Два переплетённых сердца вынуждены биться по-разному

- Антох! Лови подачку, на! - прокричал Бяша и кинул в парня очередной снежок, слепленный буквально за две секунды. Снаряд попал прямо в макушку, после столкновения с которой разбился на десятки маленьких частей. - Ах ты! Со спины только крысы бьют! - с напускным возмущением ответил Антон, потянувшись за порцией снега, что бы тоже слепить снежок и кинуть в друга. Но разогнувшись, парень понял, что того уже и след простыл. - Крыса? И только? Да в этом уникальном человеке столько животных собралось, уж не перечислишь! - прокричал Рома из-за снежной крепости, которую они строили все вместе. - И крыса там далеко не предводительница, скорее баран. - смеясь, добавил он. Конечно, это было сказано точно не со зла. - Э, да вы ахуели, на! - с театральной обидой сказал Бяша, сложив руки на груди и надув губы. Антон воспользовался тем, что стоял в это время позади бурята, и, слепив снежок побольше, медленно и аккуратно, чтобы снег не захрустел и не выдал его, подошёл к другу и закинул снаряд ему за шиворот. И они вместе с Ромой начали кататься по земле от смеха, когда Бяша во всю глотку заорал и стал активно пытаться вытащить причину его негодования. Но попытки эти не увенчались успехом, наоборот, только усугубили положение - снежок упал ещё ниже. Под дикие крики возмущения бурята Антон и Рома не могли перестать смеяться. - И ЭТО Я ЕЩЁ БЛЯТЬ КРЫСА, РАЗ СЗАДИ НАПАДАЮ?! - хриплым от недовольства и злости голосом проорал Бяша, но ответа не получил, потому что друзья смеялись, хватаясь за живот. - Ну я вам! - угрожающе предупредил он, начиная скатывать из снега огромный снежок. - Тох, бежим! - сквозь смех сказал Пятифан и протянул Петрову руку, чтобы помочь ему подняться с земли. Сцепившись руками, они быстро начали убегать от разъяренного бурята, при этом все ещё смеясь. Рома явно превосходил Антона в быстром беге, и почти сразу стал отставать. Но хулиган крепко держал его руку, таща за собой и не давая упасть. Так они добежали до горки и встали за ее стенку. Рома все ещё держал руку юноши и, показывая указательным пальцем, что нужно сохранять молчание, аккуратно выглядывал из-за горки, и тихонько посмеивался, видя ищущего их Бяшу. Антон закрыл рот рукой, чтобы наружу не вырвался дикий смех, и старался держать себя в руках изо всех сил. - Где вы, сучки разукрашенные? Я вас найду и в землю закопаю, на! - угрожал Бяша, конечно, не всерьёз. Антон не сдержался от такого глупого словосочетания, которым обозвал их бурят, и, больше не в силах сдерживать смех, стал громко смеяться. Но тут же прикрыл рот рукой, поняв, какую совершил ошибку. - А, вот вы где! А ну, сюда идите! Пиздов отхватывать будете, на! - конечно, не пропустив мимо ушей этот звук, прокричал Бяша и стал стремительно приближаться к парням. - Тоха, бля! Побежали! - прокричал Пятифан не успевшему что-либо понять Антону, и, все ещё не разрывая их рук, побежал в другую сторону от злящегося друга, потянув за собой и парня. А он не был к этому готов, и, не пробежав и пары метров, упал в сугроб, громко смеясь. - Антоха, дебил блять, вставай! Он уже близко! - попытался поднять друга хулиган, но не вышло. Бяша за пару секунд преодолел расстояние между ними и кинул свой огромный снежок в валяющегося на снегу Антона. - Все, все, сдаёмся! - поставив руки перед собой, протараторил смеющийся парень. Рома в этот момент тоже хохотал, чуть ли не падая в сугробы. - То-то же, на! - победно сказал Бяша, и подошёл к Антону, протягивая руку, чтобы помочь ему встать. Парень поднялся на ноги, все ещё тихонько посмеиваясь. Все они стояли молча, пытаясь отдышаться. Запыхавшиеся, раскрасневшиеся и сырые от снега. Это была чудесная дружеская идиллия. Но вдруг эта минута спокойствия разорвалась Бяшей. - Ой, бля, пацаны! Мне ж мамка велела сегодня до восьми домой прийти, на. Антох, не знаешь сколько времени? - Не, у меня нету часов. Но за восемь уже явно перевалило, - ответил Антон. - Бляяяя! Она меня прибьёт! К нам же бабушка обещалась приехать! Мне пиздец, на! - эмоции бурята лились через край. - Да ладно, может, все не так плохо. Может, Тоха ошибается, и сейчас ещё нет восьми, - попытался успокоить друга Ромка. - Да не, точно за восемь уже, на! Ладно пацаны, я побежал, а то мне реально кабзда! - сказал