Причина осмелеть

      — Так, сейчас мне нужно быстро добраться до обители и приступить к эксперименту пока ещё светло… Что?! Уже стемнело?! — отчаянию Альбедо не было предела.       — Комната Кли — страна чудес, — начал декламировать Кэйя, — зашёл на час, на день исчез! Альбедо, куда несёшься? Посмотрите, попрыгал на своей ножке, попрыгал… Уй, упал, — он приускорил шаг и, очутившись возле друга, помог ему подняться, — Ты так далеко не упрыгаешь, иди спокойно. Или ты штучку какую-нибудь химическую свою не выключил?! Тогда торопись, а то взлетим тут на воздух!..       — Я ещё ничего не включал даже, не переживай, — усмехнулся алхимик, — а тороплюсь, потому что выбиваюсь из графика…       — Ты бы график сна свой наладил, а не опытов. — покачал головой Кэйя, — Успеешь ты всё сделать, не беги. А то упадёшь — я тебя не донесу, — произнёс он и, навернувшись на скользкой от дождя траве, растянулся во весь рост на дорожке…

***

      Сахароза места себе не находила от беспокойства. Альбедо не говорил точно, когда придёт, на возвращаться так поздно было не в его духе… Совсем не в его… Может, что-то случилось?..       — Хозяюшка! — послышался вдруг из прихожей знакомый голос. Девушка тотчас подскочила и рванула к двери, — Хозяюшка! Есть кто дома?       — Кэйя, ради всего сущего, не кричи, поздно, спят все…       — Господин Альбедо!..       — Здравствуй, хозяюшка!..       — Кэйя, чёрт побери! И тебе привет, Сахароза, — приулыбнулся алхимик и затворил дверь.       Все в сборе. Фух, великолепно. Теперь-то девушка спокойна.       — Кэйя, у меня эксперимент — не отвлекать! — Альбедо хрустнул пальцами и, вмиг очутившись у лестницы, стал быстро подниматься на второй этаж.       — А что сразу Кэйя? Кэйя тебе хоть раз мешал вообще? — в сердцах воскликнул капитан кавалерии, но алхимик уже не слушал. Голова его была занята другими мыслями. Люминесцентная краска, её изготовление без использования люминофора — вот его нынешняя цель. Кратко, просто, доступно — три критерии. Осталось лишь проверить его идею…

***

      Прикрыв за собой дверь лаборатории, Альбедо поймал себя на мысли, что такой краской будет неплохо намазать стеклянные шарики и развешивать их в качестве украшений на улицах города. Такие, некие звёздочки, спустившиеся ближе. Или светлячки — тоже как вариант.       На столе вмиг очутились борная кислота, экстракт хвои и жаропрочная посуда с широким дном. Пока руки разбавляли хвойный концентрат водой, голова пухла от нескончаемого потока идей. А ещё, от осознания, что ему так и не удалось поглядеть в золотые глаза помощницы и насладиться видом её сахарной улыбки. Добавилось внезапное чувство совести, что тот даже не извинился перед Сахарозой за то, что явился так поздно. Скрепя сердце, Альбедо понадеялся на свою память и понимание девушки и продолжил изготовление.       Насыпает несколько граммов борной в посуду, добавляет десяток капель получившегося хвойного раствора и тщательно перемешивает. Слой нужен небольшой — около 4-5 миллиметров. Столько и получилось. Осталось поставить на огонь. Этим он и занимается, включает маленькую плитку-горелку и ставит на неё посуду. Всё. Осталось дождаться начала испарения воды, плавления смеси и появления пузырьков, которые необходимо лопнуть…       Резкий холод пробрал его локоть до мурашек. До алхимика… что-то дотронулось? Или, скорее, кто-то? Резко обернувшись, Альбедо видит кто.       — Сахароза? Это у тебя такие руки ледяные?.. Кошмар… — тот сразу выключил горелку и подскочил к шкафчику, принявшись что-то в нём искать.       Сахароза же неотрывно смотрит на свою ладонь. Она дотронулась до него?.. Прямо дотронулась?.. До самого Альбедо?! Мамочки, что она себе позволяет?!.. Что с ней творится-то такое?!       — Я слышала, что у людей с холодными руками — очень доброе сердце, — в попытке хоть как-то нарушить неловкую тишину, произнесла девушка.       — Сахароза, — улыбнулся Альбедо, — за время нашего с тобой общения, в твоём добром сердце я не усомнился ни разу! А вот в твоём низком артериальном давлении — несколько случаев было. — улыбка спала с его лица, и на смену ей пришёл серьёзный вид с капелькой теплоты и беспокойства во взгляде, — Предлагаю выпить крепкий чай — это простой и эффективный способ поднять давление. Отказы не принимаются, — усмехнулся он, заметив приоткрытый рот помощницы и её приподнятую руку — вот-вот что-то скажет. Сахароза вздохнула и аккуратно присела на край дивана, на котором часто спал Альбедо при длительной работе в лаборатории. Алхимик же, поставил чайник на плитку-горелку, и включив её, полез на табуретку — достать с верхних полок Богом забытые чашки. Девушка мысленно молилась, чтобы тот снова не упал со злосчастного трёхного стула.       Альбедо не упал. Ему даже удалось найти кружки. Довольно улыбаясь, он уже хотел было слезать, но тут же на голову ему посыпались разнообразные таблетки, пилюли и прочие препараты. Тихо проворчав, тот принялся закидывать их все обратно. Не тут-то было. Понимая, что убираться ему нужно будет кардинально, алхимик вздохнул и потянулся за корзиной, с которой посыпался салют медикаментов. В ярости, скрытой за спокойным лицом, Альбедо не глядя запустил куда-то в сторону мешающую его обзору вещь. На стол приземлилась банка с таблетками. Сахароза же, из чистого любопытства, пересела на стул и пододвинула находку к себе поближе, но не найдя на банке никаких этикеток, непонимающе вскинула бровь.       — Господин Альбедо, могу поинтересоваться? От чего данный препарат?       — Какие? Ах, эти… Мои таблетки от раздвоения личности, — усмехнулся он и бросил взгляд на помощницу. Судя по побледневшему лицу девушки, та юмора не оценила, — Шучу, обыкновенное снотворное, — попытался сгладить углы алхимик. Сахароза сразу приоживилась и поставила банку на стол, подальше от себя.       — У Вас проблемы со сном?       Да, капитан-очевидность, любящий задавать глупые вопросы. Осознав глупость ситуации, девушка прикусила язык.       — Да, мучает бессонница. Но ничего, не критично, — спокойно отреагировал Альбедо и приулыбнулся, когда все препараты были расставлены по местам, — Сахароза, будь добра — выключи, пожалуйста, чайник, пока я спущусь отсюда…

