Аромат души

Табло прилета в зале ожидания не радовало мелькающей информацией, а звуковое оповещение только отдаляло Тэхёна от его долгожданной мечты. Судя по всему, его рейс задерживался. Это диктовали погодные условия. Ну, а кто же спорит с природой? Поэтому он смиренно воткнул наушники и запустил в проигрывателе очередную аудиокнигу. Он с упоением слушал детективы. Поглощал их один за одним. Ему нравились бесконечные изворотливые сюжеты авторов, наполненные динамичными событиями. Детективы же бывают разными: исторические, политические, криминальные, психологические, шпионские и даже с акцентами и волнующими элементами эротики. Он утопал в судьбах героев и практически всегда угадывал финал. Интуиция Тэхена срабатывала, как часы. Раньше детективы он только читал. И времени на то, чтобы спокойно присесть с книгой в руках, катастрофически не хватало. Это его безумно расстраивало. Ведь он искренне считал, что чтение для него панацея. Своего рода спасение от одиночества, которое он остро ощущал в последнее время. А ещё хобби и отличный способ саморазвития. Пусть этот жанр и не несёт в себе особой познавательной нагрузки, всё же Тэхёну нередко удавалось почерпнуть из книг для себя много интересного, даже чему-то научиться. Одиночество беспощадно тяготило его. Он вполне мог, если бы задался целью, начать отношения с кем-то. Вот только кто-то ему был не нужен вовсе. Таких мимолетных, неглубоких отношений у него за двадцать семь лет жизни было немало. Не хотелось Тэхёну всех этих людей впускать в свою душу, всецело доверять и брать взамен их доверие. Он их не чувствовал, не ощущал аромата их души. Как странно бы это ни звучало. Но Тэхён искренне верил в то, что такое бывает. Он ждал того, кого смело сможет назвать "своим" человеком, кого сможет почувствовать сердцем. Верил, что узнает его сразу и без слов. По глазам, может, по голосу, повороту головы. Неважно. Тэхён был романтиком и не считал это недостатком. Работа отнимала у Тэхёна чуть ли не всё свободное время, порой не оставалось и трёх часов для сна. Поэтому когда друг посоветовал ему известный аудиопортал с озвучками, он был бесконечно рад и с головой окунулся в прослушивание даже уже давно прочитанных им книг. Он получал особое удовольствие от интонационных переливов голоса человека, который читал эти книги. Сложно было ему поначалу найти среди множества озвучек того единственного чтеца, который бы голосом воспроизводил картинки, заставлял вздрагивать при особо острых моментах и плавиться при прослушивании откровенных сцен. Кто бы своим голосом делал зарисовки сюжетов и доносил их до слушателей так, что складывалось впечатление, будто ты смотришь кино. Для этого надо было быть исключительно мастером своего дела. Это нужно любить и проживать прочитанные строки душой, пропуская их через сердце. Тэхён раньше не понимал, почему в детстве мама увещевала и порой заставляла его рассказывать стихи с интонацией. Как же он спорил с ней и противился её просьбам. Не понимал, глупенький, насколько важна для слушателя интонация. Не каждый сможет передать радость, гнев, страх за счет высоких нот. Не каждый способен выразить тревогу и беспокойство ультравысокими вибрациями голоса или использовать низкий тембр для демонстрации страсти или желания. Тэхён нашёл тот самый голос и своего чтеца. Выбрал из множества голос, заставляющий его отбросить все посторонние мысли и вслушиваться, ловя каждую эмоцию. Благодаря одному только голосу он мог теперь рисовать в фантазиях картины сюжетов, воспроизводить образы героев, наслаждаться их взаимодействием. Голос чтеца побуждал его из раза в раз испытывать радость, трепет, страх и желание. Это было невероятным открытием для Тэхёна. Он ежедневно засыпал с этим голосом в наушниках и в буквальном смысле стал зависимым от голоса человека, которого не видел ни разу. Озвучек, опубликованных на портале, выполненных этим