Наш с тобою секрет

— Так выгони меня, раз сил не хватает усмирить! — Я бы с радостью! — выкрикнул я, уворачиваясь за столом от летящего канделябра. — Но кто же ещё такую радость к себе возьмёт? — мои волосы слегка подпалились от жалящего пламени, выпущенного прямо в мою сторону. — Как же ты меня достал! — послышался звон хрусталя. Кажется, это был мой любимый кубок… Я убью его когда-нибудь, клянусь магией, убью. Как только случай подвернётся, так сразу! — Успокойся, окаянный! Всю комнату мне сейчас с ног на голову перевернёшь! — я боязливо выглянул из-за стола, тут же моему взору открылась чудеснейшая картина: ученик мой непутёвый стоял рядом с фолиантом, а его губы усердно шептали какое-то заклинание. Бьюсь об заклад, заклинание ему доселе неизвестное. — Остановись, ирод! — я выскочил из-за временного укрытия, сшибая его сильным потоком воздуха. Благо я освоил эту стихию настолько, что хватает только определённых пассов руками. Кариона отбросило к стене, он со всей дури взрезался в неё и упал ничком. Я наконец-то мог выдохнуть. — Ты что себе позволяешь?! — прокряхтел этот незабвенный парень, поднимаясь на тонких дрожащих руках. После двух его неудачных попыток я расслабился окончательно, значит, эта лапушка не сможет мне навредить. Пока не оклемается, конечно. — Помнишь, кто мой отец? — Карион поднял на меня тёмные глаза, полные ненависти и боли. Жалко его, беднягу, всё-таки я его сильно треснул, но деваться некуда. — Помню, к сожалению, — тяжело выдохнул я и подошёл чуть ближе к ученику, присев рядом с ним на корточки. — Ты будешь продолжать буянить, или мне тебе помочь? — Я ни за что не приму помощи от такого жалкого червя, как ты, Гарет! — он оттолкнул протянутую мной руку, сильно закашлявшись. — Как хотите, милсдарь, — я аккуратно встал, поставил фолиант на место, заодно поправив соседние книги. — Жду тебя через полчаса в столовой на ужине, — добавил я напоследок у самой двери и вышел из комнаты. На этот раз обошлось без крови, на том спасибо. Без моей крови. Я устало опустился в кресло напротив камина, перечитывая в сотый раз подписанный мною контракт и выискивая в нём лазы, которые помогли бы мне избавиться от ученика. Но нет, итог всегда был один: обучить его магии, или голова с плеч. Какой бес надоумил меня его подписать? Проклятый сынишка герцога… Глаза сильно болели от напряжения, а голова раскалывалась, словно недавно разбитый кубок. После того случая мне пришлось бережно собрать осколки, все до единого, и сохранить до лучших времён, когда найдётся время дойти до старого друга Лаурена. Почему я? Почему бы Лаурену не обучать эту выскочку? Где я так судьбе насолил, что мне достался Карион, а ему прелестный деревенский парень Сихиль? И главное, ученик Лаурена птичку не обидит, за садом ухаживает, за чистотой лаборатории следит, все до одного задания выполняет, так ещё и сам в библиотеке до ночи сидит. Лаурен, правда, к нему несправедливо жесток, жалко бедного парнишку. Мой друг никогда не славился мягким характером, иногда мне приходится защищать его ученика от него же и выговаривать Лаурену, что он не прав. Сихиля ведь отдали в наш лес, как подношение, чтобы мы на простой люд морок не наслали. И это нас ещё называют извергами, такого милого паренька на верную смерть посылать. Я так рад, что мне удалось уговорить Лаурена всё-таки принять ученика! Сам приютил бы, если бы не этот Карион. Мысли улетали куда-то далеко, пока мой взгляд был прикован к огню. Со стороны двери послышался мягкий насмешливый голос: — Снова пытаешься сжечь контракт? — Карион бесцеремонно вошёл внутрь моего кабинета и умостился на рабочем столе, поправляя чёрные волнистые волосы, свисающие ниже плеч. Я нехотя повернулся к нему. — Да, сегодня в двадцать восьмой раз выяснил, что он не горит, — безболезненно просунув руку прямо в огонь, я достал свиток и положил его на полку стеллажа. — Зачем пришёл? — Сдать