***

      На часах полночь, на улице жаркая летняя ночь. Все спят. Во всех окнах потушен свет. И лишь в одном он горит. Это Сахароза с Альбедо пьют чай, который в их планы не входил. Но, как говорится, не всё всегда идёт по нашим ожиданиям.       — Прошу, прости меня за то, что явился так поздно. Не думал, что так задержусь с Кли…       — Всё в порядке, не стоит извиняться, господин Альбедо! А можно поинтересоваться.? Над чем Вы работаете? — полюбопытствовала помощница.       — Люминесцентная краска, — прожевав конфету, принесённую Сахарозой, ответил алхимик.       — Это та, что светится в темноте?! — в золотых глазах девушки показалась искра восхищения. Альбедо кивнул. — Надо же! И как успехи?       — Пришлось прерваться. Нет, не нужно извинений, Сахароза — ты ни в чём не виновата! Наоборот, очень вовремя появилась — мало ли, что я бы натворил, толком не отдохнув… Потому, изъявляю свою благодарность.       — Оу… Спасибо.?       — Тебе спасибо, — усмехнулся он, — Твои конфеты восхитительны. Просто невероятны. Нет слов, одни эмоции… — эмоций на самом деле было предостаточно. Радость, желание смеяться искренне и громко, и… что это? Сахароза уснула? Божечки, ну тут тоже есть за что радоваться — отоспится хоть немного!       Альбедо тихо встал из-за стола и подошёл ближе. Да, так и есть, девушка спала. Прелестно. Она дремала, словно маленькая и уставшая наработавшаяся фея. Просто прелестно. Очень… мило?       Да, мило.       Аккуратно, стараясь не разбудить уснувшее чудо, он обхватил её одной рукой под коленями, а второй приобнял за спину. Приподняв девушку, тот невольно улыбнулся. Интересно, все люди милые, когда спят? Как бы то не было, он уверен — среди них лишь Сахароза на свете всех милее, всех румянее и белее…       Бесшумно дойдя до дивана, Альбедо уложил на него помощницу и… залюбовался. Буквально не мог отвести взгляд. И была бы возможность — ни за что не отводил.       Всё же, подумав, что ему самому было бы неприятно, если бы кто-то смотрел на него, пока алхимик спит, находясь в беззащитном состоянии, Альбедо укрыл девушку пледом и тихо вышел из комнаты, выключив свет. Краску он забрал с собой — мало ли, вдруг эксперимент не удался, и пары выйдут вредными?..