мастером, перевалило за сотню. Новые работы выходили довольно часто. Это не могло не радовать Тэхёна. Жаль только, что информации об этом человеке не было никакой, кроме короткого ника, зашифрованного в аббревиатуру VOU. Однако Тэхён недавно узнал расшифровку и поразился смелости и нескромности чтеца. Он именовал себя не иначе как «ГОЛОС ВСЕЛЕННОЙ». Отчего-то Тэхёна даже мурашки пробрали, настолько поразил его этот псевдоним. Видно, что человек не стремился к публичности, но это не мешало ему набирать с каждым днём армию поклонников, коих стало уже более миллиона. И Тэхён был в их числе, очарованный и погруженный с головой. Всё, что мог о нём понять Тэхён, так это то, что мужчине было не больше тридцати. Этой информации было ничтожно мало. Чтец закрыл от подписчиков обратную связь. Написать ему в личку было невозможно. Он скудно, но довольно регулярно, отвечал на комментарии. Не оставлял без внимания как положительные так и отрицательные отзывы, реагируя на всё ровно. В соцсетях его активности не было. Однако из-за этого Тэхён не слишком расстраивался. Главное, что этот проникновенный голос оставался с ним. Остальное Тэхён переживёт. — Ну, и что ты загрустил, одинокий путешественник? Дай угадаю. Вылет отменяется? — бодрый и мягкий голос в трубке вынудил Тэхёна оторваться от увлекательного прослушивания. — Угадал. Надеюсь, это ненадолго. Чего звонишь, Чимин? Уже соскучился? — Тэхён рад был слышать друга, с которым общался ежедневно. — Ага, мечтай! Мы не в тех отношениях, чтобы я скучал по тебе, — Чимин был, как обычно, в своем репертуаре и не упускал возможности намекнуть Тэхёну на его ориентацию. — Не в тех. Зато это можно легко исправить, Чим. Вот вернусь и займёмся, — а Тэхён всегда с особым азартом принимал игру и отвечал той же монетой. — Меня что-то резко замутило, Тэ. Ну, не-ет. Ты, конечно, божественно красив, но сердцу не прикажешь, — хохотнул Чимин и продолжил. — Я звоню потому, что со мной связались, наконец, менеджеры того проблемного издания. Они хотят тебя и ждут заключения контракта. Некстати ты улетаешь в отпуск. — Чимин, я всего на семь дней. Вернусь и всё решим. Ты, главное, мою "детку" забери из ремонта. Не забудь, — Тэхён называл "детками" свои камеры и фотоаппараты. — Как я могу забыть? Она же наша кормилица! Точнее, одна из всех твоих «деток». — Хм, твой кормилец это я. Она всего лишь инструмент, — игриво протянул Тэхён. — Ах, да-да! Извиняюсь, мастер фэшн-съемки. Позже наберу тебе. У меня вторая линия. Чимин, как обычно, был нарасхват. Работа менеджера известного фотографа была сложна, но он справлялся мастерски. Тэхён был рад тому, что пару лет назад взял его в менеджеры и, по совместительству, в лучшие друзья. Они быстро нашли общий язык и идеально дополнили друг друга. Чимин сразу взял на себя необходимые обязанности, чем значительно разгрузил Тэхёна и дал возможность заниматься только фотографией. Ким Тэхён был востребованным и известным фотографом в индустрии моды и красоты. Он умел найти подход даже к самым придирчивым и строптивым моделям или айдолам, знал лично практически весь свет корейской индустрии красоты и кинематографа, а они хотели сниматься исключительно у него. Отчасти, это стало возможным не без грамотного пиара Чимина. Пиар — это большое дело для любого специалиста. Вот только без таланта любой пиар просто пшик. А Тэхён был, безусловно, талантлив. От его зоркого взгляда не укрывалась ни одна мелочь. Он придумывал запредельные образы для своих фотосессий. Смело командовал визажистами и дизайнерами, видя наперед, как грамотнее будет смотреться в кадре та или иная деталь. Он внимательно относился к созданию настроения модели, искусно подсказывая и предлагая те варианты используемых поз в кадре, которые на финише давали идеальную картинку. Клиенты любили работать с ним. Он умел в процессе работы подобрать такие слова для каждого, что дарили моделям ощущение