ампутация чувств (2022)

Эдгар тяжело дышит, он пару раз терял сознание, но мощными пощечинами его возвращали в чувства. Неприятно, щеки болят и неприятно покалывают, Каратист уже грозился разбить ему нос, выбить зубы и выколоть глаза, а так как Эдгар у нас очень пугливый, старался не плакать и не терять сознание, как бы глупо это не звучало. Очень больно, внизу бедер все муторно ноет и мерзко звучит, какие-то пошлые и до тошноты омерзительные хлюпанья, все это отдается эхом по комнате, мешаясь с влажным воздухом и криками-стонами парня. Он плачет, повернув голову в бок, утыкаясь носом в одеяло, сейчас ему не было дела до каких-то там галлюцинаций, всё-таки, его буквально долбят в жопу, сколько бы он об этом не думал, но все равно жутко обидно за себя, разве он заслужил такого отношения? Чем? Эдгар все детство мечтал о любящих родителях, о новых и красивых игрушках, чтобы все дети в садике обзавидовались. Но ничего не получил. В подростковом возрасте, с двенадцати до четырнадцати, он хотел покоя, как будто и неживой вовсе. Его донимали сверстники, учителя, из-за чего школу он бросил очень рано, и старался хоть как-то учиться дома. Базовые знания математики и русского языка, а также истории и физики, ему были известны, его существование пока что было не совсем обречено, до этого момента. Эд каждой клеткой своего тела и ануса ощущает просто громадный член внутри себя, отчего становилось еще больнее. С каждой минутой он все сильнее давит на него, на горло, плечи, будто сломать хочет. За что же Фэнг с ним так поступает? Будто плохого он ему сделал, сам ведь спрашивал как и что… Или не спрашивал? Если честно, то он уже не помнит, возможно и правда виноват, но это ведь не повод столь жестоко обходиться с тем кто младше, кто слабее, и кто точно не даст отпор. Эмошник не помнит сколько раз уже кончил верхний, он сбился на третьем разу. Наверняка он уже был переполнен спермой, ведь чувство заполненности не покидало его еще с того момента как головка члена впервые толкнулась в девственное очко. Эдгар хочет закрыть лицо руками, спрятаться от стыда и ухмыляющихся глаз насильника. Как только он тянется к своему лицу, его кисти берут в захват и удерживают оба запястья над головой. Он чувствует пальцы на своих щеках, больно, щеки уже красные и противно зудят. Фэнг фиксирует его голову, чтобы он лежала прямо, прямо на него, на его потное и разгоряченное тело, но Эдгар боится открывать глаза, из-за чего получает прямо по ребрам, удар пришелся по косточкам, он будет избивать его прямо во время итак болезненного акта, грустно, больно. Вскрикнув, он кусает губы и жмурится, кажется он умрет не от рук старшего, а от болевого порога, или как его там. Все его мысли были детскими, он много не знал, не понимал, и даже не думал что Фэнг захочет с ним так поступить, ведь он был таким нежным и хорошим, он признался ему в любви, мать твою. И вся его любовь проявляется в насилии? Затыкайте Эдгару уши, он не готов к такому сюрпризу, ни капли. Фэнг держит его руки, они такие тонкие, так что их вполне возможно держать одной рукой, не сложно, да и нижний вроде не вырывается, надеюсь он окончательно сдался и принял свое положение, он беспомощен, и никто ему не поможет. А от очень тяжелых увечий ему поможет спастись только самоконтроль со стороны Каратиста, ибо он хуй знает что сможет сделать в порыве ярости или страсти, один раз он так откусил сосок одной персоне, благо он не стал распространять эту инфу, а даже сказал что понравилось, забавный паренек был, ахахах. Он кончил порядком пяти раз, может больше. Его возбуждал не сам процесс секса, как это бывает у многих, а того что он трахает Эдгара, он забрал его девственность, да и в целом невинность. Возбуждало не только это, но и его слезы, его жалкие и секундные попытки вырваться, он насилует его, ох, член снова твердеет, он так всю ночь сможет. Наклонившись к лицу младшего, он слизывает кончиком языка маленькие и соленые дорожки из слез, облизываясь и замедляясь в движениях бедрами, дабы доебаться до Эмошника. — Тебе нравится? Тебе нравится, Эдгар? — спрашивает Фэнг, совсем невинно, как будто не он пару часов назад пизданул его головой об стену. — Я изнасиловал тебя, и продолжаю насиловать. Мы будем жить вместе долго и счастливо, ты познаешь все прелести садизма и секса, избиений и унижений, я просто