Громовое стекло

С «брачной ночи» отношения так с мертвой точки и не сдвинулись. Я была слишком горда, чтобы просить мужа перебраться на кровать в спальне, он то ли боялся меня, то ли просто не видел в этом необходимости. Мы жили в одном доме, по вечерам перекидывались в картишки, если было свободное время, но спать Гаара упрямо ложился на диване. А я… Я на свадьбе думала, что все будет хорошо, даже если брак останется фиктивным. Теперь я была сама с собой прежней не согласна, но как изменить ситуацию — я не знала. Мне искренне начал нравиться мой муж. Он был спокойный, уравновешенный, ответственный… А еще очень красивый. От его сипловатого голоса у меня мурашки шли по спине. Но я боялась его отказа, его насмешек, поэтому упрямо делала вид, что все прекрасно. Я стала носить протектор Суны, вытребовала у господина мужа команду генинов и ходила с ними на миссии ранга D. Не признаваться же ему, что с недавних пор я начала засматриваться на девушек, несущих в руках малышей и гуляющих со своими чадами на детских площадках? Юки, кстати, сначала честно выполняющая миссии на пару со мной, последние пару недель стала приходить в гости все реже и реже, и вот сегодня призналась: — Сора-сама, я… Я выхожу замуж. В этот момент я мыла тарелку, которую успешно расколотила при такой новости. — А, ну… Я рада, — скомканно поздравила ее я, оборачиваясь. Она виновато посмотрела на меня. Она знала, что я чувствую, и кажется, расстраивалась из-за того, что ей повезло, и она счастлива со своим женихом, а я с супругом живу в разных комнатах и изредка перекидываюсь парой слов и карт. — Слушай, Юки, ты не обязана равняться на меня, — сделав над собой усилие, я улыбнулась. — В конце концов, это моя миссия. Пригласишь на свадьбу? — Конечно, Сора-сама! — Заулыбалась Юки. — А за кого выходишь? — За Канкуро-куна, — покраснела пуще помидорки девушка. Я сначала зависла на несколько секунд от такой неожиданной новости, но потом справилась с собой и обняла сестру. Подразнила: — Значит, станем родственницами в квадрате! Юки ушла счастливая, а я сидела за столом и невидящим взглядом смотрела в окно. — Все в порядке? — Вдруг над ухом раздался мой любимый голос. Я дернулась от неожиданности — даже не слышала, как он вошел! — и обернулась, улыбнувшись и закинув руки за голову. — Да, конечно, — преувеличенно-бодро ответила я, но Гаара, сделав ко мне шаг, коснулся пальцами моей щеки. Я вздрогнула. Впервые он сам решил прикоснуться ко мне. Он отодвинул руку от моего лица и показал мне подушечки пальцев. Они блестели от влаги. — Не все в порядке, — констатировал он. Я моргнула, провела рукой по лицу и глазам, стирая слезы. А потом шмыгнула носом и сделала самое серьезное выражение лица из всех возможных. Подняла пальцы и сказала: — Рассейся! Гаара озадаченно посмотрел на меня. Я встала, обошла вокруг него и произнесла: — Какое хорошее хенге, не рассеивается… Но ты меня не обманешь, чужак! Говори, где мой муж?! Гаара вяло улыбнулся, а я вернулась на табуретку. Он сел напротив. Мы молча смотрели в ночь. — Тебе противна эта миссия? — Вдруг спросил он. — Поэтому ты плачешь? — Что? Нет! — Искренне ответила я. — Юки выходит замуж. — Вот как, — Гаара перевел взгляд на мое лицо и пристально всматривался в мои черты, словно бы пытаясь их запомнить получше. — Я рад за твою подругу. — И я рада. — Сора… — Мужчина неловко коснулся подушечкой пальца моей руки, лежащей на кухонном столе. — Ты… Можешь не врать мне? — Я никогда… — Начала я, но он требовательно, даже как-то жадно повторил: — Сора, дай слово, что скажешь правду! — Хорошо, — озадаченная таким неожиданным напором, ответила я. — Даю слово, что скажу правду. — У тебя был парень? Там, в Облаке? — Неожиданно спросил меня Гаара. Я почувствовала, что где-то внутри меня что-то оборвалось. Наверное, поэтому он не хотел касаться меня, спал всегда на