исключительности, окрыляли их и по умолчанию рисовали улыбку на их лицах. Его высокооплачиваемый труд давал множество привилегий и возможностей для комфортной жизни. Он жил в престижном районе Сеула в собственных апартаментах, имел несколько авто и загородный дом. Регулярно финансово помогал родителям, которые жили в Тэгу. Отдых — единственное, чего ему катастрофически не доставало. И он решился на осуществление своей давней мечты как туриста и как фотографа. А мечтал он о путешествии в Швейцарию. Многое знал об этой удивительной стране, богатой фантастическими пейзажами. Хотел окунуться в магию зеленых лугов и величественных гор. Желал насладиться красотой чистейших голубых озер и, конечно, привезти с собой оттуда частичку этой красоты, запечатлев всё на камеру. И возможно, даже организовать тематическую выставку фотографий местных красот. Тэхён много времени посвятил выбору места отдыха. Ему безумно хотелось насладиться природой тех мест. Прогулки по улицам городов его не особо прельщали, разве что Женеву он бы рассмотрел подробнее. Выбор пал на отель, из панорамных окон которого открывались виды на озеро Люцерн и зеленые холмы, окружающие его. Полёт оказался лёгким, а Женева встретила его ясной и теплой погодой. После пасмурного сеульского настроения яркие краски Женевы впечатляли. Тэхён не мог отказать себе в удовольствии насладиться городом сполна и решил провести в нём весь день, а уже после ехать в забронированный отель. Он словно попал в другое измерение. Глаз радовался буйству красок. Повсюду слышались голоса с иностранной речью. Преобладал немецкий и французский, иногда он улавливал английский и радовался тому, что понимает, о чём говорят встречные. Женевское озеро восхищало своей красотой и не отпускало пристального внимания. Хотелось любоваться им бесконечно, что Тэхён и делал. Фотоаппарат без устали щёлкал кадр за кадром, а ему, казалось, было этого мало. Особенно впечатлил Тэхёна фонтан Же-До, который бил прямо из озера. Это завораживающее зрелище захватило внимание. Сувенирные лавки, тянувшиеся вдоль набережной, пестрили многообразием сувениров. Тэхён не удержался и накупил много чего на память себе и в подарок друзьям и близким. Он обещал себе, что в следующий раз распланирует свой отдых так, чтобы посмотреть многие достопримечательности этой страны. А время неумолимо близилось к вечеру. До места отдыха предстояло ехать около трех часов, и для этого Тэхён арендовал автомобиль. Он решил самостоятельно добраться до места, а по пути рассматривать окрестности. Чувство невыразимого спокойствия посетило Тэхёна, как только он оказался за рулем авто, а бесконечные и невообразимые по своей привлекательности пейзажи сменялись один за другим. Казалось, спокойствием здесь был пропитан каждый уголок. Эту магию было невозможно описать словами. Даже если ты молод и вырываешься из шумного мегаполиса в этот мир, не возникает желания стремглав нестись куда-то, а хочется просто сесть на одной из многочисленных лавочек в живописных местах и в таком положении провести целый день. Казалось, что эта страна создана для того, чтобы дарить каждому приезжему спокойствие и умиротворение и наслаждаться каждой секундой, проведенной в этом дивном раю. Состояние эйфории не покидало его. Он ехал по витиеватым маршрутам, внезапно оставляя машину на обочине, хватал в руки камеру и снимал, боясь не успеть запечатлеть, как будто это красота вот-вот исчезнет. Если бы по приезде домой его начали спрашивать друзья о впечатлениях, он не сказал бы ничего, кроме «восхитительно», «удивительно», «волшебно». Запаса слов не хватало для того, чтобы выразить всё его восхищение увиденным. Эта страна взяла его в крепкие тиски своей необычайной красотой и не выпускала с первой минуты пребывания. До отеля он добрался поздним вечером. Не было сил даже на душ. Его доброжелательно встретили и заселили в номер. От ужина Тэхён