реферат, — ученик положил на стол рядом с собой низенькую стопку листов. Моя бровь удивлённо поползла вверх, на что Карион лишь рассмеялся. — Скучно было, — пояснил он, однако такой ответ меня не удовлетворил до конца. Но я решил оставить свои мысли при себе. — Как спина? Всё ещё болит? — в моих словах не было и тени усмешки. Хоть они и звучали холодно, как впрочем все мои слова, но всё же я был обеспокоен состоянием своего ученика. — Нет, Гарет, иди ты к тёмным богам со своей помощью. — Если так желаешь, можешь дальше продолжать мучиться, — я протёр глаза, спать хотелось жутко. И почему Карион всё ещё сидит здесь? Сдал реферат, молодец, свободен. — Что тебе от меня надо? — на его губах на несколько секунд появилась хитрая ухмылка, это очень и очень плохой знак. — Да так, — весело отмахнулся он, но развивать эту игру у меня не было ни желания, ни сил. — Отлично, тогда я жду тебя завтра в восемь утра на втором этаже в первой комнате от лестницы, где собран разный антиквариат. У нас занятие по начертанию и опознаванию рун, — мои руки сами собой начали разбирать хлам на столе, Карион, умничка такая, сам спрыгнул, я даже подзатыльник ему не успел отвесить. Реферат я также машинально отложил к себе на тумбочку, нашёл для себя сказку на ночь, если не вырублюсь раньше. Я мельком взглянул на Кариона и увидел его с ужасом взирающие на меня глаза. — А что, руна, написанная на дощечке, была очень нужна? — осторожно спросил он, ссутулившись. Я испепелял его взглядом, как мог. Жилы на лице и шее начали медленно чернеть, а кожа стремительно бледнеть. Ученик в страхе начал пятиться назад, пока не упёрся спиной в стену. Несколько прядей моих тëмных волос поседели, и глаза поменяли окраску на белый. Я медленно приближался к ученику, сдерживая себя от того, чтобы не сломать ему руку или иссушить пару пальцев. — А ну прочь с глаз моих, пока ноги тебя носят! — рявкнул я, стукнув посохом так, что искры разлетелись. Кариона уговаривать не пришлось, он тут же вылетел из комнаты, обходя меня на безопасной дистанции. Когда я начал успокаиваться, внешность стала медленно приходить в норму. Конечно я не собирался его бить или ещё что похуже. Просто напугать, лишний раз напомнив, что ему не стоит так дерзко везти себя с Хозяином Топей. Я скинул с себя сапоги, освобождая страдальческие ступни, которые прошли сегодня километров восемь по лесу. Лëгкая чëрная ткань балахона скользнула на пол. Оставшись в одних штанах, я повесил одежду в шкаф. Проходя мимо зеркала, я остановился. Внешность до сих пор не пришла в норму, из-за чего меня в таком виде легко можно было перепутать с мертвецом. Нежить она и есть нежить, нечего и говорить. Мягкая кровать сама притянула меня к себе. Упав на спину, я в блаженстве прикрыл глаза на пару секунд, но тут же вспомнил о реферате. Мне было безумно интересно, что там написал Карион, так ещё и по своей инициативе. Первым, что я увидел, была тема, отчего мои глаза удивлëнно расширились: — Чего-чего? Ядовитые травы и их свойства? — я посмотрел на количество страниц, которые написал мой бестолковый ученик, после чего медленно вернулся к началу, глядя не верящим взглядом. — Ты же ненавидишь травы, подлец. Что он удумал? И где мотался целый день, что почти ни одного язвительного слова в башне не прозвучало? — думать было тяжело, мысли спутывались, закручиваясь в тугой клубок. На ум стали приходить Лаурен, к которому надо зайти завтра. Давно я у него не был, чай он готовит прекрасно, надо отдать ему должное. А ещё один чай готовит его ученик, не менее восхитительный. Сихиль… Сихиль хороший. Надо будет ему что-нибудь захватить в качестве гостинца. И зелье Нивада, не забыть зелье Нивада. — Ты опоздал на час, — я смирил Кариона тяжëлым взглядом. — И где твоя мантия? Она, между прочим, является рабочей одеждой, и мы не раз это обговаривали. Ты выглядишь, словно пастух, — ученик снова пришёл в