Адам Сильвера «В Конце Они Оба Выживут»

Смерть более универсальна, чем жизнь — все умирают, но не все живут и ценят это бесценное мгновение. — Эндрю Вакс.

МАТЕО ТОРРЕС 01:27 Мне не звонили из Отдела Смерти, но сегодня я переживу ещё одну смерть. Я выхожу из метро, а затем иду сразу наверх. Хорошо, что тут всё ещё включают уличные фонари. Намного меньше шансов на то, что что-то может пойти по наклонной. Понятия не имею, смогу ли я помочь Лидии в её Последний день (но, всё ещё надеюсь, что это не её Последний день), однако если не попытаюсь, буду корить себя всю оставшуюся жизнь, что даже не попытался и струсил. Как же тошно, что у Лидии умер парень, а сегодня, возможно, умрет она сама. И никто, даже никакой безумный учёный не засунет её в криогенную камеру, чтобы она побыла там день, а потом вышла и выдохнула от серьезного облегчения, ибо потому, она может умереть прямо в ходе этого безумнейшего эксперимента. Если бы наш мир был точно как фэнтези, я бы нашел для неё скипетр, которым бы обрек её на бессмертие. Ну и ещё пару человек, но сейчас речь идёт конкретно про Лидию. Но нет, мир ясно дал мне понять, что я заблуждаюсь, если хочу так думать. Если всё действительно так, если Лидия обречена на смерть сегодня, я надеюсь, что она умрет не раньше 23:59. У меня будет ещё больше забот, если мое крестная дочь станет жить со мной и я должен буду позаботиться о ней. Я уже совершеннолетний, но, черт, я буквально только недавно таковым стал. Смогу ли я позаботиться о девочке, как её крестный отец, когда сам бегу от проблем с помощью компьютерных игр? Я так не думаю. Но я не хочу думать о своих проблемах, когда кто-то может скончаться в течении дня. Точнее, даже не так. В течении часа, а то и десяти минут. Поэтому я ускоряю шаг, ибо если я не поспешу, могу опоздать. Чёрт, опоздать… ЛИДИЯ ВАРГАС 01:28 Сегодня мне позвонили из Отдела Смерти, поскольку я должна умереть, как и мой парень Кристиан. Если бы не успокоительные, я бы разгромила всё к чертовой матери (хорошо, не в присутствии Пенни, вы меня подловили. Но разгромила бы!) Я подрываюсь, когда слышу звонок в дверь. Пенни остается играть со своими игрушками, которые светятся и поют на полу (мир был бы лучше, если бы они хотя бы делали это по очереди, но нет. Существуют ещё и такие адские безделушки). Я пыталась уложить Пенни спать обратно, но она никак не поддается моим манипуляциям, хотя обычно это срабатывало. Надеюсь, Матео сможет помочь. Я кричу «ОТКРЫТО!» и Матео заходит в квартиру, закрывая за собой дверь. Да он потрепан не хуже меня. В спальных штанах и футболке. Мне кажется, ему было определено холодно. Я сходу обнимаю его, а он в ответ молчит и обнимает меня. Раз уж это мой Последний день на этой гнилой земле, я должна провести не менее большую часть дня с дочуркой. Просто надо развеяться час-второй, а потом взять и ринутся куда-нибудь ещё и с ней. — Привет. Как ты? — сходу спрашивает Матео. — Всё путем. Хотя, определенно нет, но сейчас лучше, чем будет позже, точно. Дождемся бабулю и пойдем куда угодно. — говорю я. Звучит очень фальшиво, как по мне. Но Матео кивает. — Хорошо. Есть планы какие-нибудь? — Пока пусто, но потом что-то обязательно придумаем. Матео снова кивает. Он разувается и мы идём к Пенни в зал. Как бы то ни было, а её спать уложить надо. Полвторого. Я буду фиговой мамочкой, если мой годовалый ребенок не ляжет даже в полвторого. А ведь я хочу быть хорошей женщиной и матерью до самого конца. — Помочь уложить Пенни? — спрашивает Матео. — Ты мой спаситель… Давай. — говорю я. Пока Матео помогает