отказался. Пересилив себя, он все-таки поставил на зарядку телефон и фотоаппарат, которые успели разрядиться. Выйдя на балкон своего номера, он вдыхал чистейший воздух. Свежий ветер окутывал его долгожданной прохладой после долгого жаркого дня. Солнце опускалось за холмы и отражалось в глади голубой воды озера. Тэхён не видел ещё в своей жизни таких живописных закатов. Он пожалел, что так некстати разрядился его фотоаппарат. Вдали, на берегу озера, сидел мужчина в белом и писал картину с натуры — закат над озером. Вокруг царило волшебство и покой. "Какой замечательный сегодня день!"— он устало опустился на кровать и мечтательно всматривался в закатное небо сквозь прозрачные шторы, предвкушая долгожданный отдых. Сегодня он впервые за долгое время засыпал без голоса в наушниках. Напитался за день таким количеством эмоций, что был наполнен ими до краёв. Иной эмоциональной подпитки уже не требовалось. Следующие два дня у Тэхёна не было времени опомниться. С раннего утра и до позднего вечера он катался по экскурсиям в близлежащие города и деревушки. Посетил старинную сыроварню, попробовав около двадцати видов сыра. Сплавал на пароходе по озеру, собрав на карте памяти своего фотоаппарата бесчисленное количество ценных кадров. А хотел ведь спокойного отдыха, но изворотливые гиды заманили Тэхёна, о чём он не пожалел. И каждый раз, практически приползая к своему отелю обессиленным и счастливым, он наблюдал одинокую фигуру художника, сидящего на берегу озера за работой. Уезжая ранним утром Тэхён видел, как мужчина рисует рассвет. А вечером незнакомец колдовал уже над закатными переливами солнца. Тэхёна поражала его усидчивость, увлеченность процессом. Сам бы, наверное, он не смог вот так беспрерывно сидеть с раннего утра и до позднего вечера. Но он и не художник. Естественно, ему не понять всех тонкостей процесса. Третий день отдыха Тэхён решил посвятить релаксу и освободил себя от предлагаемых гидами экскурсий, оставшись в отеле. Солнце слепило яркими лучами, и Тэхён, надев солнцезащитные очки, расположился на скамейке с телефоном в руке. Привычным жестом он вставил наушники для уединенного прослушивания новой книги, выложенной чтецом недавно в открытый доступ. Знакомый и такой уже родной голос начал повествование, а Тэхён, внезапно увидев недалеко фигуру художника, отвлекся. Тот сидел на прежнем месте в раскладном белом кресле. Одет был мужчина тоже во всё белое. На голове виднелась белая панама, защищающая его темные волосы от притяжения палящего полуденного солнца. Тэхён подметил, что художник был в белом всегда, а вечерами, накидывал белую толстовку и капюшон, чтобы спастись от прохлады. И это было удивительно и так прекрасно смотрелось на нём. Мужчина казался ангелом в окружении великолепных пейзажей. Тэхён тщетно пытался подавить в себе возникшее желание приблизиться к художнику, увидеть его вблизи, заглянуть мимолетно в его холст. Хотелось оценить, насколько хороши его работы, а может, он и вовсе малюет абракадабру, чисто для души. Тэхён любил искусство. Он и сам отчасти был художником. Фотохудожником, но всё же. Ведь суметь грамотно запечатлеть мимолетное настроение человека или мастерски выбрать экспозицию, настроив фотоаппарат так, чтобы не было необходимости в последующей ретуши кадра, сможет не каждый. А Тэхён мог, ему было это подвластно. Он учился этому мастерству много лет, а после долго стажировался у нескольких известных фотографов, которые, к слову сказать, теперь стали его коллегами. Он вырос до их уровня. Тэхён, как воришка, бесшумно подкрался к художнику со спины и расположился на неприлично близком расстоянии. Так и стоял какое-то время, наблюдая за ним, а сам не верил глазам. "Так не бывает", — думал Тэхён в ту минуту. Увиденное поразило до глубины души, настолько чётко был передан художником образ природы. Казалось, через картину можно было услышать запах травы, почувствовать