уничтожу твое моральное состояние, сделаю его еще хуже. Но я все еще люблю тебя, пиздец как сильно люблю, несмотря на то, что ты ничтожное отродье, а ты меня любишь? Эд? Скажи мне. — последнее предложение Фэнг произносит уже более грубо, впиваясь ногтями в бедро нижнего, оставляя небольшие ямки на коже. Эдгар дрожит, до крови кусает губы и стискивает челюсть. Тупой вопрос, Фэнг. Осмелев, он открывает рот и пару секунд молчит, обдумывая свои слова. — Н-нет, ты т-тупица, раз думаешь что я полюблю п-придурка вроде тебя. Т-ты сделал мне очень больно, х-хотя я говорил тебе, я точно говорил тебе… — он запинается, из-за стыда и страха дышать становится в разы труднее. — Я хотел п-попробовать встречаться с тобой, добровольно, н-но сейчас, считая что т-ты сделал… Никогда, слышишь? Никогда, блядь ты этакая. — он ухмыляется из последних сил, уже готовясь к следующим действиям со стороны старшего. Эдгар напуган, казалось все его органы трепетали и дрожали в такт медленным толчкам и ему самому. Во всем виноват он сам, никто больше. Спровоцировал. Голоса в голове подтверждают, он был слишком вызывающим… Что? Был слишком открыт и доступен, разве тут есть вина Фэнга? Глупый ребенок, посмотри на себя, ты такой грязный. Где? Ты был очень плохим мальчиком, и ты явно заслужил наказание, самое жестокое, но даже и этого тебе будет мало, дрянь. Он? Фу… Фэнг закусывает губу и возобновляет темп движений, такие слова его возбуждали, злили, и даже немного задевали, мол, «Как это так ты меня не любишь? Все любят, а ты типа не такой как все? Типа самый умный?» Приоткрыв рот, он чувствует что скоро кончит, примерно через пять минут. Слюни текут ручьем, большими каплями падая на живот и ноги Эда, теперь он не только в его сперме, но и в слюнях. Словно возбужденное животное, мужчина рычит и скулит, шумно дышит и мутным взглядом смотрит на нижнего, который кажется даже признаков жизни не подает, сознание потерял что ли? — Ты думаешь после этих слов я остановлюсь? Ха-ха, я так долго держался, и думаешь променяю секс на твое спокойствие и неприкосновенность? — он отпускает его руки и хватается за бедра младшего, прижимая их к себе. — Не-ет, обойдешься, такое существо как ты вообще не заслуживает жизни, скажи спасибо что я вообще оставил тебя в живых. — мужчина продолжает медленно двигаться, растягивая свое удовольствие, давая Эду возможность ответить, но кажется он не захочет отвечать ему. Он широко мажет головкой члена по простате нижнего, отчего нижнего подбрасывает, и тело начинает отвечать на ласки. Соски краснеют и твердеют, и этот трупный цвет кожи сменяется на розоватый. Эдгар молчит, тихо плачет и глотает слюни, подавливая рвотный позыв. Какой же Фэнг мерзкий, да что он вообще несет? «Скажи спасибо что оставил в живых.»? Звучит по-другому: «Скажи спасибо что оставил в живых и дал возможность видеть и ощущать на себе все пытки которые ты даже в кошмарах не видел». Да лучше бы он убил его, чем терпеть вот это все. Теперь Эд не боится смерти, он мечтает о ней, ведь только так он сможет быть свободен. Но некое чувство дискомфорта при таких мыслях увеличивается с каждым разом, интересно, чему это поспособствовало? Он не хочет отвечать, если откроет рот то рыготня ручьем подастся прямо в еблет насильника, из-за чего тот может еще разозлиться и сделать что нибудь плохое. Когда это уже закончится? Терпеть такое отношение к себе, да и в общем терпеть то, что его ебут в задницу, становится невозможно, противно, склизко и больно. Эмошник был переполнен спермой Фэнга, почему он решил кончать именно внутрь? А вдруг ему станет плохо от такого расклада событий, что-то внутри него лопнет и он умрет? Умрет мучительно? Быстро? Надеется что быстро. Вскоре мужчина кончает и вытаскивает свой член, который на огромное удивление Эда до сих пор стоял, сколько можно… Фэнг приподнимает его бедра, кладя ляжки на плечи. Получается так что зад нижнего был у самого лица Каратиста, отчего Эдгар краснеет, стыдно, ну и зачем он так сделал? Бедняжка еще не догадывается что его ждет. Но все сразу понимает как только начинает ощущает горячий и слюнявый язык около своей дырки, блять. Горячо, мокро, и даже приятно. Тело само реагирует на ласки насильника, но мозг все также отвергает этот факт. Значит, его сознание и тело расходятся во мнении, глупо. Голоса в голове неразборчиво шепчут, и