обычной подпоясанной рубахе и штанах. — Час и час, чего бубнить, — сложил руки на груди Карион. — Чтобы время не терять, ты скажи лучше, что делать-то надо? — Откуда такое рвение к магии? — Оттуда же, откуда твоё рвение к убийствам, — выпалил Карион, сверкая глазами, словно грозовыми тучами, такими же тëмными и безжалостными. Я вопросительно посмотрел на него, искренне не понимая, о чëм он. Да, я убивал и не раз, но что-то я до этого не находил в своём ученике сострадание к простым смертным. — Забудь, — отмахнулся Карион, пряча глаза. Странно, что это с ним? — Сегодня вместо занятия будешь убирать эту комнату, — я обвëл взглядом пыльное помещение с кучей паутины и щепок. — Еë давно пора почистить, а подобное развлечение будет служить тебе напоминанием о том, что на занятия надо являться в рабочей одежде и вовремя. Где найти швабру знаешь, остальное на твоей совести. Я сейчас ухожу к Лаурену, только попробуй разнести башню, — я говорил тихо, строго и холодно. Конечно, бывало, что я оставлял Кариона одного и, вроде бы, по его словам, ничего не происходило, однако доверия этот дивный мальчик не вызывал. — Как приду, проверю твою работу, — я развернулся, чтобы уйти, но краем глаза заметил, что Карион хочет мне что-то сказать. — Да? — спросил я, не оборачиваясь. Ученик молчал, я спиной чувствовал его ненавистный взгляд. — Нечего сказать? Отлично, удачной работы. Я спешно вышел из помещения, оставив Кариона в гордом одиночестве. Злился ли я на него? Может, самую малость. Меня скорее заинтересовали его слова об убийствах. Что он задумал? Открыв окно в комнате и впуская свежий воздух, я глубоко и с блаженством вздохнул, не без удовольствия ощущая ветер в волосах. Осторожно положив в сумку свёрток, я надел её через плечо и двинулся из комнаты. Только я взялся за ручку, как та вспыхнула, обжигая мою и без того больную конечность, всю перемотанную бинтами. Я зашипел от резкой боли, рука начала сильно дрожать. Пару магических слов, и в миске, стоящей на столе, образовалась холодная вода, куда я тут же опустил кисть. Карион. Обиделся, наверное, иначе быть не может. Несносный мальчишка! Пусть катится обратно к своему богатому папаше, оставив мою скромную личность в покое. Я всё думаю, что это не его сослали, а меня подвергли пыткам. Могу ли я противостоять герцогу? О да, ещё как! Особенно если мне будет помогать Лаурен, а он будет, в конце концов это наш общий с ним лес, наш дом. Пристанище заблудших душ, как он любит говорить. Но я не могу отказаться от Кариона по одной простой причине: Альмахи, такие как я и Лаурен, в начале своей магической жизни дают обет Шаэру и Ранси, двум богам магии, что первый ученик, которого они возьмут, будет обучен всему, что они знают. И, как назло, Карион первый… Думал прожить спокойно, без учеников, но Лаурен настоял, сказав, что это моя прямая обязанность. Спорить с ним себе дороже, тем более, он уверял меня, что Карион обладает выдающимися способностями. Да, спасибо, я убедился множество раз, моя рука сейчас заливается слезами. Как только я ступил на территорию особняка Лаурена, то увидел, как в саду снова копошится его ученик: — Сихиль! — я помахал ему рукой, приветливо улыбаясь, но он мне не ответил. Не услышал, что ли? Я тяжело вздохнул и направился внутрь. Старые ступеньки скрипели у меня под ногами, дверь сама собой открылась перед моим носом. Меня ждут, это приятно. — Привет, Рени! — крикнул я в пустоту дома. — Здравствуй, Гарет, — отозвался мой старый друг, спускаясь с лестницы. — Во имя Ранси, что с твоей рукой? — обеспокоенно спросил он, подойдя ближе и бесцеремонно взяв мою конечность. Я вздрогнул от боли и поджал губы, сдавленно промычав. Лаурен никогда не был осторожен. — Там пара царапин и сильный ожог, поможешь? — Как обычно, — вздохнул мой друг, садясь на диван в гостиной и жестом пригласил меня сесть рядом. Я без лишних слов выполнил его