Бяша, и, коротко обменявшись с друзьями прощальными рукопожатиями, быстрым шагом направился в сторону своего дома, иногда переходя на бег. Антон и Рома ещё немного смотрели ему вслед, а потом просто стали уходить с почти нерасчищенной площадки, перешагивая сугробы. Они шли по дороге в сторону дома Петровых. - Слушай, Ром, а почему мы всегда провожаем только меня? Ты никогда не просил проводить тебя, - задал Антон так долго интересующий его вопрос. - Ну, я то за себя постоять смогу, мне защита не нужна. А вот на тебя кто нападет - так всё, поминай, как звали. Вот и провожаю тебя, - пожал плечами Ромка. - То есть ты - моя защита? - улыбнувшись, подметил парень. - Тип того, - немного растерянно и более тихо ответил хулиган. Они продолжали медленно идти к дому, смотря на ярко сверкающие звёзды. Они как будто звали к себе в гости, на небеса, маняще поблёскивая белым светом. Они звали в мир, где не нужно переживать по мелочам, упорно добиваться абсолютно всего и постоянно соперничать с кем-либо. В мир, где можно целыми сутками ничего не делать, в мир, в котором все подносится на белом блюдечке с голубой каёмочкой, в мир, где все вокруг - одна сплоченная команда, в которой все другу другу рады. Такой мир невероятно привлекал, хотелось окунуться в него, хотя бы одним глазком посмотреть, как там живётся счастливчикам, попавшим туда. Увидеть счастье на их лицах и понять, что лучше этого мира быть не может. Они смотрели на небо и размышляли: а что, если оттуда на нас тоже смотрят? Что, если им хочется посмотреть на ничтожных людей, вечно за что-то борющихся - им то никак не понять, каково это - жить в человеческом мире? Что, если они посмеиваются, глядя на беспомощность людей, и совершенно не беспокоятся ни о чем? А ведь и вправду, каково это - никогда ни о чем не переживать? Бесконечный поток мыслей прервал голос Ромы. - Знаешь, Антох, ты очень красиво рисуешь. Правда. Хоть я и видел тот рисунок издалека и всего на пару секунд, но этого хватило, чтобы разглядеть схожесть между мной реальным и мной нарисованным. Ты учился где-то? - тихо и размеренно говорил хулиган, но при этом продолжал глядеть на небо, даже не удостоив собеседника взглядом. - Нет, не учился… Спасибо..- Антон не ожидал услышать такие слова от хулигана, который вечно лезет в драки и нарывается на конфликты. От хулигана, у которого, казалось, нет искренности - только холодное безразличие и пассивная агрессия. Но, сблизившись с Ромкой и став с ним друзьями, парень понял, что ошибался на счёт него и что хулиганы тоже бывают искренними. - Меня мама в детстве немного учила, а дальше я сам тренировался. - А я совсем не умею рисовать. Но иногда так хочется… Вот смотришь на художников и мечтаешь, чтобы стать им. Но это невозможно,я отвратительно рисую.. - немного расстроенно сказал Рома. - Из любых неумелых рук можно сделать все, что захочется. Нужно только желание. Если хочешь - я могу поучить тебя рисовать, - предложил Антон. - Правда? - хулиган остановился и наконец взглянул на парня. - Ты правда научишь меня? - Конечно, если ты хочешь. Мне несложно, - пожал плечами Петров. - О, спасибо тебе огромное, Антох! - хулиган широко улыбнулся, оголяя свои клыки. - Ну-с, и когда первое занятие? - радость резко сменилась на театральный аристократический вид: прокашлявшись, Рома вальяжно заложил руки за спину, выдвинул грудь вперёд и стал важной походкой медленно подходить в сторону Антона, который ушёл немного дальше хулигана из-за того, что тот слишком резко остановился. Петрова очень рассмешил вид Пятифана, но он, едва сдерживая вырывающиеся смешки, тоже сделал похожий вид и серьёзным голосом ответил: - Можем начинать прямо сегодня. Вид Ромы снова сменился на радостный, он буквально засветился от счастья. - Прекрасно! Тогда пошли ко мне, у меня матери всю ночь дома не будет. Щелкнул выключатель и прихожая Роминого дома залилась светом. - Снимешь курточку - повесишь на крючок. Я буду на кухне. - Сняв ботинки, Пятифан направился в сторону комнатки напротив входа в дом. Выполняя указания хозяина дома, Антон одновременно рассматривал жилплощадь. Вполне себе обычный, двухэтажный дом со своей атмосферой и уютом. Конечно, убирались здесь не часто - это можно было заметить по огромному количеству пыли на разных предметах, стоящих