудо, ну, не злись, — Хосок гладит руками по спине мужа и целует его поочерёдно в плечи. — Не злюсь. Сделай уже своему персиковому омеге массаж, — Хосок рассмеялся куда-то Намджуну в лопатку от такого статуса. Звучит это действительно забавно, особенно от самого Намджуна. Однако, каким бы смешным побуждение ни было – оно всё же работает и Хосок разливает совсем немного масла на кожу мужа. Всё-таки перспектива жить неделю с огромным персиком не особо привлекательна, та и от постоянного влияния запаха голова будет болеть нереально, так что экономим. Руки нежно распределяют жидкость по спине, шее и плечам тонким слоем. Кожа, блестящая в свете ламп, выглядит очень соблазнительно и Хосок не отказывает себе в удовольствии ещё пару раз поцеловать тело мужа. На запах, кстати сказать, масло куда лучше, чем на вкус. Хосок тщательно разогревает мышцы Намджуна и начинает проходиться с нажимом по определённым участкам. Это неприятно, так как мышцы забитые, уставшие, но терпеть приходится недолго, ведь Хосок достаточно быстро перемещается с одной зоны на другую, чередуя их, прорабатывая не за один раз. Руки опускаются всё ниже, расслабление чувствуется всё ярче и вот уже плечи не так болят, на них лишь фантомное ощущение пальцев Хосока и жар – пусть масло и не массажное и не способствует разогреву тела, но сохранить тепло помогает. Приятно. Лопатки, поясница, локти, ладони – руки Хосока буквально везде. Это горячо и приятно. Движения убаюкивают, Намджун чувствует себя расслабленным и отдохнувшим, тело горит и слегка гудит, Хосок нежно целует куда-то в волосы и просит перевернуться. — Хён, а ножки? — Тебе ещё ножки? Ладно, как скажешь. Хосок слегка дёргает Намджуна вверх за тазовые косточки и, когда мужчина приподнимается, снимает с него бельё – масло может и не отстираться, а портить одежду не хочется. Ладони снова возвращаются к коже и гладят бёдра и ягодицы, распределяя по ним приятно пахнущую жидкость. Для Намджуна массаж ног ощущается приятнее всего, поэтому он спокойно лежит и чуть не засыпает. — Хоби, я тебя люблю. — Я тебя тоже люблю, чудо, — с улыбкой отвечает Хосок, разминая икры мужа. Закончив с ногами, Хосок берёт полотенце, которым недавно Намджун вытирал ему волосы, стелет на кровать и во второй раз просит мужа перевернуться и лечь на спину. На этот раз Намджун слушается и ложится на полотенце, а Хосок продолжает массаж, только уже с передней стороны, начиная с ног. Намджун выглядит таким удовлетворённым, похоже – ему действительно приятнее всего от массажа ног. Даже когда Хосок проводит несколько раз руками вокруг члена, Намджун не возбуждается – ему слишком хорошо, он даже и не подумал, что это как-то слишком интимно для расслабляющего массажа. В любом случае, цель Хосока – размять мышцы мужа, помочь ему отдохнуть и восстановиться, а не возбудить, так что всё в порядке. Руки движутся дальше и без особого труда разминают грудные мышцы. Сам Хосок бы на этом моменте извивался от щекотки, но Намджуну она не страшна, поэтому он спокойно лежит и наслаждается ладонями мужа на своём теле. «Хотелось бы так почаще», – думает мужчина и улыбается в поцелуй, которым его одарил Хосок. Намджун уходит в душ, чтобы смыть с себя хотя бы часть аромата, а Хосок убирает с кровати всё по местам. Медицинские препараты отправляются в тумбочку, масло и полотенце с халатом в ванную, мусор в ведро, а сам Хосок достаёт из шкафа две парные пижамы. А что, мужчинам старше тридцати нельзя носить что-то подобное? Засыпает пара рядом, держась за руки – и не жарко, и приятно. Такие спонтанные нежные вечера помогают поддерживать теплоту взаимоотношений и по новой влюбиться в своего партнёра. У Хосока действительно следующие дня три будет свой «персиковый омега», в связи с чем он будет подтрунивать над мужем, хотя и он сам тоже будет пахнуть персиком, пусть и не так ярко. Намджун же захочет тоже сделать массаж Хосоку, но ограничится лишь разминкой плеч и шеи, так как лечь на живот Хосок не сможет ещё минимум пару месяцев.