ампутация чувств (2022)

Фэнг кончает ему в рот уже после того как тот отключился. Он испугался что когда Эд придёт в себя, то подавится спермой и умрет, посему навернул его головой вниз, позволяя обильному количеству спермы стечь вниз на пол. Так, ну пол дела уже сделано, надо уложить хотя бы, не бросать же его голым на кровати. Да и самому лечь нужно, устал, утомился, это был большой всплеск эмоций и разнообразных чувств начиная от приятной дрожи в коленях, останавливаясь на обиде и злости, а заканчивая удовлетворенностью и чувством доминирования. Теперь главный он, и ничто ему не помешает делать так, как хочет он. На радостях мужчина вытягивает из-под парня одеяло, ложится рядом с ним и укрывает обоих. Засыпает он почти что сразу, прижимая младшего к себе и закидывая на него ногу. На утро первым просыпается Эдгар, как обычно от кошмара. Он надеялся что все вчерашнее окажется всего лишь очень болезненной галлюцинацией, но ноющая и острая боль в заднице и странный вкус во рту давали понять что все это наяву, и ему явно не избавиться от этого. Кстати, снился ему тоже Фэнг, только сон был в разы хуже чем реальность. Они живут вместе, Эд его любит, а мужчина ноль внимания на него, так еще и баб каких-то в квартиру водил. Бр-р… Суть страха не в том, что это был его насильник, а в том что на него совсем не обращают внимания в отношениях. Как он вообще согласился с ним встречаться. А может во сне все было хорошо? И не было никаких издевательств? И он действительно смог завоевать сердце такого холодного человека как он? Невозможно, да и Эмошник в любом случае не стал бы встречаться с ним. Он омерзительный и вообще уродец узкоглазый. Вернемся к его состоянию и самочувствию. Шея болит, щеки муторно ноют. О пояснице и самом анусе можно даже забыть, по ощущениям там побывал не один член, а все пятнадцать, причем все разом. На счет его морального состояния, оно стало только хуже, его изнасиловали, перед этим оскорбили и унизили, так еще и об стену лбом ударили, ну нормально? Как только он пытается подняться, то сразу же мычит от боли, безумно неприятно. И вспоминаются события прошлой ночи. На глазах наворачиваются слезы, от того что он сдался, и от стыда. Попытавшись встать с кровати, его схватили за волосы и потянули обратно. Эдгар даже забыл что Фэнг был рядом, а вернее, даже не видел. Сердце забилось чаще, его вновь накрыл животный страх, а вообще, уже как-то все равно, ведь лучше будет умереть, нежели терпеть это. — Та-ак, куда собрался? — произносит старший и утягивает его к себе, прижимаясь к его телу и утыкаясь в шею носом. — Ты такой наглый, разве я разрешал тебе? — спрашивает мужчина и вгрызается ему в плечо, болезненно прокусывая зубами кожу. Его абсолютно не заботило, больно или не больно, а хотя нет, он надеялся что ему очень и очень больно. Этот сукин сын вчера его обидел, теперь поплатиться. По комнате раздается приглушенный крик, от боли все тело трясется и пропускает пару ударов по сердцу. Эмошник очень странно реагировал на боль, у него болело не только место укуса, а сразу все тело, отчего ему было плохо в двойне. Он очень боялся боли, за что же Фэнг с ним так? Слезы крупными каплями продолжают катиться по щекам, капая на постель, от безысходности. Он же ничего не сделает, никак не спасется. Эдгар хочет что-то сказать, но воздуха не хватает, но он все равно пытается, несмотря на то, что чуть ли не задыхается. — П-почему… Именно я? — это все на что хватило сил, дальше он стиснул зубы, стараясь сконцентрировать свое внимание на чем-то другом, а не на ноющем от боли плече. Голос дрожит, да он весь дрожит, старается успокоиться. Фэнг заливается смехом, «Почему именно я»? Смешной мальчик, глупый. Он зализывает укус, глотая наступающую кровь. — Просто так. — выпаливает старший и начинает гладит его по спине. — Ты не особенный, ты никчемный слабак, Эдгар, понимаешь? Ты никто, и никому не нужен кроме меня, только я способен тебя полюбить, остальным до тебя просто не будет дела, почему ты не понимаешь? А? — мужчина кокетливо улыбается, облизывает губы. Эд возбуждает, заставляет чувствовать себя неловко, он такой красивый когда плачет. Но душа его так уродлива. — Ч-что?.. — младший поворачивает голову, и