в прихожей. Но он все равно был милым и тоже имел свой вайб. Закончив выполнять «инструкцию», Петров прошёл за Пятифаном на кухню. Это была небольшая комнатка, посередине которой стоял стол, а на нем - две кружки ароматного чёрного чая. Антон аккуратно приземлился на один из стульев, а через время Рома сел на стул напротив него. Отпив пару глотков напитка, ему вдруг пришла идея. - Тох, слушай, давай, чтоб время не терять, в комнате попьём? - Да, давай, - тихо ответил парень. Они сидели за столом и смеялись почти во весь голос. - Это даже на Бяшу не похоже! Это… это вообще человек? - сквозь смех задал вопрос Антон. - Да иди ты, - смеясь, ответил Рома. - Вот и пойду, - сарказмстически утвердил беловолосый. - Вот только кто тебя учить будет? - Я сам научусь. - А, сам? Ну, тогда я пошёл! - и Петров уже встал и развернулся, чтобы уйти, как его схватили за руку. - Останься. Я пошутил, - продолжая слегка посмеиваться, сказал Пятифан. - Ну и хорошо. - парень вернулся на своё место. - Доставай новый листочек, и я покажу тебе, как надо правильно. Рома кивнул и встал. Он немного пошарил руками по полке, висящей над столом, и выудил оттуда ещё пару листов. - Уверен, с первого раза не получится, так что взял несколько. - сказал парень, сев обратно на стул. - Это плохо. Надо быть уверенным в себе, - подметил Антон. - Я, блять, в чем угодно уверен, но только не в своих творческих способностях, - отшутился Ромка. Беловолосый рассмеялся. - Так, ладно. Бери карандаш, а я буду твою руку направлять. - чуть успокоившись, «приказал» он. Хулиган не стал противоречить и послушно выполнил указание, после чего Антон аккуратно положил свою руку на его. Это действие заставило обоих парней замолчать. Хоть в нем и не было ничего такого, в комнате вдруг начала накаляться температура. Тишина резко сменилась на неловкое молчание. Вдвоём они стали медленно выводить необходимые очертания. Петров направлял руку своего ученика, а тот, в свою очередь, послушно поддавался этим импульсам. На белом, слегка помятом листе бумаги начали вырисоваться серые карандашные линии, по форме напоминающие лицо человека. - Вооот.. Теперь уже лучше, - подметил Антон. - А по-моему, всё так же уродски, - пошутил Рома, за что тут же получил подзатыльник. - Эээ, ты ахуел? За что? - возмутился хулиган. - Я вообще-то старался, а ты - «уродски»! - обиженно сказал Антон. - Не так-то просто из барана сделать изящную птичку! Для этого месяца практики нужны, если не годы! - Это кто ещё здесь баран? - продолжал возмущаться Ромка. - Ты, - без какой-либо боязни ответил Петров. Он знал - хулиган ему ничего не сделает. - Ну все, ты нарвался! - с напускной злостью сказал Пятифан. - Вызываю тебя на дуэль! - он встал со стула. - Я принимаю ваш вызов! - смело ответил Антон и тоже поднялся, встав напротив противника. Первым инициативу проявил Ромка, подойдя к сопернику и легонько толкнув его в плечо. Беловолосый же ответил тем, что слегка ударил по руке Ромы кулаком. Затем они сцепились, пытаясь повалить друг друга на лопатки. Этого правила никто не озвучивал, но оба поняли, что победителем будет считаться тот, кто первый уронит противника на спину. Наконец, в этой тяжёлой схватке, в которой Рома, конечно же, поддавался, победил Антон. Но это, скорее, была не его заслуга. Хулиган случайно запнулся за образовавшуюся из-за этой битвы на ковре складку, и, не удержавшись на ногах, упал на спину. Беловолосый парень победно закричал и уже собирался хвастаться перед темноволосым о том, какой он сильный, как вдруг тот резко взлетел с пола на ноги и со всей силой толкнул Антона. Парню, явно не ожидавшему такого удара, просто невозможно было сопротивляться этому и он полетел назад. Но повезло ему: свалился Петров в итоге на кровать, так что удар оказалась совершенно безболезненным. Естественно, Рома специально толкнул его на кровать, чтобы тот не покалечился. - Ты офигел?! - завозмущался Антон. - А что? Все честно. Я упал, и ты упал. - невозмутимо ответил хулиган. - Ты первый упал! Это нечестно! - продолжал кричать беловолосый. - То, что ты смеялся над моим рисунком - вот что нечестно. А теперь я могу посмеяться над тобой, побеждённым. - Нет! Я победил! Ты упал первее меня! - упорствовал Антон. Рома вдруг резко сократил расстояние между ними и