просьбу. — Удивительно. — Ничего удивительного не вижу, — фыркнул я, пока Лаурен разматывал наспех намотанный бинт. — Всё проделки этого Кариона! Я уже не знаю, что мне с ним делать. — Бедненький ты мой, — он издевательски погладил меня по волосам, криво ухмыльнувшись. На его тонких бледных губах это выглядело вполне угрожающе для несведущего человека. — Да, я устал, вот так! — Лаурен принялся шептать слова заклятия, и мои раны начали потихоньку затягиваться. — А что с Сихилем? — А что с ним? — невозмутимо спросил мой друг. — Он не поздоровался со мной, даже взгляда не поднял. Странно это как-то. Что сегодня с нашими учениками творится, хотелось бы мне знать? — С моим всё просто, на нём заклятие безмолвия, — совершенно спокойным тоном произнёс Лаурен. Я вопросительно посмотрел на него. — Сихиль слишком много болтал, донимая меня разговорами. — Лаурен, — мой взгляд тут же изменился на гневный, — ты издеваешься? — Нет, — пожал плечами мой друг, — это простой способ отучить человека быть надоедливым. — Не смей так обращаться с Сихилем! Ты забываешься, он очень нежный и ранимый мальчик, с ним нельзя так жестоко. Он не такой, как другие твои ученики. — Это ты забываешься, Гарет. Сихиль мой ученик, а не твой, — холодно ответил Лаурен, вновь закрывая тему. — Если уж тебе так его жалко, — закатил он глаза спустя несколько мгновений, — то знай, что заклятие было всего на полчаса, минут через десять закончится. Доволен? — Вполне, — я опустил взгляд на свою кисть с бледно-белой новой кожей, от ран не осталось и следа. — Спасибо тебе огромное, Рени, ты как всегда выручаешь. — Обнимать меня… — но он не успел договорить, так как я уже зажал его в своих объятиях, — …не обязательно, — тяжело выдохнул он, нахмурившись, однако тут же тепло улыбнулся и потрепал мои волосы. Услышав скрип двери, Лаурен мгновенно отстранился. В проëме появилось встревоженное лицо Сихиля. Он чуть поправил очки, старая привычка, волнуется. — Можно, — ответил его учитель, и Сихиль быстро переменил некий страх на радость, кинувшись ко мне на шею. — Гарет! — восклицал он, улыбаясь так нежно и ласково, он был самым чистейшим существом на земле. — Прости, пожалуйста, что не поздоровался в саду. На мне было заклятие безмолвия, — Сихиль чуть сник, — но сейчас уже всё хорошо! — его личико сияло счастием, от недавних тоскливых чувств не осталось и следа. Я всегда удивлялся его умению так позитивно смотреть на окружающий мир. — Я тоже безумно рад тебя видеть, — тепло улыбнулся я, поглаживая его по золотистым кудряшкам. — И я, как обычно, не с пустыми руками! — в моих руках тут же очутилось небольшое украшение из перьев, которое вплеталось в волосы. — Недавно была ярмарка, и… — С ума сойти! — перебил меня Сихиль, принимая из моих рук подарок так аккуратно, словно он был из хрусталя. Точно, хрусталь, кубок… — Спасибо большое, я даже не знаю, как отблагодарить тебя. Оно прекрасно… — Да брось, я рад, когда рад ты, — Сихиль всегда вызывал на моём лице улыбку. Краем глаза я видел снисходительно улыбающегося Лаурена и чувствовал его нетерпение. Он явно был не слишком воодушевлён. — А также я принёс тебе зелье Нивада, твоё, небось, подошло к концу? — я протянул ему склянку с тёмно-бурой жидкостью. — Ага, сам попросить хотел. — Гарет, — строго сказал Лаурен, отводя меня за локоть в соседнюю комнату. — И до какой поры ты собрался поить его зельем забвения?! — Я перевёл взгляд в сторону Сихиля, который недоумевающими глазами глядел в нашу сторону. Он нас не слышал, я в этом уверен. Сихиль чуть сощурился, будто что-то вспоминая, но тут же схватился за голову, сгибаясь пополам. Стоны боли были прерваны тем, что его губ коснулось зелье Нивада, которое он с жадностью принял из моих рук, так как его собственные судорожно стряслись. Боль начала утихать. Я лишь кинул взгляд в сторону друга, тот осуждающе смотрел на меня, однако его голова склонилась в согласии.