Нимфоманка

» Хочешь раздеться… Стой, не спускайся вниз Залезь мне в сердце, а не в ширинку джинс. Горло душит спирта склянка Ой, вылижи мне душу, Нимфоманка… » Монеточка «Нимфоманка»

Тусклая настольная лампа кое-как освещала тёмный кабинет. Гробовую тишину нарушали пощелкивания авто-ручки. Через открытое окно в помещение проникал холодный воздух с лёгким запахом свежести. На столе стоял нетронутый тамблер с виски. Габриэль сидел, откинувшись на стуле, и не отрывал взгляда от настенных часов. Время неумолимо приближалось к одиннадцати. Каждое движение стрелки отдавалось глухим ударом где-то внутри, и неприятно растекалось по всему телу. Холодный пот выступил на лбу, а в животе болезнено потянуло. Кажется, сквозь пелену этих ощущений, он слышал стук еë каблуков, который, чудовищно медленно, приближался к двери его кабинета. Она никогда не опаздывает, никогда не задерживается, и из-за этого будто бы начинает вырабатываться некий рефлекс. В обещанные одиннадцать часов открывается дверь, и лёгкой, почти невесомой походкой, заходит она… Габриэль не мог найти объяснение своим прежним чувствам. Также он не мог найти объяснения своему резкому изменению настроя. Но смотря, как она, покачивая бёдрами и попутно расстегивая блузку, приближалась к нему, липкий страх и тягостное ожидание уступили место восхищению и сладостной грусти. Шпильки безжалостно полетели на пол, освобождая густые волосы от оков. — Я скучала, — она села на стол перед Агрестом — а ты? Натали коснулась его подбородка, притягивая лицо мужчины к своему. В качестве ответа Габриэль перехватил еë руку и прижал тыльную сторону ладони к своим губам. Габриэль надеялся, что она оценит этот небольшой, но довольно значимый для него жест. Ему хотелось бесприкословно выполнять все еë прихоти и капризы, хотелось сделать только своей. Она могла бы быть его Мадемуазель Санкëр а может даже и Мадам Агрест, он бы посвятил ей каждое мгновение своей жизни…он бы посвятил ей себя… Габриэль не спешил оторвать губы от прелестных пальчиков Натали, и ей пришлось освободиться самой. Натали снова сократила расстояние между ними и втянула Габриэля в требовательный поцелуй. Мужчина немедля ответил ей. Их языки сплетались, изучая и наслаждаясь друг другом. Жар от этих прелюдий распространялся по всему телу, задерживаясь сладостным ощущением где-то внизу живота. Наивный, детский румянец выступил на лице Габриэля. Он запустил ладонь в волосы Натали, слегка вороша их. Когда воздуха стало не хватать, женщина отстранилась и стала расстегивать рубашку Агреста. Мужчина довольно зарычал, и подхватив Натали, понёс к кожаному диванчику. Она наклонилась к Габриэлю и прошептала, обжигая шею и мочку уха горячим дыханием: — Сегодня сделаем быстро, у меня много работы. Не смотря на всю страсть и возбуждение, бушевавшее в них, еë голос прозвучал максимально холодно и отстранённо. Опустив Натали на диван, Габриэль с непониманием посмотрел на неë. К его уливлению, в лице женщина ничуть не изменилась. Всё то же желание, та же похоть, возможно только взгляд более требовательный. Сложно было поверить, что прозвучавший сейчас, леденящий голос принадлежит Натали, той Натали, которая сейчас перед ним. Он чётко видит — она хочет этого, неважно как, быстро или медленно, страстно или совсем холодно, с ним, без него или с кем-то другим…она хочет, значит она получит. Пока Габриэль, как решила Натали, «витал в облаках», его рубашка и ремень уже бесцеремонно лежали на полу, а достоинство внушительных размеров было изъято из штанов. Глядя на него, Натали закусила губу и выжидающе раздвинула ноги. Однако, Габриэль продолжал невидящим взглядом рассматривать лицо женщины, от этого она напряглась. — Габриэль? На этот раз немного обеспокоенный голос вывел мужчину из задумчивого состояния. Спустя пару секунд осознания происходящего, Габриэль произнёс: — Да, извини. Одним движением он ввёл член в Натали, заставляя еë сладко простонать и вцепиться ногтями в диван. Габриэль приподнял ноги Натали для общего удобства и стал делать интенсивные толчки. Натали стонала и подавалась навстречу движениям партнёра, но еë не могли в полной мере удовлетворить его монотонные движения без ускорения и дополнительных ласк, поэтому для завершения им понадобилось больше времени чем обычно.

***

Габриэль сидел на том же самом диване, сцепив руки в замок и задумчиво глядя в пол. Рядом ходила Натали и подбирала с пола одежду, ну и всё то, что в процессе оказалось на полу. — Да что с тобой сегодня? — она хмуро посмотрела на мужчину, одевая юбку. Но в ответ он лишь отрицательно покачал головой. — Ты не заболел? Натали застегивала последние пуговицы на блузке. Снова молчание, и оно окончательно испортило настроение Натали. Она подошла к двери и открыла еë, собираясь выйти. — Натали…ты любишь меня? Вопрос застал врасплох обоих. Натали остановилась. В кабинете наступила тишина, угнетающая, даже немного жуткая. Ожидание тянулось недолго, всего несколько секунд, но эти несколько секунд показались вечностью. В горле стоял ком, мешающий не то что говорить, даже дышать с ним было трудно, но всё же Натали нашла в себе силы и лишь грустно хмыкнула, болезненно улыбнувшись. — Доброй ночи, сэр. Она вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Всё это время женщина стояла спиной к Агресту, так ни разу не обернувшись, но ему не нужно было видеть еë, чтобы понять, что она чувствует. В этом все прелести талисмана мотылька, хотя сейчас эти прелести были скорее наказаниями для. Наказаниями для них обоих.