уложить Пенни, я собираю по всей комнате её игрушки и весь тот погром, что она устроила здесь днем. Слезы наворачиваются из-за того, что я даже не увижу завтра того, что здесь всё снова полетит в тартарары. Это разбивает мне сердце, как матери и как просто мне. МАТЕО 01:31 Я медленно убираю игрушки из окружения Пенни, пока она говорит что-то на своем языке. Уверен, это могло бы быть что-то важное, что спасло бы человечество от апокалипсиса или смерти, но нам не понять этого и именно поэтому мы сейчас должны отчаянно проживать свои дни, пока кто-то умирает и бодрствует на своих прижизненных похоронах, поскольку ему дозвонились из Отдела Смерти. Когда игрушек не остается вовсе (поскольку и я и Лидия их убираем вместе), Пенни поднимает руки вверх, имея в виду то, чтобы я её поднял. Слава Богу, она не плачет из-за отсутствия игрушек, поскольку только Лидия может унять её плач (только ей это под силу, честно). Я поднимаю Пенни, а потом пытаюсь аккуратно уложить в её кроватку. У Лидии это получается намного лучше. — Ты сильно переживаешь? — спрашиваю я. От таких вопросов я и сам чуть не впадаю в панику, но сдерживаю себя. — Насчёт… этой кончины? — уточняет Лидия. — Да. — я грустно киваю. На самом деле, меня жутко пугает наличие смерти. Безумие какое-то. Но я не хочу быть не смельчаком в такой день, так что… — Это всё полный бред. Разве Глашатаи не люди? Им не жалко дочку, у которой не останется ни матери, ни отца? Вот серьезно. — бурно, но не громко говорит Лидия. — Согласен. Но, я думаю, они и не такие вещи делали… — Думаешь, похуже? — Лидия убирает последние следы от погрома. — Возможно, — я киваю, — Есть какие-нибудь планы на попозже? — спрашиваю я. Я хочу как можно скорее соскочить с этой темы. И, может, Лидия хочется занять чем-нибудь, чем никогда не занималась, в Последний день? Я не могу выдавить из себя никакую улыбку. Да даже до поддельной мне точно также как отсюда до Токелау. — Что насчёт того, чтобы съездить к тебе, чтобы ты переоделся? Выглядишь… хреново, не буду жульничать. — Лидия подходит ко мне и помогает с Пенни. Она берет её обратно на руки и укачивает. Она хохочет, но потом успокаивается. (Даже не знаю как с детьми работает это уловка с укачиванием. Серьёзно, как?) Я не хочу, чтобы Пенни проснулась, если она уже заснула (я не вижу этого), поэтому молча киваю. Если Лидия не хочет ничем больше заняться, это довольно хорошая идея. ЛИДИЯ 01:38 Через минуту наконец-то примчалась бабуля. Я доверила малышку ей, сказав, что вернусь немного позже и возьму её с собой. Надеюсь, я не потяну её за собой, в ужасном ключе. Так или иначе, годовалому ребенку о смерти сообщить не могут, точно бред. Всё будет объективно нормально ровно до того момента, когда я осознаю, что смертна. МАТЕО 01:40 Я и Лидия обуваемся и я открываю дверь, чтобы выйти, но она останавливает меня. — Подожди буквально секунду, пожалуйста. — говорит Лидия. Я, конечно, киваю. Она говорит что-то бабуле, но я не могу разобрать, что. Так или иначе, если это личное — хотя, что может быть личного? — лезть мне не желательно. Под конец их разговора Лидия обнимает бабулю и прощается. — Пока, бабуль. — говорит Лидия и мы выходим из квартиры. Как же меня сильно пугает смерть. Я надеюсь, своим страхом я смогу её сглазить, хоть и звучит это наверняка бредово. Я бы сейчас точно закатил волынку о том, как я не хочу терять Лидию, как не хочу жить без своей лучшей подруги и не делить с ней на пару какие-то смешные моменты, но не хочу ныть о своем стрессе, пока она может откинуться в течении часа. А может, даже