Turning back time

Холод пробирает до костей, в полумраке на рассвете, когда солнце еще не взошло, сокрывшись не то за горизонтом, не то за тучами, погрузившими Лондон во мрак холодной глубокой осени. Тишина угнетает, не удивительно ещё слишком рано, для того чтобы приниматься за работу. Нет, здесь всегда слишком тихо. Из приоткрытого окна спальной комнаты слышится запах прошедшего дождя и утренней морозной прохлады. Наверное, не стоило оставлять окно открытым, из-за вечерней бури ему так и не удалось сомкнуть глаз. Стоило ли попросить у Эмили снотворного? Нет, не стоило беспокоить прислугу столь незначительными просьбами. Несмотря на бессонную ночь, спать совершенно не хотелось. Вероятно от бездумного безрассудства, иначе Генри бы это не назвал, будучи в здравом уме никто не полезет в наполненную ледяной водой ванну, но Генри поспешил оправдать своё безумие, ему стоило привести мысли в порядок, вот только отчего-то это не заглушило звон голосов и прочего, не оставляющего его в покое шума. Мокрая рубашка неприятно липла к телу, как и промокшие насквозь брюки. Стоило сбросить с себя вещи, прежде чем погрузится в воду. От горечи коньяка, который Генри позаимствовал из коллекции отца, кружилась голова, и Генри был уверен, лицезрев его сейчас Эдвард, то явно бы назвал это жалким зрелищем, попросту не смог бы оставить эту чрезмерно глупую картину без комментария. В этой тишине было непривычно не слышать голос Хайда, звонкий, язвительный и не на минуту не затыкающийся. Ненамного ранее Генри отдал бы все, чтобы не слышать его снова, сейчас брошенные в прошлом слова вызывали лишь желание помыть рот с мылом, лишь бы похоронить это глубоко внутри. Как бы Генри не хотелось это признавать, но Эдварда не хватало, так же как и шумного, живущего своей жизни общества. В пугающей тишине поместья, за именем лишь пары собеседников в окружении безвольных кукол, положение не спасала закрытая дверь отцовского кабинета, за которыми Генри просиживал все свое свободное время, зарывшись в документы отца. Сколько прошло времени с той с той поры как Генри оказался здесь вновь, он не считал, были ли это пара минувших дней или недель, а то и вовсе спешно, будто в забытие проскользнувший месяц. В редкие моменты его серые будни прерывал как всегда спонтанно проявляющий на пороге его особняка Роберт. Одним лишь своим присутствием возвращая Генри назад. Будь-то времена далекого будущего, чьё время они разделили в компании друг друга за дружеской беседой или времена давно минувших дней. Генри не хотелось вдаваться в эти подробности давно забытого бремени, но отчего-то зачастившие появление Роберта, не могло не теребить давно покрывшиеся защитной пленкой раны, в ожидании когда слова Лэньона окончательно поставят точку и без того их сложных отношениях. Он помнит, какую горечь вызывали струившиеся, будто яд с губ Роберта слова. Сейчас это не пробуждает в Генри былых эмоций, лишь тихое безразличие с нотками раздражения от мельтешения со стороны незваного гостя. Воспоминания от неудачного разговора всё еще были свежи в памяти.