парень вспоминает тот самый язык в магазине на полу, фу. Шаловливая мышца тычется в анус, проникает внутрь и выходит, будто бы играет. Член реагирует на это, начинает твердеть и наливаться кровью, ставя своего хозяина в неловкое положение, сука, и так всегда будет? Если да, то Эд совсем не против того, чтобы ему отрезали член. Противно, там же был его член пару секунд назад, сперма… Ужас, ему самому-то нравится такое? Похоже что да, ведь он делает это без какого либо отвращения, хотя Эдгар не знает, он видит лишь часть его лица. Вдруг их взгляды встречаются и Эмошник стыдливо дергается и закрывает лицо руками, слава богу его не держат. Фэнг подметил что это нравится его «партнеру-без-его-же-соглашения», и решил продолжить. Парень чувствует себя очень странно, краснеет и потеет, фу, жарко и липко, просто отвратительно. Сколько он уже думал о том, что все это мерзко и грязно? Да много раз, постоянно. Эдгар искренне надеется что такого больше не повторится, но вспоминая слова Каратиста, его бросает в холод. От прикосновений пальцами к его ягодицам, Эмо скулит и хнычет, у Фэнга очень холодные руки, а с горячим телом мальчика это создает неприятный контраст к коже. Горячим мазком языка он заканчивает данное развлечение и опускает бедра парня обратно на кровать, фалангами касаясь его члена, потирая большим пальцем головку, а другими массируя яички. Фэнг был доволен тем что у Эда встал, теперь он знает как возбудить его, хотя может это не всегда работает? Не знает, проверит завтра, у них столько времени вперед, столько времени побыть вместе и насладиться друг другом… Но наслаждаться будет только Каратист, ведь Эдгар его не любит, пока что не любит. Мужчина заставит его чувствовать иначе, заставить его чувствовать любовь вместо отвращения, вскоре Эмошник полюбит его, и будет только умолять наказать его, сделать с ним куда более грязные вещи, ох, как же он любит его. Его милого и маленького Эдгара, его, пока что, непослушный мальчик исправится и станет хорошим, будет всегда и во всем слушаться своего Господина, Фэнг верит в это, верит в себя, верит что сможет перевоспитать его. Главное не убить. Он вспомнил забавную вещь, у него в детстве был плюшевый медведь, который говорил люблю, но только если надавить. Тоже самое и с Эдгаром, на него стоит немножечко надавить, и он будет делать только то, что скажет ему его Хозяин. — Мой мальчик, тебе так понравилось это? — озабочено произносит Фэнг, задавая нужный темп одной рукой, а другой поглаживая его живот, поднимаясь выше и задевая соски. — Если попросишь меня, я буду делать это каждый день… Только попроси меня. — мужчина улыбается и опускает лицом вниз, к его лобку. Он высовывает язык и облизывает лобковые волосы, ведя мокрую и слюнявую дорожку до его члена, убирая руку и вбирая длину полностью в рот. Он мажет языком по плоти, вылизывает каждую венку, выпускает изо рта, целует головку и вновь берет внутрь, размер позволял ему это. Это доставляло удовольствие не только Эдгару (ну, наверное и ему), но и старшему тоже, ему было приятно делать такие вещи для того, кто их терпеть не может, не может нормально реагировать на них и не может принять тот факт что это нормально… Эдгар мыслит не совсем адекватно, а когда актив касается его живота языком и ведет вниз, берет в рот, ему становится совсем плохо. Жарко, до невыносимости, душно, как будто он висит в петле, воздуха совсем нет. Он закрывает глаза, совсем не наслаждаясь минетом от его врага, он теперь ему более противен, видеть его не может. Эд сдерживается как может, быть может телу и приятно, но не самому ему, тошно до дрожи в теле. Через минуты так три, парень открывает глаза и видит над собой ту самую хренотень которую видел в зеркале ранее. Оно улыбалось слюнявой и кровавой пастью, его клыки были огромны и страшны, остры как кинжал, желты как одуванчики, странное сравнение, а слюни с них капали прямо ему на лицо, несколько даже попали в рот, открытый от страха, ужаса и жажды. Эмошник нервно дергается, зажимает Фэнга ногами у своего члена, оплетая его шею голенями, он и сам не понимает зачем, его конечности будто атрофировались и он не мог их расслабить. Младший брыкался, пока зубастая пасть склонялась над ним и убивала взглядом, высасывала его энергию и надежду. Проходит лишь мгновение как Эмо понимает что его гладят и шлепают