минуты. Это сильно сказано. Но, так или иначе, я не должен портить Лидии её день своим навязчивым (и даже слишком тупым) а вдруг что-нибудь пойдет не так и мы умрем. Я обязан уверить себя, что это самый обычный день, как и раньше. ЛИДИЯ ВАРГАС 01:41 Поверить не могу, что я могу отдохнуть от капризов малышки, но это вообще не потому, что у меня, якобы, выходной (лучше называть это так). Как я не хочу оставлять Пенни одну в этом огромном мире. У меня слезятся глаза. — Я уверен, что тебе позвонят второй раз! Это точно. — подбадривает меня Матео. Как я хочу напиться до потери памяти и ни хрена не делать. Но так точно нельзя. — Надеюсь, — говорю я. — Я не хочу оставлять Пенни, или незалицезреть того, как она покоряет мир. Проклятье. — Всё точно будет нормально, — говорит Матео, — Куда хочешь потом? — он переводит тему, как его учила я. — Даже не знаю… Что ты скажешь, если я предложу проведать учителей в школе? Я не всех их любила, например, нашего нового географа, но Роза была в списке моих любимых учителей. — спрашиваю я. Роза Миллер была общей у нас с Матео учительницей по биологии и также просто моей любимой учительницей. Она любила завышать мне оценки (и нет, я не только поэтому её любила). Мне даже какое-то время нравился её сын! (Адам, если не ошибаюсь. Он медик сейчас, вроде бы?..) Но после окончания восьмого класса, им я больше не увлекалась. — Хорошая идея. Думаю, она будет рада увидеть тебя, — соглашается Матео. — Ты скажешь ей? — Думаю, и тебя она будет рада повидать, согласись. Я не хочу быть эгоисткой, потому придется сказать ей. Хотя, уверена, я испорчу некоторым день… — говорю я и грустно киваю. Пока мы говорим, сворачиваем к метро. На улице почти ни души, что очень не своеобразно для Манхэттена. Хотя и сейчас время не раннее. Обычно даже до трёх здесь можно встретить компании из подростков, что только недавно оценили вкус алкоголя или сигарет и сейчас уходят в аут за ещё одной бутылочкой виски и обкуриваются сигаретами за шесть долларов. Лучше не стану забивать себе голову такими теориями, как это делает всегда Матео. Слишком много думать тоже вредно… Как хорошо, что в мой Последний день у меня будет уже один друг. Но, буду либо я одна либо с кем-то — исход один. В конце я умру из-за самого неожиданного или наоборот способа и я даже не могу вмешаться — или кто-либо другой не может, — потому что моя судьба почти предрешена. Звучит безумно, согласна, но в небе всё ещё летает своеобразная монетка с пятьдесят на пятьдесят (хрен с два в такое поверю, но звучит лучше, чем как-либо по другому). На одной стороне что-то типа жизни, а на второй — смерть. Дерьмово, что такая «монетка» может определить мою судьбу, но это чертова правда. А ещё, смотря на Матео, я не хочу оставлять его. У него есть новые друзья, но таких как я — ровным счетом нет. Не знаю, что сказать о Руфусе, и я не очень уверена в том, что их любовь закрутится, но, может быть. Так же, может, где-то там наверху будет Кристиан и у нас-то точно что-то да закрутится. ГЕНРИХ «ГЕНРИ» РОУЗ 01:45 Сегодня Генрих Роузу ещё не звонили из Отдела Смерти, потому что пока что он жив. Генри и его приятель Эдвин сидят у обочины метро и думают, что будут делать дальше. Генри и Эдвин — ребята, которые любят творить хаос вокруг себе в независимости от всего. Генри бывший лучший приятель Пека, и смотря на то, что он сейчас в обезьяннике по вине бывшего девушки Пека (Руфуса), Генри будет поджидать его, чтобы преподать тому урок. Каким бы идиотом Пек не был, Генри тусовался с ним до выпуска из девятого. В тот день, когда Пек