дуновение ветра, окунуться в атмосферу полуденного зноя. При взгляде на картину можно было с легкостью утонуть в кусочке природы, зарядиться энергией, успокоиться и согреться лучами солнца. Работа не была завершена. Художник кропотливо продолжал наносить мазки, улучшая и дополняя изображение. Его правая рука плавно и уверенно скользила кистью по поверхности, набирала в палитре нужный цвет и снова прикасалась к холсту. Тэхён не дышал, наблюдая за этим безмолвным волшебством. Не было сил оторвать взгляд как от самой картины, так и от изящной и красивой руки художника. Тэхён определил по руке, что мужчина молод. Смуглая кожа переливалась медовым блеском на солнце. Пальцы крепко удерживали тонкую кисть, продолжая творить чудеса. А Тэхёну на миг показалось, что эти пальцы смело проходятся мазками по его сердцу. Он был околдован происходящим. Глубокий вздох вырвался из груди Тэхёна, что не осталось незамеченным. А художник медленно повернулся в его сторону. Из-под белоснежной панамы на Тэхёна смотрели глаза цвета черного обсидиана. Цвета того самого любимого камня, которым сейчас было украшено кольцо на руке Тэхёна. Глаза глубокого черного цвета смотрели, кажется, не на него. Они проникали прямиком в самую душу Тэхёна. Резкий контраст белых одежд и черных глаз незнакомца вырывал из реального мира. Из-под панамы виднелись темные, как ночь, волосы, легко касаясь шеи мужчины. Хотелось дотронуться и убедиться в том, что этот художник не призрачный мираж, настолько он был гармоничен в своей притягательности и привлекательности. Он не был красив в классическом понимании, скорее, крайне привлекателен, но для Тэхёна эта привлекательность стала мощным магнитом. Незнакомец словно и сам сошёл с полотна в своих белых одеждах. Взгляд художника внимательно и изучающе скользил по лицу Тэхёна, словно мысленно давал оценку его внешности по своей собственной шкале. От этого Тэхён чувствовал неловкость. Нарушить тишину стало сейчас самым правильным из решений. — Здравствуйте, я хотел поинтересоваться у Вас, — начал он, чувствуя робость и неловкость ситуации. — Вы продаете эту картину? Тэхён и не сразу понял, что спросил он это на родном языке. Художник был корейцем и Тэхён подсознательно это определил. Он всегда мог чётко конкретизировать национальность азиата, не путая выходцев из Кореи, Японии и Китая. Художник ответил не сразу, резко отвернулся от Тэхёна, будто подбирая слова. А потом… Начал говорить, но шепотом. — Мои картины не продаются. Я пишу их исключительно для себя, — ответил он отрывистыми фразами. Каждое слово ему давалось с трудом, — Не могу долго говорить, извините. Проблемы со связками, — ответил он так же на корейском языке, а после снова отвернулся от Тэхёна и взялся за кисть. Тэхёну отчего-то стало ещё более неловко, он даже весь внутренне сжался. — Извините, — смог только это произнести в ответ и отправился на свою скамейку. Несмотря на жаркий день, тело бил озноб, а руки дрожали. Тэхён не мог дать объяснения своему состоянию. Этот загадочный художник, говоривший с ним шепотом, странно подействовал на него. От незнакомца словно веяло чем-то родным и желанным: вкусными завтраками наедине; тихими вечерами в гостиной у камина в обнимку; безумными бессонными ночами. Тэхён мгновенно это почувствовал. Это было то самое… То, что он так долго искал в людях, но не находил. А здесь внезапно почувствовал и растерялся, не понимая как быть дальше. Он так и сидел в уединении на скамейке, бросая на художника заинтересованные взгляды, пока не увидел, как тот поднимается с места, медленно и аккуратно собирает свои краски и кисти и неторопливо и уверенно идёт ко входу в отель. Тэхён любовался тем, как ветер пробирается под ткань его свободной белой рубашки, поднимая один её край, и обнажает участок пудровой кожи на талии. Он провожал художника взглядом, мысленно коря себя за несдержанность и любопытство.