по ляжке, в просьбе расслабить ноги и выпустить его из тисков. Он смущается и замирает, лицо, или морда, существа отдаляется, отходит от кровати и скрывается в темном углу комнаты, будто бы растворяясь в воздухе, пропитывая собой помещение, оставляя за своим присутствием лишь напряжение и скованность в теле нижнего. После пары минут бездействия, его более менее отпустило, и он смог раздвинуть ноги, звучит пошло, фу. Фэнг отстраняется от члена, касаясь его ладонью, медленными и поступающими движениями массируя орган. — Хотел чтобы я задохнулся с твоим членом во рту? Миленько. — с доброй усмешкой произносит мужчина, он был приятно удивлен тем, что половой орган его любимца еще стоял, прекрасно. — Тебе нравится? — Каратист облизывает губы, ускоряясь в движениях рукой, а после, вновь припадая ртом к достоинству Эда. Он планировал еще орал, только теперь со стороны Эмошника, с небольшим страхом. Ну а вдруг он грызанет его за хуй? Откусит залупу и сожрет? Бр-р-р… Он же ебнутый на голову, мало ли что надумает там, в своей пробитой черепной коробке. Но попробовать Фэнг хочет, очень, его член весь течет только от одной мысли насколько хорош может оказаться рот младшего. Мужчина медленно отстраняется, напоследок целуя головку члена нижнего, начиная поглаживать ее большим пальцем. — Знаешь… Ты можешь не отвечать, я все вижу сам, такой милый и красный, позволишь мне воспользоваться твоим ртом? — шепчет старший, поджимая губы. Эдгар знает что разрешение ему не нужно, если он захочет — сделает, поэтому ему остается лишь противится этому, и даже немного сопротивляться, пусть и сил совсем не осталось. Нет ни сил, ни желания, что будет дальше? Пытки ужесточаться? А может наоборот? Он не знает. Глаза закрывались, дико хотелось спать, Эд не в состоянии даже рукой пошевелить, все эти глюки, вся эта ситуация жутко утомляла его, похоже он весь иссяк, печально. Эмошник мычит, что-то непонятное, что-то по типу «отстань, отъебись», может хоть это поможет? Нет. Парень видит как фигура насильника возвышается над ним, он касается его щеки, продолжая одной рукой трогать его член. Он гладит по его губам, наклоняется и целует, это уже немного приятно. Когда Эдгар предчувствует скорую разрядку, он пытается оттолкнуть старшего, но так как он в разы сильнее, да и сил у него особо не было, все тщетно. Он кончает ему в кулак. До ужаса стыдно, лицо горит, а в животе непонятное чувство, щекотно. — У-м… — мальчик пытается что-то сказать, но его рот затыкают очередным горчим поцелуем. Как только Фэнг отлип от его губ, он видит что тот преподносит ладонь, испачканную в сперме, к своему рту, высовывает язык и слизывает семя. Воу, необычно, а зачем? Этим он хочет что-то сказать? Пока что это выглядит только отвратно, ни капли не возбуждает. Фэнг поднимается на колени и прижимается к Эду, членом упираясь в его щеку. Хочешь не хочешь, а сосать ему придется. Нижний сжимает челюсти, как мило, но разве на пути у Каратиста были преграды? Не было, вот и это, не такая уж и проблема. Всякой проблеме есть решение, а тут даже напрягаться не надо. Он надавливает ему на скулы, тем самым открывая рот и толкаясь в него своим членом. Его рот был настолько горяч и мягок, что Фэнг был готов кончить только от пары секунд процесса. Эдгар держит его за бедра, просто держит, даже не отталкивает, забавно. Зачем же он так яростно боролся? Чтобы потом сдаться под натиском кого-то более сильного? Слабак, по другому назвать его нельзя. Мужчина аккуратно и медленно толкается в мокрый ротик, его член касается зубов, неба, тычется в щеку, но он не чувствует языка своего «партнера», но ничего, заставит. Подчинит себе. Обхватив голову Эмошника двумя руками, он двигает ею в такт своим толчкам, он сам задает нужный темп, так удобнее, хотя от инициативы Эдгара он бы не отказался, никогда. Младший чувствует как с каждым толчком начинает все сильнее и сильнее задыхаться, но как только он начинает терять сознание член со рта пропадает и шлепается о его щеку, пошло. Сказать что неприятно это как нихуя не сказать, просто отвратительно, Фэнг такой мерзкий, особенно сейчас, когда Эд поднимает взгляд вверх и видит это довольное лицо. На десятой минуте он окончательно потерял сознание, и никакие шлепки по щекам его вернуть не смогли. Теряется он в своем сознании лишь с одной мыслью, «А что будет завтра?».