глазами полными слез смотрит прямо в душу его насильника. То есть, это даже необоснованно? Разве Фэнг ничего не говорил с самого начала? Не говорил. Но… Эдгар же точно помнит что он сказал… Нет. Он потерян и разбит, почему он? Как он и сказал, не особенный, так в чем дело? Ему просто захотелось поиздеваться над парнем? Как же жесток этот мир, почему все так, неужели за все эти годы одиночества он не заслужил хоть капли настоящей любви? Похоже что нет, теперь-то Эд действительно понимает что ничтожен, видимо так и должно быть, так решила судьба, а не он. — Т-ты… Я не п-понимаю, зач-чем все это? Разве… Р-разве я не заслуживаю л-любви? — он дрожит сильнее, слезы не останавливаются, а легче не становится. Зубы стучат, ему очень страшно, и от продолжительного голодания он был готов прямо сейчас свалиться в обморок, но очень хотел услышать ответ. Зря он тогда помог ему, нужно было выпереть нахуй с магазина, какой ты глупый! Старший переворачивается и нависает над парнем, всё так же довольно улыбаясь. — Не-ет, ты ничего не заслуживаешь, ни-че-го. — Фэнг обхватывает щеки нижнего руками, наклоняясь и целуя его в губы, так грубо. Наверняка Эдгару это не нравится, ему вообще хоть что-то нравится? — Но ты можешь заслужить это, я дам тебе любовь, но ты должен полюбить меня. Мне неинтересно как ты будешь это делать, главное результат, и он должен быть стопроцентным. Согласен? — он выпрямляется и протягивает ему руку для рукопожатия, дабы подтвердить их сделку. Фэнг надеется что все обойдется без лишних вопросов, ведь он многого не сказал. — Ну-у? Эдгар ошарашенно смотрит на него. Сделка? Он половину мимо ушей пропустил, о чем речь? Фэнг хочет чтобы он его полюбил? Больной что ли? После того как он ударил его, изнасиловал и морально добил оскорблениями — ни за что. Он сделал ему слишком больно. Но с другой стороны, Фэнг хочет помочь ему, дать ту любовь и ласку которую он не получил в детстве, да и по сей день, что же выбрать. Голоса в голове шепчутся, вгоняют в тупик. Половина из них кричит о том, чтобы Эдгар немедленно отказался, а другая — наоборот. Все же, парень хочет попробовать, он никогда не ощущал этого прежде. — Т-только при ус-словии… Что н-насиловать ты меня б-больше не будешь, пожалуйста. — он пожимает его руку, и только после вспоминает что за избиения и оскорбления он ничего не сказал, сука… Но может Фэнг сам додумается? Навряд ли, этот даун тоже умом не отличается. Мужчина улыбается, он был согласен, но ничего не обещал. Он насиловал и будет насиловать его, при любом условии, даже если на кону будет стоять его собственная жизнь, таково желание. — Отлично, я буду заботиться о тебе, любить и ласкать, но одно неверное твое слово или движение — пеняй на себя. — он наклоняется к его шее, уже более нежно целуя ее, вылизывая и оставляя засосы. Медленно он переходит на ключицы, кусая их и слизывая капельки крови. Вообще, Фэнг и не думал что он такой клыкастый, раз при легком прикусе кожи, он прорывает ее. А может у Эдгара действительно очень тонкая кожа? Надо быть поосторожнее с укусами, мало ли. Эдгар смущается, непривычно даже так. И все равно неприятно, ему нужно время чтобы все осознать. — С-стой, стой… Погоди, Фэнг. — он отталкивает его руками, вернее, касается его, так как сил даже после сна не было, ему срочно нужно принять таблетки или поесть. — Мне неприятно, нужно время чтобы привыкнуть к тебе. Извини, но ты должен прекратить это. — Эдгар старается говорить все как можно мягче, вдруг он разозлит его? Подросток отворачивает голову, поджимая губы и зажмуривая глаза, надеясь на то, что мужчина все понял и вскоре покинет его комнату. Фэнг злится, но не показывает этого, слово Эдгара для него ничто. — Нет, потерпишь, извини, но этого хочу я. — он спускается ртом к его соскам, покусывая их. Ну как можно не понять что ему реально до пизды на состояние Эдгара? Ну ладно, не совсем, если он будет серьезно болен то Фэнг разумеется поможет ему, ему еще нужно куда-то сливать свои негативные эмоции, ну и сперму, конечно же. На первом плане собственное удовольствие, а что уж там до Эдгара. Было бы круто заняться с ним сексом на улице, на глазах у людей. Какова же будет реакция подростка, расплачется он или же