хотел грохнуть Руфуса, он растрепал его план действий и Генри. Он слил его инстаграм и личный номер. Генри уже давно написал Руфусу с анонимного номера, но сейчас попытает удачу второй раз и напишет с личного, хоть это очень рискованно для него самого. Осталось надеяться, что Руфус согласится и план Генри с успехом удастся и он набьет тому морду, в отместку за приятеля. РУФУС ЭМЕТЕРИО 01:46 Йоу. Сегодня и еще пару-десятков лет меня не потревожит Отдел, всё потому, что я доживу до старости. Но вот подружке моего бойфренда повезло намного меньше… Я еле как провалился обратно в сон, когда вернулся в Плутон (меня даже не спалили! Что-то охрана сегодня не в духе), но сейчас меня будит уведомление с телефона. И какого черта я их не выключаю? Я с не того уж и сильного, но спросонья, чисто ради любопытства, беру телефон в руки. Сообщение на мой номер от какого-то совершенно левого чувака. Я открываю сообщение (говорю же, любопытства ради!): Генрих Р. (01:46): Эй. Ты ведь Руфус? У меня к тебе дело Руфус Э. (01:46): Ага. Какое это у тебя ко мне дело в полвторого? Генри Р. (01:46): Из-за тебя Пек сидит в тюрьме. Нужно отвечать за содеянное Генри Р. (01:46): Приходи к Клинту и обсудим твой трёп. Ожидаемо. Но, пф-ф, ещё один защитничик Пека. Сам Пек тот ещё трус и мудак. Всё тут ясно. Но я приду. Приду и вызову ментов ему, а потом свалю, ибо, вдруг, он чего доброго не только со мной захочет сделать после этого случая. Хотя сейчас идти довольно сомнительно и есть шансы, что меня поймают, хоть и охрана сегодня дремлет… Руфус Э. (01:47): Сейчас, что ли? С дубу рухнул? Генри Р. (01:47): А ты зассыковал? Руфус Э. (01:47): Я-то? Договор! Через полчаса у Клинта. Примерно за пятнадцать минут я буду там и примерно за столько же будут менты. Пойду сам, мне ни к чему компания для того, чтобы вызвать полицию. Надеюсь, я не подписал себя на что-то крайне дерьмовое. И, блин, вот не-а, я не ссыкло какое-то, но, будем честны, полиция ему будет более профилактивна, чем мои кулаки. МАТЕО 01:48 Я и Лидия уже сели на метро. Но вот, когда мы спускались в подземку, рядом на обочине сидели два мутных парня. (Точнее, до безумия мутных и странных парня). Пару минут они заставали меня сильно понервничать за безопасность Лидии, но ничего не случилось. Это и к лучшему, конечно же. (Надеюсь, учении всё же в силах придумать антидот от паранойи). Так или иначе, кажется, сегодня я буду много нервничать, буду честным. Тут в нашем поезде всего пару человек, в остальных поездах примерно столько же. Может, на один или два больше. Намного больше шансов на то, что тут есть опасные личности… — Как твой папа? — спрашивает Лидия. Это первые её или мои слова за последние две минуты. — Хорошо. Его скоро выпишут. — я киваю. Хочу добавить, что мне так жаль, что Лидия не сможет этого застать, но сдерживаюсь. — Жаль, я не смогу застать это. Когда его выпишут? — она сказала это сама. — Чуть меньше, чем через неделю. Мне тоже чертовски жаль. — говорю я. Я не могу понять, как Лидия так спокойно говорит о том, что скоро умрет (не прямо, но говорит.) Быть не может, что она уже смирилась со своей смертью (может, это из-за успокоительного?) Хотя, может, мне кажется. Ага, точно так и есть… Почему-то такое чувство, будто что-то случится. Только бы не сбивчивые Матео-мысли, только бы не они… Но, вот, проходит ещё где-то две минуты и ничего. — Матео! Идём? — говорит Лидия, вытягивая меня из мыслей. — Точно, пошли. — мы выбегаем за пару секунд до отправления метро дальше. Везение. Каждый шаг дается с чертовски сильным трудом, но я