если раньше он стоял возле кровати напротив Антона, опёршегося на локти, то сейчас он навис над ним, поставив одну руку в качестве опоры возле головы парня. От этого действия лежащий испугался и съёжился. - Ничья. И точка. - он завершил их ненастоящую ссору твёрдостью голоса и стальным взглядом. Глаза как будто прорезали насквозь. Затем он медленно встал, и, обойдя кровать с другой стороны и встав сбоку, близкому Антону, он протянул ему руку. - Так, и вот здесь пару штришков. О, и вот тут подправь! - Петров показывал на некоторые места почти завершённого рисунка Бяши, где Роме было необходимо исправить что-либо. - Вот это сотри и заново нарисуй! Пятифан же в это время послушно выполнял все действия, изредка матерясь, когда что-то не получалось, и тогда на помощь приходила рука Антона, аккуратно ложившаяся сверху его. Наконец рисунок был готов. Темноволосый был очень доволен своей работой, а светловолосый - своим учеником. Они так и любовались картиной до тех пор, пока Петров не прервал эту хоть и тишину, но комфортную для обоих. - Ну, что, мой ученик, вам понравилось занятие? - Очень, очень понравилось. Учитель, я бы хотел, чтоб вы потом провели еще один урок! - подыграв аристократической, но и напускной серьезности друга, сказал Пятифан. - Так и быть, проведу, - пожал плечами Антон. Вдруг он понял, что совсем не хочет идти домой. Не хочет расставаться с тем, кто в последнее время заставляет его улыбаться. Он присел на кровать рядом с хулиганом, и более тихо и серьезно сказал: - Слушай, Ром, я вообще не хочу домой… Можно я у тебя останусь? - парень посмотрел своему другу прямо в глаза. - Оставайся, конечно! Только где ты спать будешь..? - темноволосый оглядел свою кровать, явно не предназначенную для двух людей. - Лан, ща разберёмся. Ты пока сходи в ванную, я позже принесу тебе одежду и кровать застелю. Антон послушно направился в сторону ванной, расположение которой запомнил, когда ходил мыть руки. А вернулся уже в растянутой Роминой футболке на размера два больше своего и в чёрных шортах, немного сползающих вниз. Кровать уже была застелена, а Рома переоделся в одежду, в которой спит. - Так, теперь я схожу в ванную, а ты пока ложись. - Стой… А как..? - растерянно поинтересовался Антон. - Да просто ложись и все. Я приду и лягу рядом. Антон решил, что лучше будет вместо поваляться на кровати позвонить родителям и предупредить, чтобы не было сильных скандалов. - Ром, а где у вас телефон? Я своим позвоню. - На подоконнике, - коротко бросил Рома и покинул помещение, направившись в ванную комнату. А Петров тем временем стал набирать номер домашнего телефона его семьи. Гудки… гудки… - Алло, это я, Антон. Я сегодня задержусь у одноклассника на ночёвке. Можно? - сначала утвердил, а потом задал вопрос парень. - Опять ты с ним? Сколько раз я тебе говорила с ним не общаться, он двоечник и разгельдяй! А ещё он хулиган последний! Небось уже курить с ним начал?! - Мам, все хорошо. Я не курю и копировать поведение Ромы не собираюсь. Просто я останусь у него. - спокойно и размеренно разложил Антон. - Ладно, оставайся, поздно уже домой идти. Но чтобы это в последний раз! - Карина предупредила и сбросила трубку, не дождавшись ответа. Пожав плечами, парень лёг в кровать и стал дожидаться Ромы. Наконец он вернулся и аккуратно пристроился рядом с уже лежащим Антоном. - Спокойной ночи, - пробормотал он. - И тебе, - ответил беловолосый. Оба из-за насыщенного дня уснули почти моментально. И этот сон был бы вплоть до надоедливого будильника, если бы Петров вдруг не проснулся от резко обхвативших его рук. От этого действия парень вздрогнул, но тут же понял, чьи это руки. Они сильно обхватили его живот. Антон понял, что Рома спит, и, видимо, обнял его во сне. Беловолосому вдруг стало невероятно жарко, и не только из-за того, что они спали в комнате с закрытыми окнами и укутавшись одеялом. И что теперь делать? Антон не хотел разбудить темноволосого, но и не смог бы уснуть от жары. Он стал осторожно убирать его руки со своего живота. Вдруг Рома поежился, немного пошевелился, но не проснулся. Зато он ещё сильнее обхватил живот парня, да и ещё уткнулся носом ему в плечо. В итоге Антон кое-как уснул, хоть и было это сложно. Решил больше не трогать Рому - разбудит ещё. Так они и уснули, обнимаясь.