разозлится… Ну, судя по тому как он реагирует на внимание со стороны любого другого, скорее всего точно расплачется. — Ну тебе же нравится, думаешь мне не видно? Твой мозг все еще отрицает и не принимает меня, но тело уже готово, смекаешь? — улыбается старший, продолжая спускаться ниже, водить кончиками пальцев по телу подростка. Он скользит по лобку, проводя пальцем по мягкому члену пассива, пока что мягкому. Эмошник морщится, кажется он переоценил свою выдержку. Его стошнило, той же желчью, он вспоминает что давно не ел. Только уже не на пол, а себе на живот, желтоватая субстанция с кровью течет вниз живота из-за наклона и пачкает руку мужчины. Это пиздец. Ему пиздец. Эд поднимает ахуевшие глаза на старшего, по его лицу не понятно, даст ли он ему по еблету, или же отнесет в ванную и помоет, хотя навряд ли, он его там и трахнет, собака озабоченная. — Я… М-мне жаль… Фэнг… — он мямлит и плотно сжимает губы, ему плохо, вот и второй рвотный порыв, блевать на голого себя ахуенно, так еще и пачкать руку какого-то ебанутого садиста\насильника\самого «любящего» парня\ и просто конченого идиота. Мужчина этого не ожидал, но на собственное удивление даже не разозлился, а наоборот… Возбудился. Интересно. Фэнг проводит пальцами от его члена до сосков, размазывая немного вязкую рвоту по его животу, а потом резко пихает эти самые два пальца в рот Эдгару. — Утилизация? — он смеется, ему-то весело, а вот видимо младшему не совсем. Эд весь побледнел, глаза уже закатывались, он был сильно истощен, как морально, так и физически. Когда пальцы Фэнга вновь оказываются у него во рту, но теперь смоченные в рвоте, он не сдерживает и блюет еще раз, господи боже, как же ему плохо. Живот крутит, голова болит, будто сейчас расколется. Это просто невыносимо. Так звонко что-то пищит, так громко кто-то кричит, и так больно осознавать что просто так это все не пройдет, ему мучаться и мучаться, кажется это никогда не закончится. И сколько бы он не думал о самоубийстве, ничего не меняется, он все такой же трус, видимо Фэнг действительно был прав, как бы прискорбно не звучало, Эдгар и вправду жалкое ничтожество, не способное даже убить себя. Но вопрос, за что его наградили этими заболеваниями? Как они начали так стремительно развиваться, что он и оглянуться не успел, а тут уже осязаемые глюки, Эд правда пытается вспомнить, но из него будто вытянули часть чего-то важного. Он помнит детство, помнит дедушку, маму и папу, а дальше только работу-работу-дом-глюки. Когда все это началось? А когда закончится? Ему правда очень плохо, он кается, за все что сделал и чего не сделал, но думал. Правда парень даже не знает за что просит, нет, молит прощения у бога. Не поможет, он обречен на страдания, и сгниет его труп в этой же кровати с Фэнгом, который даже не попытается ему помочь, не сводит к психологу и не купит нужные таблетки от галлюцинаций. Подросток опять плачет, все слезы что он не пролил ранее, вырываются наружу сейчас, как же тошно. От самого себя тоже, за то что такой слабый и никчемный, ненужный… Если бы ему дали возможность, то Эдгар бы с радостью пошел в церковь, и стоял бы он там до посинения, до того пока его ноги не прирастут к этой чертовой церкви! …Но только пожалуйста, заберите его отсюда. Фэнг наблюдает за ним, он лежит и не шевелится. После того как его вырвало третий раз, он еще больше заулыбался, как же ему нравятся страдания других, из-за этого он сюда и приехал. Зарегистрировался на арене, начал убивать, не по-настоящему конечно же. Он бы и мухи не обидел в реальной жизни, ну, ладно, до этого момента, вернее, до встречи с Эдом. Ему очень хочется заставить его страдать, а потом самому выйти сухим из воды, будто бы это не он его довел. Скорее всего, он инсценирует его самоубийство. Убьет, задушит, а потом веревкой обмотает и повесит на люстре, и вуаля, Эдгар сам повесился, заебись, да? Вот приколы от санитаров. Но скорее всего ничего не получится, ведь Фэнг будет его пиздить, резать, жечь, колоть, а это на экспертизе все выявят, и под подозрение возьмут его. Ну да ладно, не будем сразу о плохом, может все и получится. Сейчас же он просто размазывает его рвоту по животу, ногам и члену. И кстати, это возбуждает, кажется это