хочу думать, что это очередной хороший день, никак иначе. Ну и день без Руфуса, конечно. Полноценный день с Лидией! Вот оно. — Тут офигенски прохладно… Ты не замёрз? — комментирует Лидия. Я качаю головой и говорю: — Я дам тебе ветровку, если хочешь. — я пытаюсь раздавить атмосферу от угнетающего чувства. — Спасибо, мой спаситель! В который раз, причем. — Ерунда. — я киваю. Просто как факт, лучше помогать всем, нежели наживать себе врагов. У меня даже врагов толком нет, по пальцам не пересчитать. Некого вовсе и считать… (не знаю, считать это плохим или не очень?) Так или иначе, отсутствие врагов — означает отсутствие ножа в спине, ну же, согласитесь со мной. Будем честны, враги — это всегда нож в спине. ЛИДИЯ 01:53 Матео точно чудесный друг. Как удивительно, что в школе никто с ним не общался… Но у меня в животе ужасный узел оттого, что я скоро не смогу наблюдать за тем, как Матео блистает своей уверенностью (может, когда-нибудь бы это и случилось!) Но мне не суждено это увидеть. Как я мечтаю о втором звонке… Но я никогда не отличалась удачей, вот и дерьмо… Возможно, только сейчас я веду себя не очень резко по отношению к смерти, но я понимаю, что скорее всего, осознаю весь ужас моего положения только в последний момент. Сто процентов. Матео зевает. Если я и легла в девять (а может, в районе того?), то так или иначе я выспалась, но когда лег Матео — один фиг его знает. Веду себя точно как мама по отношению к нему, вы заметили? Мы довольно быстрым шагом идём к дому Матео. По хорошему, что мне, что ему, через пару часов надо будет поесть (хотя, конечно, я бы и не отказалась сейчас, но…) Когда мы переступаем порог подъезда, автоматически включается эта еле живая, заумная лампочка, которая срабатывает на движения. Держу пари, если бы Пенни такую увидела, она бы требовала её домой своими капризами… МАТЕО 01:55 У меня возникает соблазн проехать на лифте, но здравый смысле берет верх. Через пару минут мы преодолеваем лестничный пролет. Когда я подхожу к двери и тянусь в карман за ключом, я выпадаю и впадаю в ступор. Я же не в своих штанах. У меня ничего не у карманах… — Всё нормально? — спрашивает Лидия, вскидывая бровь. — Да. — я киваю и спускаюсь вниз, чтобы достать запасные ключи из-под коврика перед дверью. Да, да, до жути небезопасно, на папа настоял держать их там. Мне снились кошмары, как кто-то находит эти ключи и ближе к полуночи забирается к нам в квартиру, а потом… Ну потом я проснулся. Знаю, настолько это небезопасно, но, блин, сейчас эти запасные ключи хорошо помогли мне. — Ты что, потерял свои ключи? — спрашивает Лидия. Она одна из тех, кто знает про запасные. То есть, список тех людей, которые знают о них совсем небольшой, даже список не назовешь… Это Лидия, не просто потому, что она моя лучшая подруга со школьных времен, а потому, что я доверяю ей и в случае чего, может быть, они бы помогли с её участием. Это папа, конечно, потому, что он сам настоял держать их там. Вот и всё. — Нет, я оставил их в приюте у Руфуса. Как и почти всё… — говорю я и открываю дверь. — Даже паспорт? Не повезло… — комментирует Лидия. Я киваю. — Если вдруг что, у меня во всяком случае ещё существует электронный. — хотя я никогда им не пользуюсь. Я и Лидия заходим домой. Сразу становится намного комфортнее. — Давай, поставлю чай, пока ты переодеваешься? — предлагает Лидия. — Или кофе. — Давай. Мне кажется, кофе более подходящее сейчас, нежели чай. — если я выпью чая, точно усну. Чай — штука непредсказуемая, когда-то бодрит, когда-то действует как снотворное. (Как питьевая таблетка? Хотя