диване, говорил про другую. У него была эта самая другая, а тут я. — Нет, — справившись с собой, как можно безразличнее ответила я. — Мне всегда было интереснее тренироваться и общаться с сестренками, нежели мутить романчики. Тем более, что я знала — мне рано или поздно придется выйти замуж по расчету, и я не хотела проблем с девственностью и всякими томными воздыхателями, страдающими из-за разлуки. Гаара несколько минут молча обдумывал сказанное мной, пялясь куда-то в стол. Я же рассматривала его и в который раз восхищалась его красотой. — А у тебя? — Неожиданно вырвался у меня вопрос. Гаара недоуменно сложил брови домиком — я всегда умилялась этому выражению его обычно спокойного и серьезного лица. — Что у меня? — Не понял он. — Ну… Девушка, — решившись, спросила я. Казекаге как-то тоскливо ухмыльнулся и махнул рукой куда-то в сторону. — Куда уж мне. Многие еще помнят меня, как Песчаного Гаару, демона, чудовище… Пусть как Казекаге я добился их признательности и веры в меня… Но отношения… Я их всегда боялся. Даже эта свадьба… Снова повисло молчание. Я сделала нам чай. — Я тебе противен? Ты боишься меня? — Нарушил молчание Гаара, всматриваясь в мое лицо. Я приподняла угол губ и мягко заговорила: — Нет. Ты мне нравишься, и я не вижу в тебе ничего страшного. Наоборот, ты кажется мне красивым. И голос у тебя приятный. Гаара отвел глаза и с каким-то надломом спросил: — Я безразличен тебе? Тебе плевать на меня? Поэтому ты врешь даже сейчас… — Почему ты так решил? — Ответила вопросом на вопрос я. — Ну, что ты мне противен, и что я вру? — Ты… Ты такая веселая, когда общаешься со мной или моими братом и сестрой, они обожают тебя! Но когда на тебя не смотрят, ты такая задумчивая и грустная, — Гаара сбивался с мысли и нервничал. — Я… Мне всегда казалось, что… Ты притворяешься со мной, что тебе плохо в моей компании… Что… Мои щеки горели, а дыхание сбилось. Неужели… — Что… — Гаара не мог найти слов. — Такая красавица, как ты… Она заслуживает чего-то большего, чем… Чем тот монстр… — Я не вижу монстра, — перебила его я. — Я вижу человека. Красивого человека, которого успела полюбить. И единственное, отчего мне плохо — оттого, что этот человек отталкивает меня. Он уставился на меня во все глаза. Какие же они красивые, бледно-зеленые и словно бы обведенные черной тушью… — По… Любить… Меня? — Гаара неверяще посмотрел на меня. Я потрепала его по жестким красным волосам. — Сегодня спишь в спальне. Со мной, — поставила ультиматум ему я. — Но… — Никаких возражений! Ты мне уже девяносто три брачные ночи задолжал, не увеличивай свой долги, господин Казекаге! А не то дебет с кредитом не сойдутся! Гаара глупо улыбнулся, и как-то очень легко и естественно поднял меня на руки. — Какой же я был дурак, — прошептал он. — Я так боялся… Так боялся привязаться, и снова ощутить, что меня отталкивают, называют монстром, так боялся, что ты высмеешь меня, что признаешься, что любишь другого… Не хотел делать тебе больно, заставлять тебя к чему-то, ломать твою жизнь… Я щелкнула его по носу и провозгласила: — Жених, вы можете поцеловать невесту! Спустя три месяца после свадьбы — но лучше поздно, чем никогда. Гаара улыбнулся и последовал моему совету. В конце концов, миссии бывают и приятными.

***

— И все-таки, что ты имеешь против детей? Гаара помялся, но год жизни со мной из любого выбьют стеснительность и он признался: — Боюсь… Стану похожим на отца. Холодным, отрешенным… И мой ребенок будет страдать так же, как я. — А я уверена, ты будешь лучшим папой в мире, заботливым и чутким… И вообще, у Канкуро вон, на днях сын родился, Юки через четыре месяца после свадьбы уже с животиком ходила! Сестра твоя родная замуж уже месяц, как вышла, тоже, уверена, скоро порадует тебя новостью о том, что ты скоро станешь дядей в квадрате… А ты чем хуже?! — Нет, ну если с такой точки зрения посмотреть…