***

Голос Лэньона показался Генри подозрительно взволнованным, стоило лишь двери его кабинета распахнуться, пропуская внутрь нежданного гостя, с кривой улыбкой натянутой на лице Роберта больше для формальности. Тот без зазрения совести упал в стоящее вблизи его рабочего стола кресло, закидывая ногу на ногу и начиная свой бездумный рассказ. Казалось, будто Роберту срочно требовался слушатель, который бы выслушал его бессвязную немеющую абсолютно никакого смысла болтовню. Генри не стал утруждать себя ещё большим вниманием созерцания образа друга, возвращая взгляд обратно в документы в своих руках, игнорируя последнего. Джекилл прекрасно знал, что привело Лэньона в его кабинет в столь ранний час и без его лишней болтовни, этот разговор они уже проходили и Генри не собирался выслушивать все и на этот раз, предпочитая дать Роберту, волю слова, пропуская все сказанное последним мимо ушей. Однако спустя ни один прошедший час, Лэньон так и не покинул его кабинет, продолжая нести несусветную околесицу, давно потеряв нить собственного монолога, но зато с предельным остервенением нарезая круги вокруг себя, как назойливая муха, мельтеша на периферии зрения медленно закипающего Генри. — Так, что я хотел сказать?! — Лэньон запинается на полуслове, не находя решительности перейти к основной теме затянувшего разговора. По хорошему Генри следовало промолчать, позволяя Роберту найти в себе достаточно смелости продолжить, только отчего-то слова срываются быстрее с его уст, прежде чем Генри успевает подумать об этом достаточно хорошо. — Разве, не то что, ты хотел пригласить меня на собственную свадьбу? Роберт побледнел на глазах, мгновенно замирая на месте окидывая Генри нечитаемым взглядом, однако Генри успел заметить промелькнувший в них отвращение. Генри не стал гадать был ли Роберт недоволен его словами или ему крайне отвратна сама мысль об его договорном браке, который так удачно заключил его отец, без его ведома, как бы там не было на самом деле это была больше не забота Генри. — В этом нет необходимости Роберт, я не приду, можешь оставить приглашение при себе. В эту минуту Лэньон кажется, непростительно взбешен подобными речами, но отчего-то оставляет свое мнение при себе, выдавливая сквозь плотно сжатые зубы хриплое «Почему?», которое быстро растворяется в тишине кабинета. Роберт кажется по настоящему разбитым, но Генри не чувствует в этом своей вины, в конце концов Лэньон сам посадил себя на поводок вручив его конец прямо в руки своего отца, Генри знает Роберт не пойдет ему наперекор, слишком дорожа своим статусом и наследством, наверное куда больше чем следовала. Генри все ещё помнит, как легко Роберт променял все, что между ними было. — Ты вправду не понимаешь? Роберт в мгновенье теряет все свое недовольство, в удивлении распахивая глаза, на явное обвинение в словах Генри. — А что я, по-твоему, должен понять? Генри не удостоил Роберта ответом, как ни в чем не бывало, переводя взгляд на уже готовые документы, тем самым ставя точку в их относительно коротком разговоре. — Я думаю тебе пора. Больше Генри ничего не говорит, однако Роберт не спешит на выход, ещё с минуту прожигая друга недовольным взглядом, наверняка надеясь, что Генри найдется с объяснениями, которых почему-то так и не последовало. Совсем скоро терпение Лэньона заканчивается и тот все же спешит прочь из кабинета, с громким хлопком закрывая за собой дверь, его тихое «Невероятно!» растворяется в тишине, которой погружается кабинет после его скоропостижного ухода. Генри его не останавливает, не видит в этом не какой нужды, попросту не намереваясь наступать дважды на одни и те же грабли. Когда-то в прошлом он уже принял предложение Роберта, ненамного позже жалея о своем бездумно принятом решении. Он ещё помнит, как сложно было наблюдать за стоящими у алтаря молодоженами, делая вид, что ничего не происходит и, слушая язвительные замечания Эдварда у себя в голове. Он был прав, ему не стоило приходить, раз он так отчаянно хотел сбежать, насильно заставляя себя оставаться на одном месте и давя из себя вежливую улыбку. Генри знает Роберту сейчас тоже непросто, нужда в поддержке, в конце концов, привела его к нему. Однако все о чем думал Лэньон, было лишь о своем благополучии, плевать он хотел на то, как чувствовал себя Генри, держа в руках это чертово свадебное приглашение, казалось внутри что-то сдохло, пока Роберт как-то нервно жаловался ему на свою жизнь. Он сказал, что его отец с ним слишком строг, но Генри сомневался, что Роберт действительно знает значение данного слова, в конечном итоге все, о чем думал мистер Лэньон, было лишь о благополучии его чрезмерно ветреного сына. Женитьба была лишь предлогом, чтобы остудить подростковый бунтарский пыл Роберта, сделав тем самым его достойным наследником, мистер Лэньон старший считал, что это пойдет лишь на пользу его легкомысленному отпрыску, подарив ему стимул и достойное будущее. Вот только это не произвело ожидаемого эффекта, Роберт стал женатым мужчиной, что ограничело его тягу к случайным связям, но никак не повлияло на его взгляды, на жизнь, во всем остальном он остался тем же. Генри нельзя было назвать глупым, он знал, что рано или поздно все, что между ними было, попросту исчезнет в один миг. Роберт некогда не давал ему обещаний, но что-то внутри Генри все, же верило, что из этого что-то получится, не получилось, не стоило и надеяться.

***

После их неудачного разговора Роберт больше не появлялся на пороге его усадьбы и, тем не менее, несколькими днями погодя все же прислал пригласительное письмо. Генри переборол, свое желание выбросить его в ту же минуту, вместо этого вернул его обратно с пожеланиями счастливого брака молодоженам.