согласен, звучит глупо). — Согласна. — Лидия разувается. — Хочу предупредить, — начинаю я. — Плита сломана, так что там где-то был электронный чайник. — Когда она сломалась? — интересуется она. — Больше недели назад. — Ты так и не вызвал мастера? — Я полагаюсь на Шона. Он говорил, что посмотрит её, когда я скажу. — Отлично. Тебе повезло с соседями, на самом деле… Я тебе завидую белой завистью! — шутит Лидия. — Не поспоришь. Меня откровенно напрягают твои соседи… — у Лидии они совсем чокнутые. Хотя я не имею права так говорить о людях, всё-таки они правда такие. Лидия тоже так считает. — Это правда! Я бы душу продала за таких, как у тебя. — жалуется Лидия. На пару минут мы расходимся — я в комнату, Лидия на кухню. Надеюсь, с плитой не будет никаких проблем. Я захожу в комнату и наблюдаю тот же беспорядок, который я и Руфус оставили после себя. Но вряд-ли я сейчас осилю себя на что-то такое, что заставит меня здесь убраться (тем более, когда меня ждёт Лидия.) Подхожу к шкафу, и вытягиваю оттуда какую-то заурядную кофту серого цвета (на улице правда холодно, будет чудом, если завтра я не заболею) и брюки. Я снимаю с себя одежду от Руфуса и оставляю её на потом на стуле. РУФУС 01:56 Я ещё залипаю в мобильнике, потому что выходить ещё рано, и у меня даже возникает соблазн написать Матео и спросить всё ли у него там нормально (мало ли что). Но, положусь на самого Матео — и не стану. Всё равно, он пообещал позвонить, если что-то пойдет по наклонной. Поверю ему на слово! Посижу ещё минут так восемь, а потом выдвинусь. Надеюсь, никакие, а-ля, идиоты, которым приспичит попробовать обчистить меня не прийдет такая офигенская мысль в голову. Не-е, я, конечно, себя в обиду не дам, скорее сам кому смогу морду если что набить, но не в том даже суть. Я вырубаю телефон и какое-то время втыкаю только в потолок с этими, эдак, популярными светящимися штуками-наклейками с какими-то монстрами и ещё чем-то, которыми, конечно ж, закупился и Малкольм для всей нашей комнаты. Не, выглядит классно, не спорю, но явно лишние на потолке. (Тратить двадцать баксов на такое — что-то явное из странного, но, так уж и быть, фиг с ним). Грустно будет оставлять эту комнату. А ведь это случится уже совсем скоро. Блин, с катушек слететь можно, но время реально бешено скачет вперед (о да, говорю точно как пожилой). ГЕНРИХ «ГЕНРИ» РОУЗ 01:58 Генри и Эдвин заранее явились на место встречи, чтобы не тянуть время и сразу надрать этому Руфусу морду. ЭДВИН ДЭВИС 01:59 Эдвину Дэвису пока ещё не звонили из Отдела Смерти, потому что пока ещё он может жить. Ни у кого из этих двоих нет четкого плана действий, но есть надежный, как швейцарские часы — нож. По мнению Эдвина, это та штука, на которую можно положиться всегда, без сомнений. Нож поможет защититься; поможет убить (смотря какой нож, но сути не меняет, по крайней мере, для Эдвина); отбиться; ну и, в конце концов, получить что-нибудь желаемое (банальное: деньги, еду и тому подобное, и так далее). — Ну и что ты делаешь? Сейчас нож просрёшь! — волает Генри, на Эдвина, когда он крутит в руках ножик. — Что не так? Просто верчу. Гляди, не пропусти своего этого Руфуса. — говорит Эдвин. — Ну, я-то его точно подловлю. Даже если он что-то задумает — то жутко обломается. — Генри ухмыляется. РУФУС 02:01 Я с горем пополам выбегаю из Плутона, чуть не бужу этим охранника. Это было рискованно, чуваки! Осталось добраться до Клинта, а потом вызвать ментов и свалить оттуда. Довольно простой план и я уверен, всё у меня будет просто отпад. Надеюсь, вы все такого же мнения, ага?