уже было… Не суть. Мужчина опускается телом ниже, обхватывает его член рукой, начиная медленно двигать ею по всей длине. Второй рукой он приподнимает его ноги, закидывает себе на плечи дабы открыть более откровенный вид на раздолбанную задницу. После вчерашней долбежки она выглядит лучше, но дырка все такая же красная и даже пульсирует, сочится вчерашней спермой, кажется стоит пополнить бак, но сначала принудительная (почти) растяжка ануса. Фэнг касается его языком, водит вокруг и толкается внутрь, упираясь носом в яйца. Член неприятно ноет, живот потягивает с каждой секундой сильнее, но без растягивания дырки он вряд ли войдет внутрь, посему продолжает махинации с анусом. Эдгар был буквально на грани между очередным обмороком и тяжелым сексом. И как думаете что? Нихуя у него не получается потерять сознание, хотя ощущение по типу: вот-вот и засну, правда. Он чувствует все, но тело уже потеряло какие либо способности двигаться, он просто стухшее мясо, изнасилован, облеван, и во второй раз унижен и выебан, просто супер. Но наверное это лучшее что он может испытывать, не имея других половых партнеров, он все же может посчитать Фэнга самым-самым. Ну если думать логически, он его герой-спаситель? Вытащил из бесчувственной ямы, засадил в жопу, считай признался в любви, хотя это было похоже на признание в вечной ненависти. А может все-таки он действительно любит его, а Эдгар просто так себя накручивает? Он же болен, блять, все возможно… Да, да, Фэнг точно любит его. Стал бы он ухаживать за ним как в начале? Нет, никто кроме него не стал бы. Вот и ответ на вопрос. Эдгар тоже любит. Но не его, его былую заботу, он никогда не отпустит тех воспоминаний. Это же было вчера… Почему былую? Может мужчина и сейчас будет заботиться о нем, он надеется на это, ведь без обычной ласки и заботы он долго не проживет. Ну хотя бы базовые обязанности врача, Фэнг же сможет их обеспечить, да? Пожалуйста… Его губы и язык вновь касаются того самого чувствительного места, едва ощутимая дрожь проходит в районе коленей и поднимается выше, будоражит член и соски, застревает в горле. Ах, вот ради этого можно и чуток потерпеть, правда ведь? Все испытывают боль перед наслаждением, да-да. Фэнг никак не выходит из головы, видимо так и начинается эта, ну… Любовь? Кажется он нестабилен, буквально пару часов назад он проклинал его и материл всеми возможными словами, что же сейчас случилось? Эдгару страшно, что он отдастся этим чувствам и погибнет от рук возлюбленного. При мыслях о том что Каратист действительно его ненавидит, на глазах наворачиваются слезы, в груди болезненно печет, а в горле застревает огромный ком, который буквально не позволяет ему дышать. А Фэнг все наяривает языком, обильно смачивает слюной и проталкивает ее внутрь, добавляет пальцы, убирает и сравнивает. В общем — занят важным делом. На это ушло минут тридцать, хотя он со вчерашнего вечера потерян во времени, так что возможно и больше. Скинув ноги парня со своих плеч, он выпрямляется и хрустит спиной, затекла. — Ну, как себя чувствуешь, мученик? — с усмешкой спрашивает старший. Он его не любит, ни капли. — Голоден наверное? — ему смешно, пока Эд страдает от недосыпа, мучительно долгой голодовки и бесконечных глюков, ему смешно. Все же мужчина делает сострадательный вид, наклоняется к его лицу и так нежно целует в губы, как только может. Руками гладит тонкие плечи, костяшки выпирают, так приятно глазу. — Я тебя очень люблю, ты веришь мне? Я правда смогу сделать тебя счастливым, просто доверься мне… — Каратист улыбается, даже ухмыляется, показывая оскал и клык. Вот почему так больно. Эдгар и места себе не находит, ему до боли приятно, но… Но эта ухмылка пугает, ты разве забыл что этот придурок с тобой сделал? Разглагольствуем. Да не важно что он там сделал, Фэнг сейчас признался ему в любви! Поверить в такое нельзя даже, тут точно есть подвох… — И… И я т-тебя… — дрожащим голосом мямлит младший, на большее он не способен, ему очень трудно разговаривать и двигаться в общем. Он тратит силы на то чтобы закинуть руку ему на плече и своеобразно прижать к себе, в знак того что Эмошник ему доверяет, пусть и не совсем как он хочет. Что же будет дальше? Они будут счастливой парой?